Пока ты спал

Утро порадовало не только хорошей солнечной погодой, но и тем, что не принесло очередного известия о чьей-либо смерти от лап оборотня. Гарри ещё вчера договорился прийти немного за полдень, чтобы дать Северусу как следует отдохнуть. Они стояли посреди гостиной, и Снейп поправил рукав подбитой мехом зимней мантии. — Ваша пунктуальность, Поттер, не устаёт меня поражать, — бросив быстрый взгляд на Гарри, сказал он. — Надеюсь, вы проверили снаряжение, а не просто притащили себя для визита в Скандинавию в качестве балласта. Отсутствие срочных заказов определённо благотворно на него влияло, и Поттер с лёгким уколом совести подумал, что у Снейпа осталось ещё два дня, а потом снова — котёл, нервы, недосып. Как же хотелось избавить его от всего этого... — Всё проверено, уменьшено и разложено по карманам, профессор, — тепло улыбнулся Гарри, стараясь не выдать, насколько сильно его радует этот отдохнувший вид Северуса. Он протянул зельевару небольшую лакированную деревянную табакерку. Тёмное дерево мягко поблёскивало, отражая льющиеся в окно солнечные лучи. На крышке были вырезаны два голубка, держащие в клювах пышную розу — весьма фривольное и двусмысленное изображение в свете того, как неуловимо изменилось их общение за последние дни. Снейп скептически изогнул бровь, глядя на крошечную вещицу. — Полагаю, Международный отдел решил сэкономить на габаритах. — Пришлось брать то, что давали, — оправдываясь, произнёс Гарри. — Сказали, дерево лучше держит настройку на дикую северную местность. — И из всех деревянных вещей они посчитали, что нам подходит только это, — фыркнул Снейп. — Отдельное спасибо за... декор. Впрочем, мы отвлеклись. У Гарри сердце на миг сделало кульбит от этого «нам», сказанного Северусом. Но он постарался сделать вид, что всё в порядке, с готовностью кивнув Снейпу. Зельевар сделал шаг ближе и протянул руку к лакированной коробочке. Табакерка была настолько мала, что ладонь Гарри невольно оказалась накрыта сверху тёплой, сухой ладонью Снейпа. Твёрдые пальцы зельевара плотно обхватили его собственные. У Гарри перехватило дыхание от этого вынужденного прикосновения. Захотелось остановить это мгновение, чтобы так и стоять, чувствуя эти тепло и близость... Гарри тихо выдохнул и, чуть сжав артефакт, сосредоточился на его магии. — Готовы? Отправление через три... две... одну... Международный порт-ключ сработал в срок, и весенний солнечный Лондон сменился пронизывающим, ослепительно-белым безмолвием финской тайги. Гарри по колено провалился в пушистый хрустящий снег. Вокруг высились исполинские заиндевевшие ели, а воздух был настолько ледяным, что при каждом выдохе изо рта вырывались густые клубы пара. Рядом стоящий Снейп надел утеплённые перчатки и огляделся по сторонам. — Ага! — с явным облегчением выдохнул он. — В этот раз Отдел не подвёл. Видимо, для разнообразия. Поттер, идёмте. И он направился куда-то вглубь леса. Гарри пошёл следом, поминутно проваливаясь в глубокий искрящийся на солнце снег. Вокруг расстилалась бескрайняя, застывшая в зимнем сне тайга. Могучие сосны и вековые ели стояли неподвижно, склонив тяжёлые, укутанные пушистыми белыми шапками ветви к самой земле. Снег здесь был безупречно чистым, нетронутым, и лишь изредка на его искрящейся поверхности виднелись глубокие цепочки следов лесных зверей. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые заиндевевшие кроны, рассыпаясь под ногами миллионами алмазных искр, а над головами звенела пронзительная, хрустальная тишина, какая бывает только на далеком Севере. Очень скоро они приблизились к стоящим в упряжке северным оленям, которые должны были тянуть небольшие узкие, накрытые шкурами сани. Рядом стоял пожилой саамский оленевод-нойда в ярком синем кафтане, расшитом традиционным красным и жёлтым орнаментом. Из-под его меховой шапки выбивались седые пряди, а лицо, покрытое сеткой глубоких морщин, расплылось в добродушной улыбке. Он поднял руку в приветственном жесте и негромко, певуче заговорил на ломаном английском: — Бурес! Приветствую, маги. Олени заждались, путь неблизкий. Успеем до заката, если поторопимся. Сани оказались совсем крошечными, похожими на узкие деревянные лодочки, устланные тёплыми оленьими шкурами. Гарри замялся, оценивая габариты, но Снейп решительно шагнул вперёд и сел первым. Поттеру ничего не оставалось, кроме как опуститься рядом. Им было тесно. Невероятно тесно. Гарри оказался практически зажат между высокой спинкой саней и левым боком Снейпа. Плечо зельевара плотно прижималось к его