Цена старого вина

Тяньлан-цзюнь действовал без спешки, наслаждаясь каждым мгновением. Его ладони, скользившие по разгоряченной коже Шэнь Цинцю, оставляли за собой шлейф покалывающей демонической энергии. Заклинатель судорожно вздохнул, когда чужие пальцы очертили контур его талии, сбивая последние капли хваленого самообладания.— Цинцю... — негромко позвал Тяньлан-цзюнь, и это интимное обращение без официальных титулов заставило Шэнь Цинцю распахнуть глаза.Демон навис над ним, тяжело дыша, его одежда была наполовину сброшена, открывая мощную грудь со следами древних шрамов. В его взгляде теперь горел чистый, первобытный огонь.— Посмотри на меня, — приказал демон, переплетая свои пальцы с пальцами Шэнь Цинцю и прижимая их к матрасу.Шэнь Цинцю подчинился, его затуманенный взор сфокусировался на лице похитителя его спокойствия. В этот момент он остро ощутил всю разницу в их силе, но страха не было — только удушающая, сладкая истома. Когда Тяньлан-цзюнь резко прижался к нему всем телом, заставляя ощутить вес и жар демонической плоти через тонкую ткань нижних штанов, Шэнь Цинцю не сдержал громкого, рваного вздоха.— Дальше... — сорвалось с губ Шэнь Цинцю прежде, чем он успел удержать свой внутренний монолог. Гордость лорда пика пала под натиском этого безумного вожделения.Тяньлан-цзюнь низко зарычал, и этот звук отозвался вибрацией прямо в груди заклинателя. Демон рывком избавил их обоих от остатков мешающих одежд. Его прикосновения стали более требовательными, жадными: ладони сжимали бедра Шэнь Цинцю, разводя их в стороны и устраиваясь между ними. Каждое движение было наполнено неистовым, с трудом сдерживаемым напором.Шэнь Цинцю закинул голову назад, кусая губы до крови, чтобы не закричать во весь голос. Хижина наполнилась шорохом сминаяемых простыней, прерывистым, рваным дыханием и звуками мокрых, тягучих поцелуев, которыми Тяньлан-цзюнь покрывал его грудь и живот, заставляя выгибаться в беспамятстве и полностью растворяться в этой греховной, обжигающей ночи.