​«Фарфоровая роза Слизерина»

Время пролетело незаметно, и вот на дворе уже стоял жаркий август. Солнечный луч настойчиво пробивался сквозь плотные изумрудные шторы моей спальни в Малфой-Мэноре, когда в окно негромко постучали. Я мгновенно распахнула глаза и вскочила с кровати. На подоконнике, гордо выпятив грудь, сидела большая сипуха, к лапке которой был привязан плотный конверт из желтоватого пергамента. ​Мое сердце забилось где-то в горле. Я дрожащими от волнения пальцами отвязала письмо и перевернула его. Настоящие пурпурные сургучные печати с гербом Хогвартса! ​— Драко! Мама! Папа! — Заричала я на весь коридор, выбегая из комнаты прямо в пижаме и босиком, напрочь забыв об уроках этикета, которые мне вдалбливали с самого детства. — Оно пришло! Мне пришло письмо! ​Я неслась по широкой мраморной лестнице, едва не путаясь в подоле. Из гостиной навстречу мне уже спешил Драко. За этот год в Хогвартсе он заметно повзрослел, стал выше и держался с истинно малфоевским достоинством, но, завидев меня, растерявшую всю чистокровную чинность, он тут же широко улыбнулся. ​Драко: Ну наконец-то, мелкая! — Воскликнул брат, подхватывая меня на руки и кружа по холлу, отчего я радостно взвизгнула. — А я ведь говорил тебе, что оно прибудет именно сегодня! Поздравляю! ​— Я знала, знала! — Наперебой лепетала я, крепко сжимая пергамент в руке и сияя от абсолютного, безграничного счастья. — Теперь мы будем в школе вместе! Ты покажешь мне всё-всё? ​Драко: Даже не сомневайся, — ответил Драко, бережно опуская меня на пол и собственническим, защищающим жестом взъерошив мои волосы. — На Слизерине тебя никто и пальцем не тронет, я лично об этом позабочусь. Ты будешь под моей полной защитой. ​В холл неторопливо и грациозно вошли родители. Нарцисса мягко улыбалась, в ее глазах светилась неподдельная гордость, а Люциус, хоть и сохранял привычную строгость на лице, одобрительно кивнул, глядя на меня. ​Люциус: Прекрасные новости, дорогая, — ровным, но довольным тоном произнес отец, подходя ближе и кладя руку мне на плечо. — Наш род всегда занимал достойное место в Хогвартсе. Надеюсь, ты оправдаешь наши ожидания. ​Нарцисса: Люциус, оставь нотации на осень, — ласково перебила его мама, прижимая меня к себе и целуя в макушку. — Т/и, милая, мы так гордимся тобой. Сегодня же отправимся в Косой переулок за мантиями и твоей первой волшебной палочкой. ​Я перевела взгляд с улыбающейся мамы на гордого отца, а затем на Драко, который уже заговорщически подмигивал мне, явно планируя, как будет хвастаться своей младшей сестрой перед друзьями. В этот момент, окруженная безусловной любовью своей семьи, я чувствовала себя самой счастливой и защищенной девочкой во всем волшебном мире.

***

Косой переулок буквально кишел взволнованными первокурсниками и их родителями. Мы отправились за покупками всей семьей. Отец настоял на том, чтобы у нас с Драко было все самое лучшее: от тончайших мантий из первоклассной ткани до редких ингредиентов для зелий и новейших книг. Драко гордо шел рядом с папой, то и дело поглядывая на меня и проверяя, не отстаю ли я. ​Мы как раз выходили из элитной лавки письменных принадлежностей, когда отец внезапно замедлил шаг, заметив знакомые лица. Навстречу нам шествовали мистер и миссис Нотт — безупречно одетые, с гордой чистокровной осанкой. Но мое внимание привлек не столько строгий вид взрослых, сколько стоящий рядом с ними красивый мальчик с проницательным взглядом. Драко: Тео! — Радостно воскликнул мой брат, мгновенно растеряв всю свою напускную малфоевскую холодность. ​Теодор: Драко! — С широкой улыбкой отозвался брюнет. ​Мальчик тут же шагнул вперед и крепко обнялся с моим братом. Было видно, насколько они близки. Как рассказывал Драко, Теодор Нотт — его новый лучший друг, с которым они вместе с Блейзом Забини делили комнату в Хогвартсе и успели знатно сплотиться за первый год учебы. Пока родители обменивались изысканными светскими приветствиями, я вдруг почувствовала, как к щекам приливает густая краска. Стоило Теодору отстраниться от Драко, как его внимательный взгляд карих глаз на секунду скрестился с моим. Оценив обстановку и уловив этот интерес, я смущенно встала за отца, прячась за его широкой спиной и длинной черной мантией, словно за надежным щитом. Из своего укрытия я лишь робко выглядывала наружу, рассматривая нового друга брата. Теодор: Это твоя сестра? — Тихо спросил Тео, чуть наклонившись к Драко и косясь в мою сторону, пока взрослые были увлечены беседой. ​Драко: Да, это Т/и, — с нескрываемой гордостью и собственническими интонациями в голосе ответил брат, тоже поворачивая голову ко мне. — В этом году она поступает на первый курс. ​Теодор внимательно посмотрел на меня из-за плеча моего отца. На его губах заиграла легкая, дружелюбная улыбка, и он первым приветливо помахал мне рукой, не сводя с меня глаз. ​Почувствовав, что мое укрытие обнаружено, я густо покраснела, но изо всех сил постаралась сохранить на лице холодную чистокровную серьезность, которой