Bless bless one love

      Университетский кампус гудел, как растревоженный улей, но на факультете инженерии сегодня обсуждали только одно — победу футбольной сборной, которую буквально на своих плечах вытащил первокурсник У.        У был чертовски хорош собой: высокий, атлетически сложенный, с резкими, мужественными чертами лица и вечно недовольным взглядом. Он ненавидел свою внезапную популярность. Со всеми вокруг он вел себя откровенно грубо, резко пресекая любые попытки познакомиться. Исключением были лишь трое его друзей      Понд — ходячий позитив, добрый человек и очень преданный друг ;        Джун — невероятно харизматичный шутник, способный рассмешить даже мертвого;       Перт — молчаливый, глубокий парень, который держал дистанцию со всем миром.

      

И, конечно, Санта. 

      Санта появился в их компании несколько месяцев назад после перевода с другого факультета. Раньше он был самым солнечным и жизнерадостным мальчиком в университете, но сейчас превратился в тихую, пугливую тень. Он постоянно молчал и вздрагивал от каждого шороха. Инженеры потратили прорву времени и сил, чтобы просто заставить его говорить. Перт, обычно не выносивший чужого общества, неожиданно проявил к Санте удивительную мягкость. Он стал единственным, кому Санта мог тихо доверить свои мысли. Перт полюбил этого сломанного мальчика с первого взгляда и теперь оберегал его, как сокровище.       Причина молчания Санты была никому неизвестна. Никто даже Перт не смог разговорить Санту. Год назад с телефона Санты пропали важные данные проекта Пувина и Бума. Из-за этой кражи проект рухнул. Ребята потеряли огромные деньги, которые зарабатывали сами на криптовалюте, не рассчитывая на родителей. Когда они узнали, что утечка произошла с телефона Санты, они посчитали это предательством. Из за проблем с проектом, ребятам не когда было разбираться слишком глубоко в ситуации.       Для Пувина — закрытого, холодного владельца белоснежной Ferrari — Санты больше не существовало. Он вычеркнул его из жизни навсегда и даже не вспоминал.        Данк — саркастичный парень на темно-синем Мустанге с титановой пластиной под капотом (что позволяло ему безболезненно таранить любого на ночных гонках) — при редких встречах с Сантой лишь злобно отводил взгляд, стараясь поскорее забыть о его существовании. Данк отлично дрался и ненавидел слабость.       А Бум... Спокойный, сдержанный и невероятно красивый третьекурсник архитектурного, Бум просто не понимал, как этот «малыш» мог так поступить. Бум сам заработал на свой матовый черный Aston Martin, он не прощал предателей, поэтому, несмотря на щемящую жалость к когда-то близкому другу, он тоже заставил себя забыть Санту.

