Нажми на курок

      — Слушаю.       — Леон, как вы?       — Всё нормально. Эшли уже лучше.       — Поняла… Я переживаю за неё. Как думаешь, что с ней?       Леон бросил быстрый взгляд в сторону коридора, туда, где за закрытой дверью находилась ванная. Шум воды едва доносился сквозь стены, и это почему-то действовало успокаивающе. Они "живут вместе" уже два дня.       — Не знаю, — честно ответил он, понижая голос. — Она должна быть в норме. Её проверяли опытные врачи. Но Джон… он что-то знает. И мне это не нравится.       — Будем надеяться, что ничего критичного, — тихо сказала Ханниган. — Но у меня есть плохие новости.       На другом конце повисла короткая пауза, будто Ханниган собиралась с мыслями, прежде чем продолжить. Леон напрягся. Пальцы крепче сжали телефон.       — Ханниган…       Ему не понравился её тон. Слишком осторожный.       — Николаса Лэнга… не существует.       Слова прозвучали ровно, без лишних эмоций — и от этого стали только тяжелее.       Леон замер. На секунду в голове стало пусто.       — Что значит “не существует”? — медленно произнёс он.       — Ни в одной базе. Ни правительственной, ни частной, ни международной, — продолжила она. — Я проверила всё, до чего смогла дотянуться. Его просто нет. Как будто этого человека никогда не было.       Леон перевёл взгляд в пустоту перед собой, обрабатывая услышанное.       Лицо осталось спокойным. Но внутри всё резко встало на свои места — странное поведение, осведомлённость, уверенность…       — Значит, он не тот, за кого себя выдаёт, — тихо сказал он.       — Это ещё мягко сказано, — ответила Ханниган. — Будь осторожен, Леон. Если он смог обойти все системы — он не просто “никто”.       Леон на секунду прикрыл глаза.       — Я понял.       Он уже собирался завершить звонок, но замер.       — Ханниган.       — Да?       — Начни копать глубже. Всё, что связано с тем вечером. Гости, персонал, безопасность… и особенно Джон.       — Уже начала, — ответила она. — Я свяжусь с тобой, как только что-то найду.       — Жду.       Он отключился.       В квартире снова стало тихо.       — Чёрт… — Леон сжал телефон в руке и уставился в стену, будто пытался прожечь в ней дыру.       Он знал. С самого начала знал, что с Ником что-то не так. Это ощущение не отпускало его ни на секунду — слишком правильные слова, слишком точные реакции, слишком удобное появление в их жизни.       И теперь это подтвердилось.       Но Эшли…       Она отказывалась это видеть.       — Леон, что с тобой?       Он резко обернулся.       Эшли стояла в проходе, переодетая в его растянутую футболку и широкие спортивные штаны. Волосы были ещё влажными, с кончиков тихо капала вода, оставляя тёмные следы на ткани. Вся эта домашняя, почти беззащитная картина на секунду выбила его из мыслей.       Слишком спокойная.       Слишком… нормальная.       И от этого становилось только тяжелее.       Он невольно вспомнил тот вечер на диване. Они так и не обсудили это. Просто сделали вид, что ничего не произошло.       Леон тогда коротко сказал, что будет спать в гостиной, уступив ей спальню. Эшли ничего не возразила — только кивнула, как будто это было правильным решением. Как будто так и должно быть.       — Звонила Ингрид, — наконец сказал он, отводя взгляд. — Спрашивала, как мы.       Эшли сделала несколько шагов ближе, внимательно глядя на него.       — И всё?       — Я попросил её узнать про всех, кто был на ужине.       Эшли прищурилась и, не отрывая от него взгляда, села рядом.       — Может, ещё что-то?       — Эшли… — он выдохнул, словно уже чувствовал, к чему всё идёт.       Она чуть наклонила голову, внимательно изучая его лицо.       — Ты спросил про Ника? Для этого тебе нужна была его фамилия, да?       Леон на секунду замолчал.       Вот он момент.       Сказать — значит разрушить.       