меня учили на уроках этикета. Я лишь смущенно кивнула ему в ответ, по-прежнему не выходя из-за надежной спины отца. ​МистерНотт: О, Люциус, неужели это твоя очаровательная дочь? — Отвлекшись от разговора, мистер Нотт перевел на меня свой строгий, оценивающий взгляд. — Как быстро летит время. Настоящая леди. ​МиссисНотт: Действительно, вылитая Нарцисса в юности, — мягко добавила миссис Нотт, одарив меня благосклонной улыбкой. — Уверена, Хогвартс, а особенно Слизерин, примет ее с распростертыми объятиями. ​Под пристальным вниманием взрослых я еще сильнее вжалась в мантию отца. Отец почувствовал, как я теснее прижалась к его спине, и тихо, едва слышно усмехнулся моему детскому стеснению. Его большая, теплая ладонь опустилась на мою макушку, слегка погладив по волосам — этот редкий, но такой успокаивающий жест с его стороны мгновенно вернул мне чувство абсолютной безопасности. ​Люциус: Благодарю, — сдержанно, но с явным удовольствием ответил отец, бросив на меня короткий одобрительный взгляд. — Мы воспитывали Т/и в лучших традициях нашего общества, и я ни на секунду не сомневаюсь, что на Слизерине она будет блистать. ​МистерНотт: В этом нет никаких сомнений, Люциус, — согласно кивнул мистер Нотт, переводя тему на более насущные дела. — Министерство в последнее время слишком пристально следит за старыми семьями, так что нам стоит держаться вместе как никогда. Как поживают дела в Попечительском совете Хогвартса? ​Люциус: Всё под полным контролем, — ровным, властным тоном произнес отец, слегка оперевшись на свою трость с набалдашником в виде головы змеи. — Дамблдор пытается диктовать свои правила, но пока я возглавляю совет, позиции чистокровных магов в школе останутся незыблемыми. ​Нарцисса: Ну полно вам, мужчины, обсуждать дела прямо посреди улицы, — мягко, но настойчиво вмешалась мама, элегантно поправляя кружевной зонтик от солнца. — У нас сегодня праздничный день, и впереди еще много покупок для Т/и. ​МиссисНотт: О да, Нарцисса, вы правы, не будем задерживать вас, — тепло улыбнулась миссис Нотт. — Нам тоже пора заглянуть в аптеку за ингредиентами. Теодор напоследок еще раз бросил на меня свой проницательный взгляд и заговорщически подмигнул Драко. ​Теодор: До встречи в Хогвартс-экспрессе, Драко. Рад был познакомиться, Т/и, — вежливо произнес он. ​Я снова сдержанно кивнула, а Драко крепко пожал другу руку. Распрощавшись с семьей Нотт, мы наконец двинулись дальше по мощеной мостовой Косого переулка. Мое сердце забилось в предвкушении, ведь теперь наш путь лежал к самому главному и волшебному месту для любого первокурсника — лавке Олливандера, где меня ждала моя собственная, первая волшебная палочка.

***

Мы подошли к небольшому, обшарпанному магазину, над дверью которого тусклыми золотыми буквами было написано: «Олливандер: Изготовители качественных волшебных палочек с 382 года до н.э.». Колокольчик над дверью тихо звякнул, когда мы переступили порог, погружаясь в полумрак и таинственную тишину. Пахло пылью, старым деревом и какой-то едва уловимой магией. До самого потолка тянулись бесчисленные полки с узкими продолговатыми коробочками. ​Из глубин магазина бесшумно, словно призрак, появился сам мистер Олливандер. Его бледные, светящиеся в полумраке глаза сразу же устремились на меня. ​Олливандер: О, семья Малфой, — тихо, но отчетливо произнес старик, слегка поклонившись родителям. — Прекрасный день. Помню палочку каждого из вас... А теперь, полагаю, пришло время для юной леди? ​Я робко шагнула вперед, чувствуя, как Драко слегка подтолкнул меня в спину, подбадривая. — Да, сэр, — вежливо ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, как подобает Малфоям. ​Олливандер: Отлично, отлично. Какая же рука у вас рабочая? — Спросил он, доставая из кармана длинную измерительную ленту с серебряными делениями. ​— Правая, — сказала я. ​Лента тут же сама взмыла в воздух и принялась усердно измерять мою руку от плеча до пальцев, затем расстояние между глазами и окружность головы. Тем временем мастер уже вовсю лавировал между стеллажами, доставая первые коробочки. ​Олливандер: Ну что ж, попробуем вот эту, — он вернулся и протянул мне темную палочку. — Боярышник и жила дракона, десять дюймов. Упругая. Взмахните, мисс. ​Я взяла ее в руку. По телу не пробежало никакого тепла, но я послушно взмахнула. В ту же секунду с витрины с грохотом слетела массивная чернильница, заливая пол. ​Драко: Эй! — Возмутился брат, инстинктивно делая шаг ко мне и заслоняя собой. — Аккуратнее! ​Олливандер: Нет-нет, ничего страшного! Очевидно, не она, — старик мгновенно забрал палочку и взмахом своей собственной вернул чернильницу на место. — Пробуем дальше. Клен и волос единорога, одиннадцать дюймов. ​Я сделала короткий замах — и стопка пергамента на столе мастера вспыхнула ярким пламенем. Люциус недовольно нахмурился, а Нарцисса лишь обеспокоенно поджала губы. ​Олливандер: Снова мимо! — Пробормотал Олливандер, туша огонь. — Необычно... Весьма требовательная юная леди.

