Висхолдинг

      Звуки смешиваются в общую безобразную какофонию, и шум бьющихся о берег волн слышится также отчётливо, как и хруст чьих-то сломанных костей. Наруто вздрагивает, ощущая тошноту кислым привкусом во рту. Дрожащая ладонь сильнее сжимает чужую, холодную и влажную, и пальцы переплетаются неосознанно, будто сами собой, на рефлексах, создавая крепкий замок. Сильное чувство опасности не покидает ни на секунду, блондин пытается сказать что-то безликому силуэту рядом с собой, но из горла вырывается лишь свист. Рука сжимает чужую сильнее, кажется, грозится сломать, но Наруто тянется к силуэту только ближе, чувствуя от него такое нужное сейчас, необходимое, как кислород, чувство защищенности и тепла.

***

      — Твою мать! — Узумаки валится на пол с громким хлопком и тут же путается в одеяле, напоминая мохнатую гусеницу, которая заматывается в плотный кокон, чтобы потом стать бабочкой. Миюки, спавшая у хозяина в ногах, недовольно фырчит, вылезая из-под ткани и лениво потягиваясь. — Твою мать, опаздываю! — блондин смотрит на настенные часы и тут же подрывается на ноги, выбегая в коридор и тихо шипя от боли в ушибленном бедре. — Дейдара, ты почему меня не разбудил? Ты же знаешь, что в понедельник у меня!.. — Узумаки дёргает ручку, но комната брата пустая, кровать как обычно в куче брошенных и забракованных чертежей, а на столе стоит кружка с недопитым кофе.       Наруто хмурится. Брат вернулся вчера ночью, немногим позже самого Наруто, уставший и явно желающий всю следующую неделю проваляться в постели, никуда не выходя. Бросил что-то на ходу про «истеричную суку», сказал, что хочет спать и расскажет всё потом. Вспоминая, какой у Дейдары сбитый режим, резкий ступор настороженности сменяется полным непониманием — обычно Тсукури просто отсыпается после таких насыщенных «рабочих» выходных, валясь с ног от усталости и фыркая на Наруто, чтобы тот вёл себя тише. Узумаки для себя решает, что позвонит брату уже по дороге в университет, и делает шаг в сторону ванной, как снова спотыкается и падает животом на пол.       — Миюки! — ругается блондин в унисон с громко мяукнувшей кошкой, которая, как обычно, вышла потереться об ноги хозяина, чтобы получить порцию еды и ласки. — Не сейчас, Миюки! — Наруто поднимается с пола, думая о том, что утро определённо не задалось с самого его начала.       Вид у парня крайне помятый, а на лице красным пятном красуются следы от наволочки. Наруто бурчит себе под нос, наскоро умываясь и чистя зубы, чтобы не выглядеть уж совсем небрежно. Попытки уложить непослушные волосы хоть как-то приемлемо точно также заканчивается полным провалом, и Узумаки, схватившись за голову и воя от досады, решает, что и так уже сойдет, выключает кран и несётся в сторону спальни, чтобы одеться и взять сумку с тетрадями. Миюки смотрит на него внимательным взглядом зелёных глаз, тряся пушистым хвостом из стороны в сторону и ожидая, когда хозяин обратит на неё внимание снова.       Наруто пусть и был крайне взбалмошным, своенравным и с шилом в одном месте, а опаздывать не любил сам, и требовал пунктуальности от других. Чаще всего под горячую руку попадался ленивый Шикамару, который пусть и старался приходить на встречи вовремя, но всё равно опаздывал и иногда отхватывал подзатыльник за приевшееся оправдание «я проспал». Узумаки прикинул, что до начала пары у Эбису оставалось около тридцати минут, и в теории парень ещё вроде как успевал, но проблема заключалась в противном и крайне скверном характере преподавателя — тот не терпел опозданий, прогулов и пропусков даже с уважительной причиной, цеплялся к каждой мелочи, а на зачётах валил так, что бедные студенты и студентки ловили из-за него истерики, ходя потом на пересдачи или бегая с щенячьими глазами за мужчиной, умоляя того принять зачёт повторно, пока ведомость не была сдана прямиком в деканат. Сам Узумаки на лекциях Эбису ничем не выделялся: старался не прогуливать, приходил всегда вовремя, зачёты сдавал с горем пополам и явно не без помощи Шикамару, который перед «судным днём» натаскивал бедного Наруто по выданным заранее билетам. В общем-то, портить отношения с этим крайне противным преподавателем Наруто никак не хотел.       Однако, не задавшееся с самого пробуждения утро решило напомнить о себе вновь: Наруто нигде не мог найти брошенные где-то после вчерашней смены в клубе джинсы. Выкинув на пол почти все вещи из шкафа, блондин пытался найти ещё одну пару, но той, как назло, нигде не было. Повторно взвыв от отчаяния, Узумаки метался по комнате в поисках своего телефона, который нашелся под подушкой на зарядке. Звонить брату по таким бытовым вопросам, как «а где мои вещи» было стыдно, но другого выбора уже просто не оставалось.       — Ну возьми же трубку, тупой нии-сан, — сокрушался Узумаки, ходя по комнате взад-вперед в одной майке и трусах. — Ну почему когда нужно, до тебя не дозвонишься, а когда не нужно, то ты хуже курицы-наседки? — гудки на другом конце провода казались бесконечно долгими, и Наруто уже собрался сбросить вызов, как в трубке послышался голос Дейдары. Вздох облегчения сорвался с губ.       — Говори быстро, я занят, — Узумаки хорошо уловил в интонации брата плохо скрываемое раздражение и усталость. На фоне слышались клацания клавиатуры и мышки, а ещё голоса других людей, и блондина осенило, что Дейдара, скорее всего, просто поехал в офис решить какие-то неотложные рабочие вопросы.       — Извини, если я тебя отвлекаю, нии-сан, я просто… — выпалил Наруто почти скороговоркой, но его тут же перебили холодным и серьёзным тоном.       — Наруто, ближе к делу, мне некогда с тобой трепаться. Что нужно? — Дейдара крайне редко так с ним разговаривал, лишь в подростковом возрасте, когда Наруто шкодничал в школе, и из-за этого Тсукури, как опекун, часто оказывался в кабинете директора, краснея до самых ушей за поведение мелкого. Где-то внутри кольнуло от обиды, ведь сейчас Узумаки ни в чём не провинился.       — Ты не знаешь, где мои джинсы? — на другом конце провода повисла тишина, и Наруто виновато прикусил губу. Злить Дейдару всегда было себе дороже, ведь в гневе брат был страшен, а сейчас буквально фонил подавленной агрессией. Наруто чувствовал это, даже не находясь рядом.       — Ты издеваешься? Я не слежу за твоими вещами, — фыркнул Тсукури, а потом со вздохом быстро добавил: — Посмотри в ванной или в гостиной. Если не найдешь, то возьми любую пару из моего шкафа. — и сбросил трубку прежде, чем Наруто успел открыть рот.              Узумаки хлопает себя по лбу, не понимая, как раньше не додумался до того, чтобы просто взять джинсы из гардероба брата, а не носиться по дому в поиске своих. Правда, была загвоздка в том, что стиль одежды у них был кардинально разным: Наруто предпочитал что-то более спортивное и свободное, и зачастую блондину было всё равно, какого цвета было изделие, если оно было удобным, а вот Дейдара наоборот любил шмотки на «рокерский» манер, выбирая чаще всего тёмные цвета, которые выгодно подчёркивали его подтянутое тело.       Наруто роется в вещах Тсукури, обещая себе, что потом обязательно извинится за устроенный бардак и обязательно уберётся; находит что-то похожее на штаны, и снова чуть ли не воет, потому что они выглядят ну крайне облегающими. Времени ковыряться и выбирать нет, поэтому Узумаки натягивает вещь на себя и несётся в сторону кухни, чтобы перед уходом покормить Миюки. Кошка по-прежнему смотрит на хозяина крайне недоумённо, не торопясь притрагиваться к еде, пока хозяин ищет в холодильнике хоть что-то съедобное.       — Да что же это за день сегодня! — Узумаки больно ударяется головой об полку, когда выпрямляется в полный рост с зажатой во рту онигири. Взгляд падает на часы, и Наруто понимает, что на метро он точно никак уже не успеет, а значит, придётся ехать на такси. — Господи, если ты существуешь, пусть на дорогах не будет пробок, — жуя импровизированный завтрак и клацая по экрану телефона, молится блондин, направляясь в коридор и надеясь всё-таки приехать в университет вовремя. — Миюки, до вечера! — бросает парень перед тем, как выскочить за дверь и чуть не споткнуться об незавязанные шнурки собственных конверсов. «Завяжу потом» —думалось ему.       То ли ранее прочитанная молитва действительно сработала, то ли просто судьба решила больше не издеваться над бедным Наруто, но такси приезжает достаточно быстро, и у парня в запасе остаётся ещё около пятнадцати минут. Узумаки уже не верил, что он по счастливому стечению обстоятельств успеет на пару вовремя, но про себя снова умолял высшие силы, чтобы Эбицу сегодня был в более-менее хорошем расположении духа, если привычную хмурость и отвращение на лице преподавателя можно было назвать «нормальным настроением», и простил блондину опоздание.       Однако неведомые боги остаются глухи к мольбам Наруто, и когда до университета остаётся всего пару кварталов, водитель с несколько виноватым видом говорит о том, что впереди какая-то авария и движение дальше пока перекрыто. Узумаки готов рвать на себе волосы от отчаяния, но всё-таки прикидывает, что добежать самостоятельно будет быстрее.       Телефон в кармане вибрирует, оповещая о пришедшем сообщении, и Наруто обречённо вздыхает, открывая его.

