Письменный беспорядок

‎Мальчишки любят спорить про первое действие после восхода на трон. Кто-то сделает свою страну сильной, кто-то построит мощную крепость. А кое-кто первым делом отменит уроки письменности по утрам. Мир отходил от сна. Хепри проникал своими лучами в каждый дом, сообщая пора вставать. И подобно солнечному богу, плывущему на ладье по небу, люди принялись подниматься на работу. Но это не про нашего героя. ‎ ‎Залитые чернилами свитки папируса валяются по полу. Белая постель помялась и частично сползла с кровати. Сандалии разбросаны по разным углам. Сам хозяин комнаты крепко спал, накрывшись одеялом, только рыжие волосы были видны. Никакие слуги не смеют мешать сну наследнику трона, никакие учителя не смеют тревожить юного повелителя бурь... Но вот старший брат всегда нарушит идиллию и прервёт сон. ‎ Худощавый юноша, с чёрными волосами до плеч, в аккуратных одеяниях и с серьёзным лицом шёл по коридору. ‎ ‎— Сетх! ‎ ‎Не успела дверь открыться, а недовольный голос во всю кричал. ‎ ‎—  Хепри в небе, ты в постели, комната в бардаке!  — продолжал Осирис возмущаться. — Вставай, лентяй! Скоро урок письменности. ‎ ‎Сетх высунул лицо из-под одеяла, чтобы взглянуть на источник шума. Но пелена от сна не позволяла подробнее рассмотреть брата. ‎ ‎— Я готов терпеть слуг, надоедливых учителей, но не твоё занудство с утра. Отвали. ‎ ‎Сетх демонстративно повернулся на другой бок. Осирис не мог закрывать глаза на такой бардак. Ведь он, как старший брат, должен следить и нести ответственность за младших. Осирис схватил за одеяло и принялся тащить. ‎ ‎— Вставай! ‎— Не хочу! ‎ ‎Сетх только сильнее схватил одеяло и тянул в противоположную сторону. Хоть Осирис и старший, и даже очень талантливый, но похвастаться силой с мускулами не мог. ‎ ‎— Ты не можешь пропустить урок — пытаясь удержать равновесие, сказал Осирис ‎— Могу, ты плохо меня знаешь. ‎— Это ты плохо знаешь последствия, брат. ‎— Последствий чего? Отказа выводить каждую птичку и прочую живность? ‎Мне эти рюшечки не интересны, в отличии от тебя. ‎— Это не рюшечки, а красота и порядок. Ты должен понимать такие мелочи! ‎— А как тебе такие мелочи? ‎ ‎Сетх резко отпустил свой конец одеяла, и Осирис, не ожидав такого поворота, свалился с грохотом на пол. ‎ ‎— Вот тебе последствия, когда центр силы не посередине. Ты должен знать такие мелочи. ‎ ‎Пока Осирис приводил лохматые волосы в порядок и отряхивался после падения, Сетх уже сидел на кровати и протирал глаза. ‎ ‎— Единственное, что порадовало меня, ‎это твоя недовольная рожа, — зевнул Сетх. — И что ты свалился на пол. В остальном всё стабильно. ‎— Гордись этим дальше. Я отцу расскажу, что ты уроки прогуливаешь. ‎— Да пожалуйста. Ступай, папин сынок. ‎— А ты невежда и хам. Потом не плачь в будущем, что не тебе корона досталась,  — с такими словами вышел Осирис. — И не забудь убрать комнату. ‎ ‎Сетх напоследок показал язык и принялся собираться. Он не утомлял себя во внешнем виде, если это не официальный приём или праздник. ‎ ‎— А где мои сандалии? — пробубнел себе под нос Сетх. ‎ ‎На сборы ушло меньше пяти минут. Сетх шел по коридору задумавшись, как сбежать с урока письменности или прогулять во все. Не было желания слушать старика, который говорил себе под нос, а потом требовал пересказать материал. Ещё сам бубнеж часто вводил в сон. "Учителя такие зануды" — подумал Сетх. ‎ ‎— Почему ты не на уроке, сын мой? ‎ ‎Эти слова вытащили Сетха из его мыслей. Теперь нужно думать об оправдании, а не о планах побега. ‎ ‎— Здравствуй, мам. Ты давно тут стоишь? — замялся Сетх ‎— Что же, Сетх, мне интересна причина твоего отсутствия на уроке письменности. Не хочешь рассказать? ‎— Я прибью Осириса... — сквозь зубы  проговорил Сетх. — Я проспал, вот теперь отправляюсь