Оборотень выбрал меня

Утром Тэхён проснулся непривычно резко. Не от запаха кофе, не от шагов на кухне и не от звука открывающихся шкафчиков. В доме было тихо. Он моргнул и сел на край кровати, нахмурившись. Тишина казалась неправильной и слишком пустой. Тэхён быстро вспомнил вчерашний вечер. После своего позорного побега в комнату он долго лежал, уткнувшись лицом в подушку, а потом всё-таки достал ту чёрную толстовку, купленную в городе, и маленькую коробочку с десертом. Он оставил всё это ночью на столе кухни. Без записки. Потому что записка — это слишком. Потому что он просто увидел и купил, вот и всё. — Идиот, — пробурмотал Тэхён себе под нос и встал. Он вышел из комнаты и замер. Чонгук стоял у плиты в той самой толстовке. Чёрная ткань сидела на нём так хорошо, будто была создана именно для него. Рукава слегка закатаны до локтей, волосы ещё влажные после душа. На лице редкое спокойное выражение, почти мягкое. Тэхён почувствовал, как сердце предательски сделало лишний удар. Чонгук обернулся, и их взгляды встретились. — Доброе утро. — Доброе, ты надел её? Глупо. Очень глупо, но это было первое, что вырвалось. Чонгук посмотрел на толстовку, а потом снова на него. — Да, мне понравилось. Тэхён отвёл взгляд. — Она просто весела в магазине. — И десерт тоже просто случайно оказался на столе? Тэхён вспыхнул. — Если не нравится, можешь вернуть. Чонгук подошёл ближе. Слишком близко, как всегда. — Нравится, спасибо, Тэхён. Простые слова, но сказанные так, что у Тэхёна пересохло во рту. Он кашлянул и отвернулся. — Не делай из этого событие. — Уже сделал. На столе его ждал завтрак. Тосты, омлет с сыром и мясом, фрукты и кофе именно той крепости, как он любил. Тэхён сел, стараясь не смотреть на Чонгука слишком долго. Чонгук поставил рядом ещё одну кружку и потом неожиданно коснулся пальцами его плеча. Легко и почти невесомо. — Приятного аппетита. Тэхён поднял глаза. — Спасибо, а ты? — Мне нужно уйти. — Куда? Вопрос прозвучал слишком быстро и заинтересованно, и Чонгук, конечно же, это заметил. — Дела стаи. Тэхён нахмурился. — Надолго? — До вечера. — Он будто специально выдержал паузу, наблюдая за реакцией. — Не скучай сильно. — Я тебя умоляю, иди уже в свой лес. Чонгук усмехнулся. Наклонился к его уху так близко, что Тэхён перестал слышать всё остальное. — Постарайся поесть, а не ждать у окна. И ушёл. Тэхён сидел неподвижно ещё секунд 10, а потом выдохнул. — Самодовольный волк. Первые два часа были спокойными и прекрасными. Никто не комментировал, сколько он спит, никто не смотрел слишком внимательно. Никто не переставлял кружки на правильное место. Тэхён наслаждался свободой ровно до обеда. Потом дом стал слишком тихим. Он включил музыку и выключил через 10 минут. Сел читать и перечитал одну страницу раз 5. Пошёл на кухню и по привычке хотел спросить, что есть на ужин, и замер посреди комнаты. Потому что спрашивать было некого. — Это смешно, — сказал он пустому дому. Тэхён походил по комнатам. Поправил плед на диване. Нашёл на подлокотнике чонгукову резинку для волос и почему-то аккуратно положил её на стол. Посмотрел в окно. Снова сел. Снова встал. К вечеру раздражение сменилось чем-то другим. Тоской и пустотой. Он не хотел это называть скукой. Ни за что. Когда на улице начало темнеть, Тэхён уже в который раз стоял у окна, делая вид, что просто смотрит на дождевые облака. Каждый шорох снаружи заставлял его оборачиваться. Каждая машина за воротами — вслушиваться. — Я не жду его, — пробурмотал он, но его сердце было другого мнения. Он сел на диван и обнял подушку и, конечно же, уставился на дверь. Дом без Чонгука оказался слишком большим и слишком пустым.