***

​Прошел час. Пол вокруг нас был завален открытыми коробками. Я перепробовала, казалось, уже больше тридцати палочек: из ясеня, дуба, ореха, со всевозможными сердцевинами. От каждой из них то трескались стекла, то взлетали в воздух тяжелые книги, а лавка Олливандера постепенно превращалась в зону боевых действий. Я уже начала искренне переживать, что для меня просто не существует подходящей палочки, и с тоской посмотрела на родителей. ​Люциус: Мистер Олливандер, мы здесь уже слишком долго, — холодно и нетерпеливо произнес отец, постукивая тростью по полу. — Неужели у вас нет ничего, что подошло бы моей дочери? Чистокровной волшебнице с сильнейшим потенциалом? ​Олливандер остановился посреди лавки, запустив пальцы в свои седые растрепанные волосы. Его глаза фанатично блеснули. ​Олливандер: Потенциал... Да-да, огромная сила, которая ищет безупречный проводник. Но обычные сочетания отвергают ее, — старик вдруг замер, словно его осенило, и повернулся к самой дальней, пыльной полке, скрытой за плотной портьерой. — Не может быть... Неужели она дождалась своего часа? ​Он поднялся по высокой стремянке на самый верх и достал оттуда старинную, покрытую изящной резьбой шкатулку из черного дерева, а не обычную картонную коробку. Олливандер бережно спустился, открыл крышку и повернул ее ко мне. ​Внутри, на подушке из темного изумрудного бархата, покоилась невероятно редкая и красивая палочка. Она была сделана из благородного черного дерева, ее рукоять украшали изящные серебряные узоры, напоминающие змеиную чешую, а сама она казалась живой, отливая мягким матовым блеском. ​Олливандер: Черное дерево... — Благоговейно прошептал мастер, протягивая ее мне. — Двенадцать дюймов. А внутри — не просто волос, а сердечная жила очень редкого вида дракона, Черного Вайверна, скрепленная тончайшим слезом слезы феникса. Палочка для мага с исключительным призванием, непоколебимой верностью своим идеалам и огромной внутренней силой. Прошу вас, мисс Т/и. ​Я затаила дыхание. Стоило моим пальцам коснуться прохладного черного дерева рукояти, как по комнате пронесся тихий, ласковый вихрь. Мои волосы слегка взлетели, а по телу разлилась волна невероятного, покалывающего тепла. На конце палочки вспыхнули и рассыпались мириадами искр чистые серебряные и зеленые искры, которые мягко осветили лица моей улыбающейся мамы и потрясенного Драко. ​Драко: Вау... — Тихо выдохнул брат, восхищенно разглядывая палочку в моих руках. — Вот это да, мелкая. ​Люциус: Превосходно, — одобрительно произнес отец, и на его лице наконец появилась гордая улыбка. — Действительно достойное оружие для Малфой. ​Олливандер: О, да... Палочка выбрала вас, мисс Т/и, — старик задумчиво и немного таинственно улыбнулся, упаковывая шкатулку обратно. — Берегите ее. Она сотворит великие дела в ваших руках. ​Я бережно прижала шкатулку к груди, чувствуя себя самой счастливой. Выбор был сделан, и теперь я была полностью готова к своей новой, удивительной жизни в Хогвартсе. После лавки Олливандера мы заглянули в волшебный зверинец, чтобы выбрать мне питомца. Отец и слышать не хотел о банальных жабах или крысах. Мой взгляд сразу же привлекла изящная, угольно-черная летучая мышь с умными, янтарными глазами-бусинками и шелковистыми крыльями. Она сидела на жердочке отдельно от остальных и вела себя на удивление спокойно. Стоило мне протянуть руку, как она аккуратно перебралась на мое запястье и ласково потерлась мордочкой о мои пальцы. Драко тут же одобрил мой выбор, заметив, что для будущей слизеринки это самое подходящее и интересное животное. ​Купив абсолютно всё из списка, мы вернулись в Малфой-Мэнор, и оставшиеся недели августа пролетели как один день.

