Жертва дракона

«Самые опасные цепи — не те, что сжимают запястья, а те, которые называют соглашением.» Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона. Марисель. Он отломил кусок от своей порции и протянул мне, глядя прямо в глаза. Я смотрела на протянутый кусок мяса, с которого всё ещё капала кровь. Рука дрожала, но не от страха — от голода. Желудок, который только что бунтовал, теперь требовал еды так, словно ничего не произошло. Я взяла мясо. Наши пальцы соприкоснулись — горячие, жёсткие, испачканные кровью. На мгновение я замерла, ощущая прикосновение его кожи к моей. Я закрыла глаза и откусила. На этот раз я заставила себя жевать, не думая о вкусе, о текстуре, о том, что это сырое мясо. Проглотила. Желудок содрогнулся, но выдержал. Я открыла глаза и посмотрела на дракона. В моём взгляде был вызов. Я снова откусила. И ещё. Он наблюдал за мной, откинувшись на спинку деревянного кресла. В его глазах мелькнуло одобрение. Капля крови с его губ упала на тарелку. Он медленно провёл языком по нижней губе, слизывая её. Ветер из открытого окна трепал его тёмные волосы. Пламя факелов вздрагивало, отбрасывая тени на его лицо и делая его ещё более пугающим. Рейгар щёлкнул пальцами, и из тени возле входа словно материализовалась фигура Альберта. — Альберт, — голос дракона прозвучал лениво, но с металлическими нотками. — Принеси нашей гостье человеческой еды. Что-нибудь варёное. Дворецкий коротко кивнул, даже не взглянув на меня, и бесшумно исчез за дверью. Рейгар опустился обратно в кресло, теперь рядом со мной, почти вплотную. Его колено коснулось моего бедра под столом. Он взял мою руку, всё ещё липкую от крови, и поднёс к своим губам. — Ты справилась, — сказал он, медленно облизывая мои пальцы один за другим, не сводя с меня глаз. — Я не думал, что у тебя хватит силы воли. Он отпустил мою руку и поднялся с кресла, изучая моё лицо. — Но запомни, маленькая жертва: в этом мире воля решает всё. Сломаешься — умрёшь. Выдержишь — может быть, даже станешь кем-то большим, чем просто пищей для дракона. С этими словами он вышел из трапезной, громко захлопнув за собой дверь. Я осталась сидеть неподвижно, глядя в пространство перед собой. Его слова всё ещё отдавались в голове чем-то тяжёлым и липким. «Воля решает всё.» «Пища для дракона.» Я опустила взгляд на стол. Передо мной стояла тарелка с сырым мясом — тёмно-красные, почти бордовые куски и стакан воды. Я ещё не успела окончательно решить, смогу ли доесть это, когда рядом почти бесшумно появился Альберт. Он поставил на стол ещё одну тарелку. На этот раз с нормальной человеческой едой: тёплое тушёное мясо в светлом соусе, мягкие овощи, хлеб с хрустящей корочкой и небольшую чашку травяного бульона. Всё выглядело простым, но невероятно аппетитным, особенно после всего пережитого. — Прошу, — спокойно произнёс он и так же тихо отступил в сторону. Я несколько секунд просто смотрела на еду, словно не верила, что мне позволено её есть. Затем осторожно взяла ложку. Первый глоток бульона стал почти потрясением — тёплый, насыщенный, с лёгким ароматом трав и чего-то домашнего, давно забытого. Я даже не заметила, как напряжение в плечах немного отпустило. Потом взяла кусочек мяса. Мягкое, нежное, оно буквально таяло во рту. Потом ещё один. Хлеб оказался свежим, с лёгкой хрустящей корочкой. Я ловила себя на том, что ем гораздо быстрее, чем следовало бы по правилам приличия, но сейчас это не имело значения. Голод брал своё. Я почти не останавливалась, лишь иногда делая глоток воды. Когда тарелка была почти пуста, я уже ела медленнее, чем в начале, но всё ещё не могла заставить себя остановиться — тело будто боялось, что еду сейчас отнимут. Я как раз отломила кусочек хлеба и поднесла его ко рту, когда двери трапезной снова распахнулись. На пороге стояла женщина. Она была настолько красивой, что это казалось почти неестественным. На вид ей было чуть больше двадцати, но в её осанке чувствовалось нечто гораздо более древнее — уверенность, спокойствие и власть, которым не требовались слова. Её волосы — белые, как чистый снег или лунный свет — ниспадали мягкими волнами до самой талии, переливаясь в свете свечей. На голове покоилась корона — тонкая, изящная, выкованная из белого металла и украшенная прозрачными