Анатомия снегопада

Жертва очнулась на маленькой кровати в глубокой нише просторного зала, окружённая множеством мягких подушек. Только пленник хотел сорваться на крик, как в комнату бесшумно вошёл высокий юноша — на вид лет двадцати. В руках он держал изящную бутылку из-под Алкермеса.«Он пьян?» — промелькнуло в голове у пленника.Но палач будто услышал этот немой вопрос и мягко, со спокойной улыбкой ответил:— Привет, милый. Сильно устал? Меня зовут Юки. Не волнуйся, я не пью. В этой бутылке я храню глицерин — это смазка для суставов и глазок моих куколок. Отдыхай. Совсем скоро ты уснёшь, словно на начальном, плавном темпе чардаша.Голос Юки лился мягко, гипнотически, напоминая материнскую колыбельную.Юноша присел на край постели и поднял с пола небольшой медицинский чемоданчик. Извлек шприцы и две ампулы. В одной — густой белый пропофол, в другой — прозрачный миорелаксант.— У тебя липофрения, верно? — Юки сочувственно наклонил голову. — Это давит на душу, словно вечная, серая рутина, я знаю. Я хочу избавить тебя от этого. Чтобы ты больше никогда не плакал.Юки затянул жгут на предплечье будущей куколки, а затем перехватил его ладонь. Кожа Юки была пугающе холодной. Словно в кенотафе.— Смотри, сейчас сделаем с тобой пару уколов, это совсем не больно. Если страшно — можешь просто закрыть глазки...Юки поправил свой изящный жюстокор и тихонько, по-детски хихикнул. Жертва зажмурилась от ужаса, уводя руки за спину.— Если хочешь, я могу показать тебе пару экземпляров, — умиротворенно предложил Юки. Он поднялся и подошел к огромному шкафу-купе, украшенному строгим геральдическим узором.Отодвинув створку, он нежно погладил по голени — прямо над большеберцовой костью — одну из своих кукол. Это был рыжеволосый юноша лет девятнадцати. Его глаза не двигались. Словно глубокая, застывшая мозаика из смальты, они неотрывно смотрели в одну точку. Юки обмакнул ватную палочку в глицерин из бутылки и стал осторожно освежать протезы, возвращая им живой, влажный блеск.Внутри шкаф был укутан в уютные пледы и обложен теплыми грелками. Куклы сидели рядышком, плечом к плечу. Юки восхищённо вздохнул, оглядывая свою коллекцию.— Прекрасны, будто античные статуи. Со мной им больше никогда не будет больно, — он медленно обернулся к кровати. — И тебе скоро тоже.