***

​И вот наступило долгожданное первое сентября. На платформе 9 ¾ вокзала Кингс-Кросс было шумно и многолюдно. Огромный алый паровоз «Хогвартс-экспресс» выпускал густые клубы белого пара. Родители провожали нас с особой торжественностью. Мама крепко обняла меня, поправляя воротник моего пальто. Нарцисса: Т/и, милая, пиши мне каждую неделю. Ничего не бойся, Драко всегда будет рядом, — ласково прошептала она, целуя меня в щеку. ​Люциус: Ведите себя достойно, — строго, но с явной теплотой в глазах произнес отец, поочередно кладя руки на плечи мне и брату. — Ждем от вас только хороших новостей. Драко, приглядывай за сестрой. ​Драко: Конечно, папа. Она под моей полной защитой, — уверенно ответил брат. ​Драко решительно взял мою руку и потянул за собой к поезду, ловко помогая мне с тяжелыми вещами и клеткой с летучей мышью. Он уверенно продвигался по узкому коридору вагона, ведя меня сквозь толпу суетящихся учеников, пока наконец не остановился перед одной из дверей. ​Драко: Нам сюда, мелкая, — улыбнулся он, открывая дверь купе. ​Брат первым занес наши чемоданы и помог мне войти. Внутри уже сидели двое мальчиков. Одного из них я узнала сразу — это был Теодор Нотт, который при виде нас приветливо приподнял уголки губ. Напротив него сидел темнокожий, безупречно одетый мальчик с легкой, ленивой усмешкой на лице. Как я поняла из частых рассказов брата, это был Блейз Забини. ​Теодор: Привет, Драко, — спокойно произнес Тео, а затем его внимательный взгляд карих глаз переместился на меня. — Здравствуй, Т/и. Рад снова тебя видеть. ​Блейз: О, так это и есть та самая младшая сестренка, о которой ты прожужжал нам все уши, Малфой? — Насмешливо, но вполне дружелюбно протянул Блейз, с интересом разглядывая меня. ​Драко: Заткнись, Забини, — без злобы фыркнул Драко, усаживая меня на свободное место рядом с собой и собственническим жестом приобнимая за плечи. — Знакомься, Т/и, это Блейз. А Тео ты уже знаешь. Парни, теперь она едет с нами, так что привыкайте. Поезд плавно тронулся, оставляя позади окутанную паром платформу Кингс-Кросс. Я сидела, аккуратно сложив руки на коленях, и изо всех сил старалась держать спину прямо, как учила мама, но пристальное внимание двух старших мальчиков заставляло меня нервничать. ​Блейз: Ну и как тебе Косой переулок, Т/и? — Спросил Блейз, подперев кулаком щеку и с легкой улыбкой глядя на меня. — Сильно устала от всей этой предшкольной суеты? ​— Нет, что вы... — Тихо, немного охрипшим от волнения голосом ответила я, тут же почувствовав, как щеки обжигает легкий румянец. — Всё было очень красиво. Особенно лавка Олливандера. ​Теодор: Драко говорил, ты устроила там настоящее светопреставление, пока выбирала палочку, — негромко проговорил Тео, и в его темных глазах промелькнул искренний интерес. — Это правда? ​— Я... я не специально, — совсем засмущавшись, пролепетала я и поспешно перевела взгляд на свои туфли. — Просто первые палочки меня почему-то не слушались. ​Драко: Да ладно тебе, мелкая, зато финальный результат превзошел все ожидания! — Весело подбавил Драко, крепче прижав меня к своему плечу, давая понять друзьям, что я все еще под его бдительным присмотром. ​В этот момент летучая мышь внутри клетки, стоявшей на сиденье рядом со мной, тихо зашуршала кожаными крыльями и издала едва слышный писк. Черные ушки-локаторы забавно затрепетали. ​Блейз: Ого, а это еще кто? — Оживился Блейз, подавшись вперед и с удивлением разглядывая животное сквозь прутья клетки. — Малфой, ты говорил, что вы пойдете за питомцем, но я думал, вы купите какую-нибудь пафосную сову. А тут... летучая мышь? Необычный выбор для девчонки. ​— Она не просто девчоночья... — Чуть смелее возразила я, защищая своего любимца, и подняла глаза на Блейза. — Она очень умная. И спокойная. ​Теодор: Позволишь взглянуть поближе? — Мягко спросил Тео, пересаживаясь на край своего сиденья. ​Я несмело кивнула и пододвинула клетку на середину стола. Тео аккуратно приблизил лицо к прутьям, рассматривая угольно-черную шерстку и блестящие янтарные глаза-бусинки, которые внимательно уставились на мальчика в ответ. ​Теодор: Черная летучая мышь, — задумчиво протянул Тео, и на его губах появилась редкая, по-настоящему теплая улыбка. — Потрясающе. У нее очень редкий окрас для домашних фамильяров. Как ты ее назвала, Т/и? — Пока никак, — смущенно улыбнулась я, чувствуя, как страх перед новым другом брата постепенно начинает таять. — Я еще выбираю ей имя. Хочу найти что-то особенное. ​Блейз: Назови