камнями, которые ловили свет и рассыпали его мелкими искрами по её лицу и плечам. Платье выглядело настоящим произведением искусства. Светлое, почти серебристо-белое, с перламутровым отливом. Ткань ниспадала тяжёлыми, но мягкими складками, подчёркивая стройную фигуру. Лиф плотно облегал тело и был украшен тонкой вышивкой, напоминающей крылья или морозные узоры, а длинные полупрозрачные рукава плавно двигались при каждом её шаге. Она сделала несколько шагов вперёд. Даже шаги её были бесшумными, почти скользящими — как у человека, привыкшего к тому, что мир сам расступается перед ним. Я так и застыла с куском хлеба возле рта, не зная, проглотить его или спрятать руки под стол. «Это ещё кто?..» — промелькнуло у меня в голове. Она слегка наклонила голову, будто услышала этот вопрос. — Нериса Скайрин, — произнесла она. Голос её был спокойным, чистым, с той холодной уверенностью, которой не нужны представления, но которая всё равно их даёт. Она сделала короткую паузу. Мне показалось, что воздух в зале стал тоньше. — Дочь короля драконов Запада. Из Туманных Земель... Морвейла. Я медленно опустила взгляд на тарелку, словно это могло хоть как-то помочь. Морвейл. Я читала об этом месте. Теперь оно стояло прямо передо мной в облике женщины с белыми волосами и короной, которая смотрела так, словно этот замок уже давно принадлежал ей. В голове почти автоматически начали складываться обрывки знаний, которые я когда-то изучала: вечные туманы, поглощающие дороги и города; болота, где земля дышит под ногами; чёрные озёра, настолько тёмные, что в них не отражается небо; руины древних культов, где по ночам всё ещё что-то шепчет; и существа... которых не должно существовать в нормальном мире. Ведьмы. Провидцы. Духи. И, возможно, нечто куда хуже — то, что живёт внутри самого тумана. «В Морвейле даже тени имеют голос...» Перевод на русский: — Эта фраза вдруг стала слишком реальной. Я медленно подняла взгляд. Нериса стояла всё так же спокойно, как и прежде, но теперь её присутствие ощущалось иначе. Я сжала пальцы под столом, стараясь не выдать, что внутри становится всё холоднее. Туманные грибы... чёрный торф... серебристые минералы, поглощающие свет... эссенция иллюзий... Всё это было не просто ресурсами. Это было про контроль. Про иллюзии. Нериса сделала ещё один шаг вперёд. Её корона едва блеснула в свете свечей. — Будущая жена Рейгара, — добавила она так же ровно, словно это была не новость, а факт, который уже давно решили за всех. У меня перехватило горло. Жена. Это слово упало в тишину трапезной тяжелее любого оружия. Нериса молча наблюдала за мной несколько секунд. Её светлые глаза скользнули по моему платью, волосам, рукам, словно она оценивала каждую мелочь. Казалось, мой вид её не впечатлил. — Значит, это правда, — наконец произнесла она. Я нахмурилась. — Ты что, язык проглотила? Казалось, моё молчание разозлило её ещё сильнее. — Я ожидала увидеть кого-то... более особенного. Слова были сказаны спокойно, почти вежливо. Я почувствовала, как начинают гореть щёки. Она остановилась возле моего стула. Я невольно выпрямилась. — Я вижу обычную человеческую девушку. Жертву. Её голос оставался мягким, почти ласковым. «Если я такая обычная, почему её это вообще волнует?» — мелькнула мысль. Нериса смотрела на меня не как на соперницу. Она смотрела на меня как на препятствие. Она слегка наклонилась ближе. Настолько близко, что я почувствовала лёгкий аромат морозных цветов, исходящий от её волос. — Рейгар может играть с людьми сколько угодно, но моим мужем станет именно он. Она называла его по имени, тогда как для меня он был просто «дракон» или «чудовище». Я даже моргнуть не успела, как пальцы Нерисы сомкнулись на моих волосах — хватка стальная, беспощадная. Рывок. И вот я уже стояла на коленях, с запрокинутой головой и открытой шеей. Холод металла коснулся кожи. Ошейник защёлкнулся с тихим щелчком, плотно обхватив горло. — Ты всего лишь кусок мяса, которому повезло дышать, — её голос лился словно мёд, смешанный с ядом. — Дракон решил поиграть с тобой. Но игры заканчиваются, когда приходит настоящая невеста. Нериса дёрнула за ошейник, заставляя меня упасть, и потащила через трапезную прочь из зала. Шаги эхом отдавались в каменных коридорах. Свечи на стенах