Моя луна

Чимин стоял в зале советов, наблюдая, как главная площадь наполняется людьми. На нём тяжёлый чёрный плащ вожака, который носил его отец. Это не просто вещь, а напоминание о ноше, лежащей на хрупких плечах омеги. Вот только Чимин не был с этим согласен - ответственность лежит на каждом. Если бы Джунхи выполнял обязанности альфы в доме, Бекхён не высказывался в сторону Джина и не шептался за спиной. Как омега, Бекхён был слишком наивен, считая, что последствий за такое поведение не будет. Жалко волчонка. После всего этого кошмара Чимин лично навестит дом Юнги. На удивление, настойка, которую тот дал, до сих пор действовала. Омега чувствовала себя спокойно и больше не беспокоила Чимина. Ты обещал, что мы пойдём к альфе. Вожак закатил глаза и фыркнул. Кто бы сомневался. Чихён встал позади, терпеливо ожидая, когда вожак первым начнёт разговор. Чимин, не оборачиваясь, тяжело выдохнул и, покручивая на пальце кольцо, спросил: - Всё готово? - Да, - Чихён склонил голову. - Чимини, у тебя сейчас очень важная роль. Ты и сам прекрасно это понимаешь. Подобного в стае ещё не было, и тебе важно удержать авторитет. - Понимаю. Чимин замолчал, продолжая наблюдать за площадью. - Думаешь, я зря позволил чужаку остаться? - спросил он. - Ты поступил справедливо - дал крышу над головой тому, кто в ней нуждался. - Но из-за этого в стае начались проблемы. Чихён подошёл ближе и по-отцовски положил руки Чимину на плечи. - Совпадение. Думаю, Юнги и волчонок стали маркерами слабых мест в стае. - Я не хочу, чтобы они уходили, - с сожалением сказал Чимин. - Они не уйдут. Юнги - сильный альфа. Что бы кто ни думал, сила альфы - вовремя позволить себе быть слабым. - Хорошо сказано, - слабо улыбнулся Чимин. Хочу себе такого альфу. - Чимин, хочу предупредить тебя. Он заинтересованно обернулся и приподнял брови. - Суёль может оказаться подстрекателем. Сейчас. На суде. Он не просто так завёл разговор в столовой. Думаю, Чонгука тебе придётся наказать. - Откуда они узнали? - возмутился вожак. - Нет ничего тайного, что не стало бы явным, - ответил Чихён, мягко подталкивая Чимина вперёд. - Пора, мой вожак. В центре стояли две семьи - Ким и Ли. Сокджин кусал губы, пытаясь сдержать слезы. Ему плевать сейчас на этот суд - важнее самочувствие волчонка. Он понимал, что Юнги не подпустит его к ребенку. Из-за него Тэхен дважды пострадал. Сдержать слезу не удалось - она предательски скатилась по щеке. Намджун заботливо вытер ее, крепче прижимая мужа к себе. - Все будет хорошо. Я сам поговорю с Юнги, - прошептал он. - Нет, я... - Сокджин всхлипнул и уткнулся носом в шею, вдыхая феромон мужа, чтобы успокоится. Джунхи и Бекхён делали вид, что им все равно на происходящее. Эти двое не боялись ни Чимина, ни совета. Джунхи все время облизывал губы, стараясь убрать дискомфорт от раны. Бекхён высматривал чужака среди толпы - вот его он боялся больше всего. Чимин вышел на трибуну, где уже сидели старейшины совета. Чихён встал по правую руку от вожака и обратился к толпе: - Дорогие, среди нас, как оказалось, есть те, кто разрушает мир и единство стаи. Подстрекательство недопустимо, ведь оно вносит разлад. Перед нами семья Ли - те, кто за спиной оскорбляли омегу Ким Намджуна. И семья Ким - та, что нарушила мирное существование стаи, предпочтя