***

      После тренировки инженеры шли через главный двор кампуса. У, закинув спортивную сумку за плечо, раздраженно отмахивался от очередной первокурсницы, пытавшейся дать ему свой телефон.  В этот момент на парковку мягко вырулил матовый Aston Martin Бума. Следом за ним, урча моторами, припарковались белая Ferrari Пувина и синий Мустанг Данка.        Когда Бум вышел из машины, поправляя воротник легкой рубашки, У застыл на месте. Весь его грозный вид, грубость испарились за долю секунды. Его мозг просто отключился. У смотрел на Бума круглыми, ошарашенными глазами, чувствуя, как сердце готово пробить грудную клетку.       — О, смотрите, наш грозный бомбардир опять превратился в пятилетку, — прыснул со смеху Джун, пихая У локтем в бок.        — Иди, познакомься! — подбодрил Понд, хотя сам уже вовсю пялился на Пувина, который как раз выходил из своей Ferrari. Понд буквально излучал ретриверскую энергию, надеясь привлечь внимание ледяного принца архитектурного.       У сглотнул, сделал неуверенный шаг в сторону Бума, но как только Бум случайно перевел на него свой спокойный, глубокий взгляд, У покраснел до корней волос.       — Я... привет... мяч... то есть, хорошая архитектура! — выпалил У тонким, заикающимся голоском, чувствуя себя полным идиотом.        Бум лишь вежливо и слегка удивленно приподнял бровь, проходя мимо. Ему было не до странных первокурсников. В этот момент их пути пересеклись. Санта, шедший чуть позади Перта, увидел приближающихся Бума, Пувина и Данка. Его лицо мгновенно побелело, а дыхание перехватило от паники. Он судорожно вцепился в рукав Перта, пытаясь буквально слиться с его тенью. Перт тут же среагировал: он закрыл Санту своим телом, бросив на проходящих мимо старшекурсников ледяной, предупреждающий взгляд. Его рука крепко и надежно сжала дрожащие пальцы Санты.       Пувин прошел мимо, даже не повернув головы. Данк на секунду поймал умоляющий, полный слез взгляд Санты. Внутри Данка вспыхнула ярость, он резко отвернулся а там стоял Джун,который как раз попытался подмигнуть ему со своей фирменной харизматичной улыбкой.       — Эй, красавчик на Мустанге! — крикнул Джун Данку. — Прокатишь с ветерком?       — Только если привяжу тебя к бамперу, первокурсник, — саркастично отозвался Данк, садясь в машину и с ревом заводя мотор.       Бум на секунду притормозил шаг. Он посмотрел на дрожащего Санту, на то, как тот прячется за Перта, и в его груди болезненно эхом отозвались воспоминания о прежнем, счастливом Санте. Буму было безумно жаль его. Но предательство... Бум сжал зубы, вернул лицу холодную маску пошёл дальше.       В этот же момент у входа в корпус показался Нани. Отвратный тип . Типичный папенькин сыночек . Он любил хвастаться этим и докапываться до всех. Он вальяжно крутил на пальце ключи от дорогого спорткара и хищно улыбался, глядя прямо на Санту. Санту затрясло еще сильнее. Перт заслонил его полностью, прошептав прямо в ушко:       — Тихо, малыш. Я рядом. Он не подойдет к тебе, клянусь.       У стоял посреди двора, мысленно проклиная свою неспособность связать и двух слов перед Бумом. Понд уныло вздыхал, так и не дождавшись взгляда от Пувина. А Перт бережно уводил Санту подальше от чужих глаз, готовый драться за его покой с кем угодно — даже с целым миром.

