Ночи

Глава 24. Побег глубокой ночью Даже что-то хорошее, сказанное устами Саэ Яна, всё равно будет звучать с лёгкой иронией. Однако Чу Сы знаком с ним слишком долго и прекрасно осознает, кто он, в конце концов, такой. Чем сильнее реакция, тем ему интереснее, поэтому лучший способ — не давать ему ни малейшей эмоциональной обратной связи и вообще сделать вид, что не услышали его. Как только он почувствует равнодушие и заскучает, всё сразу станет в порядке. Тем не менее этот способ может сработать только с кем-то вроде Саэ Яна, поскольку такой человек играет не по правилам. До тех пор, пока он не сходит с ума ещё сильнее, это можно считать хорошей новостью. Однако, с другой стороны, этот метод всё-таки совершенно бесполезен. В конце концов, прошло уже более сорока лет, а чокнутый Саэ Ян ещё не заскучал. Чу Сы выглядел спокойным и автоматически стёр из головы ненужную информацию, оставив только ключевые моменты. Он посмотрел на ближайший экран и на синие символы на нём. Эти символы определённо не являются широко используемыми кодами обработки информации, иначе Чу Сы смог бы распознать их с первого взгляда. Они были разбросаны по всему экрану в странной на первый взгляд комбинации, способной «взорвать» мозг. «Информация была зашифрована». Тан считается весьма способным человеком в этой области, однако у него не такой богатый опыт, как у человека, вышедшего из космической тюрьмы. «Это не тот шифр, который мы обычно используем». В те времена тренировочный лагерь всё ещё был связан с военными, поэтому информация, которую им нужно было изучить, включала в себя различные методы шифрования, с которыми могли столкнуться военные, независимо от того, широко они использовались или нет. По сути, не пропускалось ничего. Позже тренировочный лагерь был переведён под управление здания безопасности, поэтому та информация, что они успели узнать, была относительно ограниченна, однако им всё равно приходилось изучать то, что чаще всего используется военными и людьми, имеющими высший уровень полномочий. Частое столкновение с такими заданиями в реальной жизни помогало быстрому развитию шестого чувства. То, что было на экране, выглядело весьма странно. Не говоря уже о Тане и остальных, даже Чу Сы был уверен, что это определённо вне компетенции тренировочного лагеря и даже вне компетенции военных. Тан почесал затылок и с серьёзным видом рассуждал: «Похоже на вариацию паучьего кода». Затем скривил рот и добавил: «Ладно, ладно, я просто предположил». Тем не менее эти искажённые комбинации оставались на экране недолго, они мгновенно обновлялись почти сразу же, как только достигали конца экрана. После примерно десятикратного обновления все эти искажённые комбинации превратились в обычные читаемые слова: Источник сигнала успешно захвачен. Свойства источника сигнала: Двухуровневый. 1-й уровень источника сигнала: 86206-018. 2-й уровень источника сигнала: 50001. Метод обработки: очистить или заблокировать. Как только в свойствах источника сигнала появилось слово «двухуровневый», Чу Сы сразу же всё понял. Так называемый двухуровневый сигнал занимается мошенничеством под чужой личиной. Первый уровень — это сама его сущность, второй — оболочка. «Я только что посмотрел на траекторию источника сигнала. Весьма впечатляюще. Всякий раз перед тем, как дать очередную команду, нужно окольным путём достигнуть старого форта Барни, замаскироваться под номер 50001 и, едва показавшись, тут же делать ноги». В общих чертах объяснил Саэ Ян. «Воспринимай это как точку перехода». «86206-018», Чу Сы скрестил руки на груди и некоторое время смотрел на эти цифры, а затем пробормотал: «Выглядит знакомо». Однако это нехороший знак. Существует не так много источников сигнала, с которыми знаком Чу Сы. Он целыми днями имеет дело либо с военными и правительством, либо с космическими тюрьмами или различными другими сепаратистскими элементами. Первым уровнем может быть любой из них. Кажется, будет весело. Чу Сы взглянул на Саэ Яна и, видя, что тот не шевелится, просто протянул руку и нажал на несколько