Промолчать — значит соврать.       Он сжал челюсть.       — Да.       Пауза повисла между ними, тяжёлая и почти осязаемая.       — И что она узнала?       Леон посмотрел прямо ей в глаза. В этот раз он не отвёл взгляд. Не попытался уйти от ответа. Он взял её за руку — крепко, но осторожно, словно это было единственное, что удерживало их в этом разговоре.       — Эшли… я знаю, что ты считаешь его другом. Но он не тот, кем кажется.       Её пальцы в его руке слегка напряглись.       — Тогда объясни мне, кто он.       Леон на мгновение задержал взгляд, будто искал более мягкий способ сказать это. Но его не было.       — Николаса Лэнга не существует.       Тишина. Настоящая.       Не та, что между словами — а та, что приходит после них.       Эшли не отдёрнула руку. Но и не сжала в ответ. Она просто смотрела на него, будто пыталась понять — шутит он или нет.       — Это невозможно, — тихо сказала она.       Не резко.       Не с обвинением. С растерянностью.       — Я с ним говорила. Я его знаю.       — Ты знаешь того, кем он себя показывает, — спокойно ответил Леон. — А это разные вещи.       Она покачала головой, едва заметно.       — Нет… ты ошибаешься.       Но в её голосе уже не было прежней уверенности. Леон это услышал. И это было хуже, чем если бы она просто разозлилась.       — И что нам делать? — наконец тихо спросила она, опуская взгляд. — Ты уверен, что Ингрид всё проверила?       — Она профессионал, — коротко ответил Леон. — Здесь нет ошибок.       Эшли нахмурилась сильнее, явно пытаясь уложить это в голове.       — Тогда… как это не узнали раньше? Когда его брали? Почему не проверили?       Леон покачал головой.       — Я не знаю.       И в этот раз в его голосе не было привычной уверенности.       Только честность. Слишком много несостыковок. Слишком много дыр.       Будто вся картина была изначально построена на лжи. Эшли медленно выдохнула, проводя рукой по влажным волосам.       — Он связан с Джоном?       Леон на секунду задумался.       — Скорее всего.       Он ожидал реакции — злости, отрицания, попытки оправдать.       Чего угодно. Но не этого.       Эшли подняла на него взгляд. И на этот раз в её глазах не было ни растерянности, ни попытки спорить. Только холодное понимание.       — Мы в дерьме.       Леон на мгновение замер.       И… кивнул.       Потому что спорить с этим уже не имело смысла.       — Да, — тихо сказал он. — И, похоже, это только начало.       — Леон.       — Да?       — Пойдём в магазин?       Он на секунду даже не сразу понял, о чём она.       — Что?       Эшли чуть пожала плечами, будто это было самым обычным предложением в их ситуации.       — Я не могу вечно ходить в твоей одежде… — она провела рукой по свободной футболке, — и есть только доставку.       Леон посмотрел на неё внимательнее. Контраст был почти абсурдным: ещё секунду назад они обсуждали людей, которых, возможно, не существует, и угрозу, которая только начинает раскрываться… а сейчас она говорит о магазине.       — Эшли… — он вздохнул, чуть качнув головой. — Ты понимаешь, что это не самая безопасная идея?       — Понимаю, — спокойно ответила она. — Но мы не можем сидеть здесь и ждать, пока что-то случится.       Она сделала шаг ближе.       — Мне нужно хоть немного почувствовать, что всё… нормально.       Он молчал пару секунд, оценивая.       — Быстро, — наконец сказал он. — Без лишнего внимания. И ни на шаг от меня.       На её лице появилась лёгкая улыбка.       — Как скажешь, агент.       Леон закатил глаза, но уголок его губ всё же чуть дрогнул.       — Дай мне минуту, — добавил он, направляясь к столу за ключами и курткой. — И, Эшли…       Она уже шла к двери, оборачиваясь на него.       — Да?       — Это не прогулка.       Её улыбка стала тише, но не исчезла.       — Я знаю.