на урок. Так что не переживай. ‎ ‎Сетх понял, что Нут его раскусила. И тут стоит вопрос, что будет в дальнейшем: испытать материнский гнев, отцовский или сразу всех? ‎ ‎— Сын мой, я понимаю, что дисциплина и письмо для тебя сложные вещи, но без них никак. — тон голоса Нут смягчался. — Ты как наследник, должен уже это понимать. ‎— А я думаю, что физическая подготовка — главное. ‎— И это тоже. Но умение аккуратно и грамотно оформлять документы с договорами, тоже надо. Это порядок, которому мы должны придерживаться, Сетх. Понимаешь? — Нут положила руку на щеку сына ‎— Понимаю. ‎— А теперь иди на урок и не забудь извиниться за опоздание. А иначе твоим личным учителем письменности будет Джехути¹ ‎— ЧТО?!  — воскликнул Сетх. — Ну нет, только не он. Джехути ещё зуднее Осириса. Не надо мам. ‎— Тогда соблюдай дисциплину. — Нут сложила руки на груди. ‎— А-А-А МАМА!!! Исида превратила мою куклу в камень! — прибежала в слезах Нефтида. ‎— Исида! Сколько раз повторять, не используй магию дома и без наблюдения Джехути. ‎ ‎Нут ушла с Нефтидой, оставив Сетха одного в коридоре. ‎ ‎Путь лежал в ближайший храм, стоящий недалеко от дворца. На уроки письменности ходили не только наследники богов, но и юноши из богатых и обычных семей. Конечно, Геб и Нут понимали все риски, поэтому запрещали своим детям демонстрировать способности на людях. О Сетхе родители тоже позаботились и создали специальный браслет, блокирующий силы во время эмоциональных вспышек. ‎ ‎Сама учёба проходила под открытым небом, ученики сидели по парам на коврах и послушно слушали учителя. Осирис же сидел один — и дело не в его статусе, а потому, что рядом с ним должен сидеть брат. Другие ученики наоборот хотели сидеть рядом со старшим сыном Геба, познакомиться, поболтать, а затем позвать гулять. Но из-за обязанностей Осирис редко мог проводить время со сверстниками. ‎ ‎Учитель и впрямь был занудным. Старик, ходящий туда-сюда, рассказывал о преимуществах быть писцом. И обязательно эти речи сопровождались умным выражением лица. ‎ ‎— Запомните, сыновья: быть писцом, значит избавиться от тяжёлого труда. Вам не придётся таскать тяжести, работать мотыгой на полях. Вы всегда будете в почёте и.... ‎— Долгих лет вам, мудрец, — неожиданно Сетх прервал красивые речи. ‎— Не позволительно, чтобы будущий наследник позже всех приходил на урок. Ни капли в вас дисциплины, молодой господин! ‎— Извините, больше не буду. — виновно ответил Сетх. ‎— Садитесь на своё место, внимательно слушайте и берите пример со своего брата. — строго сказал учитель. ‎— Хорошо, хорошо, — Сетх сел на своё место и тише добавил, — Только не бухти. ‎ ‎Шло время, если не вечность. Сетх проклинал всё и вся. Почему именно его заставляют ходить на уроки письма — остаётся тайной. Осирис послушно слушал речь учителя, старался ровно выводить иероглифы и отвечал на вопросы. Другие ученики также соблюдали дисциплину. И тут учитель начал задавать вопросы: ‎ ‎— Как вы думаете, кто и когда изобрёл письмо? Может нам ответит Себа? ‎— Ну... Считается, что письмо изобрёл Джехути, — неуверенно ответил ученик. ‎— Совершенно верно. А кто скажет, когда именно бог Джехути изобрёл письмо? Может Сетх? — учитель взглянул на младшего сына Геба, — Сетх? ‎— Сетх, перестань ковыряться в носу. Тебе вопрос задали, — шёпотом сказал Осирис и ударил брата в бок. ‎— А-а-а, что? — опомнился Сетх. ‎— Я вроде ясно задал вопрос, неб². — строго сказал учитель, складывая руки на груди. ‎— Да откуда мне знать, меня тогда ещё не родили. ‎ ‎Ученики пытались скрыть смех. Осирис отвёл взгляд, понимая, что учитель такой ответ не оценит. Обстановка медленно начала накаляться, но Сетха это не волновало и он продолжил заниматься посторонними делами. Юный бог бурь настолько увлёкся, что не заметил, как