Не по сценарию

Агния

В аудитории пахло старой бумагой и тишиной. Не той тишиной, когда все спят, а той, когда никто не дышит, потому что боятся пошевелиться. Профессор Лазар Векслер что-то вещал про прецедентное право, его голос звучал ровно и монотонно, как метроном. Кто-то из студентов клевал носом на задней парте, а кто-то откровенно листал телефон под столом. Агния сидела прямо, даже слишком. Её спина не касалась спинки стула, руки лежали на столе, пальцы с идеальным маникюром сжимали ручку. Она смотрела в окно: серое небо Чикаго давило на стекло, напоминая, что за стенами колледжа всё тот же холодный, ветреный город. На её лице не дрогнул ни один мускул. Прямые чёрные волосы с вплетёнными блестящими прядями аккуратно лежали на плечах, чёрная подводка делала взгляд острым, как лезвие. Она не смотрела ни на кого из одногруппников, но чувствовала их взгляды на себе, а может, ей просто казалось. Они её не трогали. За два года в колледже все поняли: Агния не из тех, с кем можно поболтать на перемене, потому что она либо читает, либо пишет, либо смотрит в телефон с таким видом, будто решает, кого сегодня уничтожить. Девушка с юрфака, которая всегда знает ответ, всегда готова к семинару, всегда одета с иголочки. Её уважали и побаивались. Агния знала это, и ей было всё равно. Она не нуждалась в их дружбе, ведь у неё была Мэгги. Одной подруги достаточно, даже если сейчас одна подруга занята своими тренировками и волейболом, а вторая ушла в учёбу с головой и каждую ночь учит источники права, деля их на первичные и вторичные, пока другие спят. Поэтому они видятся редко. На самом деле Агния скучала, но она никогда бы не призналась в этом даже себе. Скука — это слабость, а слабостей Агния не позволяла. Профессор Векслер назвал её фамилию, спросив что-то про источник права. Агния ответила, не задумываясь. Чётко, сухо и по делу. Профессор кивнул и поставил галочку в своём блокноте. Остальные студенты выдохнули, ведь этот жест означал, что больше спрашивать не будут. Когда пара закончилась, Агния не спеша собрала вещи. Дорогая кожаная сумка, аккуратные папки с конспектами, ручка, которую она крутила в пальцах всё занятие. Она вышла из аудитории последней, не потому что ждала кого-то, а потому что не видела смысла толкаться в дверях. В коридоре было людно: кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то бежал, опаздывая на следующую пару. Агния шла спокойно, не ускоряясь, каблуки Jimmy Choo чётко отбивали каждый шаг. На парковке её ждал чёрный внедорожник, блестящий даже в пасмурную погоду. Агния села за руль, завела двигатель и только тогда позволила себе выдохнуть — медленно и глубоко, будто весь день не дышала. Телефон мигнул. Сообщение от Мэгги: «Ты сегодня на связи? Я давно не списывались». Агния хотела ответить коротко, как обычно: «У меня всё хорошо» или «Как ты?», но передумала и нажала вызов. Мэгги ответила на втором гудке. — Привет, — сказала подруга. — А ты звонишь. Какой сегодня праздник? — За рулём удобнее говорить, — соврала Агния. Она ещё даже не тронулась с места. — Ладно, слушай. Мы завтра уезжаем на матч. Тренер сказал, что если выиграем, то у нас будут хорошие шансы на грант. — Ты выиграешь, — ровно сказала Агния. — Откуда ты знаешь? — Потому что ты не умеешь проигрывать. Мэгги хихикнула. Потом замолчала. Агния ждала. Она знала, что подруга что-то не договаривает. — Слушай... выпускной через две недели. Ты придёшь? Я знаю, что ты не любишь эти мероприятия, но... — Я приду, — перебила Агния. — Правда? — Правда. Обещаю. В трубке снова повисла пауза. Агния слышала, как Мэгги хочет что-то добавить. Спросить, как дела, звонил ли Карим и всё такое. Агния чувствовала эти вопросы через динамик. Но она не дала подруге шанса. — Мне пора, — сказала она. — Удачи на матче. — Спасибо, — ответила Мэгги. Агния сбросила вызов. Она положила телефон на пассажирское сиденье и посмотрела вперёд: на лобовом стекле блестели капли. Опять дождь, всегда дождь в этом городе. Девушка включила дворники, выехала с парковки и влилась в поток машин. Не прошло и пяти минут, как телефон снова завибрировал. Агния взглянула на экран. Это был её брат Карим. Она недовольно вздохнула, но всё же ответила. — Агния, привет. Как ты? — сразу выпалил брат, как будто боялся, что она может передумать и сбросить звонок в эту же секунду. — Я за рулём, — сказала она ровно. — Не могу говорить. Она оправдала его страх. Агния сбросила вызов, не дожидаясь ответа. В салоне повисла тишина, только дворники мерно скрипели по стеклу. Агния сжала руль так, что побелели костяшки. Она злилась не потому, что он позвонил, а потому что его голос звучал так... обычно. Как будто ничего не случилось. Как будто он не уехал, как будто не бросил её одну. Он звонит раз в неделю, спрашивает «как дела», рассказывает про свою работу, про море, про закаты. А она сидит в этом ледяном доме, где от родителей только деньги на карте и редкие сухие смски. И слушает, как у него всё хорошо. Иногда ей хотелось крикнуть: «Ты почему не взял меня с собой? Почему оставил тут?». Но она не кричала. Она вообще ничего не говорила, потому что если начнёт, то не остановится. А показывать свою слабость Агния не умела и не хотела. Она включила радио погромче. Какая-то песня, которую она никогда не слушала. Агния сделала громче, чтобы не думать, чтобы не слышать эхо его голоса. Но мысли всё равно лезли. Он уехал, спас себя, а её оставил. И теперь делает вид, что всё нормально, что можно просто звонить и болтать о погоде. Агния резко нажала на тормоз перед светофором. Машина сзади возмущённо посигналила. Она посмотрела на телефон, который лежал на пассажирском сиденье. Экран погас, а Карим больше не перезванивал. Вот и правильно, нечего. Ей не нужны его звонки, она справится сама. Как всегда. Но глубоко внутри, там, куда Агния никому не позволяла заглядывать, сидела маленькая девочка, которая хотела, чтобы брат просто обнял её и сказал: «Всё будет хорошо. Я здесь. Я заберу тебя с собой». Агния завела машину и поехала дальше. Дворники скрипели, а дождь не кончался.

