Моя луна

Раннее утро, в отличие от вечера, успокаивало. Лёгкий ветерок поднимал занавески, впуская первые лучи солнца. Намджун ушёл на работу - сегодня альфы охотились вместе с соседней стаей. Сокджин проснулся уже без симптомов течки, но с лёгким чувством тревоги. В спальне всё ещё витал смешанный запах их страсти, хоть и не такой концентрированный, как раньше. После нескольких дней любви тело и душа отчаянно нуждались в отдыхе. Джин услышал, как мама накрывает стол во дворе, и улыбнулся. Пора было подкрепиться и узнать последние новости. А ещё сегодня можно забрать к себе Тэхен-и - он уже соскучился по маленькому волчонку. Сонхи испекла пирог с клубникой и сварила для Сокджина куриный бульон. Красиво сервировав стол, она устроилась в плетёном кресле и наслаждалась пением птиц под чашку чая. После завтрака она собиралась предложить Джину сходить на ярмарку и забрать Тэхена, который ещё на рассвете ушёл с отцом на работу. - Доброе утречко, мама, - приветливо улыбнулся Джин. - Доброе. Присаживайся. Сокджин довольно облизнулся и вдохнул аромат супа. - Мама, это прекрасный завтрак. Спасибо тебе. - Кушай, а потом пойдём на ярмарку. Сонхи вкратце пересказала новости и рассказала о выходке вожака северной стаи. - Он что?! - возмутился Джин. - Да, - кивнула Сонхи, делая глоток чая. - Юнги заступился за Чимина. Он смотрел на Рондо как зверь. А потом, убедившись, что с нашим вожаком всё хорошо, забрал Тэхена и ушёл. Сокджин заметно оживился. Подсаживаясь ближе, он взял кусочек пирога и мечтательно протянул: - Было бы здорово, если бы они стали парой. - Кто? - удивилась Сонхи. - Юнги и Чимин, - закатил глаза омега. Сонхи тихо хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Они и правда были бы очень хорошей парой. Крики со двора мгновенно вернули их с небес на землю. Тэян бежал прямо к столу, явно с новостями. - Там такое на рынке! - пытаясь отдышаться, выпалил он. - Что? - синхронно подскочили Джин и Сонхи. - Юнги обвинили в отравлении Суёля! Вожак пришёл на ярмарку и приказал Юнги следовать за ним. - Как так? А Тэхен? - встревоженно спросила Сонхи. - Чего вы меня спрашиваете? Побежали к лекарне! Лекарня гудела, словно растревоженный улей. У входа уже собрались омеги, переговариваясь шёпотом. Кто-то испуганно прижимал ладонь ко рту, кто-то качал головой, бросая взгляды в сторону закрытых дверей. Сокджин крепче сжал руку свекрови и ускорил шаг. Чимин стоял возле входа в кабинет Хосока. Белые одежды вожака были измяты, а лицо непривычно холодным. Рядом находился Чихён, удерживая остальных старейшин на расстоянии. - Чимин, - сразу позвал Джин. - Что произошло? Вожак поднял напряжённый взгляд. - Суёль выпил настойку Юнги, - ровно ответил он. - Через несколько часов ему стало плохо. - Это невозможно, - нахмурился Сокджин. - Юнги никогда… - Я знаю, - перебил Чимин уже тише. Именно это и пугало. Он знал. Всем нутром чувствовал, что Юнги не способен намеренно кому-то навредить. Но сейчас лекарня была забита свидетелями, которые видели, как старейшина купил настойку чужака. Дверь резко распахнулась. Хосок вышел хмурый, вытирая руки полотенцем. - Он жив, - коротко бросил лекарь. Толпа облегчённо выдохнула. - Что это было? - сразу спросил Чихён. Хосок помедлил. Его взгляд скользнул к вожаку. - Отравление. По лекарне снова прокатился тревожный шёпот. Сокджин почувствовал, как у него холодеют руки. - Но не смертельное, - тут же добавил Хосок. - И очень странное. Чимин напрягся. - Странное? - Да. Симптомы слишком странные. Я промыл желудок, но концентрация дубильных