учитель палкой ударил его по спине. ‎ ‎— Ай! — вырвалось у Сетха. ‎— Это за хамство! ‎— Ай! ‎— Это за опоздание! ‎— АЙ-ЯЙ-ЯЙ!!! — последовала триада ударов. ‎— А это за лень, неб! Надеюсь, через спину вы услышите мои речи. — отошёл учитель. ‎— Ой-ей, — простонал от боли Сетх. ‎— Сам виноват, нечего было огрызаться, — тихо сказал Осирис. ‎— В тебе ни капли сострадания ко мне, брат называется. А мне интересно, какого его жене с ним быть? ‎— СЕТХ! Прекрати сейчас же. — повысил голос Осирис ‎— Что, Сетх?! Если тебе нравится пятки целовать какого-то учителя, боясь получить палкой по спине, то мне нет. ‎ ‎Сидящие рядом ученики наблюдали за привычной ссорой братьев. Кто-то молчал , а кто-то пытался сдержать смех. Сцена и вправду была комедийной. Учитель отошёл на несколько минут, а сыновья Геба вовсю спорили. ‎ ‎— Можно подумать, что умение красиво писать потешивает самолюбие? ‎— Да. ‎— Так у тебя и без этого прекрасно получается. Особенно когда будишь меня. ‎— Я это делаю, потому что ты самостоятельно не соизволишь поднять свой зад и прийти на урок. ‎— Потому что мой зад чует, когда надо подниматься, а когда нет. Тебе  твой отбили, вот ты и ходишь на ерунду с утра до вечера. ‎— Что тут за шум?! Неужели твоя спина плохо услышала мои слова, Сетх? — вернулся учитель. — Это не позволительно для писца нарушать дис... ‎— Ты своей жене в постели тоже своё занудство вешаешь, если другим удивить не можешь?! — эмоционально  перебил Сетх. ‎ ‎Учитель схватился за сердце и чуть ли не упал в обморок. Рядом сидящие ученики вскочили и подхватили его. Повисла тишина удивления. ‎ ‎— Короче, я пошёл. До свидания. — сказал Сетх, вставая с места. ‎— И ты даже не извинишься? — спросил один из учеников. ‎— За что конкретно? Сам разберётся, — отмахнулся Сетх и двинулся к выходу. ‎— Нет, — схватил его за локоть Осирис, — Никуда ты не пойдёшь, брат. Ты опозорил не только себя, но и нашу семью, и имя отца. Неужели для тебя это в порядке вещей? ‎— Оставь свои нотации при себе. ‎— В этот раз ты точно перегнул палку, Сетх. Отец не будет гордиться тобой за это. ‎— Я ещё раз повторяю, оставь свои нотации при себе. Семью волнуешь ты, а не я. Именно твои достижения в первую очередь смотрят. А я всегда в стороне. ‎ ‎Сетх выдернул руку и покинул храм. Осирис смотрел, как удаляется фигура брата. ‎ ‎— Может ему и вправду не ходить на уроки. От него столько шума. — сказал Себа. ‎— Но в чём-то Сетх и прав был. — ответил другой ученик. ‎ ‎Осирис промолчал и принялся убирать место. ‎ ‎ ‎ ‎Тот, кто скрывает чувства. ‎ ‎‎Сетх не думал куда шёл, ноги сами вели. Сейчас юноша проходил мимо рынка, на котором кипела жизнь. Сетх смотрел, как люди торговали, общались, а дети весело бегали. Мимо юного бога прошла женщина с корзиной на голове, старик с инструментами, ребёнок пробежал, зовя кого-то. Никому нет дела до Сетха, все заняты своими делами. Обычная картина, но оказалась впечатлительной, что юный бог бурь снова ушёл в свои мысли. ‎ ‎— Отойдите, неб. Вас так собьют — сказал незнакомец ‎— Извините. — тихо ответил Сетх и отошёл в сторону. ‎ ‎Недалеко от рынка есть заброшенный, небольшой, храм. Идеальное место для размышлений и одиночества. Даже никто не потревожит, кроме живности пустынной. Сетх пошёл в глубь храма и снова задумался о себе, о семье, о будущем и о брате. ‎ ‎— Это не справедливо, — сказал вслух Сетх. — Почему я должен брать пример с брата, быть как он, если на меня внимание не обращают? ‎ ‎С раннего возраста Сетха и Осириса начали готовить к будущему. Беззаботное детство быстро закончилось. Братья всегда были вместе на занятиях, на праздниках, на тренировках, на встречах с богами. Вместе играли и отдыхали, гуляли и спали на одной кровати. Лишь в подростковом возрасте они стали по одиночке