ее Графиней, — со смешком предложил Забини, откидываясь на спинку дивана. — С такой благородной осанкой, как у твоей хозяйки, ей пойдет. ​Драко: Хватит паясничать, Блейз, — фыркнул Драко, но сам при этом довольно улыбнулся, видя, что его друзья проявили к моей любимице такой интерес. — Ладно, парни, давайте лучше расскажем мелкой, к чему ей готовиться на распределении. Блейз: О, распределение — это целое зрелище, — ухмыльнулся Блейз, закинув ногу на ногу. — Вас, первокурок, заведут в Большой зал. Там под потолком летают тысячи свечей, а сам потолок заколдован под звездное небо. Жутковато, но красиво. Выстроят вас перед учительским столом, вытащат старую, засаленную Распределяющую шляпу, и начнется. ​— И она... просто называет факультет? — Тихо спросила я, внимательно впитывая каждое слово. ​Теодор: Не просто, — мягко перебил его Теодор, переводя на меня спокойный взгляд. — Шляпа садится тебе на голову и начинает читать твои мысли. Она видит твои страхи, амбиции, скрытые таланты. Спрятать от нее ничего не удастся. Но тебе, Т/и, переживать не о чем. Малфои всегда оказываются на Слизерине. ​Драко: Еще бы! — Гордо вставил Драко, выпрямляясь. — Других вариантов мы даже не рассматриваем. Слизерин — это факультет лидеров. Наш декан, профессор Снейп, глава нашего дома. Он строгий, терпеть не может гриффиндорцев и ценит чистокровные традиции. Если ты попадешь к нам, он всегда будет на твоей стороне, потому что отец с ним в отличных отношениях. ​Блейз: Но учти, мелкая, — Блейз заговорщически подался вперед, понизив голос, — на Слизерине свои тонкости. Школа думает, что мы просто кучка высокомерных снобов, но на самом деле внутри факультета все держатся друг за друга. Мы не выносим сор из избы. Если у тебя возникнут проблемы с кем-то из других факультетов — гриффиндорцами или пуффендуйцами — мы решим это сами. Своих в обиду никто не дает. ​Драко: Особенно тебя, — твердо отрезал брат, бросив строгий взгляд сначала на Блейза, а затем на Тео. — Я с первого же дня ясно дам понять всей школе, что к моей сестре лучше близко не подходить. Запомни, Т/и: если кто-то посмеет косо на тебя посмотреть или сказать глупость, ты сразу идешь ко мне. Поняла? ​— Поняла, Драко, — смущенно кивнула я, но внутри от его слов разлилось приятное тепло. Быть под такой гиперопекой старшего брата было непривычно, но это дарило невероятное чувство безопасности. ​Теодор: Твой брат прав, — добавил Тео, и в его глазах блеснула едва заметная, одобрительная искра. — Хогвартс — огромное место, и первокурсникам легко затеряться. Но с такой защитой тебе точно ничего не грозит. Главное — держись уверенно, как истинная Малфой. ​Я посмотрела на Тео и робко, но уже гораздо смелее улыбнулась ему в ответ. Страх перед неизвестностью и новой школой окончательно отступил, уступая место искреннему предвкушению. *** Поезд прибыл на станцию Хогсмид глубокой ночью, когда вокруг уже сгустилась кромешная тьма, а прохладный воздух наполнился запахом сырой земли и осенней свежести. Едва Хогвартс-экспресс замер, как в коридорах поднялась жуткая суматоха. ​Драко: Так, мелкая, держись рядом со мной, — Драко собственническим жестом приобнял меня за плечи, выводя из купе. — Чемоданы и клетку оставь прямо здесь, их заберут эльфы и доставят в замок отдельно от всех. ​ — А с ней ничего не случится? — Обеспокоенно спросила я, бросая последний взгляд на летучую мышь, которая зашуршала крыльями в темноте купе. ​Теодор: Не волнуйся, Т/и, — мягко отозвался Теодор, протискиваясь следом за нами. — Вещи в полной безопасности. В Хогвартсе за этим строго следят. ​На перроне нас встретил оглушительный, громоподобный голос огромного великана с пушистой бородой. Он держал в руке гигантский фонарь и созывал всех первокурсников к себе. Драко недовольно поморщился и нехотя отпустил мою руку. ​Драко: Дальше вам, первокурсникам, придется плыть на лодках отдельно от нас. Блейз, Тео, идем к каретам. Т/и, встретимся в Большом зале, — уверенно скомандовал брат, напоследок ободряюще сжав мое плечо. Нас, испуганную толпу одиннадцатилеток, повели к Черному озеру. Мы сели по четыре человека в маленькие деревянные лодки, которые сами поплыли по темной, гладкой, как зеркало, воде. Когда из-за скал наконец показался огромный, величественный замок с сотнями светящихся окон и высокими шпилями, у меня перехватило дыхание. ​Вскоре нас завели в небольшую комнату прямо перед Большим залом, где строгая ведьма в изумрудной мантии и островерхой шляпе — профессор Макгонагалл — коротко объяснила нам правила. Мое сердце бешено колотилось где-то в горле, руки слегка подрагивали от волнения, но я изо всех сил старалась не показывать своего страха. Я высоко подняла подбородок, выпрямила спину и нацепила на лицо маску абсолютного, холодного чистокровного спокойствия, как меня всегда учил отец. Никто в этой толпе не должен был увидеть моей слабости. ​И вот огромные двустворчатые двери распахнулись. Профессор Макгонагалл повела нас внутрь Большого зала. Блейз не обманул: это место действительно поражало воображение. Тысячи свечей парили прямо в воздухе, а потолок точь-в-точь повторял ночное звездное небо. За четырьмя длинными столами сидели старшекурсники. Проходя мимо стола Слизерина, я краем глаза заметила Драко, который сидел рядом с Блейзом и Тео. Брат заговорщически подмигнул мне, а Тео благосклонно и спокойно кивнул, заметив мою безупречную осанку. ​Макгонагалл: Когда я назову ваше имя, вы выйдете вперед, сядете на табурет, и я надену вам на голову Распределяющую шляпу, — громко объявила профессор, разворачивая длинный свиток пергамента. ​Распределение началось. Мальчики и девочки один за другим выходили к столу. ​Макгонагалл: Колин Криви! ​Маленький, растрепанный мальчик с магловским фотоаппаратом на шее, спотыкаясь, подбежал к табурету. Шляпа едва коснулась его головы. ​Шляпа: ГРИФФИНДОР! — Выкрикнул старый головной убор, и стол с красно-золотыми знаменами вззорвался аплодисментами. ​Следом пошли другие ребята, отправляясь то на Когтевран, то на Пуффендуй. Я стояла неподвижно, зажав палочку в кармане мантии и чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел. ​Макгонагалл: Джиневра Уизли! ​Вперед вышла рыжеволосая, бледная девочка в слегка поношенной мантии. Она заметно нервничала. Шляпа задумалась над ней буквально на несколько секунд, прежде чем огласить вердикт. ​Шляпа: ГРИФФИНДОР! ​Рыжая девчонка с облегчением улыбнулась и побежала к своим братьям, которые громче всех свистели и хлопали за гриффиндорским столом. Драко у нашего стола лишь брезгливо фыркнул, обмениваясь парой колких фраз с Блейзом. ​Шум в зале постепенно утих, и профессор Макгонагалл перевернула пергамент, отыскивая следующее имя. В этот момент мне показалось, что время вокруг меня просто остановилось. ​Макгонагалл: Т/и Малфой! — Четко и громко разнеслось по Большому залу. ​По рядам учеников пронесся легкий шепоток. Все взгляды мгновенно устремились на меня. Я сделала глубокий, незаметный вдох, крепче сжала пальцы и, сохраняя на лице абсолютное хладнокровие и гордое величие, сделала первый шаг вперед к табурету. Я шла с гордо поднятой головой, каблуки туфель негромко постукивали по каменному полу, отражаясь от высоких сводов зала. Сотни глаз провожали меня, но я не позволила себе даже замяться. Аккуратно развернувшись, я опустилась на деревянный табурет. Профессор Макгонагалл опустила на мою голову тяжелую, пахнущую вековой пылью Шляпу, и та в ту же секунду сползла мне на глаза, погружая в темноту. ​Шляпа: О-о-о, какая интересная кровь... — Раздался тихий, шуршащий голос прямо в моей голове, отчего по спине пробежали мурашки. — Сильный род, непреклонная воля. Но здесь скрыто гораздо больше, чем кажется на первый взгляд... Огромный потенциал. И безграничные амбиции, о да. Гордость, верность своим и жажда доказать всему миру свою силу. Что ж, здесь нет никаких сомнений. СЛИЗЕРИН! ​Последнее слово Шляпа выкрикнула на весь зал. Слизеринский стол мгновенно взорвался громкими аплодисментами и торжествующими криками. Профессор Макгонагалл сняла с меня головной убор, и я, сохранив на лице легкую, едва заметную полуулыбку истинного триумфа, величественно сошла с помоста. ​Драко аплодировал громче всех, его лицо буквально светилось от гордости. Блейз широко улыбался, а Теодор одобрительно кивал, не сводя с меня внимательного взгляда. Старшекурсники расступились, и я села на освобожденное для меня место — прямо между Драко и Тео. ​Драко: Умница, мелкая! — Радостно шепнул брат, крепко приобняв меня за плечи, как только я устроилась на скамье. — Кто бы сомневался. Добро пожаловать. ​Блейз: С возвращением в семью, Малфой, — усмехнулся Блейз, салютуя мне кубком с тыквенным соком. — Теперь ты официально одна из нас. ​Теодор: Поздравляю, Т/и, — негромко произнес Тео, и на его губах появилась та самая редкая, теплая улыбка. — Шляпа приняла правильное решение. Ты держалась великолепно. ​— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как