плечу. Их соприкасающиеся бёдра были накрыты тяжёлым меховым одеялом. Но вопреки тесноте, Гарри чувствовал удивительный, ни с чем не сравнимый уют. Шкуры надёжно защищали от ледяного ветра, а от Снейпа шло ровное, надёжное тепло. Нойда ловко устроился на узком переднем уступе вторых саней, шедших в связке, коротко свистнул, и упряжка легко сорвалась с места. Они очень скоро вылетели из холодного лесного чертога, и перед ними открылась бескрайняя, ослепительно-белая снежная равнина, уходящая к темнеющим на горизонте суровым гранитным скалам. Скорость была приличной, полозья мягко шуршали по насту. Гарри с жадным любопытством оглядывался по сторонам. В какой-то момент, прямо перед бегущими оленями, бесформенный сугроб вдруг ожил. Из пушистого снега с громким, паническим хлопаньем крыльев взлетели две птицы. Они были безупречно белыми, и лишь кончики их хвостов чернели на фоне бледно-голубого чистого неба. — Ох, будто снег ожил! — не удержался Гарри, провожая их взглядом. — Тундряные куропатки, Поттер, — отозвался Снейп, чей голос из-за поднятого воротника мантии звучал глуше обычного. — Зимой они полностью меняют оперение для маскировки. Смотрите, мы приближаемся к границе их обитания. Сани плавно огибали массивный холм, когда Гарри заметил странное движение далеко справа, у самой кромки застывшего леса. Там, среди заснеженных скал, медленно двигались две исполинские, будто грубо вытесанные из серого камня и льда фигуры. Они казались частью ландшафта, если бы не их тяжёлая, монументальная поступь. — А это, Поттер, снежные йотуны, или, как их называют местные саамы — ста́лло, — сказал, наклоняясь к самому уху Гарри, Снейп. — Крайне агрессивны и мстительны. От горячего дыхания и близости мужчины Поттер чуть вздрогнул. Зельевар предпочёл неправильно считать это его движение. — Не беспокойтесь, вступать с ними в бой мы не будем. Они далеко, а бег — не их конёк. Добравшись наконец до конца снежной равнины, почти у самого подножия каменной гряды, они вышли из саней и, поблагодарив, попрощались с улыбчивым проводником. Мужчина развернул упряжку, желая успеха в задуманном ими деле. — Нам нужно к тем скалам, Поттер, — Снейп указал на темнеющие впереди гранитные уступы. — Люмелла бледная растёт на обледенелых камнях, куда не проникает солнечный свет. И запомните: согревающие чары применять нельзя. — Почему? — Гарри поправил воротник куртки, уже чувствуя, как мороз начинает покусывать нос. После вчерашнего осознания он ловил каждый поворот головы Северуса, каждое движение, каждую интонацию. — Потому что Люмелла питается холодом, — ровным, лекторским тоном отозвался Северус. — Любой источник тепла в радиусе трёх ярдов заставит её мгновенно испариться. Растение испускает защитный ледяной пар. Он не просто холодный, он блокирует нервные окончания. Стоит вдохнуть его или коснуться открытой кожей — тело онемеет за считанные секунды. Вы превратитесь в ледяную статую раньше, чем успеете осознать и отпрянуть. Они осторожно поднимались по гранитным уступам, подстраховывая друг друга, практически не ощущая мороза из-за напряжения тел и вынужденной концентрации на указанном Снейпом конечном пункте — глубоком, узком разломе, куда никогда не заглядывало солнце. Гарри было тяжело, но, несмотря на острые камни и нарастающую усталость, он то и дело ловил себя на том, что смотрит на идущего впереди мужчину. В движениях Северуса не было ни капли неуклюжести. Даже в плотной, подбитой мехом мантии он двигался с поразительной, почти хищной точностью. Безошибочно находил опору для ног на обледенелых выступах, его жесты были чёткими и уверенными. В этой безупречной пластике было столько скрытой силы и грации, что у Гарри сладко, щемяще сжималось сердце. Дойдя, они на время остановились, переводя дух. Из расщелины веяло таким потусторонним, пронизывающим холодом, что у Гарри мгновенно зажгло в груди. — Смотрите внимательно, — Снейп опустился чуть ниже к провалу. — Она прозрачна как чистейший хрусталь. Обнаружить её можно только по едва заметному преломлению света и тонким струйкам морозного тумана, которые поднимаются от листьев. Гарри присел рядом. Их плечи, укутанные плотной тканью зимней одежды, соприкоснулись. Поттер затаил дыхание, всматриваясь в указанную точку. Действительно, прямо на ледяном наросте, едва различимый глазом, дрожал призрачный, словно отлитый из чистейшего льда стебель с одиноким, похожим на колокольчик, цветком и листьями. Вокруг него змеился белый, чуть искрящийся пар. — Я пойду, — тихо сказал Гарри. — Моя