проводить время. Сетх начал больше уделять времени тренировкам. Осирис много времени проводил на индивидуальных занятиях и в своей комнате, но изредка с младшими сёстрами. ‎ ‎— Вечно ты такой правильный. Ошибку не совершишь, промолчишь, подумаешь, а потом скажешь, ещё поумничаешь. Зато ты устаёшь держать копьё в руке и ноешь, что у тебя на руке мозоль появилась. — снова сказал вслух Сетх. ‎ ‎Но Осирису можно и позавидовать в каком-то смысле. Сетх даже не скрывает это. Начиная от внешности, заканчивая талантами. Внешность прекрасная и гармоничная. А талантов то сколько: Осирис споёт, станцует и на музыкальных инструментах сыграет. Если надо, то он успокоит и спать уложит. И главная способность Осириса  — управлять растениями. Поэтому часто его можно увидеть в саду при дворце. Осирис может сидеть и выращивать растения магией, пением, либо общаясь с ними. Достойные собеседники для занудства. ‎ ‎— А чем я хуже тебя? Вот мне вправду интересно, чем я хуже, — продолжал Сетх. — Я не умею петь? Ну и ладно, это не важный навык. Я не обладаю гибкостью тела для танцев? Пф, зато у меня тело устойчиво для тренировок, оно крепко физически. Это даже важнее бессмысленных плясок. ‎— Ты всё окунаешь во злобу, младший сын Геба. ‎— Кто здесь?! — вскочил Сетх ‎— Тот, кого ты называешь "повелитель занудства". ‎— Джехути... Извините за такое оскорбление, — стыдливо опустил голову Сетх. ‎— Спокойно, я не держу обиду, — улыбнулся Джехути, — Не возражаешь, если старый мудрец составит тебе компанию? ‎— Нет. ‎ ‎Джехути редко можно встретить, он всегда при делах и обязанностях, которые передал ему Ра. Как только солнечный бог ушёл на небо, часть его работы легла на плечи бога мудрости. ‎ ‎— Так зачем вы пришли? Я вроде никого не звал. ‎— Сам ты, может, и не звал, а вот твоё сердце иного мнения. ‎— Всё же вы видите. ‎— Что ты? — слегка посмеялся Джехути, — Я многое повидал, много. Начиная от создания мира богами-демиургами, детства и молодости Ра, заканчивая тем, что твоя младшая сестра Исида разнесла магией мне кабинет. Поэтому неудивительно, что я увижу и твои переживания. ‎— Тогда смысл мне что-то рассказывать, если вы всё видите? ‎— Ты точно не хочешь мне рассказать? ‎— Нет. ‎— Уверен? — с улыбкой спросил Джехути. ‎— Абсолютно. ‎— А если внимательно подумаешь? ‎— Ну... — запнулся Сетх, — Нет не уверен. Всё дело в проблемах общения с братом. Чем старше мы становимся, тем сильнее Осирис становится правильным и невыносим. ‎ ‎Джехути слушал жалобы Сетха на семью, на Осириса, на учёбу, на недопонимание со стороны родителей, на одиночество. Младший сын Геба хотел быть тоже в центре внимания, но всё достаётся Осирису. ‎ ‎— Поэтому ты его ненавидишь? ‎— Что? Нет, я не ненавижу, а хочу, чтобы он был со мной на равных. Ну, чтобы к нам одинаково относились. И чтобы меня хвалили, как и его. ‎— А ты пытался взглянуть на мир глазами Осириса, побыть на его месте? ‎— Ну взгляну и что дальше? — огрызнулся Сетх, — у него всё прекрасно. ‎— Ну с твоей стороны может и так, но не для самого Осириса. — голос Джехути приобрёл строгость. — Он не был бы таким "правильным" если его не готовили усердно к вступлению на трон. ‎— Так ещё неизвестно кто из нас вступит. Откуда такая уверенность, что это именно Осирис будет? ‎ ‎Сетх не понимает суть разговора. Ведь отец несколько раз говорил, что пока будущий наследник неизвестен. Конечно Осирис мог бросить фразой "не ной,что корона не тебе досталась", но это только в качестве попытки задеть во время ссоры, как сегодня утром. Но у Сетха она не вызывала обиды. ‎ ‎— Вот что значит, думать только о себе и не интересоваться близкими, Сетх. ‎— Это ложь! Ещё неизвестно кто из нас вступит на трон! ‎— Уверен? Именно поэтому три года Осириса усердно готовят, и пристально