веществ слишком высокая для обычного настаивания трав. Суёль лежал внутри лекарни бледный, но вполне живой. И это настораживало сильнее всего. Чимин медленно перевёл взгляд на Чихёна. Старейшина тоже всё понял. - Где Юнги? - тихо спросил Сокджин. На секунду повисла тишина. Чимин сжал челюсть. - Я приказал ему оставаться в доме совета до выяснения обстоятельств. - Одному?! - возмутился Джин. - Это не тюрьма, - резко ответил Чимин, но тут же смягчил тон. - Я не позволю толпе добраться до него раньше, чем мы во всём разберёмся. Сонхи нахмурилась. - А Тэхен-и? Чимин отвёл взгляд. - С ним Чонгук. Сокджин облегчённо выдохнул. Если Чонгук рядом - волчонка никто не тронет. За дверью кабинета послышался слабый кашель Суёля. Старейшины сразу оживились. Кто-то уже начал осторожно говорить о необходимости проверить все травы чужака. Чимин слушал это молча. А внутри медленно закипала злость. Потому что впервые за долгое время вожак поймал себя на мысли, что переживает не за порядок в стае. А за одного упрямого альфу, который сейчас наверняка сидит один и снова думает, что совершил ошибку, доверившись им. Тэхен сидел на крыльце дома советов и засыпал молчаливого Чонгука вопросами. Их увели прямо с ярмарки, забрав весь товар. Сейчас Юнги сидел внутри и ждал вожака. - Чонгук-и, скажи, зачем конфетовали наши мешочки? - с любопытством повторил Тэхен слово одного из альф, которые забрали товар отца. - Конфисковали - это значит забрали, - тяжело выдохнул Чонгук. - Там нет конфет. - Это плохо? - Думаю, да. Заметив, как настроение волчонка ухудшилось, он поспешил его успокоить: - Наш вожак во всём разберётся. Не вешай нос, сопля. Тэхен округлил глаза и открыл рот от возмущения: - Как я могу его повесить?! Он же не снимается, глупый альфа! Чонгук завис на несколько секунд, глядя на абсолютно серьёзное лицо волчонка. А потом не выдержал и громко рассмеялся, хватаясь за живот. - Айщ… Тэхен-и… - выдохнул он сквозь смех. - Ну ты и шутник. Омежка нахмурился ещё сильнее, явно не понимая, что смешного сказал. Он потрогал свой нос пальчиками и подозрительно посмотрел на альфу. - Чего ты смеёшься? - Потому что «не вешай нос» - так говорят, когда просят не грустить, - пояснил Чонгук, пытаясь успокоиться. - Никто твой нос снимать не собирается. Тэхен серьёзно задумался, даже губы надул. - Странные у вас взрослые выражения, - пробурчал он. - Зачем вешать то, что нельзя снять? Чонгук снова прыснул от смеха и притянул ребёнка ближе, взъерошив мягкие волосы. - Всё. Ты победил. Больше не буду умничать рядом с тобой. Тэхен довольно фыркнул, но почти сразу снова посмотрел на закрытую дверь дома советов. Веселье исчезло так же быстро, как появилась. Маленькие пальчики сжали край рубашки Чонгука. - А отца точно не ругают? Улыбка медленно сошла с лица альфы. - Не знаю, - честно признался он. - Но если кто-то попробует обидеть твоего отца… Чонгук прищурился, глядя куда-то в сторону окон совета. - …то сначала будет иметь дело со мной. Тэхен внимательно посмотрел на него. Потом тихонько придвинулся ближе и уложил голову ему на плечо. - Тогда и я тоже буду защищать отца. Чонгук сглотнул ком в горле и осторожно обнял волчонка одной рукой. - Знаю. Ты у нас самый грозный защитник. Юнги понял, что дело дрянь, когда в зал совета вошёл Чимин в сопровождении Чихёна и Хосока. Сейчас перед ним стоял не вчерашний испуганный омега, а вожак стаи, которая обвиняла его в отравлении одного из старейшин. Тэхен умудрился проскочить между двумя альфами и спрятаться за отцом. Чонгук стоял в углу, внимательно