***

      У был грубым. Он ненавидел свою популярность, терпеть не мог фанаток, вьющихся вокруг футбольного поля, и общался сквозь зубы со всеми, кроме своей четверки друзей. Но стоило на горизонте появиться Буму, как весь пафос командира инженерного факультета испарялся.       — Смотри, твой принц идет, — толкнул его в бок Джун, кивая на Бума, который читал чертеж прямо на ходу.       У замер. Его сердце заколотилось где-то в районе горла. Он, парень, который на поле сносил защитников как таран, сейчас почувствовал, как у него подкашиваются колени.       — Я... я сейчас подойду, — пробормотал У.       — Ага, давай, — усмехнулся Понд, который в этот момент безуспешно пытался поймать взгляд проходящего мимо Пувина. Понд, со своим характером золотистого ретривера, уже месяц маячил перед холодным владельцем Ferrari, но тот лишь изредка одаривал его ледяным презрением.       У решительным шагом направился к Буму. Его лицо приняло привычный суровый вид. Но стоило Буму поднять на него свои спокойные, невероятно красивые глаза, как У словно уменьшился в размерах. Из грозного футболиста он мгновенно превратился в пятилетнего потерявшегося мальчика.       — Э-э... привет, — выдавил У. Голос, обычно низкий и уверенный, дал сбой.       Бум остановился, терпеливо глядя на первокурсника. За ним бегала половина университета, и этот заикающийся парень не был для него новинкой. — Да. Привет. Что-то хотел?       У открыл рот. В его голове пронеслись тысячи красивых фраз, которые он репетировал перед зеркалом. Но на деле он смог только выдать:       — У тебя... у тебя черная машина. Красивая. Матовая.       Бум едва заметно приподнял бровь. — Спасибо. Это всё?       У покраснел до корней волос, быстро кивнул, развернулся и чуть ли не бегом вернулся к своим друзьям. Джун и Понд согнулись пополам от смеха. — «Красивая. Матовая»? Серьезно, У? Ты лучший нападающий лиги, а разговариваешь как детсадовец! — покатывался Джун.       — Заткнитесь, — буркнул У, пряча лицо в ладонях, его собственный мозг рядом с Бумом выдавал критическую ошибку.       Пока У страдал по Буму, Джун решил действовать решительнее. Он перегородил своей Audi R8 дорогу выезжающему со стоянки синему Мустангу Данка.       Данк опустил стекло. Его глаза горели опасным огнем. — Свали с дороги, инженер, пока я не проверил прочность твоих бамперов своей титановой пластиной.       Джун высунулся из окна своей машины, демонстрируя свою самую харизматичную улыбку. — А ты попробуй, дерзкий. Мне нравится, когда парни умеют драться. Может, обсудим это за ужином?       Данк саркастично усмехнулся, включил заднюю передачу и с ревом объехал Джуна по газону, оставив того дышать выхлопными газами.       — Сумасшедший... — прошептал Джун с восхищением. — Он точно будет моим.       В то же время Понд преградил путь Пувину, который шел к своей Ferrari. — Эй, Пувин! Я тут купил твой любимый латте на кокосовом...       Пувин прошел мимо него, даже не сбавив шаг, словно Понд был прозрачным. Но Понд не расстроился. Он, как настоящий ретривер, лишь весело улыбнулся и побежал следом.       Сзади них, в тени деревьев, Перт тихо разговаривал с Сантой, протягивая ему баночку теплого чая. Санта впервые за день слабо улыбнулся, и Перт почувствовал, что ради этой улыбки он готов стереть с лица земли любового.

