В поиске счастья

      Проснувшись, Намджун наблюдал за мирно спящим омегой. Им предстоит серьезный разговор. Причина которого не в том, что от него что-то скрывали, а в том, что ему не доверяли. Он мог стерпеть все, что угодно. Да что там греха таить, омега вертел им, как хотел, но вчера Намджун ужаснулся, осознав, что ему не доверяют всецело.       Заметив, как домоправитель и Джин шушукаются по углам и обрывают разговор, стоит ему появиться в поле зрения, альфа заподозрил что-то неладное. Зная историю с побегом Уёна, догадаться, что дело касается Сухана, было несложно. Намджун до последнего ждал, что его посвятят в планы, но вот он уже на полпути до офиса в полной неизвестности о планах омег.       Бросив секретарю, чтобы его не беспокоили без важного повода, Намджун заперся в кабинете, открыв прямую трансляцию домашних камер наблюдения, поставленных после попытки опоить Джина. Альфа лично установил эти камеры практически по всему дому в тайне от всех. Знали ли об их существовании остальные домочадцы, он не знал, так как эта тема не поднималась. Да и плевать, главное, что сейчас они работают исправно.       Увидев таки Сухана на пороге своего дома, Намджун сжал в руке карандаш так, что тот практически раскрошился, впиваясь острыми занозами в ладонь. Из последних сил он держался, чтобы не сорваться домой, его инстинкты вопили что его пара в опасности, несмотря на отсутствие видимых поползновений со стороны незваного «гостя». С рыком он вцепился в ручки кресла, не ощущая боли от заноз, удерживая себя на месте. Ярость застилала глаза красной пеленой, но он понимал, если рванет сейчас домой, Сухана, скорее всего, он уже не застанет, и выплеснет весь свой гнев на Джина, потеряв последние крупицы доверия.       Но уже через несколько минут, наблюдая, как холодно и уверенно держится Сокджин, он немного успокоился, его всегда поражала способность омеги держать себя в руках. Показывая собеседнику лишь то, что нужно, а не то, что он испытывал на самом деле.       Когда за Хо Суханом закрылась дверь, Намджун наконец смог спокойно выдохнуть. Откинувшись на спинку кресла, альфа с силой зажмурился до черных мошек перед глазами и помассировал переносицу. С этим омегой нужно что-то делать. Устраивать сцены ревности и закатывать скандал, как бы ему этого не хотелось, не в его стиле. Здесь нужно действовать по другому. Открыв глаза, Намджун выдвинул верхний ящик стола. Оттуда на него смотрел крупный, каплевидный сапфир, окружённый венком более мелких сапфиров и бриллиантов, оправленный в белое золото. Обручальное кольцо альфа приметил сразу, как вошёл в ювелирный салон, оно будто подмигивало ему с витрины, и сколько бы он не рассматривал предложенные консультантом варианты, его взгляд снова и снова возвращался к нему. Приобретя его, Намджуну казалось что это не он, а кольцо выбрало его.       Два дня назад альфа любуясь игрой лучей в драгоценных камнях, уронил открытую коробочку, отломив крышечку. Поэтому сегодня предложение он сделает, придерживаясь всех требований Джина, но на своих условиях, так, чтобы на эту пострадавшую коробочку никто и внимания не обратил. Конечно, можно заехать в салон и купить новую, но Намджуну не хотелось тратить на это время.       Протянув руку к драгоценности, альфа заметил кровь на пальцах, ощутив наконец боль, рассмотрев поврежденную ладонь. Нажав на селектор, он потребовал у секретаря аптечку.       В данную секунду ревность полностью отпустила альфу, сейчас ему хотелось лишь покрывать лицо любимого нежными поцелуями-бабочками, пока тот не откроет свои прекрасные глаза. И кто он такой, чтобы отказывать себе в своих желаниях.       — М-м-м, — протянул Джин и, не открывая глаз, обнял Намджуна, наслаждаясь лаской. — Доброе утро, любимый.       — Доброе, прелесть моя, — нависая над омегой, проворковал альфа. — Как спалось?       — Сладко, сладко, — расплылся в улыбке Джин, но, внезапно, вспомнив вчерашний вечер, распахнул глаза, уставившись на руку. Кольцо на пальце, значит, и выговор не за горами. — Я сейчас быстро приму душ, и мы обсудим мой вчерашний проступок, — с серьёзностью в голосе выпалил омега, порываясь встать.       — Джин, это не проступок, — Намджун удержал его на месте. — Ты поступил так, как считал нужным, и я не в праве судить правильное или неправильное ты принял решение. Я не хочу и не буду навязывать тебе свое мнение, что бы ты обо мне не думал. Я поддержу тебя в любом случае, даже если мне что-то не нравится, и прошу взамен лишь довериться. Я не злюсь на тебя, — произнес альфа, глядя Джину в глаза. — Клянусь, я никогда не буду навязывать тебе свое мнение или пытаться как-то влиять на твое. Ты взрослый человек, способный сам принимать решения. Давай договоримся здесь и сейчас, приняв решение, ты ставишь меня в известность, а я принимаю его безоговорочно. Договорились?       Под впечатлением от слов альфы, Джин смог лишь кивнуть, счастливо улыбаясь.       — А теперь в душ, — подскочив с постели, альфа закинул пискнувшего омегу на плечо и под его хохот понес в ванную.