слушая разговор. - Мин Юнги, - властно произнёс Чимин, - вчера вы продали одному из старейшин настойку на травах? Тэхен вздрогнул от непривычной строгости в голосе вожака. - Да, вожак, - смиренно склонил голову Юнги. Отрицать это не было смысла - многие видели, как он передавал пузырёк. - Суёль-щи сейчас находится в доме лекаря в тяжёлом состоянии, - продолжил Чимин. - Юнги, у старейшины отравление, - тихо добавил Хосок. - Мне кажется, ты ошибся с концентрацией. Не думаю, что намеренно. Чонгук округлил глаза и уже собирался возмутиться, но голос Чимина заставил всех замолчать. Несмотря на то, как внутренний омега требовал защитить альфу, вожак обязан был защищать стаю. - До выяснения обстоятельств, - спокойно заговорил Чимин, - продажа трав Мин Юнги временно запрещена. В зале воцарилась тишина. Тэхен испуганно схватил отца за руку. Юнги медленно поднял взгляд и поклонился. - Как прикажет вожак. Чимин выдержал паузу, позволяя словам осесть в тишине. Он видел, как побледнел Тэхен. Как Чонгук сжал кулаки в углу. Как Юнги остался внешне спокойным, хотя плечи стали заметно напряжённее. И это било по нервам сильнее любой истерики. - Также, - продолжил вожак уже мягче, - до окончания расследования Мин Юнги запрещено покидать территорию стаи без разрешения совета. Тэхен резко прижался к ноге отца. - Мы уйдём? - испуганно пискнул волчонок. Юнги сразу присел перед сыном, несмотря на боль в спине. - Конфетка, тише, - спокойно сказал он, поправляя растрёпанные волосы ребёнка. - Никто нас не прогоняет. Но Тэхен уже шмыгал носом, едва сдерживая слёзы. - Ты ничего плохого не сделал… Внутри Чимина всё болезненно сжалось. Не смотри так. Пожалуйста, не смотри так. - Тэхен-и, - неожиданно вмешался Хосок, присаживаясь рядом, - иногда взрослым нужно разобраться, что произошло. Это не наказание. Волчонок недоверчиво посмотрел на лекаря. - Правда? - Правда, - кивнул он. Чонгук наконец не выдержал: - Вожак, это какой-то бред. Юнги-хён никого бы не отравил. Да он… - Чонгук, - резко оборвал Чихён. Альфа сцепил зубы, но замолчал. Чимин медленно подошёл ближе. Теперь между ним и Юнги оставалось всего несколько шагов. Слишком близко для вожака. Слишком далеко для омеги внутри. - Мин Юнги, - уже тише произнёс он, - до конца расследования совет предоставит вам еду и всё необходимое. Юнги поднял взгляд. Именно это окончательно убедило его, насколько всё серьёзно. Самым болезненным было даже не обвинение. А осторожность в голосе Чимина. - Благодарю за заботу, вожак, - ровно ответил альфа. - Но я сам способен позаботиться о своём волчонке. Пальцы Чимина едва заметно дрогнули. - Это приказ вожака, - спокойно ответил он. Юнги замолчал. Потом склонил голову. - Как скажете. Тэхен переводил взгляд с одного взрослого на другого, совершенно не понимая, почему воздух в комнате стал таким тяжёлым. А Чимин вдруг поймал себя на страшной мысли - больше всего он боится, что после этого разговора Юнги снова окончательно закроется от него. В доме Юнги было непривычно тихо. Даже Тэхен почти не разговаривал. Он сидел на полу возле кровати отца и рассеянно перебирал деревянные спилы, из которых раньше строил башни. Сейчас пирамидка постоянно разваливалась. Юнги лежал поверх одеяла, прикрыв глаза рукой. Голова гудела от усталости и напряжения. Стук в дверь заставил его напрячься. Тэхен сразу вскочил на ноги и побежал открывать. - Джин-хён! Волчонок буквально повис на Сокджине, крепко обнимая его за талию. Позади стояли Лиюн, Сонхи с корзинкой еды и Тэян, неловко переминающийся у порога. - Мы пришли без