Моя луна

Со второго этажа доносились крики и рыдания. Джин закрылся в комнате - переворачивал вещи, срывая злость на всем, что попадалось под руку. Лиюн и Сонхи сидели на кухне, держась за руки и слушая, как их ребенок воет от боли. Намджун пытался достучаться, умоляя успокоиться ради волчат. Эта фраза добила омегу - дверь резко распахнулась. - Ты тоже так считаешь? Да?! Считаешь, что я и этих волчат погублю?! Намджун опустился перед Джином на колени, умоляя успокоиться. - Любовь моя, я так не считаю. Тэхен-и не хотел раскрывать тебя - он ребенок. - Они все смотрели на меня как на убийцу! - кричал Джин, захлебываясь слезами. Он тоже опустился на колени перед мужем и уже тише произнес: - Я же не хотел... Я любил его... Сонхи и Лиюн слышали эти слова, тоже вытирая слезы. Их прекрасный Джин так и не простил себя... - Замолчи! - выкрикнул Джун, обхватывая ладонями лицо омеги. - Хватит! Наш волчок уже сияет самой яркой звездой на небосводе... Прошу тебя, Джин... отпусти его... Болезненный крик вырвался наружу, выпуская всю боль, что годами жила в омеге. Джин рухнул в объятия мужа, судорожно хватаясь за его рубаху. Альфа поднялся и унес омегу в спальню, крепко прижимая к себе. Сонхи сидела на кухне рядом с Лиюн, пытаясь унять дрожь в руках. После того как Тэхен-и упомянул о волчатах, все замолчали. Даже вожак с сочувствием посмотрел в сторону семьи Ким. Джин передал ребенка Юнги и быстрым шагом ушел домой. Мать и свекровь бросились следом, крича Намджуну о беде. - Все будет хорошо? - спросила Лиюн, с надеждой глядя на подругу. - Будет. В полнолуние схожу к обрыву просить благословения. - Я с тобой, - сказала Лиюн, крепче сжимая руку Сонхи. Юнги отвел волчонка в сад и первым делом постучал в дверь Гаюн-щи. Дверь открылась не сразу, но, к удивлению альфы, омега улыбнулась и отступила в сторону, впуская его в дом. - Юнги-я, здравствуй. Он поклонился и мягко улыбнулся в ответ. - Здравствуй, Гаюн-щи. Омега смущенно махнула рукой. - Прекрати. Можешь звать меня тётушкой. Благодарно кивнув, альфа достал небольшую коробочку с мазью. - Позвольте обработать ваши раны, тётушка. Всего через пару секунд омега вздрогнула и отстранилась. Она обняла себя за плечи, словно пытаясь закрыться от всего мира. - Юнги... прости меня... Суёль сказал, что я не смогу даже питаться в столовой, потому что на меня напали... Она дрожала от страха, голос срывался на каждом слове. Юнги осторожно обнял женщину, заботливо поглаживая по голове. - Гаюн-щи... тётушка... Ты ни в чем не виновата. Я пришел не осуждать тебя, а помочь. Давай посмотрю твои раны. Улыбка Юнги располагала к себе, заставляя поверить, будто ты - самое ценное в этом мире. - Вожаку так повезло с тобой, Юнги-я... - всхлипнула женщина. - Меня все слишком идеализируют, - буркнул он. Гаюн протянула руку, помогая разматывать повязки, которые наложил Хосок. Юнги сам осмотрел раны и принюхался. Помимо подсохшей кашицы из трав, он уловил несколько нот древесной смолы. От этого осознания альфа прикрыл глаза, стараясь сохранить самообладание. Сейчас ему очень хотелось ошибаться. - Тётушка, простите, что спрашиваю, - тактично начал Юнги. - Ммм?.. - Где вы встретили волка? Омега нервно перебирала ткань платья, прикусывая губу. Ей было страшно даже мысленно возвращаться в тот вечер. - У колодца, - тихо ответила она. - Того, что у леса? - Да. Я пошла за водой. Уже не раз говорила Суёлю, что в этой части поселка проблемы с колодцем - его чистить нужно. Она прикрыла глаза, болезненно сводя брови. - Бурый волк стоял ко мне спиной, но потом резко