Вечное одиночество

      Одиннадцатилетний Аякс считал, что одиночество - удел слабаков, что молча терпят удары судьбы и не готовы сделать что-то для её изменения.       Сейчас Тарталья думает, что одиночество - дело сильных. Слабые бы не справились.       Взгляд наставницы - мёртвый, пронзительный. Алые глаза смотрят прямо в глубь души и находят самые пугающие потёмки. Душа Аякса - светлая и чистая, немного наивная, но от этого хуже не становится. Так считает Скирк, когда Бездна приводит к ней раненого волчонка. Дитя снегов в неизведанных краях... Женщина полагала, что он умрёт, так и не сумев приспособиться к пугающей своей пустотой и невероятной силой Бездне. Но волчонок был не так прост: в его сердце пылали страсть, огонь, что потушить было возможно лишь смертью. Женщина глядела на выдающиеся навыки юного война, и в груди что-то яростно сжималось. Что-то давно забытое. Да, она знала это чувство. Единение с другим человеком.       Чувство, которое она боялась вновь приобрести. И вновь потерять. Легче было, если бы Скирк не чувствовала это снова. Женщина слишком привыкла к своему одиночеству.       Когда Скирк вглядывалась в светлые голубые глаза, она видела в них вызов. Он провоцировал её, желал, чтобы наставница вышла с ним в две руки, чтобы оба её клинка отражали его атаки, поэтому смотрел. Будто под микроскопом рассматривал её душу, хотел снять защитные слои этой старой потрёпанной плёнки. Но женщина держала оборону. Крепко, не позволяя заглянуть глубже, чем она могла ему позволить.       Здесь время течёт иначе. В Бездне всё иначе, не только время, но время было самым нестабильным элементом в этом месте. Аякс пробыл с ней слишком долго: Скирк знает, что ему пора идти. Идти в светлый, наполненный солнцем мир Тейвата, в снежную страну, что хочет сокрушить Небесный Порядок, но маленький волчонок не хочет. Крутит головой, дуется, молчит и игнорирует, поэтому Скирк перестаёт поднимать эту тему.       Мальчик смотрит на неё изучающе. Не понимает, как она могла быть одна столько времени. Наставница молчит. Пронзает алыми глазами, проникая в самую суть, и лишь отпинывает его в сторону.       — Подъём, Аякс, пора начать вновь, — одна рука за спиной, в другой - меч. Мальчик нападет, но она легко отходит в сторону, отражая все его атаки. Она старается быть мягче. Не такой, как Сурталоги. Удары легче, перерывы дольше - так она показывает единственное тепло, которое может.       Душа Скирк - потёмки. Поэтому Тарталья не хочет уходить. Он хочет узнать, увидеть всё, что наставница скрывает. Но она этого не хочет. Поэтому вскоре Аякс вновь оказывается на пороге своего дома с пониманием одной важной вещи.       Скирк боится привязанности, поэтому бежит от него. Но Аякс из упрямых - он найдёт её. Найдёт и покажет ей, насколько стал силён.       Только бы она дождалась.