наблюдают за его успехами, а на тебя, по твоим словам, не обращают внимания? ‎Ты когда-нибудь пытался просто поговорить с братом и поинтересоваться его жизнью? ‎— Нет... ‎— Тогда бы ты знал, что Осирис ходит с тобой на уроки письменности только с одной целью — избежать давления со стороны учителей и побыть в компании сверстников. Я знаю, как он тоскливо смотрит в окно на ребят, весело бегающих. Иногда, на моих занятиях мы просто беседовали. ‎— Вы тоже учили Осириса письменности? ‎— Конечно. Бог, изобретший Меду Нечер³, обучал юного бога, который в дальнейшем вступит на трон. Но из-за дел, я не всегда могу уделять внимание занятиям. Поэтому Осирис сам изучает божественную речь. Стоит отметить, он хорошо справляется. ‎ ‎Сетх опустил голову, понимая свои поступки. Разница между ним и братом есть, это давно видно. Но Сетх не ожидал, что настолько. И главной неожиданностью было услышать, что вопрос о наследнике давно решился, а ему говорили обратное. Сетх понимает, что он хуже брата. От этой мысли, по щеке покатилась слеза. ‎ ‎— Если Осирис будущий царь, то как мне быть? ‎— Во-первых, не чувствовать себя жалким и не отворачивать взгляд. Взгляни на меня, — Сетх повернул голову в сторону Джехути. — Во-вторых, быть честным с самим собой и понять, что ты на самом деле хочешь. ‎— Я хочу быть рядом с братом. ‎ ‎Джехути ожидал эти слов. Это может показаться странным —  Сетх злится на упрёки со стороны Осириса, смеётся с его занудства, завидует ему, но приэтом старается быть рядом и вытаскивать из обязанностей. ‎ ‎— Братская драма, — пошутил Джехути. — Даже когда Осирис станет царём, ты по-прежнему сможешь быть рядом с ним и даже помогать ему. ‎— Ра хочет взять меня к себе в защитники, когда я стану уже взрослым. Но я бы хотел защищать Осириса и сопровождать его. ‎— Вот видишь, ты нашёл свою сильную сторону и признался чего хочешь. Да и, если быть откровенным, ты не хочешь корону, для тебя это обычный повод спора и хвастовства. ‎— Может и так. ‎— Тогда нам пора прощаться, сын Геба и младший брат Осириса. Подумай над нашим разговором и поговори с братом. Но не забудь сначала извиниться. ‎— Хорошо. До свидания. ‎ ‎ ‎ ‎ ‎‎Тот, кто скрыт в тени обязанностей ‎ ‎Когда Сетх сбежал, Осирис остался убирать место урока. Учитель пришёл в себя и отпустил учеников домой. Осирис, как старший сын, решил сразу извиниться за брата, чтобы загладить вину и сохранить имя отца. Но стоило ему подойти, как учитель остановил его. ‎ ‎— Не надо, Осирис. Ты не виноват. ‎— Но мой брат вас оскорбил... ‎— Это его проступок и ему за это отвечать. Твой брат давно не маленький и уже должен осознавать свои действия. ‎— Да, но Сетх этого не понимает... Поэтому я слежу за ним. ‎— Рано или поздно он уйдёт в свободное плавание, и тебе всё равно придётся его отпустить, — учитель положил руку на плечо Осириса, —  Я дам тебе совет: Перестань брать вину за него. Ты — это ты, Сетх — это Сетх. Наделает он проблем, ему с ними и разбираться. ‎— Я стараюсь сохранить имя отца, чтобы оно не было опозоренно. ‎— Это очень достойно для юноши. Но ты должен это показывать подвигами и достижениями, а не разделять вину брата. ‎— Я вас услышал. ‎ ‎Выйдя из храма, Осирис увидел сверстников, бурно обсуждающих. ‎ ‎— Эй, Осирис, — помахал рукой Себа. ‎— Что такое? ‎— Мы хотим посетить руины храма, за одно и гнездо ибисов посмотреть. Пойдёшь с нами? — предложил Неферпет ‎— Здорово. ‎— А ещё там можно по деревьям залезть на крышу храма. Главное не застрять, как Себа. — добавил Неферпет. ‎— Эй! Я опасался, чтобы ветка не сломалась. ‎— Да ладно? А может ты высоты забоялся? ‎— Так что, Осирис, ты с нами? Или по-прежнему у тебя дела? Может ты всё-таки отпросишься и пойдёшь с нами? ‎— Хорошо. А когда только? ‎— Мы пойдём в часа