обернулся и оскалился. Я уронила ведро и побежала домой. - Он погнался следом... - тихо подсказал Юнги. - Да... Я не успела закрыть дверь... Гаюн резко открыла глаза и заплакала, закрывая лицо руками. - Он сбил меня с ног лапой и прижал к полу, когтями раздирая кожу... - Всё. Не нужно больше вспоминать. Юнги осторожно взял её руки в свои и вытер слезы со щек. Женщина посмотрела в глубокие глаза альфы и почувствовала, как тяжесть понемногу отпускает. - Почему вы не обернулись? - спросил он спустя некоторое время, когда омега окончательно успокоилась. - Юнги-я, у меня не так много вещей, - снисходительно улыбнулась она. - Всего три платья. Да и новое я смогу позволить себе только к следующей весне. Заметив перемену в лице альфы, женщина поспешила объясниться: - Юнги, я уже пожилая и одинокая омега - много ли мне нужно? Лишь бы была еда, крыша над головой да здоровье. Молодость не вернуть, дорогой мой, - тихо засмеялась она. - Тётушка, не говорите ерунды. Завтра пришлю к вам Тэхен-и с новой мазью. И дам вам молочко для лица. Глаза женщины тут же загорелись - совсем как у ребенка при виде сладостей. - Как у Мины? Получив кивок от альфы, она сразу начала благодарить его. Юнги покраснел от такого внимания и поспешил успокоить женщину: - Только прошу вас, ничего не давайте волчонку, - улыбнулся он. - Его попа уже ни в одни шортики не влезает. Тэхен мало общался с другими детьми - он привык проводить время со взрослыми. Да, многие слова ему были незнакомы, но над ним никто не смеялся, а спокойно объяснял их значение. Поэтому у волчонка оказался довольно большой словарный запас. Отец привел его утром в сад, пообещав позже забрать на охоту. В предвкушении забавы волчонок вел себя спокойно и даже не проказничал. Сейчас он стоял на коленках в песке и палочкой строил гусенице препятствия, мучая бедную старушку. Рубашка и локти уже были грязными, но Тэхена это не волновало - отец постирает. - Разве ей не больно? - спросила Рина, присаживаясь рядом. Тэхен поднял голову и шмыгнул носом, сдерживая подступающий рев. - Я же не делаю ей больно. Мы играем. Он оттолкнулся руками от земли и плюхнулся на попу, окончательно испачкав еще и шорты. - А почему ты одна? Где твои друзья? - Бросили меня, - всхлипнула девочка, вытирая глаза кулачками. Волчонок тут же поднялся на ноги и, подойдя к ней, обнял, поглаживая по спине - совсем как вчера делал Сокджин. Тогда это помогло, и Тэхен решил, что Рине тоже станет легче. Девочка обняла его в ответ и горько заплакала. - Они сказали, что я некрасивая... Моё платье мне не идет... Тэхен нахмурился, похлопал её по спине и немного отстранился. - Покажи мне, пожалуйста. Рина тут же улыбнулась и, довольно кивнув, отошла чуть назад. Тэхен ахнул и прижал руки к сердцу, копируя бабушку Лиюн. - Ты красавица! - Правда? - просияла девочка. - Покружись, пожалуйста. От слез не осталось и следа. Девочка закружилась, а подол платья красиво развевался вокруг ног. Тэхен заметил ромашку у забора и быстро побежал за ней. - Тэхен-и, не смей убегать! - крикнула с крыльца воспитательница. Волчонок обернулся и поднял вверх цветок. - Я за ромашкой, учитель! - громко ответил он. Неожиданно омеги покраснели и опустили взгляды. - Кому это ты цветочки носишь, сопля? Чонгук шел к дому совета после допроса Суёля. Упрямый старейшина обернулся волком и демонстративно уселся к нему спиной, отказываясь говорить. В конце концов Чонгук махнул на него рукой и отправился по своим делам. Проходя мимо сада, он услышал замечание воспитательницы своему вредному волчонку. - Чонгук-и! - радостно