Ночи

Глава 74. Детские воспоминания Относительно такого человека, как Чу Сы, который ловко смешивает правду и ложь, а начиная лгать, неизменно приводит к сравнению правду, временами сложно доподлинно различить, о чём же он на самом деле думает. Например, сейчас. По идее, выражение его лица должно говорить о чём-то серьёзном, однако содержание его слов было настолько непристойным, что даже Саэ Ян, привыкший к его поведению, на мгновение почувствовал некоторую неуверенность. Он, остолбенев, некоторое время смотрел на Чу Сы парой светлых глаз. Его зрачки расширились: «Дорогой, ты сейчас флиртуешь со мной, следуя гласу разума, или соблазняешь, следуя чувствам?» Обе фразы были не самыми приятными, выбрать из них попросту невозможно. Чу Сы какое-то время пристально смотрел ему в глаза и лишь тогда отреагировал. Это действие правда легко было понять неправильно. Не зная всей ситуации, эту позу действительно можно расценить как попытку приставать. Типичный образец зверя в человеческом облике. Но если сейчас одёрнуть руку, то он снова выставит себя не в самом лучшем свете. В результате Чу Сы скорректировал свою позу, потёр большим пальцем подбородок Саэ Яна и сказал: «Я слепил всё это лицо, слегка сжать подбородок не преступление». Сказав это, он спокойно предупредил этого негодяя Саэ Яна: «Умерь свой пыл, мне есть что тебе рассказать. И улыбнись-ка ещё разок, как улыбался только что». В достаточной степени показав свою силу, он ослабил хватку и отступил. Опустив взгляд, он сделал вид, что поправляет манжеты своей рубашки. «Не притворяйся, командир, с твоими манжетами всё в порядке, ты поправляешь их по три раза на дню». Саэ Ян в очередной раз беспощадно сорвал с него маску и слегка усмехнулся. Вот же сволочь! Чу Сы прекратил поправлять манжеты и, перестав притворяться, сел, оперевшись руками о край стола. Прищурившись, он поднял подбородок и посмотрел на Саэ Яна: «Просто скажи, ты будешь улыбаться или нет?» Саэ Ян, растягивая слова, произнёс: «Радоваться особо нечему, так зачем мне улыбаться? Я ведь не из тех идиотов, что у тебя на подмоге.» С этими словами он, вопреки ожиданиям, со скучающим выражением лица вертел в руках устройство связи.  Это была та вещь, которую Чу Сы, как и обещал, дал ему по возвращении на «Белого волка». Изначально то был запасной коммуникатор, принадлежавший Чу Сы, все полномочия и вход в систему были настроены под него, к тому же привязана большая часть его личной информации. Когда он отдал его ему, Чу Сы снял все блокировки, а затем убрал контакты с государственной службой. Остальные настройки по-прежнему стояли по умолчанию, у него не было времени их менять. Если бы всё было изменено на информацию о Саэ Яне, то при обнаружении системой мониторинга «Белого волка» его личность была бы легко раскрыта. Пока Саэ Ян взламывал черновик исследования, то использовал некоторые функции «Ока небес» и устройства связи, из-за чего индикатор на боковой стороне устройства постоянно мигал, словно камера наблюдения или регистратор. Чу Сы взглянул на устройство связи и раздражённо напомнил ему: «Эти идиоты в скором времени поднимутся на борт, поэтому советую тебе быть по осторожнее и в словах, и в поступках. Я не могу просто включить общекорабельное радиовещание и разок промыть всем мозги. У меня правда нет такой способности, а иначе я бы уже создал какое-нибудь тайное учение.» Эта фраза что-то затронула в Саэ Яне, уголки его глаз изогнулись, и он, глядя на Чу Сы, улыбнулся. То была не беззаботная улыбка и не вежливая, а скорее безмолвная улыбка, которая, появившись в уголках губ, медленно перешла в уголки глаз. Такая улыбка неизбежно обладает неописуемой и поразительной притягательностью, как и его исключительно ясные глаза, яркие и в то же время загадочные. «Не шевелись». Чу Сы посмотрел ему в глаза и придвинулся ближе. «Эта улыбка...» Это действие не заставило его улыбку исчезнуть, наоборот, уголки глаз изогнулись ещё сильнее, и они засияли ещё ярче. Саэ Ян был сбит с толку, но не собирался сопротивляться или требовать объяснений, наоборот, пользуясь шансом, пока Чу Сы, приблизившись, смотрел ему в глаза, он поцеловал его подбородок. Чу Сы: «...» «Да. Не двигайся. Вот так.» Руки Саэ Яна уже обхватили его с обеих сторон, взяв Чу Сы в окружение между ним и письменным столом. Намеренно подражая тону Чу Сы, он немного отстранился, и взгляд Саэ Яна снова упал на его губы. Когда он снова приблизился, чтобы поцеловать его, Чу Сы с каменным выражением лица поднял руку и пресёк его попытку. Чу Сы бросил на Саэ Яна взгляд, говоривший «не знаю, как бы помягче тебе объяснить», и произнёс: «Извиняюсь, но этот стол предназначен для деловых нужд, и я не планирую использовать его для других функций. Не мог бы ты проявить чуть больше уважения к моему кабинету? М?» К счастью, в этом кабинете осуществлялся лишь мониторинг в реальном времени входящих и исходящих сигналов, и не было установлено ни одной камеры, иначе было бы то ещё веселье. «Как правило, натворив бед, приходится отвечать за последствия.» Сказал Саэ Ян. «Ты полдня забавлялся с моим лицом, должна же мне быть хоть какая-то выгода с этого, верно? Или... Ты недоволен