клавиш. Вся система на мгновение зависла, и на центральном экране появилась строка: «Загрузка 36-го издания карты планетарного города». Саэ опустил глаза, и его взгляд скользнул по рукам Чу Сы: «У командира очень длинные руки». Чу Сы было слишком лень обращать на него внимание, поэтому он промолчал. Отпустив руки, он лениво оперся на край панели управления. Чу Сы без всякого стеснения пересёк границу и стал ковыряться в системе управления прямо у него под носом. После долгой загрузки комплексная версия мини-карты города наконец-то появилась на экране. Чу Сы нажал на несколько клавиш, зажал пальцем одну из них и вздёрнул подбородок в сторону Саэ Яна: «Будь так любезен, нажми на запуск». Саэ повернул голову и спросил: «Это пойдёт в копилку моих заслуг?» Чу Сы: «Не нажимай, отойди». Присвоил самое главное место перед панелью управления, но никаких действий не предпринимает, вечно нудит и тянет кота за хвост, к тому же совершенно не понятно, что он задумал. «В таком случае мне всё-таки стоит начать зарабатывать заслуги». Небрежно ответил Саэ Ян, и его палец коснулся кнопки «старт». На экране снова появилось сообщение: «Поиск источника сигнала 86206-018». «Эта система немая? Почему она молчит?» Пробормотала Ле Пен. Тан прошептал ей в ответ: «Ты забыла? Эта система была разобрана... эм... этим сумасшедшим, и из-за того, что она сейчас в беспорядке, был настроен бесшумный режим». Раньше такой поиск занимал максимум несколько секунд, неясно, было ли это потому, что форт Барни был опечатан слишком долго, или по какой-то другой причине, но в этот раз потребовалась целая минута для того, чтобы система наконец слой за слоем обработала карту и обвела угол определённого района. Рядом с рамкой было небольшое поле с примечанием, в котором отмечено время найденного следа: 5633 год. «Отлично, мы нашли самые ранние следы источника сигнала. 5366 год, примерно...». Сказал Саэ Ян и подвигал левой рукой, стараясь сосчитать. «180 лет назад. Давай! Кто знает, может, мы ещё сможем его поймать». Чу Сы: «...» Он пристально смотрел на городской квартал и с каменным выражением лица бросил Саэ, стоявшему рядом с ним: «Заткнись». Саэ рассмеялся. 5633 год... Год, когда этот источник сигнала оставил следы в этом районе. За 80 лет до того, как планета взорвалась, и даже за 20 лет до рождения Чу Сы. Слова Саэ Яна, можно сказать, были крайне разрушительными, однако до тех пор, пока можно найти хоть какие-то следы, они не имеют никакого значения. Не стоит переживать, что в конце концов они не смогут найти этого человека. Чу Сы управлял картой, непрерывно увеличивая масштаб обведённого блока, пока он не смог отчётливо увидеть небольшую отметку в правом верхнем углу области. Улица Утун № 7, район А, город Сиси. Брови Чу Сы мгновенно подлетели: «Приют?» Если бы это был другой адрес, Чу Сы пришлось бы поискать, но это место он не забудет никогда. Городской приют города Сиси, место, где Чу Сы пробыл первые 8 лет своей жизни. 8 лет при продолжительности жизни, превышающей 200 лет, в действительности — короткий миг. Но для тех, кто там жил, это, вероятно, самое долгое и трудное время в жизни. Мрачность, ксенофобия, вспыльчивость, неразговорчивость и ряд других негативных качеств в характере юного Чу Сы как раз зародились в этом приюте. Этот приют носил название «Чэнли», был устроен так же сложно, как регулирующее правительство города, и переплетения их интересов были весьма запутанны. Только в одном городе Сиси об этом месте ходило множество слухов. Некоторые говорили, что приют был построен при поддержке частного консорциума под видом детского дома, а на деле занимался серой деятельностью. Другие заявляли, что этот приют был результатом сговора между правительством и тёмной стороной города, поговаривали даже, что в этом были замешаны военные. Короче говоря, сложная и мрачная обстановка в городе привела к тому, что и в приюте обстановка тоже оказалась сложной и мрачной. Приют был похож на мини-копию «Ока преисподней», где кругом царил хаос и конфликты, хотя большинство людей там были ещё