от: псина обыкновенная

тебя где, черт возьми, носит? Эбису сегодня психованный, он тебя на флаг порвёт за опоздание.

      Нет, хуже уже быть точно не может.       Наруто пихает водителю смятые купюры, наскоро прощается, бросая «без сдачи», и несётся в сторону университета. Правда, дорога до учебного заведения превращается в самый настоящий аттракцион, как по закону подлости и вселенскому заговору: Наруто дважды чуть не падает прямо носом в асфальт, трижды умудряется обняться со столбами и сбивает какую-то бабушку с маленькой собачкой, на ходу громко извиняясь. Бабушка кричит вслед про «невоспитанное поколение» и «одуревшую молодежь», а собачка противно тявкает, скорее всего, тоже что-то очень нелицеприятное в адрес убегающего блондина. Будь у Наруто сейчас чуть больше времени, он бы обязательно высказал всё, что думает и бабушке, и её неадекватной собачонке, но настроение и так было безнадёжно испорчено, а ещё он уже опаздывал на две минуты, и, скорее всего, выскажут сейчас по полной программе именно ему.       Наруто влетает в холл университета, на ходу показывает пропуск охраннику, надеясь, что тот хоть что-то успел разглядеть за ту доли секунды, пока перед ним проносилась блондинистая катастрофа, и несётся по пустому коридору и лестнице в сторону нужной аудитории, всё ещё надеясь, что его простят, пустят и не поставят пропуск, который потом очень несладко аукнется на зачёте. Узумаки перескакивает по две ступеньки, пытаясь сохранить дыхание ровным, но к четвёртому этажу лёгкие горят от нехватки кислорода, а сердце бьётся об грудную клетку, отдаваясь звоном в ушах.       Блондин хватается рукой за перила, наступая на лестничный пролёт, как вдруг перед глазами мелькает что-то чёрное, а после слышатся два удара, которые из-за эха смешиваются в один.       Оглушительный «Бам!» отдаётся звёздочками перед глазами, и Наруто не сразу понимает, что происходит, всё ещё отходя от болевых ощущений. Майка становится подозрительно сырой, в нос ударяет запах кофе, а кожу в районе груди странно жжёт и покалывает.       — Ой, мамочки, — стонет Наруто, хватаясь за ушибленную при столкновении голову. Кое-как получается принять сидячее положение. На лбу, судя по прикидкам Узумаки, через пару часов вылезет огромная шишка. — Как же больно, — блондин наконец-то открывает глаза, расфокусированно смотря на сидящего на другом конце лестничного пролёта Учиху Саске.       Тот выглядит так, будто его огрели обухом по голове и сейчас вокруг него витают маленькие звёздочки. Рядом валяется стаканчик из-под кофе, а по полу разлита горячая субстанция. Саске стонет от боли, хватаясь за ушибленный лоб, и смотрит на Наруто таким же мутным взглядом. Голубизна сталкивается с чернотой, и Узумаки резко чувствует стыд от ситуации.       — Прости, пожалуйста, — тараторит блондин, первым вскакивая на ноги и подбегая к сидящему одногруппнику. — Очень больно? — вопрос глупый, но почему-то это единственное, что сейчас приходит на ум. — Я не увидел тебя.       — Я понял, что ты как обычно ничего не видишь, идиот, — раздражённо бросает Учиха, неожиданно принимая протянутую руку помощи. Взгляд снова задерживается на виноватом лице одногруппника, который смотрит на него с видом нашкодившего щенка. — Что ты пялишься? Я не смертельно ранен.       — Я правда не хотел, — честно говорит Узумаки. — Мне жаль твой кофе и вообще… — Саске только выдыхает, пытаясь скрыть раздражение от ситуации. Ладно, в этот раз блондин действительно не виноват в том, что Учиха не выспался, кое-как встал на пару, притащился сюда с опозданием в две минуты, а какой-то крайне истеричный преподаватель выгнал его, сказав, что приходить нужно вовремя, если парню нужны знания. В тот момент Саске едва сдержал себя, чтобы не огрызнуться в ответ, но нежелание притягивать к себе лишнее внимание и проблемы всё-таки пересилило. И как только Учиха собрался идти домой, чтобы отоспаться, как на него налетел этот блондинистый кретин.       — Забей, я в порядке, — он старается сохранить холодный тон, отряхиваясь от пыли и с грустью глядя на недавно купленный эспрессо, который теперь старался стать единым целым с полом. Затем переводит взгляд на черную майку одногруппника, которая теперь красовалась мокрым пятном прямо посередине груди, и отводит взгляд куда-то в сторону: в общем-то, и не его это было дело. — Иди уже, куда шёл, — только Саске хочет начать спускаться дальше вниз по лестнице, как Наруто неожиданно оживает и хватает Учиху за запястье тёплой, немного шершавой ладонью. — Эй, ты совсем сдурел? Какого…       — Чёрт, сейчас же пара у Эбису. Он нас убьёт за опоздание, — блондин тянет одногруппника за собой, и Саске для себя отмечает, что хватка у Узумаки что надо: крепкая, но не причиняющая боль. — Пойдём быстрее, может, если мы ему объясним, что случилось, то он над нами сжалится, — и лучезарно улыбается, заставляя Учиху недоумённо хлопать глазами.       Саске собирается сказать, что его только что выперли из аудитории, но уже слишком поздно: Наруто почти бегом несётся по коридору, а Учиха только и успевает, что переставлять ноги и тащиться следом. В голове всплывает воспоминание о рисунке с Наруто на стене, в который брюнет вчера всадил с десяток дротиков, разозлившись на очередной разговор с отцом, да ещё и Итачи подлил масла в огонь, сказав, что стоит перестать делать глупости и подумать о будущем.       Но конкретно сейчас Узумаки не являлся центром постоянного раздражения, именно поэтому Саске даже не пытался вырываться. А, возможно, всё дело было в утренней заторможенности невыспавшегося Учихи. Парень выдёргивает запястье из чужой ладони только у самой аудитории, когда Наруто, заметив, как вцепился в руку одногруппника, виновато почесал затылок.       На лице Саске снова появляется привычное отрешённое выражение лица, и он мотает головой, которая всё ещё побаливает после удара. Наруто тихо стучится, и Учиха немного отходит назад, чтобы не проходить унижения снова. Сейчас будет шоу.       — Извините за опоздание, можно… — вся группа устремляет взгляд на стоящего в дверях Наруто, а он сам замечает, как Киба жестикулирует с задних рядов, и Узумаки кажется, что у друга припадок. Эбису прекращает зачитывать лекцию и поправляет очки на лице. — Я тут не один, мы просто столкнулись на лестнице, так случайно вышло, у меня вон даже шишка на лбу вылезла, а ещё я кофе на себя пролил, но это ничего страшного, — быстро тараторит Узумаки, стараясь придать ситуации как можно больше трагичности и хоть как-то разжалобить преподавателя.       — Фамилии, — шипит в ответ мужчина, даже не повернув голову в сторону студента. Отчего-то становится не по себе, но Наруто не подаёт вида.       — Узумаки Наруто, а со мной Учиха Саске. Это я с ним столкнулся на лестнице, — Киба жестикулирует в два раза активнее, изображая что-то среднее между «заткнись» или «тебе пиздец», а через секунду Шикамару дёргает Инузуку за шкирку, заставляя успокоиться и сидеть тихо. Взгляд снова падает на профиль преподавателя, тот что-то чиркает у себя в блокноте. — Так можно?..       — Вы считаете Ваше поведение приемлемым? — Эбису, наконец, встаёт из-за стола и поворачивает голову в сторону блондина. — Если Вы не успеваете на мои занятия вовремя, то незачем мешать остальным, ответственным студентам. Сейчас Вы отвлекаете меня от важной темы, закройте дверь и ждите начало следующей пары в коридоре, — гробовая тишина. Наруто сглатывает ком в горле, чувствуя, как от злости начинают краснеть уши, а кулаки непроизвольно сжимаются. — Вы меня не услышали? Закройте дверь.       — Это я безответственный? — шипит Узумаки, смотря прямо на преподавателя. Огромных усилий стоит контролировать грозящиеся вырваться наружу эмоции: голос так и фонит раздражением. Саске, стоящий чуть поодаль, отрывается от своего телефона, растягивая губы в ухмылке — усуратонкачи сейчас напоминает напыжившегося хомячка.       — Полагаю, что не только Вы, но и Ваш друг. Прекратите отрывать меня от занятий, повторяю в последний раз, — Эбису говорит ровно и спокойно. Наруто стискивает зубы и с грохотом захлопывает дверь в аудиторию. Возможно это было излишне громко, но сейчас его не волновало ни то, как это выглядело со стороны, ни то, чем это аукнется ему в дальнейшем. Сейчас раздраженное с самого утра сознание взяло верх.       — Как предсказуемо, — насмешливо жмёт плечами Учиха. — Не знаю, чего ты ожидал. Меня он уже выставил за дверь, но спасибо, что протащил меня по кругу унижения ещё раз, — Саске смотрит на тяжело дышащего одногруппника, который сжимает и разжимает кулаки в попытке успокоиться. Надо сказать, что выглядит это крайне забавно. — Теперь ты доволен? — тот не отвечает, руки всё ещё крепко сжаты в кулаки, но дыхание становится более равномерным, а плечи опускаются, переставая быть слишком напряжёнными. Видимо, метод с сжиманием-разжиманием кулаков всё-таки работает.       — Доволен, — Узумаки делает пару вдохов-выдохов, чтобы окончательно избавиться от поглощающего чувства злости, и поворачивает к собеседнику голову. Ухмыляется в ответ, обнажая ровные белые зубы. — Ну, раз нас выперли, то как насчёт подождать в кафетерии? Я куплю тебе кофе, твой ведь я разлил, будем считать, что это в качестве извинения, — Саске задумывается о том, что перспектива выпить бесплатного кофе не такая плохая, но не подумает ли этот идиот, что они теперь друзья? От этой мысли Учиху даже передёргивает.       — Только в качестве извинения, а потом ты от меня отвалишь и не будешь попадаться мне на глаза весь оставшийся день, — бросает парень, разворачиваясь к Наруто спиной и медленно двигаясь в сторону кафетерия.       — Мы в одной группе, идиот, — Узумаки догоняет одногруппника и встаёт перед ним, идя спиной вперёд. Саске такое мельтешение перед глазами заметно раздражает, потому что блондин жестикулирует руками и смотрит с неким осуждением. — В чём твоя проблема?       — А твоя? — поднимает бровь Учиха. — Или ты ко всем незнакомым людям лезешь с предложением подружиться? Такой дефицит внимания и общения? — Наруто копирует его действие и гримасничает недовольное выражение лица.       — Мне кажется, что ты выглядишь одиноко, — честно признаётся Узумаки. — И тебе не помешает хороший друг.       — Я тебе уже сказал, что мне не нужны друзья и приятели, — огрызается, хватаясь за дверную ручку, чтобы выйти на лестницу, ведущую в холл. — Бесполезная трата времени и сил, так что прекрати строить из себя святую добродетель, — с губ почти срывается смешок, когда блондин снова спотыкается об собственные шнурки и падает на уже достаточно пострадавшую сегодня задницу. — И завяжи ты, наконец, свои шнурки. Свалишься ещё — я не собираюсь тащить тебя до больницы, — и уходит, начиная медленно спускаться по ступеням. «Долбанные шнурки, совсем про них забыл» — проносится в голове Узумаки, когда он видит постепенно удаляющуюся чёрную фигуру. Но он не пальцем деланный и поэтому быстро встаёт, не замечая лёгкую боль в районе бедра.       — А мне кажется, что ты просто зануда, поэтому всегда один, — Наруто снова настигает Учиху, и тот думает, что от этого блондинистого урагана уже порядком болит голова. — С тобой никто не хочет общаться из-за твоего скверного характера. Дай угадаю, у тебя психологическая травма? О, тебя бросила девушка и ушла к твоему лучшему другу?       — Закрой рот, — рычит Саске, чувствуя, что ещё секунда — и он сам спустит этого ублюдка вниз головой с лестницы.       Но Узумаки продолжает, войдя во вкус. Его голубые глаза так и светятся огоньком «шалость удалась».       — Или нет, подожди. Твои родители видели в тебе скрытый потенциал и средство для достижений цели, и хотели, чтобы ты больше учился, а не тратил время на «бесполезную дружбу»,— блондин делает кавычки в воздухе. — А ты их разочаровал, да? — Наруто внимательно следит за эмоциями на лице Саске, и от него не ускользает, как на словах про родителей Учиха вздрагивает.       — Не лезь не в своё дело, — бросает предупреждением, и глаза от злости будто становятся ещё темнее.       — Так я попал в яблочко? — Узумаки победно усмехается. — Тогда твои проблемы с предками вполне себе объясняют твои проблемы с социумом и нежеланием иметь близкие связи, — Саске стискивает зубы. — О, не смотри на меня так. Я ходил с братом на курсы по психологии как-то, разбираюсь немного. Думаю, тебе не помешает относиться к дружбе не как к балласту, а как к возможности получить необходимую помощь. Ты, конечно, больше на маньяка смахиваешь, но я был бы не против с тобой дружить, все мы с приколами, — и снова поворачивает голову к собеседнику, чтобы лучезарно улыбнуться.       Саске чувствует, что в голове словно хлопает петарда, и он срывается с места молниеносно, чтобы догнать слишком много болтающего одногруппника. Только тот, вместо ожидаемой реакции страха получить по лицу за излишнюю разговорчивость, заливисто смеётся и несётся вниз по лестнице, на ходу крича: «Догоняй, придурок».       Саске хмурится, провожая силуэт блондина глазами.       Поведение Итачи, который стремился защитить брата от нападок отца, Саске было понятно.       Поведение родителей, которые ждали от младшего такой же гениальности и серьёзности, как от нии-сана, Саске было понятно.       Поведение окружающих Учиху людей, которые зачастую велись лишь на красивую внешность, а потом кривили лицо, стоило парню открыть рот, Саске было понятно.       Однако поведение Узумаки Наруто не вписывалось ни в одну категорию, не поддавалось логическому объяснению, только вызывало ещё больше вопросов.       Наруто имел взбалмошный, но вполне себе дружелюбный характер, ладил, кажется, почти со всеми в группе, но при этом спокойно ставил на место, если задевали его самого или близкого ему человека, мог съязвить в нужной ситуации и даже подстебнуть, как уже несколько раз проделывал это с Учихой.       И при всех этих фактах Наруто абсолютно спокойно предложил Саске себя в качестве друга. У кретина башка что ли из картошки, и он не понимал с первого раза?       Саске нагоняет Наруто почти у кафетерия, хватая того за ворот майки, мощным толчком припечатывая к стене, и с размаху бьёт свободной рукой по скуле. На лице Учихи — плохо скрываемое бешенство, а Узумаки, несмотря на достаточно мощный удар, продолжает тихонечко, немного запыханно смеяться.       — Тебе весело, я смотрю? — шипит Саске прямо в лицо блондину. — Ещё раз полезешь туда, куда не просят — и я сломаю тебе шею, понял меня? Не смей копаться у меня в голове. Мне не нужны ни ты, ни твоя дружба, ни тем более твой психологический анализ. Ты нихрена не понимаешь, — Наруто следит за эмоциями на лице напротив, а потом снова прыскает со смеху, кажется, совсем не испугавшись пламенной речи. — Что смешного я сказал?       — Извини, ты с таким серьёзным лицом угрожаешь, что мне становится смешно, — Наруто дёргается, вырываясь из хватки Учихи. — Ну всё, не тяни так сильно, порвёшь же, — Саске разжимает пальцы. Злость проходит, уступая место полному недоумению. У кретина действительно полностью прибит инстинкт самосохранения. — Полегчало? — блондин выгибает бровь, смотря, как Учиха фыркает и разворачивается к нему спиной. — Куда ты собрался? Пошли, выпьем кофе, поедим тортики, — и снова хватает за руку прежде, чем Саске успевает возмутиться от такой наглости.       Студентов в кафетерии почти нет, поэтому выбрать свободный столик труда не составляет. Наруто хочет сесть где-то в центре, но Учихе такой расклад событий не нравится, поэтому он выдёргивает запястье, направляясь к уже прогретому местечку в конце зала. Наруто лишь жмёт плечами, а Саске устало плюхается за стол, скидывая сумку с плеча и смотрит, как блондин достаёт из кошелька карту.       — Что будешь? Я угощаю, — Наруто снова улыбается, на что брюнет только закатывает глаза. В Узумаки его бесит абсолютно всё: белозубая улыбка, странные шрамы на щеках, эти пронзительные, ярко-голубые глаза, искренний смех и абсолютно ломающее голову Учихи поведение. И тот сам понять не может, почему от этого ходячего недоразумения вспыхивают такие эмоции.       — Эспрессо, — бросает, утыкаясь взглядом в телефон. Ничего интересного там нет, но это всяко лучше, чем смотреть на раздражающую физиономию.       — А десерт? Тут вкусные чизкейки, нежные такие, — Наруто терпеливо ждёт ответ от одногруппника, который теперь, судя по всему, снова решил его игнорировать.       — Я равнодушен к сладкому, — отвечает, а после смотрит, как фигура блондина начинает удаляться.       Взгляд падает на обтянутые чёрными джинсами ноги, и Саске тут же вспыхивает, чувствуя, как щёки почему-то краснеют. Трясёт головой, стараясь отвлечься и доставая из сумки скетчбук, в котором он планировал дорисовать более детально существо из сегодняшнего кошмара, пока воспоминание ещё свежо в памяти. То снова тянуло к нему когтистые окровавленные лапы и скалило гнилые зубы, обдавая вонью изо рта; хватало за горло, и Учиха хорошо помнил состояние дикой агонии, беспомощности и липкого страха. Помнил металлический привкус крови во рту, когда существо с корнем вырывало парню язык, без конца шепча на ухо «молчи, молчи, молчи».       — Красиво, — раздаётся где-то рядом, и Учиха вскидывает злой взгляд. Наруто отдаёт ему стаканчик с кофе, внимательно разглядывая рисунок. Хмурится, потому что очертание чёрных силуэтов кажутся как будто знакомыми, или же это просто самовнушение. — Что это?       — Я уже сказал тебе не лезть не в своё дело. Чего ты до меня доебался? — Саске выхватывает напиток из рук одногруппника слишком резко, несколько горячих капель попадает на ладонь, обжигая, но парню плевать.       Между ними снова возникает зрительный контакт, похожий на ожесточённую войну. Чернота холодных вод океана сталкивается с небесной лазурью. Оба прищуриваются, не желая проигрывать в зрительном «сражении». У Наруто мелькает мысль о том, что вот так — неправильно. Они ведь всё-таки даже не друзья, но откуда-то возникает эта острая потребность смотреть друг на друга. Саске моргает, сжимая в руке карандаш сильнее, но внимательного взгляда чёрных омутов не отводит. Соперничество. Учиха первым сдаваться не собирается, а Узумаки слишком упрямый, чтобы уступать.       Однако, ситуацию разрешает проходящая мимо девушка с подносом, которая неосторожно цепляет Узумаки, на ходу шепча: «Извините». Наруто чуть наклоняется вперёд и цокает языком, садясь напротив Саске. Тот захлопывает скетчбук, убирая его подальше от любопытных глаз.       Повисает неловкое минутное молчание, а после Наруто тяжело вздыхает и делает глоток своего напитка. Продолжать эти «игры» ему уже не хочется, да и Саске молчит, безучастно пялясь в окно.       Откуда столько желания задеть друг друга посильнее у двух совсем незнакомых людей?       — Спизданёшь что-то — и я тебе ещё раз вмажу, — предупреждает Саске, как только Наруто открывает рот, чтобы что-то спросить. Тот только виновато улыбается. — Не думай, что это всё что-то значит. Я всё также не собираюсь быть твоим другом.       — Я и не думаю, — пожимает плечами Узумаки. — Ты ведь уже сказал, что тебе никто не нужен. Но я всё ещё считаю, что у тебя просто не было правильного человека, чтобы ты понял, что дружба — это не плохо.       — Не думай, что ты им станешь, — хмыкает Учиха, беря тонкими пальцами стаканчик с кофе и поднимаясь со своего места. — Мне не нужен правильный человек, я сам по себе прекрасно справляюсь. Не лезь ко мне больше с этим, если не хочешь нарваться на проблемы, — и уходит, оставляя Наруто одного.       Блондин провожает силуэт одногруппника взглядом и смотрит на чизкейк в своей тарелке, который уже и не выглядит как-то привлекательно. Учиха Саске — настоящая головоломка, и Наруто очень хочется её разгадать. Только вот что-то подсказывает, что это будет посложнее кубика Рубика.       За окном неожиданно снова начинается сильный дождь, и Узумаки обречённо вздыхает. И без того отвратительно начавшийся день был безнадёжно испорчен.

