«Соседи»

Феликс не спал почти всю ночь. Он сидел за столом, перебирал свои работы — рисунки, плакаты, несколько логотипов, сделанных на заказ для друзей. Тридцать листов, которые должны были решить его судьбу. Через несколько часов он пойдёт сдавать вступительные экзамены на факультет дизайна. В комнату заглянул Хан. — Ты ещё не спишь? — спросил он. — Не спится. — Волнуешься? — Нервничаю. — Это одно и то же. — Нет. Волнение — это когда боишься. Нервы — когда не знаешь, чего ждать. — А ты чего ждёшь? — Не знаю. Поэтому и нервничаю. Хан сел на край кровати. — Феликс, ты справишься, — сказал он. — Ты рисовал всю жизнь. Твои работы — лучшие. — Ты не разбираешься в дизайне. — Я разбираюсь в тебе. Феликс посмотрел на брата. — Спасибо, — сказал он. — Не за что. А теперь спи. Завтра рано вставать. Хан ушёл. Феликс лёг в кровать, но долго ворочался. Мысли не шли из головы. В шесть утра его разбудил Минхо. — Вставай, — сказал он. — Экзамены через три часа. — Пап, я ещё сплю. — Ты уже не спишь. Вставай. Феликс сел на кровати. За окном было ещё темно. — Кофе будешь? — спросил Минхо. — Буду. — Тогда иди на кухню. Феликс спустился вниз. Отец уже сидел за столом с кружкой виски. — Ты бы не пил с утра, — сказал Феликс. — А я и не пью. Я заряжаюсь. — Это одно и то же. — Нет. Зарядка — это спорт. Виски — это медицина. — Для чего? — Для души. Феликс закатил глаза, но спорить не стал. Минхо поставил перед ним чашку кофе и тарелку с яичницей. — Ешь, — сказал он. — Голодным экзамены не сдают. — Пап, я не голоден. — Ешь, я сказал. Феликс вздохнул и взял вилку. Университет встретил Феликса шумом. Коридоры были заполнены абитуриентами. Кто-то сидел на скамейках с папками, кто-то стоял у стен с планшетами, кто-то повторял теорию шёпотом. Феликс чувствовал себя маленьким среди этой толпы. — Ты сегодня какой-то бледный, — сказал Чанбин, который приехал вместе с ним для моральной поддержки. — Ты нормально спал? — Три часа. — Маловато. — Хватит. — Посмотрим. Они прошли к аудитории, где проходила регистрация. Феликс встал в очередь. Вокруг него абитуриенты перешёптывались, кто-то плакал, кто-то смеялся. — Следующий, — сказала женщина в очках. Феликс подошёл к столу, протянул документы. — Феликс Ли? — спросила женщина. — Да. — Дизайн, графический профиль? — Да. — Ваши работы? Феликс положил папку на стол. Женщина пролистала её, что-то пометила в компьютере. — Теоретический экзамен в аудитории 405. Просмотр портфолио — после обеда. — Спасибо. Феликс забрал документы и отошёл от стола. Сердце колотилось где-то в горле. — Всё будет хорошо, — сказал Чанбин. — Надеюсь. Они пошли в сторону аудитории. В коридоре было много людей, и Феликс почти не смотрел по сторонам — пока не налетел на кого-то. — Извините, — сказал он, поднимая голову. Перед ним стояла Йеджи. Тёмные волосы собраны в хвост, на плече — камера, в руках — папка с работами. Она смотрела на него так же удивлённо, как он на неё. — Феликс? — спросила она. — Йеджи? — Ты что здесь делаешь? — Сдаю экзамены. А ты? — Тоже. — На какой факультет? — Дизайн. Фотография. — Я на графический. Они смотрели друг на друга. — Ты поступаешь? — спросил Феликс. — Поступаю. — И ты не сказала? — А ты сказал? — Я... нет. — Вот и я нет. — Но мы соседи. — И что? — Могли бы подготовиться вместе. — Я справлюсь сама. — Йеджи... — Феликс, я не люблю, когда мне помогают. Он замолчал. — Ты волнуешься? — спросил он. — Нет. — Врёшь. — Немного. — Я тоже. Она почти улыбнулась. — Удачи, — сказала она. — И тебе. Она пошла в сторону своей аудитории. Феликс смотрел ей вслед. — Это та девушка? — спросил Чанбин. — Сестра Хёнджина? — Она самая. — Она поступает? — Поступает. — И ты не знал? — Не знал. — Она скрытная. — Очень. Чанбин покачал головой. — Удачи, брат, — сказал он. — Похоже, вам обоим она понадобится. Феликс сидел за партой в большой аудитории. Вокруг него абитуриенты склонились над