детьми. Любой вышедший оттуда человек при его описании будет вспоминать самые тёмные образы и не сможет употребить в отношении этого места ни единого положительного или даже нейтрального слова. В воспоминаниях Чу Сы, возможно, из-за того, что обстановка была слишком удручающей, у большинства детей были сильные головные боли. Местный врач сказал, что это не физиологическое явление, а психологическое, вызванное чрезмерным накоплением эмоций, оно может сопровождаться тревогой, бессонницей, манией и тому подобным. С ним в комнате жил ребёнок на год старше его, тощий, как палка. В те моменты, когда у него болела голова, он сворачивался калачиком и бился головой о металлическое ограждение в изголовье кровати. Насколько он помнил, ежедневно, на протяжении двух с половиной лет, он слышал звук «бам-бам», до тех пор, пока его сосед не умер. Слово «смерть» было слишком привычно для людей, находившихся там, потому что дети умирали каждый день из-за драк, наказаний, болезней. Были также те, кто пытался выбраться оттуда, но в силу юного возраста или иных причин их всегда возвращали, куда бы они ни отправились. В этом приюте, казалось, было бесчисленное количество пар глаз, прекрасно осведомлённых о движениях каждого ребёнка. Чу Сы впервые встретил своего приёмного отца Цзян Ци на западной стороне приюта, у небольшого белого здания. Дизайн этого здания был несколько особенный. В отличие от других, у которых были лишь гладкие стены, на центральной линии западной стены этого белого здания находилась тонкая металлическая перекладина. Если тайком забраться на крышу этого белого здания и проскользнуть по металлической подпорке на шестой этаж, то можно использовать эту узкую горизонтальную перекладину, чтобы аккуратно перебраться на крышу соседнего здания. В глазах 7-8 летних детей это уже достаточно сложный и высокоуровневый способ побега. Однажды, в середине зимы, поздним вечером Чу Сы забрался на крышу. Зимой воспитатели рано ложились и спали очень крепко, поэтому появлялись лазейки, которыми можно было воспользоваться, можно сказать, что это был очень удобный момент. Однако, когда он проскользнул на верхний этаж и встал на узкую перекладину, то обнаружил, что на ней образовался тонкий слой льда. Несмотря на то, что каждый его шаг был чрезвычайно осторожным, в конце концов он всё же соскользнул. Благодаря своевременной реакции он крепко зацепился руками за перекладину и смог повиснуть на ней. Для 8 летнего ребёнка это было невыносимо и безнадёжно. Его пальцы цеплялись за металлическую перекладину, которая была обжигающе холодной и невероятно скользкой. Он просто застрял между двумя зданиями на высоте 6 этажей. Повернуть назад - болото, отпустить – смерть. Как раз в тот момент в переулок пришёл Цзян Ци. В то время он едва достиг среднего возраста. Он был одет в военную рубашку, брюки и тёмное пальто. Сенсорные фонари в переулке только что были уничтожены группой людей, собравшихся, чтобы устроить неприятности, и только ряд желтоватых огней остался гореть наверху стены внутреннего двора, придавая образу Цзян Ци мягкости. Одна из рук Чу Сы уже соскользнула, и когда осколки льда случайно упали на Цзян Ци, он заметил, что на перекладине висит ребёнок. Цзян Ци, казалось, был напуган, хотя, возможно, его реакция была не такой уж сильной, Чу Сы не мог точно вспомнить. Он помнил только, что Цзян Ци поднял голову, хлопнул в ладоши, а затем протянул к нему руки: «Как ты, сорванец, оказался в таком месте? Для начала спускайся, не волнуйся, я поймаю, ты не разобьёшься.» Чу Сы за все 8 лет, что провёл в приюте, ни разу не произнёс ни слова, поэтому, естественно, он не ответил Цзян Ци. Он даже не хотел отпускать перекладину из-за своего отвращения ко всем чужакам, однако в этот момент от него ничего не зависело. Пока он, стиснув зубы, в нерешительности болтался на скользкой перекладине, Цзян Ци добавил: «Кстати, когда будешь спускаться, не брыкайся, чтобы не наступить мне на лицо.» Едва он это сказал, рука Чу Сы соскользнула, и он, болтая ногами, свалился с высоты 6 этажа.