***

      Солнечный свет заливал улицы, делая город почти обманчиво спокойным. Люди спешили по своим делам, машины двигались в привычном ритме, и на фоне всего этого происходящее с ними казалось чем-то отдельным, вырванным из реальности.       Эшли сидела на пассажирском, поджав под себя одну ногу и глядя в окно. На ней всё ещё была его одежда, и это почему-то ощущалось слишком… личным.       — Ты всегда так водишь? — спросила она, наблюдая, как он уверенно перестраивается между машинами.       — Как?       — Будто в любой момент придётся уезжать от погони.       Леон хмыкнул, не отрывая взгляда от дороги.       — Это тоже привычка.       — У тебя много таких “привычек”, да?       — Больше, чем хотелось бы.       Пару секунд она молчала, а потом вдруг повернулась к нему.       — Слушай… а ты можешь научить меня водить?       Леон бросил на неё быстрый взгляд.       — Сейчас?       — Не сейчас, — она закатила глаза. — В принципе. На всякий случай.       Он чуть замедлил машину перед светофором, обдумывая.       — Ты никогда не водила?       — Нет. У меня как-то… не было необходимости, — она пожала плечами. — Водитель, охрана, всё такое.       — Понятно.       Загорелся зелёный, и машина снова плавно тронулась.       — Это не так просто, как кажется, — сказал он.       — Я и не говорю, что это легко, — она посмотрела на него серьёзнее. — Но если вдруг что-то случится… я не хочу быть бесполезной.       Леон на секунду сжал руль чуть сильнее.       — Ты не бесполезна, Эшли.       — Я знаю, — спокойно ответила она. — Но я хочу иметь больше контроля.       Он кивнул, почти незаметно.       — Хорошо. Научу.       На её лице появилась лёгкая, почти детская радость.       — Правда?       — Да. Но ты будешь слушать всё, что я говорю. Без споров.       — Это уже звучит подозрительно.       — Это звучит как условия.       — Ладно, — она усмехнулась. — договорились.       Они подъехали к магазину и припарковались.       — Только не думай, что я буду такой же занудой, как ты, — добавила она, выходя из машины.       Леон обошёл её взглядом, закрывая дверь.       — Ты уже хуже.       — Эй!       Он усмехнулся, и на секунду всё снова стало чуть легче.

***

      Они вошли в магазин вместе.       Дневной свет всё ещё пробивался сквозь стеклянные двери, смешиваясь с яркими лампами внутри. Людей было немного — кто-то выбирал продукты, кто-то стоял на кассе, и вся эта обычная суета казалась почти чужой после того, через что им пришлось пройти.       Эшли сразу направилась к рядам с продуктами, будто стараясь зацепиться за это ощущение нормальности.       — Так… — она остановилась у полок и оглянулась на него. — Ты вообще готовишь себе?       — Готовлю, если есть время.       — Дай угадаю… что-то максимально скучное?       — Это называется “нормальная еда”.       — Это называется “ты не умеешь жить”, — она уже тянулась за упаковкой печенья.       Леон скептически посмотрел на неё.       — Ты серьёзно?       — Абсолютно, — она кинула печенье в корзину. — И не смотри на меня так.       — Я просто не понимаю, зачем тебе столько сладкого.       — Потому что это вкусно?       — Это сахар.       — Это счастье, Леон.       Он тихо фыркнул.       — Счастье — это когда тебя не пытаются убить.       — У тебя слишком низкие стандарты.       Она взяла шоколад и, не задумываясь, добавила его к остальному.       — Ты вообще ешь это?       — Нет.       — Тогда сегодня начнёшь.       — Нет.       Эшли повернулась к нему, прищурившись.       — Ты правда такой упрямый?       — Да.       — Отлично. Я тоже.       Она демонстративно оставила шоколад в корзине.       Леон покачал головой, но уголок губ всё же чуть дрогнул.       Они двинулись дальше. Эшли выбирала продукты быстро, но хаотично — будто впервые за долгое время могла сама решать такие простые вещи. Леон периодически останавливал её, меняя что-то на более практичное.       — Это зачем? — он поднял банку с яркой этикеткой.       — Это вкусно.       — Это сомнительно.       — Ты даже не пробовал!       — И не планирую.       — С тобой невозможно.       — Зато безопасно.       Она закатила глаза, но всё равно улыбнулась. Потом они свернули в небольшой отдел с одеждой.       — Наконец-то, — выдохнула Эшли, перебирая вешалки. — Я уже устала выглядеть как ты.       — Тебе идёт, — спокойно сказал Леон, облокотившись рядом, но не переставая следить за залом.       Она на секунду замерла, а потом посмотрела на него с лёгким прищуром.       — Это был комплимент?       — Это был факт.       — Ого… запомню этот день.       Она выбрала несколько вещей и повернулась к нему.       — Я быстро.       — У тебя три минуты.       — Ты серьёзно?       — Абсолютно.       — Ты невозможен.       Но всё равно скрылась в примерочной.       Леон остался снаружи, взглядом проверяя пространство. Всё было спокойно… слишком спокойно.       Когда Эшли вышла, он на секунду отвлёкся от мыслей.       — Ну? — она чуть покрутилась. — Не ужасно?       Он задержал взгляд чуть дольше, чем собирался, а потом спокойно кивнул.       — Нормально.       — “Нормально”? — она прищурилась. — Это всё, что ты можешь сказать?       — Да.       — Ты ужасен.       Но в её голосе не было злости.              Они направились к кассе, и Эшли, не дожидаясь, пока Леон что-то скажет, уже выкладывала покупки на ленту.       — Слушай, — она покосилась на него, — ты вообще когда-нибудь покупаешь что-то “для души”? Или только то, что “функционально и выживаемо”?       — Еда должна быть едой, а не развлечением, — спокойно ответил Леон, доставая деньги.       — Это звучит максимально грустно, — фыркнула она. — Я сейчас буквально спасаю твою жизнь.       — С помощью шоколада?       — Да. Представь: мир рушится, а у тебя нет ничего сладкого. Это уже двойной стресс.       — Я справлюсь.       — Нет, не справишься, — она покачала головой с таким видом, будто это очевидно. — Ты просто не знаешь, как это работает.       Кассир пробил последний товар, и Леон молча оплатил покупки.       — Вот увидишь, — продолжила Эшли, забирая пакет. — Пройдёт пару дней, и ты сам будешь искать, где у меня спрятан шоколад.       — Не буду.       — Будешь.       — Нет.       Она остановилась у выхода и повернулась к нему, прищурившись.       — Спорим?       Леон на секунду задумался.       — На что?       — Если ты хотя бы раз возьмёшь у меня сладкое — ты признаёшь, что я была права.       — А если нет?       — Тогда… — она на секунду задумалась. — Тогда я неделю не буду с тобой спорить.       Он посмотрел на неё с явным сомнением.       — Это звучит как ложь.       — Эй!       — Ты не умеешь не спорить.       — Умею!       — Нет.       Она снова закатила глаза.       — Ладно, хорошо, может, не неделю… но пару дней точно.       — Уже лучше.       — Так что, договорились?       Леон коротко кивнул.       — Договорились.       Они вышли на улицу. Дневной свет снова ударил в глаза, и на секунду всё выглядело почти спокойно.       Эшли глубоко вдохнула, будто стараясь запомнить это ощущение.       — Знаешь… — она посмотрела на него. — Мне этого не хватало.       — Чего именно?       — Вот этого, — она слегка приподняла пакет. — Обычных вещей. Без всего этого… — она неопределённо махнула рукой.       Леон открыл багажник, помогая ей убрать покупки.       — Это временно, — сказал он.       — Я надеюсь, — тихо ответила она. — Потому что я начинаю привыкать к тому, что ты рядом, а потом всё снова становится опасным.       Он замер на секунду, но ничего не сказал.       Закрыл багажник.       Они сели в машину.       Несколько секунд никто не говорил. Потом Эшли снова нарушила тишину:       — Кстати, про вождение.       Леон завёл двигатель.       — Ты не отстанешь, да?       — Нет.       — Хорошо, — он вырулил с парковки. — Тогда запоминай первое правило.       Она сразу повернулась к нему, заинтересованно.       — Какое?       — Ты не паникуешь.       — Я и не паникую.       Он бросил на неё короткий взгляд.       — Сегодня в машине ты сжала ремень безопасности так, будто он тебя спасёт от всего.       — Это была стрессовая ситуация!       — Это и есть момент, когда люди начинают делать ошибки.       Она на секунду задумалась.       — Ладно… допустим. А второе правило?       — Ты слушаешь того, кто знает, что делает.       — То есть тебя?       — Да.       — Уже звучит как диктатура.       — Это называется “не умереть”.       Она тихо усмехнулась, откидываясь на спинку сиденья.       — Ладно. Учитель из тебя, конечно, так себе… но я готова рискнуть.       Леон чуть улыбнулся, не отрывая взгляда от дороги.       И на этот раз в машине было не только напряжение.       Но и что-то ещё.