четыре. Как раз Ра будет передавать ладью Атуму, а Себа покопается в огороде. ‎— Ха-ха. А Неферпет успеет убраться в загоне. ‎— Ахаха, ладно, — посмеялся Осирис, — тогда вечером встретимся около рынка. ‎— ДА! —  ответили хором юноши. ‎ ‎Прийдя домой, Осирис сразу увидел Нефтиду, играющую с любимой куклой. ‎ ‎— Привет. ‎— Осирис, ты уже вернулся! — обняла Нефтида брата, —  В этот раз так рано, что-то случилось? ‎— Всё хорошо. А где Исида? ‎— Мама наругала её за использование магии без присмотра. Наверное, сейчас Исида в саду. ‎—  В саду, чтобы тихонько использовать магию. — улыбнулся Осирис. — Исиду так просто не успокоишь. А мама где? ‎— Они с отцом что-то обсуждали. ‎— Понятно. Тогда я пойду к себе. ‎ ‎Комната Осириса была полной противоположностью комнаты Сетха. Чистая и аккуратная, кровать заправлена, на столе аккуратно сложены письменные принадлежности и папирусы. Воздух был наполненный ароматом благовоний. Сейчас Осирис лежал на кровати и думал, как отпроситься на прогулку. Он давно не проводил время со сверстниками вне дворца. Только Сетх вытаскивал брата под предлогом "потрясающей" идеи. Осириса отвлек стук в дверь. ‎ ‎— Позволите мне войти? — Нут приоткрыла дверь. ‎— Привет, мам. — Осирис уселся на кровати — Заходи. ‎— Я знаю, что произошло. — Нут села рядом с сыном. — Мы с отцом это обсудили. ‎— Накажите меня? — без эмоций спросил Осирис. ‎— Нет. С чего ты так подумал? ‎— Но я же старше, значит должен следить за младшим. ‎— Нет, сын мой. Ты не должен постоянно сопровождать Сетха. Нам с отцом трудно справиться с ним, что говорить про тебя. — Нут увидела, что Осирис до сих пор смотрит вниз. — Тебя что-то беспокоит. ‎— Нет. ‎— Осирис, — Нут положила ладонь на щеку сына. — Материнское сердце не обманешь. Я же вижу, ты хочешь что-то сказать, даже высказаться. Я не отвернусь от тебя. ‎— Я устал. Уже три года меня усердно готовят к вступлению на трон. Постоянное давление, пристальный взгляд. Я понимаю, что меня готовят к большой ответственности, но... — Осирис остановился. — Но я тоже хочу проводить время со сверстниками, заниматься своими делами, увлечениями. ‎— Я понимаю твою печаль, сын мой. И отец понимает. Но мы не люди, а боги. На наших плечах целый порядок-Маат. Ра очень трепетно относится к наследникам с тех пор, как он передал трон твоему дедушке Шу. ‎— Передал, ага, — фыркнул Осирис. —  Точнее сбросил свои дела на других, а сам делает вид, что занят. ‎— Осирис, — Нут специально сделала вид удивления. — Ты как-то неправильно отзываешься о Ра. ‎— Мне Джехути столько историй про него рассказал. ‎— Ну если только Джехути тебе рассказал, то ладно. — Нут не смогла скрыть смех. ‎ ‎Нут всегда ближе была, чем Геб, но Осирис не сильно злился на отца. Он понимает, как это тяжело. Но бывали моменты, когда Геб уделял внимание Осирису, даже обучал выращивать пшеницу с помощью магии. Но часто именно Нут была рядом. ‎ ‎— Я даже завидую Сетху. Он делает что захочет, и идёт куда хочет. ‎— В каком-то смысле Сетху легче, и я понимаю твою зависть. Но это не отменяет, что он и находит себе проблемы. Из-за своей эмоциональности Сетх столько бед наделал. Ему нужно научиться думать, а потом действовать. ‎— Я знаю. Но мне просто тоже хочется уделять внимание и своим увлечениям... И гулять со сверстниками. ‎— Почему ты раньше не сказал об этом? ‎— Ну я... Я просто... Пытался сам всё решать. ‎— Глупенький ты птенчик мой, Осирис, — Нут сделала лёгкий щелбан по лбу сына. ‎— Ой. ‎— Мало того, что ты скрываешь эмоции, так ещё и всё пытаешься на свои плечи положить всё на свете. Даже боги-демиурги создавали всё вместе. Вспомни как твой прадед Ра создавал мир и как ему в дальнейшем помогали. А что происходит ночью, когда мы спим? ‎— Ра плывет по Дуату, чтобы освещать умерших