1&9

– Ви, Ви, Ви! - кричу я истерично, не в силах пошевелится, но одновременно с этим целиком на адреналине. - ВАЙНОНА! – алло, скорая? двум девушкам по адресу…нужна помощь… слова расплывались у меня в ушах, а последним, что я увидела оказалась не менее ослабевшая Ви, на удивление спокойно сжимающая телефонную трубку окровавленной рукой. вот я открываю глаза и вижу перед собой мир в белой поволоке. тяжело воспринимать реальность с ее шумами и светом, хочется обратно во тьму, но я уже осознаю, что не выйдет. Ви говорит, нам нельзя во тьму. – эй, - зовёт меня тихо знакомый голос. я с трудом роняю голову на другой бок и воспоминания врываются в мой мозг мгновенным порывом, причиняя сильнейшую головную боль. . на этой недели Ви запланировала нам возрастающую адреналиновую прогрессию. в понедельник мы целенаправленно отправились в парк аттракционов и прокатились на самых отвратительных из них. ни один мускул на моем лице не дрогнул, потому что моя жизнь до встречи с Ви и без того была сплошными американскими горками. меня тошнило не от резких взлетов и падений, а от факта того, что меня заставляют ловить адреналин в детских объемах. я привыкла опускаться на самое дно ледяных вод, выпивать бутыль целиком и на все идти так, будто это мой последний раз. я привыкла жить одним днём и именно поэтому меня больше ничего не впечатляет. чего добивается Ви? – зачем это? - спросила я напрямую, когда солнце окрасило небеса в фиолетовый глянец, и мы с Ви пили воду из пластиковых стаканов. заметьте - ‘воду’ , даже не водку. – затем, - посетовала Ви, - не задавай глупых вопросов. – зачем? – не задавай глупых вопросов! – ЗАЧЕМ? теперь мы с Ви стояли друг напротив друга, снедаемые взаимной неприязнью. но на самом деле, я не могла злиться на неё. мне было жутко интересно, что же думает она в этот самый момент, но Ви молчала. молчала и молчала. – мне плевать на этот детский адреналин, поняла? я могу забраться на самый верх гребаной ‘рогатки’ и прыгнуть оттуда вниз без какой-либо защиты, чтобы разбиться в лепёшку, но ощутить настоящий страх и ужас, Вайнона! НАСТОЯЩИЙ, ТВОЮ МАТЬ! - опустившись на стул, я не переставала пламенеть праведным гневом. - ты в курсе, что я убила человека? я на дне, Ви, я уже на дне. все время Ви молча слушала меня. вот она подходит ближе и раскрывает ладони, на которых таблетки разных цветов. я представила, что таблетки - красная и синяя - даруют мне выход из матрицы, и даже на секунду поверила в это, уже жуя красную. запиваю водой и морщусь от непонятного кислого привкуса. – что это? - спрашиваю я, все ещё жмурясь. – расслабься, а завтра увидимся здесь же, - говорит Ви, когда у меня перед глазами все плывет, и, кажется, смеётся. - хотя куда ты уйдёшь то.. и мир схлопнулся в одну чёрную точку… …но вот он снова открылся передо мной, играя невеселыми красками ностальгии. они были старыми и ржавыми все то время, что я их помню. качаясь, они скрипели, но едва слышно, и звук этот стал для меня нежным воспоминанием. мое детство. я раскачиваюсь на старых качелях напротив универмага, будто могу взлететь до небес. на этих высотах я чувствовала себя птицей, которой мечтала стать. но девочки не становятся птицами — девочки становятся женщинами, говорила моя мать. вот она выходит из универмага напротив, с пакетами, набитыми крадеными продуктами, и смотрит на меня с укором. я тоже стараюсь смотреть на неё с укором, но мне страшно – мне всего девять лет. я вздыхаю и спрыгиваю с качели, достигнув самой высокой точки, до которой смогла достать. – подруга, - звучит голос, будто сочась из палящего солнца прямо перед моими глазами. - подруга, очнись. ты здесь всю ночь спала, что ли? я открываю глаза нехотя, а свет, что попадает в них, едва меня не ослепляет. я пугаюсь и валюсь обратно на стул, прикрывая руками лицо. женщина рядом со мной цокает и пыхтит, и я почти вижу, как она качает головой в знак сущего отвращения. – руки в струпьях, лицо серое и уродливое, сама не своя… какая из тебя девушка? а на вид всего двадцать… - шепчет она. и только я собираюсь что-то ощутить от ее слов, как меня тянут вперёд с такой силой, что я пробегаю вперёд ещё два шага по одной лишь инерции. – мэм, прошу прощения, я забыла ее здесь прошлым вечером. прошу прощения, мэм. я приоткрываю правый глаз и вижу, как женщина, одетая в униформу местной пиццерии, удивленно вскидывает бровь, глядя на меня, а Ви, по-прежнему безупречно уверенная, держит меня под руку, улыбаясь однобокой улыбкой. мы киваем неизвестной и Ви волочит меня за собой, пока я пытаюсь прийти в себя после красной таблетки. какая же дрянь эти наркотики…