щеки снова обжигает легкий румянец, и поспешно потянулась к золотому блюду с угощениями, чтобы скрыть свое смущение. ​Праздничный ужин пролетел незаметно. Столы ломились от изысканных блюд, а вокруг стоял веселый гул голосов. Профессор Снейп, сидевший за учительским столом, в какой-то момент поднял на нас свой проницательный, тяжелый взгляд и едва заметно кивнул Драко, безмолвно одобряя мое распределение. ​Когда тарелки опустели, а директор Дамблдор произнес свои заключительные напутственные слова, староста Слизерина поднялся со своего места и громко скомандовал первокурсникам строиться в шеренгу. ​Драко: Ну всё, Т/и, нам пора, — Драко поднялся и ласково взъерошил мои волосы. — Сейчас вас уведут в подземелья. Завтра утром мы встретимся здесь же, в Большом зале, на завтраке. Теодор: Доброй ночи, Т/и, — мягко попрощался Теодор, бросив на меня долгий взгляд на прощание. ​Я попрощалась с ребятами и поспешила к кучке первокурсников своего факультета. Староста повел нас вниз, по крутым мраморным лестницам, глубоко в подземелья замка. Здесь было прохладно, вдоль серых каменных стен горели зеленоватые факелы, придавая коридорам таинственный и величественный вид. Наконец мы остановились перед глухой каменной стеной. ​Староста: Пароль на эту неделю — «Чистая кровь», — четко произнес староста. Каменная стена тут же плавно отъехала в сторону, открывая проход в гостиную Слизерина. Из окон этой уютной, но мрачноватой комнаты, обставленной роскошными кожаными диванами, открывался вид прямо на глубины Черного озера, за которыми лениво плавали гигантские кальмары. По залу разливался мягкий зеленоватый свет. ​Староста быстро распределил нас по спальням, и я отправилась в комнату для девочек-первокурсниц. Мои чемоданы и клетка с летучей мышью уже стояли возле большой кровати под балдахином из тяжелого изумрудного шелка. Зайдя внутрь, я обнаружила, что в комнате я буду жить не одна. Около соседней кровати вовсю хозяйничала девочка с короткой стрижкой «каре» и немного капризным выражением лица. ​Пэнси: О, так ты Т/и Малфой? Сестра Драко? — Живо обернулась она ко мне, смерив оценивающим, но весьма заинтересованным взглядом. — Я Пэнси. Пэнси Паркинсон. Ребята в поезде только о тебе и говорили. Рада, что мы в одной комнате. Будем держаться вместе, ладно? ​Я посмотрела на свою новую соседку, затем перевела взгляд на клетку, где моя летучая мышь уже вовсю исследовала новое жилище, и тихо вздохнула, понимая, что моя школьная жизнь обещает быть очень насыщенной. Пэнси: ...Будем держаться вместе, ладно? — Повторила девочка, приветливо улыбаясь и присаживаясь на край своей заправленной постели. ​— Извини, я немного устала от дороги, — вежливо, но со всей подобающей малфоевской чинностью ответила я, закрывая за собой дверь. — Да, Драко упоминал, что на Слизерине чистокровные всегда держатся друг друга. Я Т/и, рада знакомству, Пэнси. ​Пэнси: О, поверь, со мной тебе точно не будет скучно! — Живо отозвалась Паркинсон, ничуть не задетая моей легкой прохладой. Ее глаза фанатично блеснули, когда она заметила мою клетку. — Святой Мерлин, это что, настоящая летучая мышь?! Какая прелесть! Покажешь? ​Я подошла к своей тумбочке, бережно опустила клетку и открыла маленькую дверцу. Черный кожаный комочек тут же осторожно перебрался на мое запястье, смешно шевеля ушками-локаторами. ​— Да, мы купили ее в зверинце, — уже гораздо теплее улыбнулась я, аккуратно поглаживая шелковистую шерстку питомца. — Я решила назвать ее Нокс. Мне кажется, ей очень подходит. ​Пэнси: Нокс? Потрясающее имя! — Восхитилась Пэнси, подходя ближе и завороженно рассматривая янтарные глазки-бусинки. — Знаешь, а ты совсем не такая высокомерная, как я думала. То есть... ну, осанка, манеры — это понятно, вы же Малфои. Но ты очень милая! ​— Спасибо, — искренне ответила я, чувствуя, как последнее напряжение этого сумасшедшего дня окончательно покидает меня. — Мама всегда говорила, что истинное благородство — это не высокомерие, а умение выбирать достойных людей в свой круг. Похоже, мы действительно подружимся. ​Мы проболтали почти до полуночи. Пэнси оказалась невероятно общительной и знала абсолютно все последние сплетни о чистокровных семьях Хогвартса, а я с удовольствием слушала ее, изредка вставляя свои замечания. Нам действительно было легко и весело вдвоем, и, засыпая под мягкий зеленоватый свет, проникающий сквозь окна из глубин Черного озера, я впервые почувствовала, что Хогвартс может стать для меня настоящим домом.