решать конфликт силой. Толпа зашепталась, переглядываясь. Глава охотников, самый спокойный альфа, распустил руки? В это было трудно поверить. Намджун от стыда опустил голову, крепче сжимая ладонь Джина. Вожак молча наблюдал за толпой, а затем шагнул вперёд. - В моей стае недопустимы унижения и сплетни. И я не стану закрывать глаза на агрессию, даже между омегами, - твёрдо сказал он. - Но самое возмутительное - вред, причинённый волчонку. Стая ахнула. Омеги невольно посмотрели на своих детей: кто-то крепче прижал к себе, кто-то удобнее перехватил на руках. - Он сам выбежал, когда взрослые разговаривали! - выкрикнул Бекхён. - И он укусил меня! - Ты швырнул его, словно тряпку! - взорвался Сокджин. - Так нельзя! Бекхён ухмыльнулся. - По твоему волчонку видно, что ты сам отлично знаешь, как надо... - Бек... - тихо остановил его муж. Сокджин замолчал. По толпе прокатился тяжёлый шёпот. Все понимали: Бекхён перешёл черту. Но были и те, кто молча поддерживал его. Суёль сцепил зубы и прикрыл глаза. Этим омегам нельзя доверять важные дела. Чимин едва сдержал болезненный скулёж, глядя на Джина. Тот спрятался за спиной мужа и больше не проронил ни слова. - Намджун, - заговорил вожак. - Почему ты ударил Джунхи? Альфа шагнул вперёд и склонил голову, признавая власть вожака. - Вожак, Ли Джунхи оскорблял моего мужа. Он позволял себе недопустимые слова в сторону омеги. - Ты признаёшь, что мог решить это иначе? - Признаю, - кивнул Намджун. - Но в следующий раз поступлю так же с любым, кто обидит Сокджина. Толпа тут же разделилась: одни поддержали Намджуна, другие возмутились. - Давайте тогда избивать каждого, кто криво посмотрел! - выкрикнул кто-то. - Вы видели лицо Джунхи? На нём живого места нет! Я не хочу, чтобы моему альфе досталось за то, что кто-то не так посмотрел на «Сокджин-и»! Последние слова омега произнесла с таким пренебрежением, что Джун рыкнул. - Но Бекхён поступил так же! - донеслось из толпы. - Он ударил Джина из-за мужа! - Пострадал ребёнок! - резко напомнил Чихён. И сразу все замолчали. О волчонке будто забыли. Это было непростительно. Стая перевела взгляды на Чимина. - Ли Джунхи снимается с должности охотника, - спокойно произнёс вожак. - Но... - начал Джунхи и тут же осёкся. - Как скажет вожак. - Ты будешь обучать молодых волков, но больше не выйдешь на вылазки. Толпа потрясённо замерла. Джунхи был одним из лучших следопытов. - Ким Намджун больше не будет главой охотников. На площади повисла тяжёлая тишина. Даже Чонгук сочувственно посмотрел на хена. - Ли Бекхён, на колени. Перед всеми. И оголи шею. Омега вздрогнул. Это был унизительный жест для любого члена стаи. - Ты унижал Ким Сокджина. Теперь почувствуй, каково это. Стиснув зубы, Бекхён подчинился. Медленно опустился на колени и запрокинул голову. - Сокджин, оборачивайся и прикуси Бекхёна, - приказал Чимин. - Какого чёрта?! Я против! - взвыл Бек. - Против моего решения? - тихо уточнил вожак. Люди заметались взглядами. Сокджин снял рубаху и передал мужу. Светло-коричневый волк подошёл к омеге и заглянул ему в глаза. Боль в них чувствовал каждый, кто стоял на площади. Волк осторожно сомкнул клыки на шее, стараясь не навредить, подержал несколько секунд и отпустил, зализав след укуса. Сокджин был выше этого. И не собирался опускаться