вскрикнул ребенок. Он тут же забрался ногами на перекладину забора, пытаясь подтянуться выше к альфе. - А ты куда? - подозрительно прищурился волчонок. - Всё-то тебе нужно знать, - передразнил Чонгук. - К Чимину. - Идешь его трахать? Чонгук застыл. Тэхен смотрел на него огромными глазами, ожидая ответа. Вчера в столовой он услышал это слово - Суёль сказал, что Чонгук так делает с Чимином. - Сопля... такие слова детям говорить нельзя... - потерянно пробормотал альфа. - Почему? - Оно... плохое. - Почему? - Его говорят, когда хотят обидеть. Точно. Тэхен нахмурился и показал Чонгуку кулак. - Будешь обижать моего папу - я тебе дам в нос. Он так яростно угрожал, что нога соскользнула с перекладины, и волчонок полетел вниз. Чонгук успел схватить его за рубашку, но дернул слишком резко, сделав больно. Тэхен заплакал. Воспитательница подбежала к ним и подняла ребенка на руки. - Всё хорошо, волчонок. Не плачь, маленький, - тихо шептала омега, мягко похлопывая его по спине. Чонгук стоял и смотрел на них широко раскрытыми глазами. Его кулак всё еще был стиснут, хотя волчонка уже забрали. - Спасибо вам, Чонгук-щи. Я отнесу Тэхен-и в дом. Он сам не понял, как кивнул, и только смотрел им вслед. Миюн несла волчонка на руках, одной рукой удерживая Тэхена, а другой - Рину. Чимин выслушивал старейшин и уже начинал скучать. Всё одно и то же: «всё под контролем, вожак». Чихён рядом едва не клевал носом. Когда нужно донести сплетни - все первые, еще и перебивают друг друга. - Довольно! - остановил их вожак. Совет тут же замолчал и приготовился слушать. После отстранения Суёля старейшины наконец поняли: терпение у вожака действительно есть. А вместе с ним - хитрость и умение выжидать подходящий момент для удара. - Сейчас меня волнуют другие вопросы. Чимин обвел всех взглядом и остановился на Суане. Альфа отвечал за обустройство поселка. - Суан-щи, что за дом с красной крышей? По залу сразу поползли шепотки. Альфа кашлянул и поднялся на дрожащих ногах. - Вожак... это своего рода отель для... - Я догадываюсь, - перебил его Чимин. - Почему я ничего об этом не знаю? - Хотите воспользоваться? - хмыкнул Донхва. - Вы вроде в паре, вожак. - Хотел бы, - спокойно ответил Чимин. - У нас дома маленький волчонок. Напоминаю вам. Старейшины тут же смутились и опустили глаза. Вожак заметно осмелел, и теперь они видели, что он способен не только приказывать, но и язвить. - Не думаю, что это возможно, - снова прокашлялся Суан. Чимин медленно поднял брови и откинулся на спинку стула. - А что так? Боитесь, что я узнаю, сколько вы берете за ночь? Феромон омеги тут же неприятно загорчил. Чимин резко поднялся с места и ударил кулаком по столу. - Вы на моей территории устроили бордель! Мы только от чужих стай слышали о таком, а оказалось - у нас есть свой! Дверь в зал внезапно открылась, и в проеме показалась макушка Юнги, неловко замершего у входа. Чимин в тот же миг успокоился и невольно улыбнулся. - Юнги-я... - выдохнул он. - Простите, вожак, - поклонился альфа. - Не знал, что вы заняты. Я зайду позже. - Юнги-щи, погодите, - окликнул Донхва, морщась от давящего феромона омеги. - Можете присесть. Не понимая мотивов старейшин, Юнги вопросительно посмотрел на Чихёна, и тот разрешающе кивнул. - Садись, Юнги. - Что ты хотел? - спросил Чимин, увереннее держа себя перед советом. - Я был у Гаюн-щи. - И как она? - тут же перебил Донсу. Юнги повернулся к нему и мягко улыбнулся. - Ей уже лучше, спасибо. Но она сказала одну важную вещь, и я хотел уточнить у вожака... Чимин задумчиво посмотрел на