Оборотень выбрал меня

Прошло два года. И иногда Тэхёну всё ещё казалось удивительным, что это его жизнь. Не сон, не что-то временное, а настоящее. Дом посреди леса, тёплый свет по вечерам, смех на кухне, шерсть на диване, потомучто некоторые оборотни слишком любят спать волками прямо в гостиной, и Чонгук. Всегда его Чонгук. — Ты нервничаешь. Тэхён стоял перед зеркалом, поправляя воротник, и закатил глаза. — Врёшь. — Прекрати использовать вашу волчью магию против меня. Чонгук тихо рассмеялся за его спиной. Тэхён поднял взгляд на отражение и замер на секунду, потому что Чонгук выглядел невероятно. Тёмный костюм идеально сидел на нём, волосы были аккуратно убраны назад, а в глазах то самое мягкое тепло, которое всегда появлялось рядом с Тэхёном и направлено всегда только на него. Чонгук подошёл ближе и обнял его со спины. — Ты красивый. Тэхён фыркнул. — Ты говоришь это каждый день. — И ни разу не соврал. Связь сразу отозвалась теплом. За эти годы она стала спокойнее и глубже. Теперь они уже не пугались, когда чувствовали эмоции друг друга. Это стало частью их любви. Тэхён иногда просыпался ночью от чужой нежности и понимал, что Чонгук просто смотрит на него. А Чонгук всегда знал, когда Тэхёну тревожно, ещё до того, как тот сам это осознавал. Они научились быть друг для друга домом. Свадебную церемонию организовал отец Чонгука, и это до сих пор казалось чем-то невозможным. Когда-то этот человек был главным страхом Чонгука, а теперь лично спорил с декораторами, потому что: — Цветы должны быть светлее, Тэхёну нравятся такие. Тэхён тогда чуть не расплакался прямо посреди кухни. Церемония проходила в лесу. Там, где Тэхён впервые встретил огромного чёрного волка. Только теперь лес был наполнен не страхом, а светом, тёплыми огнями гирлянд, смехом и голосами стаи, и Тэхён впервые не чувствовал себя чужим среди них. Наоборот, его встречали улыбками и объятиями. — Тэхён, ты опять не даёшь Чонгуку нормально поесть? — Потомучто, если я не прослежу, он забудет. — Неправда, — донеслось недовольное от Чонгука. Все рассмеялись, и сердце Тэхёна сжалось от счастья. Потомучто это теперь и его семья. Когда Тэхён вышел к церемонии, лес затих. Он сразу увидел Чонгука, и у него снова перехватило дыхание, как в самый первый раз. Чонгук смотрел только на него, будто вокруг никого не существовало. — За всю жизнь я совершил много ошибок, но самым сильным человеком мой сын стал не тогда, когда научился сражаться, — он посмотрел на Чонгука, а потом на Тэхёна. — А тогда, когда научился любить и быть любимым. Тэхён почувствовал, как у Чонгука дрогнуло сердце. — Тэхён, спасибо, что остался рядом с ним тогда, когда никто другой не смог, — мужчина повернулся к нему полностью. У Тэхёна защипали глаза. А потом отец Чонгука сделал ещё шаг ближе и впервые за всё время обнял его крепко и по-настоящему. — Добро пожаловать в семью, сын. Тэхён всё-таки не выдержал. — Я сейчас расплачусь. — Уже плачешь, — тихо сказал Чонгук, стирая большим пальцем слезу с его щеки. — Замолчи. — Люблю тебя. — Это нечестный приём. — Но работает. Когда они обменялись кольцами, связь буквально вспыхнула. Тёплая волна прошла через них обоих. И Тэхён вдруг отчётливо почувствовал:спокойствие, любовь и дом. Чонгук прижался лбом к его лбу. — Теперь официально. Тэхён тихо улыбнулся. — Ты и так вёл себя как мой муж уже давно. — И буду дальше. А потом Чонгук поцеловал его. Мягко и нежно. Так, будто за эти годы всё ещё не мог поверить, что Тэхён настоящий. Стая вокруг радостно загудела, и кто-то свистнул. Тэхён, смеясь, спрятал лицо Чонгука в шее. — Они ужасные. — Это семейное. Но самым счастливым дом стал позже, когда в их жизни появились двое маленьких оборотней. Брат и сестра. Испуганные и тихие малыши, потерявшие родителей после конфликта с другой стаей. Сначала они боялись всех, а особенно Чонгука. Потому что большой альфа с серьёзным лицом выглядел