реакция быстрее. Успею перехватить. — Не спешите, — Снейп жёстко взял его за запястье. Даже несмотря на кожаную перчатку Поттер ощущал, насколько пальцы зельевара были крепкими и властными. — Действуем вместе. Согревающие чары на себя накладывать нельзя, но... мы можем использовать внутреннюю термомагическую синергию. — Это как? — непонимающе моргнул Гарри. Снейп чуть раздраженно вздохнул, но в его глазах проскользнуло что-то, похожее на скрытую неловкость. — Это значит, Поттер, что базовая магическая энергия, циркулирующая между двумя магами при прямом контакте, способна поддерживать внутреннее тепло тела, не создавая внешнего теплового фона. Проще говоря: мне нужно держать вас, пока вы срезаете стебель. Моя магия будет защищать ваши руки от онемения. Прижмитесь ко мне. Максимально плотно. У Гарри внутри словно взорвался маленький фейерверк. Сердце заколотилось где-то в горле, но он послушно шагнул назад, спиной вплотную прижимаясь к груди Снейпа. Северус обвил его левой рукой поперёк груди, крепко фиксируя и удерживая. Гарри почувствовал, как чужая, мощная магия мягкой волной хлынула через это объятие, окутывая его не обжигающим, но приятным теплом. Холод расщелины тут же отступил. Снейп положил подбородок на плечо Гарри, его горячее дыхание коснулось шеи аврора, отчего у того по коже побежали мурашки. — Вытягивайте руки, Поттер. Медленно. У вас ровно тридцать секунд, пока моя защита держит барьер против пара, — тихо, прямо в ухо прошептал Снейп. Гарри спиной ощущал, как быстро бьётся сердце Северуса. Поттер вытянул руки, сжимая в пальцах серебряный скальпель, который Снейп выдал ему перед аппарацией, и шагнул немного вперёд, увлекая зельевара за собой. Белый ледяной пар Люмеллы мгновенно окутал кисти. Гарри почувствовал, как пальцы начинает покалывать, они стали тяжелеть, но магия Северуса, пульсирующая в его теле, упрямо выталкивала онемение. — Ещё чуть-чуть, — выдохнул Гарри. Он осторожно подвёл лезвие под прозрачное основание. Снейп сзади дышал тяжело, удерживая их обоих на весу над скользким обрывом, его рука на груди Гарри сжалась ещё крепче, почти до боли, передавая колоссальное напряжение. Дзынь! Прозрачный цветок мягко отделился ото льда. Гарри мгновенно вытащил зачарованный флакон, и Люмелла плавно соскользнула внутрь. Капсула тут же покрылась инеем. — Есть! Назад! — скомандовал Гарри. Снейп резко потянул его на себя, выдергивая из ледяного облака. Из-за инерции они оба не удержались на холодных камнях и сорвались, упав в глубокий сугроб. Гарри оказался на Снейпе, упираясь ладонями в его плечи. Флакон с драгоценным растением был надёжно зажат в руке. Чёрные волосы Северуса рассыпались по ослепительно-белому снегу, а на бледных щеках горел непривычный румянец. Он тяжело дышал, глядя на Гарри снизу вверх распахнутыми тёмными глазами. Пар от их дыхания смешивался в воздухе, и Гарри замер, заворожённый этой близостью. Всё его существо кричало о том, как сильно его тянет к этому человеку. Он медленно, бессознательно опустил взгляд на губы Снейпа. Снейп не шевелился. Он не пытался сбросить Гарри, его ладони так и остались лежать на талии Поттера, чуть сжимая плотную ткань куртки. — Поттер... — тихо и чуть хрипло произнёс Северус. Это не было предупреждением или предостережением. Это звучало как капитуляция. Гарри медленно склонил голову, сокращая последние дюймы между ними... Но в этот момент резкий порыв ветра швырнул им в лица снег. Оба невольно отпрянули и посмотрели друг на друга, приходя в себя. — Гарри, нам пора. Начинается метель, — с едва скрытым разочарованием произнёс Северус и начал подниматься, мягко отталкивая Поттера. Гарри сдержал вздох по неслучившемуся, встал первым, помог Снейпу, и они сжали между ладоней табакерку. А вокруг набирала силу финская непогода. Через мгновение они с глухим стуком упали на ковёр гостиной в Тупике Прядильщиков. Снейп мгновенно поднялся на ноги, тяжело дыша, снимая перчатки и поправляя одежду. Лицо его снова превратилось в непроницаемую маску, хотя пальцы, когда он забирал у Гарри флакон с Люмеллой, заметно дрожали. — Отлично, Поттер. Второй ингредиент у нас. Идите... отдыхайте. Мне нужно подготовить основу для модификации. Гарри поднялся со своего места, чувствуя, как внутри всё буквально горит от нереализованного, сумасшедшего влечения. Он понимал: Снейп тоже это почувствовал. Отрицать это больше было невозможно. — До завтра, Северус, — тихо сказал Гарри, глядя ему прямо в глаза. Снейп лишь коротко кивнул и быстро скрылся за дверью лаборатории.