старейшин, решая, стоит ли оставлять их в зале. - Какую? - спросил Чихён. Он уважал Юнги и считал его мудрым альфой. Альфой, достойным места в совете. - Мне хотелось узнать, помогает ли стая одиноким пожилым омегам. Гаюн-щи сказала, что у нее всего несколько платьев, и в доме довольно... скромно. Ноздри Чимина дрогнули, а сам он заметно покраснел от злости. Чихён прикрыл глаза, уже понимая, что сейчас вожак взорвется. - Вы для чего мне здесь нужны?! - рявкнул он. - Я вас спрашиваю! Где ваше хваленое «всё хорошо»?! Зима на носу, я занят поставками и обменом провизии, а вы кормите меня своими «всё под контролем»! Кто из вас отвечал за помощь нуждающимся? Старейшины заметно побледнели. Вожак впервые потребовал настоящий отчет об их работе. - Суёль-щи, - тихо ответил Суан. Услышав имя, Чимин шумно вдохнул, готовый снова сорваться, но Юнги заговорил первым: - Вожак, а если сделать объявление с предложениями от стаи? Пусть жители сами напишут, что хотели бы улучшить, а старейшины смогут выделить самые важные проблемы, - робко предложил он. Наш альфа самый мудрый. Мы будем слушаться только его. - Вы слышали?! - рявкнул Чимин в сторону совета. - Чтобы к следующей неделе у меня были списки. Ясно? - Как прикажет вожак, - хором ответили старейшины. - Все свободны. Смотреть на вас тошно, гадов. Сокджин сидел во дворе и уже несколько часов смотрел на вишневое дерево, под которым когда-то часто ждал своего первенца. Теперь он даже не подходил к нему. В гончарную омега сегодня не пошел, сославшись на плохое самочувствие. Хотя на самом деле просто не понимал, что с ним происходит. Калитка неприятно скрипнула. - Нужно сказать Намджуну, чтобы починил, - тихо пробормотал он в пустоту. - Можно просто смазать маслом, - ответили ему. Повернув голову, Джин увидел тётушку Мину с корзиной гостинцев. Позади стояла Ноа, прижимая к груди узелок с чем-то тканевым. - Тётушки?.. - шокированно привстал Джин. - А мамы нет... - Мы к тебе, ангел, - улыбнулась Ноа. - Позволишь присесть старушкам? - За себя говори. Я еще молода, - фыркнула Мина. Джин невольно засмеялся и тут же засуетился вокруг гостей. Он уже хотел притащить еще одно кресло, чтобы усадить всех вместе, но тётушки быстро его остановили. - Ты что творишь, Джини? - возмутилась Ноа. - Как говорит Тэхен-и - бандит, - пожурила Мина. - Мы и сами всё поставим. Ты лучше неси чай. И я слышала, как Сонхи расхваливала твой пирог. Сокджин поклонился и поспешил в дом. - Сейчас, тётушки. Всё принесу. Женщины остались ждать хозяина во дворе, рассматривая клумбы. - Джин будет хорошим папой, - тепло улыбнулась Ноа. - Готова поспорить, тут скоро и песочница появится, и качели. Мина громко рассмеялась, вытирая выступившие от смеха слезы. - Даже не сомневаюсь. - В чем это вы не сомневаетесь? - неожиданно раздалось за их спинами. - Джун, здравствуй, - улыбнулись женщины. - Что ты построишь здесь для волчат целый замок. Альфа смущенно покраснел, но счастливо кивнул. - Всё для них сделаем. А Джин где? - Я тут, - кряхтел омега, пытаясь удержать тяжелый поднос с чаем. - Ты что творишь, любовь моя? - возмутился Намджун, тут же забирая тяжесть из его рук. - Айщ, два раза ходить не хотел, - буркнул Джин и чмокнул мужа в щеку. - Неси давай. Когда на столе появились чай и угощения, двор наполнился уютной болтовней. Омеги обсуждали ткани, сплетничали о вожаке и с белой завистью говорили о его отношениях, мечтая поскорее нянчить волчат. А когда чашки опустели, Мина подняла корзину с пола. - Ангел наш, мы с Ноа принесли тебе угощения. И подарочки для волчат. Только не