солнцем. ‎— Да, но путь там не лёгкий. Ведь в глубинах Дуата обитает злобный змей, который хочет сделать клац. — Нут начала щекотать Осириса. — Клац-клац! И помешать Ра начать новый день. Но солнечный бог не один плавает, а с помощниками, которые помогают бороться со злобным змеем. ‎— Они побеждают и Хепри освещает наш мир. ‎— И мы видим утреннюю красоту. Поэтому Осирис, ты должен перестать скрывать свои эмоции. Ты всегда можешь ко мне подойти и поговорить, пожаловаться. Я выслушаю и поддержу. И ты всегда можешь попросить что-нибудь. Беги гулять. ‎— Спасибо мам, — Осирис крепко обнял Нут. ‎ ‎Осирис надел обычную одежду и снял украшения, чтобы не потерять. Наконец-то он сможет развлечься и провести весело время. ‎ ‎— Ты готов. Будь аккуратнее и внимательнее. Магию не используй. — Нут поправила волосы сыну. ‎— Хорошо мам. ‎— Я тебе привяжу этот мешочек на пояс, в нем две баночки со смесью против укусов. ‎— Хорошо. Сегодня ты сильно готовишь меня к прогулке. ‎— Потому что кое-кто в прошлый раз пришёл весь грязный и в ссадинах. ‎— Мы просто катались на канате над водой. Троём. Вот верёвка и порвалась. ‎— Хорошо, что ты только в ил упал. Исида как-то пеплом решила накраситься, а Сетх однажды уделался в навозе. ‎— Это ещё не самое худшее, что с ним происходило. ‎— Соглашусь, но отмывали мы его долго, — Нут закончила с завязками на поясе Осириса. — Всё, ты готов идти. ‎ ‎Нут снова повторила правила безопасности, пока её не прервала Нефтида. ‎ ‎— Мам. ‎— Что такое, доченька моя? ‎— Ты разозлилась на Осириса и теперь его выгоняешь? — ещё чуть-чуть, и Нефтида расплачется. ‎— Что?! Нет коне... ‎— Да, Нефтида, меня выселяют и я пойду на рынок, авось подберёт кто-нибудь меня, — Осирис перебил слова матери. ‎— НЕ-ЕТ!!! НЕ УХОДИ. — Нефтида побежала к брату и крепко обняла. ‎— Осирис! Нельзя такое говорить. ‎— Да я просто пошути..., — прозвучал хлопок и треск вазы. ‎— Кто-то у меня получит и этот кто-то будет ещё наказан. ‎ ‎Осирис отпустил Нефтиду и объяснил, что отправляется на прогулку. Нут ещё раз повторила про безопасность,  проводила сына к выходу, убедилась в чистоте его лица и поправила одежду. ‎ ‎— Можешь идти, и не забывай смотреть по сторонам, вдруг тележка едет. ‎— Хорошо-хорошо, мам. ‎— Возвращайся скорее. — сказала напоследок Нефтида. ‎— Обязательно. ‎ ‎Осирис поцеловал мать в щеку, сестру в лоб и побежал гулять. Нут с Нефтидой смотрели на уходящую фигуру, а за их спиной тихонько пыталась пройти Исида. Но её выдала Нефтида. ‎ ‎— О, Исида. ‎ ‎Исида показала жестом "тихо". Но Нефтида не поняла и продолжила: ‎ ‎— А ты где была? Я тебя искала. ‎ ‎Исида понимает, что влипла. А её внешний вид, в данный момент, только больше подтверждает о использовании магии. Платье и лицо в земле, волосы растрёпанные. одна серёжка потеряна. ‎ ‎— Вот вы и попались, небет⁴, — повернулась Нут к Исиде. — Что я говорила насчёт магии дома? ‎— Не использовать её дома. ‎— И? ‎— Но я же не дома магию использовала, а в саду, — улыбнулась Исида. ‎— Ух, — вздохнула Нут. — Иди в комнату, будем мыться. ‎ ‎ ‎ ‎Идя домой, Сетх перебирал слова для разговора с братом. "Как бы аккуратно подойти к теме, чтобы не задеть?" — подумал юный бог оазисов. Дойдя до рынка, Сетх увидел Осириса, смотрящего куда-то вдаль. Только он хотел позвать, но к брату подбегают мальчишки и что-то весело говорят. Сетх не стал вмешиваться, зная, как Осирис мечтает провести время среди сверстников. ‎ ‎— Тебя всё-таки отпустили! Пошли скорее гулять! ‎ ‎Благодаря чуткому слуху, Сетх издалека услышал разговор. Мальчишки ещё поговорили и пошли.  "Пусть отдыхает, это его вечер" — подумал Сетх и пошёл домой. ‎ ‎Придя домой, Сетх увидел Исиду, пытающуюся снять браслет. ‎ ‎— Что, мама всё-таки надела кандалы тебе на руки? — весело спросил Сетх ‎— Это не надолго. ‎— Серьёзно? Ты пытаешься снять браслет, созданный самим Джехути, какой-то палкой? ‎— Да. Вдруг он не придал значение какой-то палке, — уверено ответила Исида. ‎— Желаю удачи. Не забудь потом поделиться своими успехами. ‎ ‎ ‎Сетх зашёл в комнату Осириса и сразу вздохнул аромат благовоний. Отличие от его покоев колоссальные. Но всё же Сетх зашёл не комнату оценивать, а ждать брата для разговора. Он сел на кровать и принялся снова думать над словами. ‎ ‎— Кажется, я знаю что сказать. Осталось только дождаться брата. ‎ ‎Но время шло, Атум плыл по небу, а Осириса не было. Сетх успел подремать, почитать свитки на столе и полюбоваться красивым почерком брата. ‎ ‎— Красота, по-другому и не скажешь. ‎ ‎На улице вечер продолжал спускаться. Разговор вряд ли сегодня состоится. Тогда Сетх принял решение написать письмо. Он помчался к столу, достал чистый папирус, взял тонкую кисть и остановился. ‎ ‎— А что только написать? Я не умею красиво описывать. ‎ ‎Несколько минут Сетх ломал голову, и ему пришла идея. Он напишет, то что стеснялся сказать. Это будет то, что Осирис вряд ли мог ожидать услышать. ‎Сетх пытался, насколько в его силах, аккуратно выводить иероглифы. Ведь он хочет показать себя с лучшей стороны. Затем Сетху пришла ещё одна идея — нарисовать пару изображений. Только художник из него ещё никудышнее, чем писец, но сдаваться он не планировал. ‎Как только письмо было готово, Сетх свернул его и положил на подушку кровати, а сам пошёл к себе в комнату спать. ‎ ‎Осирис вернулся через час. Он чувствовал себя, будто обрёл новую жизнь. За эту прогулку столько произошло, что воспоминания будут навсегда. Осирис с улыбкой лёг на кровать, думая о следующей встрече с друзьями. Но его мысли прервал папирус на подушке. ‎ ‎— Интересно, от кого письмо? ‎ ‎Осирис развернул папирус, и его взгляд зацепили два нарисованных человечка. Один был с щитом и в позе приветствия, а второй был в короне и в руках держал крюк с плетью. Осирис сразу узнал себя и Сетха на рисунке. Затем его глаза взглянули на надпись: ‎ ‎.                         ‎.                       mr//i Tn⁵ ‎ ‎ ‎Осирис не смог сдержать улыбку. Сетх нарисовал их в будущем и написал, то что редко можно было услышать от него. ‎ ‎— Я узнаю твой почерк из тысячи. И я тоже тебя люблю, — прижимая к сердцу письмо, сказал Осирис. ‎ ‎ ‎ ‎Те, кто всегда вместе, несмотря на всё ‎ Новый день — новая история в жизни. Утреннее солнце пробуждает мир от объятий сна. Лучи проскальзывали в покои будущего наследника. Стоящие растения в углу сразу потянулись к солнечному свету, приветствуя его. А вот сам Осирис крепко спал. Даже в позе сна он отличался от брата. Осирис часто спал калачиком, а край одеяла редко доходил до уровня груди. — ПОДЪЁМ, ВАШЕ ВЫСОЧЕСТВО! — Крикнул Сетх, резко открывая двери. — А? Тебе чего? — сонно приподнялся Осирис. — Как это чего? На тренировку пора вставать, — Сетх показал боевые приёмы. — Будем копья кидать, из лука стрелять. А чтобы было веселее, я беру тебя со собой. — Сетх, сейчас очень рано, давай позже? — Не-не-не. Как меня будить на письменность, так ты первый. Как со мной тренироваться, то сразу "давай позже, я сплю". Ты идёшь со мной и это не обсуждается. — Но Сетх. — Вставай. — Но... — Давай вставай. — Я хочу поспать, а твоя тренировка подождёт. Осирис лег обратно и повернулся на другой бок, забыв, что брат просто так не сдастся. Сетх пошёл на крайние меры. Убедившись, что Осирис снова уснул, он схватил за щиколотку брата и принялся стаскивать с кровати. — А-А-А!!! — крикнул Осирис и оказался на полу. — Вот ты и встал, пошли. — Ты настоящее чудовище, а не брат! — Ага. Давай вставай. — Сетх помог встать Осирису. Сегодня день обещает быть весёлым и полным сюрпризов. ‎