дрожали. Мы влетели в небольшую комнату — то ли кладовую, то ли бывшую комнату прислуги. Голые стены. Узкое окно под самым потолком. Солома на полу. Нериса швырнула меня вперёд. Я ударилась плечом о стену, поскользнулась на соломе и снова рухнула на колени. Дочь короля драконов Запада медленно приблизилась. В полумраке её глаза светились. — Знаешь, сколько таких, как ты, прошло через его постель? — её голос стал тише, но от этого только опаснее. — Все думали, что они особенные. Она наклонилась, схватила меня за подбородок, впиваясь ногтями в кожу. — Я видела их, — продолжала она. — Девушек, которых приводили сюда десятилетиями. Одни плакали. Другие молились. Третьи пытались бежать или сопротивляться. Но ни одна из них не смогла пережить ночь с драконом. Кто знает, чем бы всё закончилось дальше, но дверь с грохотом распахнулась, едва не сорвавшись с петель. Рейгар ворвался в комнату. Его глаза горели янтарным огнём. Чешуя проступила на скулах и шее. Когти удлинились, разрывая рукава рубашки. Нериса обернулась, открыла рот, собираясь что-то сказать, но не успела. Пощёчина прозвучала как выстрел в каменном мешке. Голова Нерисы дёрнулась в сторону. Она пошатнулась, ударилась спиной о стену и сползла по ней вниз, прижимая ладонь к щеке. С разбитой губы закапала кровь. Рейгар навис над ней, тяжело дыша. Из его груди рвался глухой рык. — Ты забыла своё место, Нериса, — его голос вибрировал, низкий и звериный. — Я решаю, кто живёт в моём замке. Я решаю, кто ложится со мной в постель. Ты — никто, пока я не скажу иначе. Он повернулся ко мне. Я всё ещё стояла на коленях. Одним движением он оказался рядом, поднял меня на руки и прижал к груди. — Ты в порядке? — его голос стал мягче, хотя в глазах всё ещё полыхал гнев. «В порядке? Да он издевается...» — хотелось закричать мне. Но всё болело. И сил почти не осталось. Дракон вынес меня из тесной каморки, даже не взглянув на Нерису, которая так и осталась сидеть на полу, прижимая ладонь к разбитой губе. Его шаги были быстрыми и уверенными. Он нёс меня так, словно я ничего не весила. Вскоре мы оказались в моей новой спальне. Огромная кровать с балдахином. Камин, в котором уже потрескивали дрова. Мягкий ковёр на полу. Дракон осторожно опустил меня на край кровати, а сам присел передо мной на корточки, внимательно рассматривая. Его взгляд остановился на моих руках. Царапины от грубой стены. Ссадины на запястьях. Тонкие красные полосы на бледной коже. Его пальцы коснулись ошейника. Металл щёлкнул и упал на пол с глухим звоном. — Больше никто не посмеет тебя тронуть, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Ни она, ни кто-либо другой. Он поднял взгляд на меня. — Ты моя. И я защищаю то, что принадлежит мне. Он выпрямился и отошёл к столу. Движения были резкими, но не грубыми. Нож блеснул в свете камина — короткое движение, и красная линия прорезала его ладонь. Кровь закапала в бокал с водой, растворяясь алыми нитями и окрашивая жидкость в мутно-розовый цвет. — «Что он, чёрт возьми, делает?» — мелькнуло у меня в голове. Рейгар подошёл к кровати и протянул мне бокал. — Пей. — «Нет. Нет, только не это...» Я покачала головой, плотно сжав губы, и отвернулась. Он тяжело вздохнул, с лёгким рычанием. — Ты не можешь говорить, я знаю. Либо ты выпьешь это, — он качнул бокалом перед моим лицом, — либо я тебя поцелую. Кровь дракона вернёт тебе голос. Исцелит. Я посмотрела на бокал, потом на его рассечённую ладонь. Кровь дракона. Я чувствовала её запах — металлический, тёплый, странный. Медленно подняла руку. Пальцы дрогнули, коснувшись стекла. Рейгар не отпускал бокал, давая мне время. Я поднесла его к губам, закрыла глаза и сделала глоток. Жидкость обожгла горло, словно огонь. По венам разлилось тепло. Кончики пальцев защипало. Я сделала ещё глоток. Потом ещё. Пока бокал не опустел. Тепло собралось в груди, растеклось по рукам и шее. Царапины на запястьях затянулись. Покраснения исчезли, оставив после себя только чистую кожу. Я выдохнула. Звук легко сорвался с губ, без хрипа. — Я... Мой голос вернулся. Хрипловатый, но живой. Дракон улыбнулся. Я провела пальцами по шее, там, где ещё недавно был ошейник. Кожа была гладкой. Без единого следа. — Почему ты это сделал? — мой голос прозвучал слишком тихо. — Ты мог оставить