злись на нас, пожалуйста. Мы очень ждем их. - Я сама вышивала простыни и полотенца, - с гордостью сказала Ноа, передавая узелок. - Зачем же... - едва выдохнул Джин. Мина накрыла его ладонь своей. - Чтобы луна видела, что их ждут. И берегла тебя. - Ты не виноват, Джини, - тихо добавила Ноа. - Вы все смотрели на меня с таким осуждением! - вскрикнул Джин, резко поднимаясь с кресла. - Словно я убил его! Намджун уже хотел вмешаться и выставить женщин за дверь, но слова Ноа заставили его замереть. - Мы смотрели с облегчением, ангел. И с волнением. - Пережить такую боль и не сломаться - тяжело, - мягко продолжила Мина. - Но ты достойно держался. А теперь станешь папой сразу двух волчат. Джин ошарашенно округлил глаза. Женщины медленно подошли к нему и крепко обняли. - Мы любим тебя, наш мальчик. Юнги забрал волчонка из сада и унес в лес на охоту. Маленькие лапки носились за жуками и бабочками, а сам Тэхен счастливо тявкал, пытаясь поймать добычу. Альфа поймал крупную горлицу и разгрыз мясо для волчонка. Довольное чавканье приятно грело сердце отца. Когда с ужином было покончено, Тэхен-и забежал в речку, смывая с шерсти кровь и лесную грязь. Он встал против течения, упрямо сопротивляясь воде, рычал на брызги и пытался ловить лапами капли. Во время игры волчонок не заметил скользкий камень сбоку и сорвался в воду. Но черный волк будто был готов - тут же схватил его за холку. Обратно в реку Тэхена уже не пустили. И по дороге через лес волчонок понял - его несут домой. Чимин сидел на лавке возле дома Юнги и обещанно подшивал сорочку. Тепло масляной лампы, которую он принес с собой, разжигало внутри омеги странное уютное чувство. Он представлял себя законной омегой Юнги и папой волчонка. От этих мыслей щеки начинали краснеть. Заметив Юнги с Тэхеном в пасти, Чимин тут же поднялся навстречу. - Мои хорошие, - улыбнулся он, забирая волчонка из пасти альфы. Тэхен сразу обернулся и ткнул пальцем в стол. - А это что? Чимин укутал ребенка своей теплой кофтой и проследил за его взглядом. - Лампа. Юнги потерся мордой о бедро омеги и несильно прикусил. - Ты что... - Отец - бандит, - важно сообщил Тэхен и снова уставился на лампу. - У нас такой не было. Где ты взял? - Мне подарили. Хочешь себе? Тэхен тут же кивнул и обнял Чимина за шею. - Давай пойдем купаться с ней. Я даже голову помою. Отец, можно? Юнги что-то тихо рыкнул и дернул ушами. - Можно я его искупаю? - неуверенно спросил Чимин. Шокированный волк замер, а потом коротко рыкнул и кивнул. - Ура! - закричал Тэхен, едва не вываливаясь из рук. - Бери лампу! Отец, неси мне желтенькую пижамку! Раздав всем команды, довольный волчонок терпеливо ждал, когда его понесут в баню. Черный волк ушел в дом переодеваться и приносить горячую воду. Чимин усадил волчонка в деревянный таз, оставив рядом лампу. Тэхен был настолько увлечен теплым светом, что даже не заметил, как омега помыл ему голову и осторожно расчесал волосы. В дверь тихо постучал Юнги, передавая желтую пижаму. - Будем одеваться? Тэхен сонно кивнул, поднимая руки вверх. Он уже устал и буквально засыпал на ходу. - Хочешь взять лампу с собой? - А можно? - тут же оживился волчонок. - Конечно. Удобно устроив ребенка на руках, Чимин отдал ему лампу и понес в дом. Тэхен положил голову ему на плечо и прикрыл глаза. Юнги предложил отнести волчонка наверх, но Чимин отказался. Ему самому хотелось почувствовать то, что каждый вечер чувствовал альфа. Поставив лампу рядом с кроватью, Чимин укрыл ребенка и поцеловал его в щеку. А уже у самой двери услышал тихое: - Спокойной ночи, папа...