до уровня Бекхёна. - В моей стае нет места тем, кто самоутверждается за счёт других, оправдывает свои инстинкты и причиняет вред слабым. Если вас не устраивают эти принципы - вы свободны. Чимин медленно обвёл взглядом собравшихся. - Это касается каждого. Суёль ухмыльнулся и поднялся. - А что насчёт Чонгука? Чонгук нахмурился. - Конкретнее, старейшина, - уточнил Чимин. - Он тоже поддался инстинктам, когда почувствовал вашу омегу, вожак, в течке. Совет возмутился. Толпа застыла. - Вам напомнить, как он ворвался в ваш дом и... - Довольно, - спокойно оборвал его Чимин. - Мне кажется, у вас двойные стандарты, - продолжал Суёль. - Или вы прощаете тех, кто вас удовлетворяет? - Позвали бы меня! - крикнул кто-то из альф. - Я бы тоже не отказался! - За языком следи! С вожаком говоришь! - рявкнул Чихён. Чимин поднял руку, прекращая перепалку. - Вы подняли хороший вопрос, Суёль-щи. В этой суматохе я действительно забыл об утреннем инциденте. Он перевёл взгляд на Чонгука. Тот сразу склонился. - Прошу прощения, мой вожак. Я сожалею. - Ты отстранён от охоты на семь дней. Только патрули. Чонгук округлил глаза и уже хотел возразить, но Намджун едва заметно качнул головой. - Как скажет вожак. Совет поднялся и один за другим покинул трибуну. Чимин ушёл первым, уводя за собой Чихёна. Он устал. И сейчас особенно нуждался в поддержке. Толпа начала расходиться, всё ещё потрясённая произошедшим. Большинство приняли решение вожака, но некоторые затаили обиду. Юнги укачивал волчонка, напевая какой-то выдуманный мотив. Тэхен ушиб левую лапу и немного содрал кожу на лбу, но с такой гордостью рассказывал отцу, как бросился защищать Джина, что сразу становилось ясно - ничего у него не болит. Зато волчок очень оценил фингал отца. - Отец, мы теперь точно семья! - радостно хлопнул он в ладоши. - А до этого ты сомневался? - улыбнулся Юнги. Тэхен почесал живот и шмыгнул носом. - Просто ты чёрный волк, а я светленький. - У тебя был ещё папа, - мягко напомнил Юнги. - И он как раз был светленьким. Подняв сына на руки, Юнги отнёс его в комнату. Пора было спать. Когда Тэхен уснул, Юнги взял кусок мыла, который ему подарил Джин, и пошёл стирать рабочую рубаху. За день он сильно вспотел, и ходить в грязной одежде не хотелось. Пламя свечи дрогнуло. Юнги поднял глаза и заметил вожака. Похоже, собрание стаи уже закончилось. - Как волчок? - сразу спросил Чимин. Ты чурбан неотёсанный, этот альфа заслуживает куда больше тепла в голосе. Юнги отложил рубаху и вытер руки. - Всё хорошо. Только ушиб лапу. Спасибо, что спросили. Чимин сдержанно кивнул. Выпусти меня. Я сама поговорю с этим альфой. - Вам уже лучше? - спросил Юнги. - Да. На удивление, больше ничего не беспокоит... Кроме твоей отстранённости, альфа... - Думаю, у вас только второй день цикла, - замялся Юнги. - Могу дать настойку. С ней оставшиеся дни пройдут легче. Он заботится о нас. - Вы лекарь? Юнги уловил в этом намёк не лезть в чужие дела, но проигнорировать вопрос не смог. - Травник. Собирал и продавал травы. У себя в посёлке. - Вы можете заниматься этим и здесь. Я с радостью куплю у вас настойку, - улыбнулся вожак. - Я её не продаю. Могу просто дать. С меня взяли слово не наживаться на этом рецепте. Чимин невольно задержал на нём взгляд. Альфа держит слово. - В таком случае