Лунатизм

Следующий час прошёл незаметно для нас. Мы много смеялись, пили и разговаривали обо всём на свете. Оливер рассказал мне больше о своей карьере, о забавных случаях с концертов и мировых турне. Никогда бы не подумала, что быть музыкантом настолько весело. Само собой, если не считать безумных фанатов, бессонных ночей и нехватку вдохновения, из-за которого сейчас страдает Сайкс. Или не только из-за этого. Лично я не была на концертах, но Оливер рассказывает об этом, как о чём-то поистине святом. — Я не верю, что ты можешь вот так запросто взять и прыгнуть в толпу людей, — я передала ему почти пустую бутылку и продолжила свою мысль, — они ведь могут не словить тебя, ты упадёшь и в этом мало весёлого. — Я верю им, — он пожал плечами и сделал глоток, — ты всё равно не поймёшь. — Еще скажи это потому, что я девушка, — Сайкс засмеялся, но посмотрел на меня с неким непониманием. — Нет, Николина, девушки-музыканты бывают и это здорово. Я говорю о том, если человек слушает тебя, разделяют всю боль и радость вместе с тобой, то ему можно верить. Скорее приходится, понимаешь? Так это и работает, только в моём случае через песни. Я посмотрела на него и сделала последний глоток. Между нами повисла долгая минута молчания из-за того, что я переваривала смысл его слов. Мне было нечего добавить. Может быть, он прав, и мне действительно не понять эту связь между музыкантом и слушателем. — Ты мне веришь? — неожиданно спросил Оливер без малейшей ухмылки. Недоверчиво взглянув на него, я всё же кивнула, тем самым получив в ответ едва ощутимый поцелуй на губах. Видимо янтарная жидкость успела ударить в голову, потому что я не успела проследить за тем, как Сайкс преодолел расстояние между нами за считанные секунды. А после так остался на месте, в нескольких миллиметрах от моих губ в ожидании поцелуя или пощечины. — Оливер, — я шумно выдохнула и попросту застыла на месте, рефлекторно облизывая губы, пытаясь сбить ощущение чужих, горячих и сухих, — я…ты ведь… Слишком расслабленный и до жути довольный, как кот, ухвативший со стола самый лакомый кусок, Сайкс мотнул головой, едва заметно улыбнувшись, и не дал договорить, целуя уже более требовательно. Нет, конечно, я об этом думала, отчасти даже хотела и представляла, но только в своём воображении. Чёрт с тобой, Оливер Сайкс. Как там говорят, сексом дружбу не испортишь? Правда в нашем случае и портить то нечего. Я закрыла глаза, которые сами слипались от количества выпитого алкоголя, и подалась вперёд, сокращая расстояние до невозможного близко. Забралась на его колени, тут же ощутив тёплые ладони на бёдрах и влажные поцелуи на шее. Слишком нежно и неторопливо, без резких движений и чертыхания, будто так и надо. Даже в приглушенном свете был заметен довольный взгляд парня. Зацепившись тонкими пальцами за ремень его брюк и лукаво улыбнувшись, когда Оливер расстегнул мой лиф, я случайно прикусила его нижнюю губу, на что он недовольно шикнул. Теперь привкус виски кажется не таким уж и горьким, даже сладким. Или это из-за губ Сайкса? Казалось, что всё это неправда и такого не могло произойти, но руки Оливера на моих рёбрах говорили с точностью наоборот. Музыка за пределами этой комнаты уже не казалась такой громкой, как раньше. Я слышала только его сбитое дыхание и собственный стук сердца. Каждый раз, после очередного поцелуя, сердце пропускало ровно один удар. Я осторожно провела пальцами по нарисованному перу на лице Оливера, словно пытаясь запомнить каждый его изгиб. Сайкс потянул за край черной пайты вверх, намереваясь снять с меня, но остановился, словив губами последний поцелуй. — Прости, это неправильно, — чуть севшим голосом сказал парень, растерянно глядя на меня, — я не могу. Я отстранилась, сев рядом и уперевшись спиной всё о ту же спинку кровати. Иначе быть и не могло. На что я рассчитывала? Оливер быстро поднялся с места и также быстро ушёл, так и оставив меня на полу.