***

​Следующее утро встретило нас прохладой подземелий. Проснувшись пораньше, мы с Пэнси тщательно привели себя в порядок, застегнули новенькие мантии с серебряно-зелеными нашивками Слизерина и вместе отправились в Большой зал. ​Там уже вовсю кипела жизнь. Столы ломились от ароматной яичницы, бекона и свежих тостов. Стоило нам переступить порог, как я тут же поймала на себе взгляд брата. Драко сидел на своем привычном месте вместе с Блейзом и Теодором. Заметив меня, он широко улыбнулся и активно замахал рукой, приглашая сесть рядом. Теодор спокойно приподнял уголки губ, а Блейз лениво подмигнул. ​Пэнси на секунду замялась, бросив робкий взгляд на старшекурсников, но я лишь уверенно улыбнулась брату в ответ и, мягко взяв подругу за локоть, увлекла ее к свободному краю стола, где сидели наши однокурсники. ​— Драко! Доброе утро! — Громко и уверенно произнесла я, проходя мимо брата и слегка замедляя шаг. — Мы сядем чуть дальше, с ребятами нашего курса. Нужно ведь со всеми познакомиться. ​Драко: А... ну ладно, мелкая, — немного растерянно, но одобрительно протянул брат, явно не ожидавший от меня такой самостоятельности. — Если что, мы здесь. Далеко не уходи! ​Блейз: Ого, Малфой, похоже, твоя сестренка с первого дня решила показать характер, — тихонько рассмеялся Забини, подпирая подбородок рукой. ​Теодор ничего не сказал, но я успела заметить, как в его темных глазах промелькнула искренняя, теплая искра одобрения, когда наш взгляд на секунду встретился. ​Мы с Пэнси устроились рядом с другими первокурсниками. Завтрак прошел отлично: Пэнси вовсю щебетала, знакомя меня с остальными ребятами, с которыми она успела познакомиться в поезде, а я держалась с привычным достоинством, вежливо поддерживая беседу. Вскоре старосты раздали нам расписание, и, к нашему общему восторгу, первым уроком значилось Зельеварение, которое вел наш декан — профессор Снейп, причем совместно с Гриффиндором. Кабинет Зельеварения находился в одном из самых мрачных и холодных подземелий замка. Вдоль стен на полках стояли стеклянные банки с заспиртованными гадами и редкими ингредиентами, что придавало комнате жутковатую атмосферу. Мы с Пэнси заняли одну из первых парт по левой стороне — стороне Слизерина. Напротив нас, на гриффиндорской стороне, шумно усаживались первокурсники в красно-золотых галстуках, среди которых я заметила вчерашнюю рыжую девочку, Джини Уизли. ​Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в класс стремительной, летящей походкой вошел профессор Снейп. Его черная мантия развевалась за спиной, словно крылья огромной летучей мыши. В классе мгновенно воцарилась гробовая, звенящая тишина. ​Снейп: Вы здесь для того, чтобы изучить тонкую науку и точное искусство приготовления зелий, — заговорил он тихим, почти шелковым голосом, который, однако, отчетливо слышал каждый. Профессор медленно пошел между рядами, оглядывая бледные лица первокурсников. — Я не жду, что многие из вас по-настоящему поймут красоту бурлящего котла... Но те немногие, в ком есть истинный талант... ​Его тяжелый, проницательный взгляд на секунду остановился на мне. Я не опустила глаз, встретив его взор прямой, гордой и абсолютно спокойной осанкой. Профессор едва заметно, почти невидимо для остальных, кивнул сам себе и резко повернулся к гриффиндорской стороне. ​Снейп: Ну что ж, проверим ваши знания, — холодно произнес он, останавливаясь прямо перед партой Джини Уизли. — Уизли! Что я получу, если добавлю измельченный корень асфоделя в отвар полыни? ​Рыжая девочка вздрогнула и густо покраснела, судорожно сжимая в руках перо. ​Джини: Я... я не знаю, профессор, — едва слышно пролепетала она, вжимаясь в стуле. ​Снейп: Хм, предсказуемо, — разочарованно протянул Снейп, и по рядам Слизерина прошел тихий, злорадный смешок. — Похоже, слава вашей семьи бежит впереди ваших знаний. Кто ответит? ​Я уверенно и спокойно подняла руку. Профессор Снейп повернулся ко мне, и на его строгом лице появилось подобие удовлетворения. ​Снейп: Прошу вас, мисс Малфой. ​— Это сочетание дает усыпляющее зелье такой силы, что оно известно как Напиток Живой Смерти, сэр, — четко, громко и без единой запинки ответила я, глядя прямо на декана. Каждое мое слово буквально дышало той уверенностью и гордостью за свои знания, которые мне с детства прививал отец. Я прекрасно знала цену своей фамилии и не собиралась ударять в грязь лицом. ​Снейп: Великолепно. Абсолютно верно, — чеканя слова, произнес Снейп, победоносно взглянув на притихших гриффиндорцев. — Десять очков Слизерину за безупречный ответ. Пэнси под столом восторженно сжала мою руку, сияя от гордости за наш факультет, а я лишь слегка улыбнулась, краем глаза заметив, как Джини Уизли обиженно закусила губу. Мой характер, не уступающий по твердости и гордости характеру Драко, дал о себе знать с самого первого урока: на Слизерине появилась новая сила, и считаться со мной придется каждому.