***

      Архитектурное крыло университета всегда утопало в лучах полуденного солнца, но сегодня здесь было по-настоящему жарко. Возле матового черного Aston Martin Бума разыгрывалась сцена, за которой, затаив дыхание, наблюдал весь внутренний двор.       Нани — главный мажор университета, одетый в брендовый шмот, купленный на деньги влиятельного отца, — вальяжно прислонился к капоту машины Бума. В его руке была визитка закрытого панорамного ресторана.       — Да брось, Бум, — Нани самодовольно улыбнулся, протягивая визитку. — Мой отец договорился, для нас освободили лучший столик на крыше. Тебе не обязательно вечно торчать в своих графиках. — Поужинаем, прокатимся. Мой новый байк тебе понравится.       Бум даже не притронулся к визитке. Он стоял, держа в руках тубус с чертежами, его лицо выражало абсолютное, ледяное равнодушие.        Но если Бум сохранял спокойствие, то Данк и Пувин, стоявшие рядом, среагировали мгновенно. Они оба питали к Нани лютую, непреходящую ненависть. Они знали, что именно Нани нажился на их украденном проекте год назад, хоть и считали исполнителем Санту. Видеть этого подонка рядом с Бумом для них было физически невыносимо.       Данк сделал шаг вперед, его кулаки сжались. Он умел и любил драться, а его темно-синий Mustang с титановой пластиной под капотом уже не раз «случайно» царапал машины Нани на парковке.       — Убери свои грязные руки от его машины, Нани, — выплюнул Данк, его голос так и сочился сарказмом. — И катись обратно к папочке, пока я не проверил прочность твоей челюсти.       Пувин, обычно тихий и закрытый, посмотрел на Нани так, словно тот был грязью на подошве его кроссовок. — Твой отец может купить тебе весь этот город, Нани, но он не купит тебе мозги. Исчезни. Мы не общаемся с мусором.       Они двое вели себя точно так же, как и всегда в присутствии нежелательных гостей — выстраивали глухую, непробиваемую стену вокруг Бума, защищая его от любого посягательства.       В этот момент со стороны спортивной площадки шла компания инженеров. У, всё еще в футбольной форме, с накинутым на плечи худи, шёл в окружении Понда, Джуна, Перта и тихого Санты.        Когда У увидел Нани, крутящегося возле Бума, его «покер фейс» мгновенно превратился в маску чистой, первобытной ярости. Внутри всё вспыхнуло от дикой ревности. Этот ублюдок смеет дышать в сторону его Бума?       Санта, шедший рядом, при виде Нани инстинктивно сжался и сделал шаг назад, прячась за Перта. Перт тут же среагировал: его молчаливая, защитная аура активировалась мгновенно, он мягко приобнял Санту за плечи, закрывая его от взгляда мажора, и послал Нани такой убийственный взгляд, что даже у того поубавилось спеси.       Но У уже было не остановить. Он в три шага преодолел расстояние и буквально вырос перед Нани. Высокий, широкоплечий, пахнущий адреналином после тренировки, У выглядел как разъяренный тигр.       — Пошел вон, — коротко и глухо бросил У, нависая над Нани. — Быстро. Пока я не закопал тебя прямо на этом газоне.       Нани скривился, пытаясь сохранить лицо перед собравшейся толпой. — Киатниран, не лезь не в свое дело...       У сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного минимума. Его глаза горели такой яростью, что Нани, сглотнув, поспешил сделать шаг назад. Он знал, что капитан футбольной сборной и лучший первокурсник инженерного не шутит.       — Я считаю до трех, — прорычал У.       Нани, бормоча проклятия и что-то о том, что «его отец этого так не оставит», спешно ретировался в сторону своей машины.       У тяжело выдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Он медленно повернулся к Буму, собираясь сказать что-то очень крутое, уверенное и мужественное. Например: «Ты в безопасности, я всегда буду защищать тебя».       Бум поднял на него свои спокойные глаза и слегка улыбнулся. — Спасибо, У.       И тут система У выдала фатальную ошибку. Вся его грозная сила, ярость и крутизна испарились за долю секунды. У покраснел так густо, что краска залила даже шею. Его пальцы начали судорожно теребить шнурок от худи, а ноги задрожали.       — Я... я... Б-бум... — зазаикался У, его голос стал непривычно тонким, как у пятилетн его ребенка, которого похвалил воспитатель. — Н-не... за что. Я просто... он... он п-плохой. А ты к-красивый. И т-твоя машина... м-матовая. Очень.       Данк за спиной Бума не выдержал и громко прыснул в кулак, а Пувин лишь снисходительно покачал головой.       Бум мягко усмехнулся. Этот грозный первокурсник, который только что чуть не разорвал Нани на части, сейчас выглядел настолько нелепо и мило, что это не могло не вызывать улыбку. — Я понял, У. Спасибо еще раз.       Бум обошел его, садясь в свой Aston Martin. Данк и Пувин пошли к своим машинам. Позади У раздался дружный хохот его друзей.       — «Он плохой, а ты красивый»! Боже, У, я запишу это золотыми буквами на стене нашей раздевалки! Ты к нему подходишь уже третий раз и нечего нормального сказать не можешь! — Джун буквально катался по земле от смеха.       Понд тем временем уже бежал к Ferrari Пувина, размахивая стаканчиком кофе. — Пувин! Пувин, подожди! Я купил тебе тот самый пирог с черникой! Пувин, ну посмотри на меня!       Пувин захлопнул дверь своей Ferrari и с ревом умчался с парковки, оставив Понда стоять с коробкой в руках, но Понд лишь счастливо улыбнулся: «Завтра точно возьмет».       Джун, перестав смеяться над У, вальяжно подошел к синему Мустангу Данка, который как раз заводил мотор. Джун облокотился на стекло. — Эй, гонщик. Не хочешь сегодня вечером проверить, у кого бампер крепче? Моя Audi против твоего Мустанга. Проигравший платит за ужин.       Данк саркастично выгнул бровь, глядя на харизматичного Джуна. — Твоя жестянка разлетится в щепки, инженер. Свали с дороги.       Данк резко нажал на газ, обдав Джуна пылью. Джун довольно зажмурился: — О да, он определенно в моем вкусе.       