бланками. Кто-то грыз ручку, кто-то нервно постукивал ногой, кто-то строчил без остановки. Вопросы были сложными. История искусств, теория цвета, композиция, основы дизайна. Феликс готовился полгода, но всё равно сомневался. Он писал, не поднимая головы. Только один раз отвлёкся — когда заметил в соседнем ряду знакомый силуэт. Йеджи сидела через три парты от него, её камера лежала рядом, и она что-то быстро строчила в бланке. Феликс вернулся к своей работе. Через два часа экзамен закончился. Преподаватели собрали бланки, объявили перерыв. Феликс вышел в коридор. Йеджи стояла у окна, пила воду из бутылки. — Ну как? — спросил он. — Нормально. — Ты уверена? — Нет. Но другого ответа у меня нет. — Я тоже. Они помолчали. — Йеджи, — сказал Феликс. — М? — Почему ты не сказала Хану? — А зачем? — Он волнуется за тебя. — Пусть волнуется за себя. — Он бы помог. — Мне не нужна помощь. — Ты упрямая. — Я самостоятельная. — Это одно и то же? — Нет. Самостоятельная — та, кто справляется сама. Упрямая — та, кто не просит помощи, даже когда не справляется. — А ты какая? — Вторая. Феликс усмехнулся. — Ты честная, — сказал он. — Иногда. Они смотрели в окно. На улице было солнечно. — Перерыв час, — сказал Феликс. — Пойдём в столовую? — Я не голодна. — Я угощаю. — Я не люблю, когда меня угощают. — А я люблю угощать. Йеджи посмотрела на него. — Ты как Хан, — сказала она. — Почему? — Навязчивый. — Я заботливый. — Это одно и то же. — В моём случае — да. Она почти улыбнулась. — Ладно, — сказала она. — Пойдём. Но только чай. — Идёт. Они пошли в столовую. В столовой было шумно. Абитуриенты обсуждали экзамены, кто-то плакал, кто-то смеялся. Феликс взял два стакана чая и сел напротив Йеджи. — Ты всегда рисуешь? — спросила она. — Всегда. — С детства? — С детства. — И родители не против? — Папа Минхо был против. Говорил, что художники не зарабатывают. — А сейчас? — Сейчас он говорит, что главное — чтобы я был счастлив. Йеджи сделала глоток чая. — У тебя хорошие родители, — сказала она. — Да. — И братья. — И братья. Она посмотрела в окно. — Феликс, — сказала она. — М? — А ты боишься? — Чего? — Что не поступишь. — Боюсь. — А что будешь делать, если не поступишь? — Попробую ещё раз. Или пойду работать. Или найду другой путь. — Ты не боишься неудач? — Боюсь. Но неудачи — это не конец. Йеджи молчала. — Йеджи, — сказал Феликс. — А ты боишься? — Нет. — Врёшь. — Боюсь. — Чего? — Что зря перевелась. Что придётся возвращаться. Что подведу брата. — Ты не подведёшь. — Откуда ты знаешь? — Ты сильная. — Я не сильная. — Сильная. Она покачала головой. — Ты странный, — сказала она. — Я знаю. — Но хороший. — Это комплимент? — Это наблюдение. Феликс улыбнулся. — Йеджи, — сказал он. — Если мы оба поступим... будем учиться вместе. — Похоже на то. — Ты не против? — А ты? — Нет. — Значит, договорились. Они допили чай и пошли на просмотр портфолио. Феликс зашёл в аудиторию с папкой в руках. Перед ним сидела комиссия из трёх преподавателей. — Феликс Ли? — спросила женщина в очках. — Да. — Расскажите о своих работах. Феликс открыл папку. Начал рассказывать. О каждой работе — зачем она, почему именно так, какие техники использовал. Преподаватели слушали внимательно, иногда задавали вопросы. — Почему вы выбрали графический дизайн? — спросил мужчина с бородой. — Потому что я хочу делать вещи, которые будут полезны людям. Плакаты, логотипы, упаковка. Дизайн — это искусство, которое служит. — А что вы думаете о современной типографике? — Я думаю, что она недооценена. Комиссия переглянулась. — Спасибо, — сказала женщина. — Можете идти. — До свидания. Феликс вышел в коридор. Сердце колотилось. В коридоре стояла Йеджи. — Ну как? — спросила она. — Не знаю. — Я тоже. Они помолчали. — Йеджи, — сказал Феликс. — М? — Если мы оба поступим... я буду рад. — Я тоже. Она почти улыбнулась. — Пойдём, — сказала она. — Надо ждать автобус. — Идём. Они вышли на улицу.