очень грозно. Ровно до того момента, пока Тэхён не зашёл на кухню и не увидел огромного чёрного волка, лежащего на полу, и двух детей, спящих прямо на нём. Тэхён застыл в дверях. Чонгук поднял голову и виновато моргнул. — Ты стал подушкой. Волк тихо фыркнул. Маленькая девочка во сне сильнее обняла его за шею, и сердце Тэхёна растаяло окончательно. Удочерение и усыновление изменило всё. Дом стал шумнее, теплее и живее. Теперь утро начиналось не с тишины, а с: — Пап, он опять превратился в волка и занял весь диван. — Потому что ваш отец драматичный. — Я всё слышу, — сонно отвечал Чонгук. И через минуту дети уже смеялись, потому что огромный волк утаскивал Тэхёна обратно в кровать за рукав пижамы. Вечерами Тэхён сидел на крыльце дома, наблюдая, как дети бегают по двору, а Чонгук идёт к нему через лес. И каждый раз сердце всё ещё замирало, как в первый день. Чонгук садился рядом и обнимал его одной рукой и тихо спрашивал: — О чём думаешь? Тэхён улыбнулся и смотрел на их дом, на лес и на свет в окнах, и ответил: — О том, что однажды меня выбрал волк. Чонгук поцеловал его в висок. — Нет, это ты выбрал остаться рядом со мной. Он смотрел так мягко, что у Тэхёна сбивалось дыхание. Это был лучший выбор в их жизни, потому что в конце концов они нашли не просто любовь. Они нашли семью. — Нет. — Да. — Нет! — Да!! Тэхён медленно опустил кружку кофе и посмотрел в сторону гостиной. — Они опять спорят? Чонгук, стоящий у плиты, даже не обернулся. — Уже 10 минут. — И ты ничего не сделал? — Я наслаждаюсь шоу. Тэхён возмущённо ахнул и пошёл в гостиную. Картина была прекрасной. Их дочь сидела на полу, обнимая огромного чёрного волка за шею, а сын пытался доказать, что: — Это мой папа-волк сегодня! Волк тяжело вздохнул очень по-человечески. Тэхён скрестил руки на груди. — Чон Чонгук, ты опять превратился в волка, чтобы дети тебя тискали? Он поднял голову и совершенно не почувствовал стыда. Лиа довольно улыбнулась. — Он мягкий. — Я тоже мягкий, — возмутился Тэхён. Кастиэль серьёзно посмотрел на него. — Нет, ты вредный. Из кухни донёсся тихий смешок Чонгука. Тэхён возмущённо повернулся. — Ты их против меня настраиваешь? Через секунду огромный волк поднялся и подошёл к нему, а потом ткнулся холодным носом ему в щёку. Тэхён тут же растаял. — Это манипуляция. Волк довольно фыркнул, и дети захихикали. Жизнь со стаей оказалась совсем не такой, как Тэхён представлял раньше. Шумной — да. Иногда очень хаотичной, но тёплой и настоящей. Теперь их дом почти никогда не пустовал. Кто-то постоянно заходил в гости: принести еды, попросить помощи и оставить детей «всего на 5 минут», которые превращались в 3 часа. И почему-то все оборотни стаи особенно любили Тэхёна. — Потому что ты ругаешь их, как мама, — однажды заявил один из молодых волков. — Я не... — И кормишь. — Это называется быть нормальным человеком. — Именно поэтому тебя все любят. Чонгук тогда смотрел на него с таким выражением лица, будто был готов спорить с каждым, кто скажет про Тэхёна хоть что-то плохое, даже если этот кто-то сама жизнь. Дети уснули в гостиной. Лиа на груди у Тэхёна, а Кастиэль, свернувшись клубком, у бока Чонгука в волчьем облике. Тэхён осторожно убрал волосы с лица дочери и тихо улыбнулся. — Они такие маленькие. Чонгук поднял голову и внимательно посмотрел на него. — Знаешь, я ведь когда-то тебя боялся. Волк прикрыл глаза от удовольствия. — Который любит, когда его гладят. Из коридора донёсся голос отца Чонгука. — Это у него с детства. — Отец! — возмущённо прозвучало уже человеческим голосом. Тэхён расхохотался так громко, что даже дети сонно зашевелились. И в этот момент он вдруг очень ясно понял одну вещь: счастье никогда не приходило в его жизнь тихо. Оно пришло шумным, тёплым, с шерстью по всему дому, с любимым волком под боком, с детьми, которые называли его папой, и со стаей, ставшей семьёй. И Тэхён не променял бы это ни за что в мире.