Карим

За несколько тысяч километров от Чикаго Карим смотрел на телефон и вздыхал. Он сидел на веранде своего маленького домика, который купил ещё год назад. Веранда выходила на узкую улочку, где всегда пахло солью, жареным кальмаром и дешёвым кофе из уличной кофейни. За крышами соседних домов виднелось море — оно было неспокойное сегодня, с белыми барашками. Карим отложил телефон и потёр лицо ладонями. Он приехал сюда после второго курса университета. Сначала на стажировку в логистическую компанию, которая занималась поставками между США и странами Карибского бассейна. Потом ему предложили остаться. Работа была интересной, платили хорошо, а главное — здесь не нужно было каждый день слышать голос отца, который вечно чем-то недоволен, или видеть мать, которая делает вид, что всё отлично. Здесь он мог дышать. Но сестра... Карим взял телефон снова. Написал: «Просто скажи, что ты жива, и я перестану названивать». Ответ пришёл через минуту. Там было одно слово: «К сожалению». Карим усмехнулся. Знал бы он, что этот короткий ответ будет причинять больше боли, чем полное молчание. Он убрал телефон в карман и посмотрел на море. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая воду в оранжевый и розовый. На пляже загорали туристы, кто-то играл в пляжный волейбол, кто-то просто сидел на песке и смотрел на волны. Парень подумал о том, как странно устроена жизнь. Там, в Чикаго, Агния живёт в ледяном дворце из стекла и бетона, окружённая деньгами и холодом. А он здесь, в маленьком домике у моря, где нет ничего, кроме тепла и свободы. Но ни один из них не счастлив. Он встал, потянулся и пошёл на кухню — надо было поужинать. Рис с креветками и овощами, который он сам приготовил утром. Карим ел, глядя в окно на темнеющее небо. За ужином он решил, что завтра позвонит Агнии снова. Не утром, когда она будет спешить в колледж, а вечером. Может быть, тогда она ответит.

Агния

Агния заехала в свой квартал, когда уже стемнело. Дорога была пустой, только редкие машины проезжали мимо. Она припарковалась у дома, выключила двигатель и несколько минут просто сидела в тишине. Дом, в котором она жила, был большим. Слишком большим для одного человека. Родители купили его несколько лет назад, когда переехали в Чикаго, но почти никогда здесь не появлялись. У них был свой бизнес, свои поездки, свои дела. Агния оставалась одна в трёхэтажном особняке с идеально чистыми полами и холодильником, который заполняла приходящая домработница. Ледяной дворец — так она называла этот дом про себя. Красивый и дорогой, но пустой и холодный. Агния взяла сумку, вышла из машины и нажала кнопку брелока. Машина пикнула, закрываясь. Она поднялась на крыльцо, открыла дверь и шагнула в темноту. Надо было включить свет, но она не стала. Сняла туфли в прихожей, прошла босиком по холодному полу на кухню, достала бутылку воды из холодильника и пошла наверх, в свою комнату. Там она села на кровать, взяла ноутбук и открыла конспекты. Учёба отвлекала,учёба не задавала вопросов.