***

      На следующий день в университете говорили о вчерашней гонке Бума и Данка . Всё шептались, что Данк пробил своей пластиной Астон Бума . Инженерный факультет бурно обсуждал слухи, а У сидел на трибунах стадиона, обхватив голову руками. Футбольный мяч лежал у его ног, но ему было плевать на тренировку.       — Ну ты и лопух, конечно, — со вздохом протянул Джун, присаживаясь рядом и дружески хлопая У по плечу. — На поле ты рвешь всех, как дикий зверь, а перед Пи'Бумом превращаешься в застенчивую пятилетнюю девочку. «Хорошая архитектура»? Серьезно, У? Это лучшее подкатное решение, которое выдал твой мозг?       У застонал, зарываясь пальцами в волосы. — Отвали, Джун. Я просто... я когда его вижу, у меня все слова из головы вылетают. Я забываю, как дышать. Как мне с ним познакомиться, если я даже «привет» нормально сказать не могу?! У меня ничего не получается.       Рядом стоящий Понд хотел было что-то присоветовать, но вдруг резко замер. Его тело вытянулось по струнке, взгляд остекленел, а изо рта вырвался тихий, благоговейный вздох.        К главному корпусу, мягко шурша шинами, подкатила ослепительно-белая Ferrari Пувина. Из приоткрытых тонированных окон на весь кампус разносился качающий бит.       Дверь машины плавно открылась, и Пувин вышел на асфальт, легким движением поправляя темные очки. Он выглядел как модель с обложки журнала.        Понд рядом с У окончательно превратился в лужу. В его голове в эту секунду играл свадебный марш, а перед глазами летали розовые сердечки. Он не мог сделать ни шага, просто провожая Пувина влюбленным взглядом преданного ретривера.       Но самое интересное началось, когда открылись остальные двери Ferrari. С пассажирского сиденья вальяжно выбрался Бум, а следом за ним, чертыхаясь и потирая ушибленное плечо, выполз Данк.        Все сразу поняли, почему эта троица приехала на одной машине. Вчера на ночном треке Бум на своем Aston Martin решил пойти на безумный обгон и жестко подрезал Данка. Титановая пластина под капотом синего Мустанга Данка, конечно, уберегла его самого от травм, но в результате столкновения обе машины — и матовый Aston Martin Бума, и синий Мустанг — превратились в груду дорогого металлолома и теперь дружно стояли в ремонте.        — Ну что, гроза дорог, как тебе поездка на пассажирском? — громко и со смехом подколол друга Бум, закрывая дверь. — Не укачало в настоящей быстрой машине? А то на своем корыте ты привык только плестись сзади.       — Отстань! — прохрипел Данк — Вообще то это ты водишь как слепой крот! Мой Мустанг теперь будут восстанавливать две недели, и всё из-за твоего дурацкого маневра!        — Зато весело отлетели — хмыкнул Бум, закидывая руку Данку на плечо.        Они шли к входу, и Бум продолжал весело и безжалостно подкалывать Данка всю дорогу. Они громко смеялись, толкая друг друга локтями. Даже обычно холодный, скрытный и молчаливый Пувин, шедший рядом, не выдержал: он снял очки, и на его лице появилась редкая, теплая и безумно красивая улыбка. Они выглядели невероятно счастливыми, сплоченными и свободными.       За этой картиной из-за угла спортивного корпуса наблюдал Санта. Он стоял, спрятавшись в тени, и слезы медленно катились по его бледным щекам. В груди всё болезненно сжалось. Еще год назад он был частью этой компании. Он сидел в этих машинах, он смеялся над шутками Бума, он помогал Данку чинить мотор, а Пувин доверял ему свои самые сокровенные секреты. Они были не разлей вода. А теперь... теперь они смеются без него, пока он заживо гниет в своем страхе и одиночестве, заклейменный как предатель.       Санта тихо всхлипнул, поспешно вытирая слезы рукавом огромной инженерной куртки.        — Эй, — раздался тихий, глубокий голос над его ухом.        Рядом мгновенно вырос Перт. С ним Санта чувствовал себя в относительной безопасности. Обычно молчаливый и закрытый Перт сейчас смотрел на Санту с такой нежностью и болью, что у любого бы защемило сердце. Перт аккуратно перехватил руку Санты, скрывая её в своем кармане, и мягко потянул на себя, загоражи вая от него счастливую троицу архитекторов.       — Не смотри туда, малыш, — нежно шепнул Перт, прижимая Санту к своему боку. — Пойдем отсюда. Тебе не нужно делать себе больно. Я с тобой.       Санта послушно кивнул, утыкаясь носом в плечо Перта, и они тихо пошли в сторону учебных аудиторий.        А на трибунах У продолжал провожать Бума тоскливым взглядом. Бум смеялся, его глаза сияли на солнце, и У готов был отдать все свои футбольные кубки и всю дурацкую популярность просто за то, чтобы Бум хотя бы раз улыбнулся именно ему.       — Нам нужно срочно что-то придумать, — решительно заявил Джун, наблюдая за страдающим другом и одновременно провожая взглядом Данка. — Если мы не сведем тебя с Пи'Бумом, ты либо сгниешь от тоски, либо Понд окончательно превратится в памятник у Ferrari Пувина. Время действовать, инженеры!