я буду вам должен услугу. Юнги кивнул, скрылся в домике и через пару минут вернулся с тёмным пузырьком. Вложил его в ладонь Чимина. - Возьмите в знак благодарности за то, что позволили нам пожить в стае. Тогда... когда вам было плохо... я дал слишком большую дозу. Чимин покраснел и отвёл взгляд. - Сейчас просто смешивайте ложку настойки со стаканом воды, когда почувствуете недомогание. Юнги мельком взглянул на свечу. Домашних дел ещё оставалось много. - Прошу прощения, вожак. Мне нужно закончить стирку. От неловкости Чимин даже растерялся и поспешил уйти. Но уже у порога всё же бросил: - У нас есть прачечная. Можете относить вещи туда. - Не буду поручать кому-то стирать мои вещи. Сам справлюсь, - пробурчал Юнги, снова намыливая рубаху. Чимин развернулся, скрывая улыбку. Хозяйственный альфа. Сокджин всю ночь не мог уснуть. Пару раз Намджун просыпался, приносил ему мятный чай и молча обнимал мужа. Он не знал, что говорить в таких случаях. Сонхи не тревожила их - просто ушла ночевать к Лиюн. Осадок после собрания всё ещё давил на сердце. В который раз Сокджин убеждал себя, что он плохой омега. И что их волчонок умер из-за него. - Это неправда, - тихо сказал Намджун. Сокджин вздрогнул. - Я ничего не говорил... - Тебе и не нужно. У тебя всегда такой взгляд, когда ты думаешь о прошлом. Сокджин прикусил губу, сдерживая слёзы. - Но ведь это я заболел... - А я принял решение сохранить жизнь тебе, - тихо признался Намджун. - Родной, отпусти нашего малыша. - Ты не понимаешь... - И не пойму, любовь моя. Не я носил его под сердцем, не я чувствовал его шевеления, не я делился с ним своим здоровьем... Сокджин всё же не сдержался. Слеза скатилась по щеке. Он сделал глоток чая, пытаясь проглотить ком в горле. Эта боль душила его слишком долго. - Я не прошу тебя забыть о нём. Просто отпустить. Когда мы будем готовы к появлению малыша, луна благословит нас. Я верю в это. Намджун улыбнулся так тепло, что у Джина не осталось сил сопротивляться этой надежде. Он слабо улыбнулся в ответ. Альфа прижался губами ко лбу мужа и крепко обнял. - Пойдём спать, любовь моя. Утром Намджун ушёл в патруль вместе с Чонгуком, а Джин отправился к домику Юнги. Долго топтался у входа, не решаясь постучать, пока альфа сам не вышел наружу. - Джин? - удивился Юнги. - Доброе утро. Сокджин замялся, но всё же сделал шаг вперёд. Ему было стыдно смотреть альфе в глаза. - Я... Доброе утро, - кивнул он. - Я принёс пирожки. Сам испёк. С клубникой. Юнги улыбнулся и подошёл ближе, принимая свёрток. - Прости... Я не могу пригласить тебя в дом... - Я всё понимаю, - поспешно сказал Джин. - Ты злишься. Прости. Едва сдерживая слёзы, он всё же заставил себя спросить: - Как Тэхен? Юнги нахмурился. - Я не злюсь. Просто у нас не принято приглашать в дом замужнего омегу, если нет его альфы. Иначе пойдут слухи. Я как раз думал напроситься к вам с Намджуном на чай. Сокджин шмыгнул носом и поднял на него взгляд. Напряжение в плечах сразу исчезло. Щёки снова порозовели, а глаза оживились. - Пошли! Мама дома, и Джун скоро придёт. Тэхен выскочил из дома в одних трусах и тут же бросился в объятия омеги. - Джин! Ты пришёл! Видел у отца синяк? Прямо как у меня! А у тебя губа болит? Тебе больно? Смотри, какую повязку мне отец сделал! Он говорил так быстро, что Сокджин