лицом, которое сам же слепил?» «Закончил?» Чу Сы слегка откинулся назад, посмотрел Саэ Яну в глаза и неожиданно спросил: «Саэ, ты знаешь человека по имени Элинея?» Увидев девушку в фотоальбоме господина Шао, он почувствовал, что она выглядит знакомой, но не мог вспомнить почему. Кроме того, его внимание отвлекали такие вещи, как «Чёрный лебедь», поэтому некоторое время у него не было ответа. Когда он внезапно увидел улыбку Саэ Яна, то наконец вспомнил, откуда взялось это знакомое чувство. Глаза. Когда эти глаза изгибались и в них появлялась улыбка, они были очень похожи на глаза Саэ Яна. Но не одинаковые, может, цвет глаз слегка отличался? Или потому, что Саэ Ян никогда не улыбался так широко, как Элинея? Саэ Ян был ошеломлён его вопросом, но ни на секунду не задумавшись ответил: «Не знаю.» Возможно, из-за того, что его ответ был слишком быстрым, Чу Сы неосознанно спросил: «Ты уверен?» «Откровенно говоря, по именам я помню не так уж много людей, они очень быстро забываются.» Саэ Ян поднял руку, постучал пальцем по своему виску и, пожав плечами, сказал: «Поскольку я даже не помню имени, то не могу сказать, что знаю этого человека.» Получив ответ, Чу Сы тоже почувствовал, что его вопрос неуместен. Увидев глаза Саэ Яна, он действительно заподозрил, что у Элинеи и Саэ Яна очень близкие кровные узы, как у... Матери и сына. Но кто может не вспомнить имя собственной матери? Надо ещё подумать. «Тоже верно.» Чу Сы кивнул и почувствовал себя немного нервным, словно кто-то из людей на выпускной фотографии был его родственником. Но теперь, раз уж они коснулись этой темы... Чу Сы некоторое время нерешительно смотрел на Саэ Яна, а затем спросил: «Каким ты был? Я имею в виду в детстве.» А затем добавил: «Само собой, я спросил из чистого любопытства, если не хочешь, не отвечай.» На самом деле, он хотел задать этот вопрос, увидев Саэ Яна сидящим у иллюминатора и смотрящим на тёмный город, в воздушном судне, которое направлялось в Изумрудную гавань. Но это было лишь мимолётное желание, недостаточное для того, чтобы высказывать вслух. Однако сейчас очень многое изменилось. Саэ Ян с полуулыбкой посмотрел на Чу Сы: «Командир, не притворяйся. Ты начинаешь задавать вопросы лишь когда тебя буквально разрывает от любопытства.» Чу Сы в очередной раз продемонстрировал широту взглядов мудрого правителя и, не став пускаться в бессмысленную полемику, прикрыв глаза, сказал: «Кажется, ты меня не так понял. На самом деле я ведь чрезвычайно прогрессивный и сговорчивый человек.» «Полагаю, ты можешь повторить это перед тем красавчиком или кучкой идиотов. Будет интересно посмотреть на выражения их лиц.» Сказал Саэ Ян. «А они тут причём? Сейчас разговор происходит между нами. Может назовём это праздной беседой? В любом случае, если не хочешь об этом упоминать, всё нормально. Я прекрасно понимаю.» Государь Чу чувствовал, что эти слова шли от сердца. Саэ Ян ответил: «Ну ладно, я не хочу говорить об этом.» Государь Чу: «...» «Чрезвычайно прогрессивный и сговорчивый командир Чу, у тебя лицо слегка позеленело.» «...» Закончив говорить на неприятную тему, Саэ Ян оперся на плечо Чу Сы и рассмеялся. Когда он снова поднял голову, в его глазах всё ещё была улыбка. «Шучу. Поскольку ты такой привлекательный, командир, я, так уж и быть, расскажу тебе правду». Чу Сы пристально посмотрел на него. «Не то чтобы я не хотел говорить, просто не помню. Я не помню ничего до того, как мне исполнилось 5, а может быть, 6 лет? Неважно. В то время я ничего не видел и мог различать лишь звуки, поэтому не в состоянии определить точное время». Сказал Саэ Ян. В этом коротком предложении было так много информации, что Чу Сы не смог сразу её переварить. «В каком смысле... "ничего не видел"?» «В прямом». Саэ Ян двумя пальцами указал на свои глаза. «Слепой». Чу Сы недоумённо смотрел на него, словно не понимая смысла услышанного им. Он неосознанно сжал запястье той руки, которой Саэ Ян указывал на свои глаза, и, нахмурившись, спросил: «Как такое могло случиться?» «Полагаю, это не врождённое». Пока Саэ Ян говорил, его тон ничем не отличался от обычного, словно это его никак не касалось. «Ибо когда я различал какие-то звуки, в моей памяти всплывали очертания этих вещей. Вероятно, то было инстинктивной реакцией, а значит, я когда-то мог видеть эти вещи». «Я тогда большую часть времени, должно быть, был закован в какое-то устройство, а к телу было подключено множество портов». Погрузившись в воспоминания, Саэ Ян прищурился: «Через множество портов в моё тело вводились различные лекарства. Предполагаю, то были препараты, воздействующие на мышцы и нервные окончания, ибо я чувствовал свои конечности, но они мне не подчинялись. Возможно, там же содержались и питательные вещества, поскольку меня долгое время никто не кормил, но я всегда был полон энергии». «Конечно, в то время выплёскивать энергию было некуда, а значит, мне долгое время приходилось бодрствовать, будучи заключённым во тьме, и постоянно прислушиваться к звуку лекарства, текущего через капельницы и порты». Саэ Ян нахмурился, затем постепенно вернулся к своему безразличному состоянию и сказал: «Чрезвычайно... чрезвычайно скучно».