приглашения, - мягко улыбнулась Сонхи. - Не выгонишь старую омегу? Юнги сразу поднялся. - Что вы такое говорите, тётушка. Проходите. Тэхен тут же потянул Сокджина за руку в дом. - Хён, отец грустный. Юнги устало выдохнул: - Конфетка… - Ну а что? - надулся волчонок. - Ты лежишь и молчишь. Сокджин ласково погладил ребёнка по волосам и сел рядом с Юнги. - Ты как? - Бывало и хуже, - попытался пошутить альфа. Но улыбка вышла слишком слабой. Сонхи с Лиюн сразу принялась хозяйничать: раскладывать еду, наливать чай, открывать окна. Дом постепенно снова становился живым. Тэян осторожно поставил на стол небольшой свёрток. - Это… сладости для Тэхен-и. Волчонок оживился, но почти сразу снова погрустнел. - Меня теперь тоже будут бояться? В комнате стало тихо. Юнги медленно повернул голову к сыну. - Почему ты так решил? - Потому что отца наказали, - шмыгнул носом Тэхен. - А если отец плохой, значит и я плохой. У Сокджина болезненно сжалось сердце. Он сразу пересел на пол и притянул волчонка к себе на колени. - Посмотри на меня, мышонок. Тэхен поднял влажные глаза. - Твой отец - хороший альфа. Очень хороший. Иногда взрослые ошибаются и путаются. Но это не делает тебя плохим. - Правда? - Конечно, - вмешалась Сонхи. - Если бы мы считали вас плохими, разве пришли бы сюда? Тэян энергично закивал. - Я вообще благодаря твоему отцу живой хожу. После ведра вишни. Тэхен неожиданно хихикнул. - Ты правда целое ведро съел? - Почти два, - трагично признался омега. Волчонок наконец улыбнулся по-настоящему. Юнги молча наблюдал за ними: за тем, как Сокджин укачивает Тэхена на руках, как Сонхи раскладывает пирожки, словно у себя дома, как Тэян специально корчит смешные рожицы ребёнку. И впервые после разговора в совете напряжение внутри немного отпустило. - Спасибо, - тихо сказал Юнги. Лиюн посмотрела на него так, словно он сказал что-то глупое. - Семью не благодарят за то, что она рядом. В лекарне пахло травами и чем-то кислым. Хосок менял повязку на голове Суёля, пока старейшина полулежал на кушетке с таким видом, словно пережил нападение медведя. - Не двигайтесь, - устало попросил лекарь. - Я и так едва живой, - слабо усмехнулся Суёль. Хосок ничего не ответил.Его настораживало слишком многое. Симптомы действительно напоминали отравление, но не складывались в цельную картину. Тошнота, слабость, скачок давления… и этот странный запах. Когда лекарь наклонился ближе, Суёль едва заметно отвернул голову. Алкоголь? Совсем слабый, но Хосок его уловил. Дверь лекарни скрипнула. Внутрь вошёл Чихён. - Как он? - Жить будет, - коротко ответил Хосок. Суёль тяжело вздохнул и прикрыл глаза, словно даже разговор отнимал у него силы. - Не понимаю, как так получилось… Чихён молча наблюдал. Для человека, который якобы едва не умер, Суёль был слишком артистичен. - Я ведь всего пару глотков сделал, - тихо продолжил старейшина. - Даже не думал, что чужие травы могут быть настолько тяжёлыми для организма. И снова - не обвинение, а намёк. Чихён заметил, как Хосок резко поднял взгляд. - Суёль-щи, - спокойно произнёс лекарь, - пока рано делать выводы. - Разумеется, - тут же согласился старейшина. - Я ни в чём не обвиняю Мин Юнги. Возможно… он просто ошибся. Хосок сцепил зубы. Именно это раздражало больше всего. Суёль говорил правильно. Осторожно. Так, чтобы никто не смог упрекнуть его во лжи или открытом давлении. Но после каждого такого слова тень подозрения вокруг Юнги становилась всё гуще. Чихён медленно подошёл ближе. - Что именно вы пили до настойки? Впервые за весь разговор Суёль замешкался. Всего