едва успевал за его словами. - У тебя болит ручка? - мягко спросил омега. - Нет. Отец её вылечил. - Пойдёшь ко мне в гости? - В гости?! Пойду! Прямо сейчас?! От восторга Тэхен так заёрзал, что едва не выскользнул из рук Сокджина. Юнги щёлкнул сына по носу и усмехнулся. - Как только оденешься. Нечего ходить в одних трусах. - Но ты же ходишь, - возмутился Тэхен. - Только дома и во дворе, - проворчал Юнги. - Иди одевайся. Чонгук молча сидел на берегу, смывая с тела грязь и липкую землю. Они с Намджуном только что свалились в волчью яму и чудом успели вцепиться зубами в корни, торчащие из стен. Иначе оба бы уже лежали на кольях. - Ты вымылся? - спросил Намджун. - Почти, - буркнул Чонгук, проводя ладонью по мокрым волосам. - Кто вообще додумался до такого? Намджун застёгивал рубашку, о чём-то напряжённо размышляя. - Думаю, на нас охотятся. Чонгук поднял голову. - На нас? На волков? Тяжёлый взгляд Намджуна ясно говорил, что вопрос был глупый. - На зайцев, Чон. Чонгук фыркнул. Из леса неожиданно выбежали трое детей. Они шумели, кричали друг на друга и бросались яблоками, подняв вокруг себя настоящий переполох. Заметив взрослых мужчин, старший тут же выпрямился и вежливо поклонился. Ну хоть воспитанные. - Здравствуйте! - Добрый день, - кивнул Намджун. - А вы кто? - Хороший вопрос, - усмехнулся Чонгук. - А вы? - Мы к бабушке приехали. Из города. - Из какого? - уточнил Намджун. - Из Квандо, - удивился мальчик. - А вы кто? - Мы тут живём, - с гордостью заявил Чонгук. Нечего всякой мелочи тут хозяйничать. Это их лес. Девочка вдруг округлила глаза. - Вы что! Тут волки водятся! Мой папа видел большого чёрного волка! Он украл собачку и убежал! Намджун присел на корточки, чтобы быть с детьми на одном уровне. - Как это украл собачку? Девочка сложила руки, изображая пасть. - Вот так! Схватил зубами и утащил маленького щенка в лес. Он так скулил... Дети сразу притихли. Чонгук только хмыкнул. Он с самого начала говорил, что волчок больше похож на щенка. Но если люди видели его...значит, и чужака тоже могли заметить. А если заметили - могли начать охоту. - Бабушка далеко живёт? - продолжил расспрашивать Намджун. - Да! Мы ехали сюда целое утро! - важно ответил старший мальчик. Чонгук нахмурился. Утро с ночи или утро ближе к дню? Дети вдруг обернулись - издалека их звали родители. Они быстро поклонились взрослым и побежали обратно по тропинке. Старший мальчишка уже на бегу крикнул: - Будьте осторожны! Чонгук и Намджун переглянулись. Теперь всё встало на свои места. Кто-то действительно охотился. Чимин внимательно выслушал доклад и мрачнел с каждым словом. Капканы находили не только патрульные, но и охотники. Сейчас перед вожаком на столе лежало уже пять штук. Тяжёлые, грубо выкованные, с острыми зубьями. Чихён мрачно смотрел на находки, всё больше убеждаясь: Юнги привёл охотников в их лес. - Он мог не знать, - тихо произнёс Чимин, будто пытаясь убедить в этом не Чихёна, а самого себя. - Уверен, что не знал, - твёрдо ответил старейшина. Намджун опустился рядом на корточки и внимательно осмотрел один из капканов. - Думаю, не стоит разглашать эту информацию. Нас могут неправильно понять. - Но и скрывать нельзя, - устало выдохнул Чимин. - Суёль и без того ищет, за что зацепиться. Это может стать прецедентом. - Вожак, обвинять