***

      В квартиру блондин заходит тихо, думая, что брат отсыпается после утреннего визита в свой рабочий офис, однако, с кухни доносятся аппетитные запахи, а через секунду в дверном проёме появляется удивлённый Дейдара, держа в руках полотенце. Наруто как-то вымученно улыбается, надеясь, что Тсукури поймёт без слов.       — В прогульщики заделался? — хмыкает, складывая руки на груди. — У тебя вроде как пары сегодня до четырёх часов, а ты уже дома, хотя ещё нет и двенадцати, — около ног Дейдары трётся Миюки, которая вскоре бежит к хозяину, встречая его. Наруто поднимает любимицу на руки, почёсывая ту за ухом и на ходу сбрасывая конверсы с ног. — Есть будешь?       — Да, буду, — на самом деле, есть не особо хочется после перебитого аппетита, но брат готовит слишком вкусно, отказываться будет преступлением. — Ты выглядишь уставшим. Не ложился спать?       — Да какой там, — фыркает Тсукури, доставая тарелки и щёлкая кнопкой на чайнике. — Эти уроды завалили меня работой, пытаюсь уже который день разгрести это дерьмо. Тут правки, там правки, — машет рукой, чем вызывает у Наруто смешок. — Ай, не бери в голову. Что у тебя случилось?       — Ничего не случилось, — выходит более резко, чем Узумаки хотелось бы. Приятный аромат удона щекочет ноздри, а рот наполняется слюной. Дейдара ставит перед ним тарелку и садится напротив, беря в руки палочки. Взгляд холодных голубых глаз внимательно смотрит на лицо младшего. — Что?       — Можешь друзьям своим это говорить, и тебе поверят, а мне не надо, я тебя знаю, как облупленного, — хмыкает Тсукури, принимаясь за еду. — Давай выкладывай, — Наруто выдыхает, понимая, что отвертеться действительно не получится. Брат всегда был проницательной скотиной, от которого скрыть что-то было почти нереально, Узумаки много раз пытался, однако, врать у него получалось действительно очень плохо.       — Представь ситуацию, что у тебя есть одногруппник, который ведёт себя, как заносчивый, высокомерный ублюдок, которому тебе так и хочется врезать по лицу, но при всём этом, тебе его… жаль? Не знаю, как описать ещё это чувство, — Наруто задумывается на мгновение. — Да, наверное, мне его действительно жаль. Он выглядит одиноко, и мне хочется как-то помочь ему освоиться. Знаешь, Дейдара, мне кажется, что он на самом деле и не такой уж плохой, просто никого к себе не подпускает, — заканчивает свою мысль парень, также принимаясь за еду. Миюки на его коленях успокаивающе мурчит.       Тсукури хмурит брови, внимательно обдумывая то, что сказал ему брат. В голове вспыхивает мысль, что где-то он подобное уже видел. И от подобной иронии судьбы хочется только рассмеяться.       — Решил стать альтруистом? — хмыкает Дейдара, вставая, чтобы налить и себе, и Наруто чай. — Такие люди обычно не приносят ничего, кроме боли и проблем, подумай хорошенько, нужна ли тебе такая дружба. Если человек не хочет сейчас, то ему это вряд ли будет нужно потом, а вот ты можешь увязнуть с головой в созависимости, из которой потом не выберешься, — разумно замечает Тсукури, смотря, как брат отводит глаза. — Тебе не нужен такой человек, Наруто. Понимаешь меня?       — Понимаю, — короткий кивок. — Но всё же, Дейдара, что бы ты посоветовал? — и смотрит абсолютно серьёзно, будто и не слушал вовсе. Дейдара обречённо вздыхает: доброта брата когда-нибудь его и погубит. — Я не могу разобраться сам, мне нужна твоя помощь.       — С такими людьми тяжело, — начинает объяснять Тсукури. — Они чаще всего подавлены и склонны к саморазрушению, а если вовремя не очнуться, то увязнешь в этом сам. Но обычно просто нужно время. Они сразу к себе не подпустят, лишь спустя миллион упрямых попыток, когда будут видеть, что действительно интересны тебе целиком и полностью. Правда, интерес должен быть взаимным, иначе ты просто превращаешься в назойливую муху. Попробуй… понять своего одногруппника, возможно, у вас найдётся общая тема для разговора, которую вы захотите обсудить, так постепенно и будет выстраиваться доверие.       — Ты так думаешь? — Наруто выковыривает овощи из лапши, ловко закидывая их себе в рот. — Просто он не выглядит, как человек, который хочет быть понятым.       — Все люди хотят быть понятыми, Наруто, — Дейдара треплет брата по волосам, ставя перед ним чашку с зелёным чаем и возвращаясь к своей еде. — Просто у кого-то есть причины скрываться, боясь боли или повторения плохого опыта, а кто-то просто искренний, как ты со мной сейчас, например. Ты же тоже хочешь быть понятым и услышанным, и я с удовольствием даю тебе такую возможность.       — Ты как всегда прав, — Наруто наконец-то расслабляется и облегчённо выдыхает. — Спасибо. За разговор и обед. Мне стало легче.       — Я рад, — кивает Дейдара, смотря на брата, который с аппетитом доедает лапшу в своей тарелке. Тёплая улыбка трогает губы Тсукури. — Наруто, только…       — Что? — прожёвывая пищу, уточняет блондин. Рука тянется за чашкой чая, и Узумаки становится очень спокойно на душе.       — Не делай глупостей, ладно? Будь осторожнее, — искренне просит Дейдара, и брат согласно кивает, лучезарно улыбаясь.       Наруто допивает чай, подхватывает на руки Миюки поудобнее и уходит к себе в комнату, негромко хлопая дверью. Тсукури запускает пальцы в светлые волосы, думая о том, что младший обязательно натворит глупостей, но его ли право в это вмешиваться?       В конце концов, Дейдара и сам когда-то через это прошёл.