на секунду. - Чай на ярмарке, - спокойно ответил он. - А что? Хосок отвёл взгляд, скрывая раздражение. Ложь. Он слишком хорошо знал запах крепкого ягодного настоя. Такие иногда тайком делали старые альфы зимой. Суёль заметил переглядывания и едва заметно усмехнулся про себя. Пусть сомневаются. Сомнение — уже половина победы. Главное, что теперь чужак под наблюдением. А вожак вынужден выбирать между чувствами и стаей. И судя по тому, как Чимин сегодня поступил с Юнги… омега уже начал проигрывать самому себе. Чимин сидел в кабинете один. На столе лежали свитки с подсчётами ярмарки, записи старейшин и список товаров, которые нужно было обменять с северной стаей. Обычно работа помогала успокоиться, но сейчас буквы расплывались перед глазами. Он видел только Юнги. То, как альфа спокойно держался, пока Чимин озвучивал наказание. «Как прикажет вожак». Чимин раздражённо отбросил кисть. Дверь резко распахнулась без стука. - Ты с ума сошёл?! - рыкнул Чонгук, влетая в кабинет. Следом вошёл Намджун. В отличие от младшего альфы, охотник выглядел спокойнее, но взгляд у него был тяжёлым. Чихён, стоявший у окна, лишь устало прикрыл глаза. Началось… - Чонгук, - предупреждающе произнёс старейшина. - Нет, Чихён-щи, я сейчас договорю, - отрезал альфа. - Вожак, ты серьёзно думаешь, что Юнги-хён кого-то отравил?! Чимин медленно поднял взгляд. - Следи за тоном. - А ты следи за тем, кого обвиняешь! - вспылил Чонгук. - Да этот альфа Тэхен-и последнюю птицу отдаст, лишь бы волчонок был сытым! Он помог Донсу, сделал для него мазь! Хоть кому-то Юнги-хён навредил?! - Чонгук, - вмешался Намджун. Но младший уже не мог остановиться. - Суёль с самого начала его ненавидит! Все это знают! - Достаточно, - холодно оборвал Чимин. В комнате стало тихо. Даже воздух словно застыл. Чонгук тяжело дышал, не отводя взгляда от вожака. А потом неожиданно вперёд шагнул Намджун. - Я понимаю твоё решение, Чимин, - спокойно сказал он. - Правда понимаю. Ты обязан был отреагировать. Чонгук резко повернул голову к хёну. - Но, - продолжил Джун, - вопрос ведь в другом. Сам ты веришь, что Юнги виноват? Вот удар. Точный и прямо в сердце. Чимин отвёл взгляд первым. Это и было ответом. Чихён медленно выдохнул. - Вожак поступил правильно с точки зрения совета, - вмешался старейшина. - Если бы он сразу встал на сторону Юнги, остальные главы решили бы, что омега потерял голову из-за альфы. Чонгук фыркнул. - А сейчас выглядит так, будто мы бросили нормального человека одного разгребать это дерьмо. - Чонгук! - рыкнул Намджун. Но Чимин неожиданно поднял руку, останавливая охотника. - Он прав. Все замолчали. Вожак медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну. На улице уже темнело. Где-то вдали всё ещё слышались голоса ярмарки, которая продолжала жить, словно ничего не произошло. - Я не могу оправдать Юнги без доказательств, - тихо сказал Чимин. - Но и поверить, что он намеренно кого-то отравил… тоже не могу. Чонгук наконец немного остыл. - Тогда почему ты так разговаривал с ним? Этот вопрос оказался самым тяжёлым. Чимин прикрыл глаза. Потому что если бы заговорил мягче - выдал бы себя перед всей стаей. - Потому что я вожак, - глухо ответил он. - И сейчас половина совета только и ждёт, когда я оступлюсь. Намджун внимательно посмотрел на омегу. Впервые за долгое время Чимин выглядел не грозным вожаком. А уставшим молодым омегой, которого разрывают в разные стороны. - Тогда найди правду раньше, чем Суёль настроит всех против Юнги, - тихо сказал Джун. - Иначе пострадают все. И больше всего — наш альфа.