Юнги без доказательств мы не можем, - заметил Чихён. - Не можем, - согласился Чимин. Повисло тяжёлое молчание. Каждый понимал, что речь уже не о случайности. Кто-то знал о волках. И этот кто-то близко. - Тогда нужно усилить патрули и действовать осторожнее, - подытожил Намджун. Чимин кивнул. - Я поговорю с новым главой охотников. Теперь это место занимал Чульсо - правая рука Намджуна. Спокойный, собранный и преданный стае. Из всех возможных кандидатов Чимин доверял ему больше остальных. Ближе к вечеру Тэхен отправился на поляну у озера. Там росла земляника. Он любил есть её, заливая теплым молоком. Юнги разрешил пойти одному, но строго наказал быть осторожным и в случае опасности сразу оборачиваться волчонком. Зелёная кепка, белая рубаха и зелёный комбинезон хорошо скрывали его среди высокой травы. Тэхен прошёл чуть дальше, почти в самый центр поляны. Насобирал небольшое лукошко ягод, часть сразу отправляя в рот. И тут чуткий слух уловил шаги за спиной. - Это ты, сопля? - строго спросил Чонгук. Тэхен нахмурился, шмыгнул носом и вытер его рукавом. - Я же сморкался, - расстроенно ответил ребёнок. Он поставил лукошко на землю, достал платочек и старательно высморкался. Чонгук едва сдерживал смех. - Всё. Чисто, - Тэхен довольно кивнул, взял горсть ягод и протянул Чону. - Держи. - Даёшь ягоды после своих соплей? Тэхен вспыхнул и быстро завертел головой, вспоминая, где рядом ручей. - Простите! - крикнул он и тут же побежал в ту сторону. - Я сейчас! Чонгук всё-таки рассмеялся. Подхватил лукошко и пошёл следом. Смешная зелёная кепка то мелькала в траве, то снова исчезала. Тэхен сидел на корточках у воды и тщательно промывал ягоды. Чонгука он не боялся. У него были добрые глаза. Отец говорил: глаза - зеркало души. Если сияют - значит человек добрый. У Сокджина сияют. Он добрый. У Чонгука тоже. Значит, всё просто. - Не упади, - Чонгук поймал его за лямки комбинезона, когда тот слишком сильно наклонился. - Я помыл! Довольный Тэхен пересыпал чистые ягоды в ладонь Чонгука. - Ешь. Они вкусные. Чонгук прищурился и закинул одну ягоду в рот. - Не особо. Тэхен тут же сник. Он правда хотел угостить альфу. Раскрыв ладошку, начал старательно перебирать ягоды, выбирая самые спелые. - Вот эти попробуй. - Уже лучше. Чонгук соврал. Ягоды были сладкими. Но куда интереснее было смотреть, как омежка сосредоточенно сопит, перебирая маленькими пальцами землянику. Щёки у него раскраснелись, а глаза светились старанием. - Я же злой и страшный серый волк и в маленьких волчатах знаю толк, - грубым голосом прорычал Чонгук, изображая зверя. Тэхен сначала рассмеялся, а потом вдруг задумался. Чонгук даже напрягся. Неужели напугал? - Но отец говорил, что злой и страшный серый волк знает толк в поросятах, - серьёзно заметил волчок. - Ты ещё и в волчатах разбираешься? Чонгук расхохотался. Громко. По-настоящему. Так искренне он не смеялся уже очень давно. Сидя рядом с этим маленьким омегой, он вдруг чувствовал странное тепло в груди. И горечь. - Тэхен-а, ты не злись на меня, хорошо? - Хорошо, - кивнул волчок, отправляя ягоды в рот. Он явно не понял, о чём именно говорил Чонгук. Но самому Чону почему-то стало легче. Подхватив ребёнка на руки, он понёс его домой. Уже вечерело. А в лесу теперь было слишком много капканов.