Где я?

Голос Пьеро был испуганным, хотя я понимаю почему. — Пожалуйста, моя леди, доверься мне. Он откуда‑то достал маску и надел её. Он взял своими руками моё лицо, а его лоб коснулся моего. — Я даю тебе слово, что я вернусь. Если ты хочешь, чтобы я отпустил тебя, я это сделаю. Но, пожалуйста, подожди минуту. Если кто‑нибудь войдёт, ничего не говори, не дыши слишком тяжело, притворись, что ты всего лишь кукла. Ты будешь в безопасности, хорошо? Не двигайся. Взяв верёвку, он начал меня связывать, но узлы — хотя это узлами сложно назвать — были очень слабыми. Когда он ушёл, я не сдвинулась ни на миллиметр. «Бля, бля, бля… Пиздец, мне жопа, сука, и не съебаться по-быстрому — нога на цепи. А этот пидр придёт… Бля, я в ловушке. Хоть иди вешайся». Я услышала тихие, но приближающиеся шаги. «Бля, кто‑нибудь, помоги‑и‑и‑ите!» Из‑за угла появилась тень. — Хмммм? «Всё, мне пизда». — Ну‑ну‑ну, что у нас тут? «Не говори, просто уйди». — Я знал, что он что‑то скрывает, но это гораздо веселее, чем я думал. Он начал подходить ко мне. «Уйди отсюда, брысь, кыш!» — Должно быть, мне сегодня по‑настоящему повезло! Привязанная к кровати в месте, где тебя не должно быть. Он забирался на кровать и начал приближаться ко мне. «…Это пиздец…» — Он предупредил тебя, не так ли? Кхм‑кхм. Это зелёное чмо достал ёбаный нож и облизывает его. «Ты пидарас ебаный, охота ему в ебало плюнуть». — Если ты закричишь, то тебе будет по‑настоящему плохо. «Да ничего хуже этого быть не может». — Думаю, он всё ещё сладкий на вкус. Тебя уже трясёт? Хм, я мог бы потом показать больше. Да, я дрожу — только не от страха или предвкушения, а от злости. «Показать больше? Фу, блять». — А теперь главный вопрос заключается в следующем: что мне с тобой делать? Ах, это слишком сложный выбор. … — А, ты перекидываешься куклой. Сколько он тебе всего рассказал? Мне очень интересно. Но ты не обманешь меня: твоё тело слишком напряжено, твои руки дрожат. Он прижал моё тело к матрасу. Он впивается зубами в шею. «Бляяяяя, фу! Надо было кричать, надо было кричать! Молитвы не помогут???» — Я знаю, что ты там. Я чувствую, как что‑то тёплое и скользкое проводит по месту укуса. — Ну и ну, какое сопротивление. Я впечатлён. «А не поздно ли его отпиздить? Хотя кто кого отпиздит… Я же сдохну, если это продолжится». Холодное лезвие коснулось шеи и скользнуло до груди — но не режет. — Ты так хорошо справляешься, не дрожишь. Но твоя кожа тебя предаёт: твои маленькие мурашки — это от ледяного поцелуя клинка? Или дело в том, что ты полностью под моим контролем? Нет выхода… И нет глаз твоего верного сторожевого пса, следящего за тобой. Всё ещё молчишь? Ох, эта игра очень сильно заводит. «…Это полный пиздец…» Я не переживу больше мучений. — Умоляю, оставь меня. Мне кажется, или маска заглушает мой голос? — «Умоляю»? У тебя такой милый голос. «Просто съебись». Он наклоняется и шепчет: — Но позволь мне напомнить тебе: я не был тем, кто связывал тебя. Я просто здесь, потому что кто‑то другой оставил тебя здесь в полном одиночестве перед хищником. Он открыл мои кандалы. «Да, свобода‑а‑а! Мои молитвы услышаны!» — Вот будет его выражение лица, когда он узнает. Беги, котёнок. «Какой я тебе котёнок?» Встав, я выбежала из шатра. Шея болит. Я уже забыла, что меня ждёт, если я не закричу. Продолжив идти, я начала осматриваться. И вдруг я в кого‑то врезалась. Подняв взгляд, я увидела девушку с волнистыми коричневыми волосами. Глаза тоже коричневые. «Чёрт, это Керрол!» — Не пропусти аттракци Закрыв ей рот рукой — билетёр может услышать: — Тихо. Я наклонилась, чтобы поднять маску. Взяв в руки маску, я посмотрела в глаза Керрол. В них были фиолетовые ромбы. «Ёбаный рот, да я по уши в дерьме». Взяв Керрол за руку, я направилась подальше от места, где мог находиться билетёр. Она, на удивление, не сопротивлялась. Зайдя за угол какого‑то шатра, я схватила её за плечи и начала трясти. Реакции — ноль. Бить её не хотелось, но вмазать пощёчину надо. Замахнувшись на неё, я дала ей пощёчину. Но она в таком же трансе. — Чёрт, ну же! Ты мне должна помочь, чтобы этот цирк вылетел отсюда — в тюрьму. Ну все, кроме Пьерошки, конечно. — Керрол, чёрт тебя бы побрал! Мне одной не поверят, особенно без доказательств.