меня там. Мог позволить ей делать со мной всё что угодно. Я всего лишь жертва, которую привезли тебе. Дракон несколько секунд молчал, глядя на огонь в камине. Потом повернулся ко мне. Его янтарные глаза светились золотом. Он протянул руку и коснулся моего подбородка, заставляя смотреть прямо на него. Его пальцы были тёплыми. Я не могла отвести взгляд от его глаз. — Ты не просто жертва. Ты должна родить мне наследника. У меня замерло сердце. Я открыла рот, но он не дал мне заговорить. На его губах появилась странная улыбка. — Ах да. Разве я не сказал? По спине пробежал холодок. — Кроме того, что моя кровь вернула тебе голос... мы только что заключили сделку. Ты выпила мою кровь, а кровь дракона — это не просто кровь. Когда человек добровольно принимает кровь дракона, между ними возникает связь. Я почувствовала, как холодеют ладони. — Нет. Ты заставил меня! Кажется, я крикнула слишком громко. — Но ты всё равно выпила её. Магия не видит разницы так, как её видят люди. Пока ты не родишь мне наследника, ты не сможешь покинуть мои владения. Кровь застучала в висках. — Нет... — Это правда. — Ты не можешь решать за меня! Ненавижу тебя! Слова вырвались раньше, чем я успела их остановить. Он даже не вздрогнул. Просто смотрел на меня. — Ты чудовище! На мгновение золотые отблески в его глазах стали ярче. — Я дракон. Чудовищем меня называют те, кто забывает о разнице, — слишком спокойно ответил он. — А если я откажусь? Если не захочу рожать тебе наследника? Ты убьёшь меня? Прямо сейчас? В моём голосе не было вызова. Только холодное любопытство. Я действительно хотела знать ответ. Он ответил не сразу. Вместо этого наклонился совсем близко к моим губам. Настолько близко, что я чувствовала жар его тела. Его пальцы скользнули по моей шее, касаясь места, где бился пульс. — Нет, — его голос стал низким, почти мурлыкающим. — Я не убью тебя. Но ты не сможешь уйти. Драконья кровь связала тебя со мной. Но есть и другая сторона. Пока ты здесь, пока будешь носить моего ребёнка, ты будешь в безопасности. Никто не посмеет тебя тронуть. Ни Нериса, ни твоя семья, ни весь этот проклятый мир. Его большой палец скользнул по моей щеке, словно он пытался успокоить меня после того, как только что разрушил всю мою жизнь. — Я даю тебе силу. Взамен ты даёшь мне наследника. Это честная сделка. Несколько секунд я просто смотрела на него. Потом нервно рассмеялась. — Честная? Рейгар нахмурился. — Да. — Меня привезли сюда против моей воли как жертву. Меня чуть не убила твоя невеста, которая, между прочим, тоже дракон. Ты заставил меня выпить свою кровь. Привязал меня к себе магией. Его челюсть напряглась. — И после этого ты говоришь, что я должна родить тебе ребёнка, потому что это какая-то «честная сделка»? В груди всё горело. Страх. Злость. Отчаяние. Всё сразу. — Ты безумное чудовище. Наступила тишина. В камине тихо потрескивали поленья. Дракон смотрел на меня долго. Слишком долго. А потом вдруг спросил: — Как тебя зовут? Я моргнула. — Что? — Твоё имя. Я уставилась на него. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — После всего этого тебя только сейчас заинтересовало, как меня зовут?! К моему удивлению, он даже не обиделся. Лишь слегка склонил голову набок. — Всё это время ты называла меня чудовищем, драконом, похитителем и сумасшедшим. Я уже начинаю жалеть, что позволил тебе снова говорить. — Потому что ты и есть всё это. Я сжала кулаки. — Возможно. Он даже не стал спорить. Это раздражало ещё сильнее. — Марисель, — сердито выдохнула я. Он повторил моё имя медленно, словно пробуя его на вкус. — Марисель... Почему-то от того, как он это произнёс, мне стало не по себе. Дракон молча поднялся. Его огромная фигура сразу заслонила свет свечей. — Тебе нужно отдохнуть. — Мне нужно вернуться домой. — Нет. Человеческое тело слишком слабое. Я закатила глаза. — Спи, Марисель. — Ненавижу тебя. — Я помню. Прежде чем я успела придумать ответ, он вышел из комнаты. Дверь тихо закрылась. Я осталась одна посреди огромной спальни, глядя на место, где только что стоял дракон. Ещё несколько секунд я смотрела на закрытую дверь. Словно ожидала, что она снова откроется и он вернётся. Тишина вокруг стала почти невыносимой. Я медленно опустилась на большие подушки и спрятала лицо в ладонях.