The past of this superpower?

Брови Владимира взлетели вверх от удивления от неожиданных слёз Алекса. Он постарался сменить тему. – Пожелал тебе смерти. Что ж, это принято, – он не выразил сомнений в этом, потому что не стал бы Алекс врать о таком. Но всё же не казался Альфред таким человеком. – При каких обстоятельствах это могло случиться вообще? – Нуу... – Алекс, не забывая через каждую минуту стирать с глаз слёзы, начал рассказывать.

***

Британские солдаты разграбили очередное коренное племя... У индейцев с их примитивным оружием не было и шанса против винтовок. Повсюду крики, боль, страх и слёзы. Воплощение великой империи, держащей под контролем четверть всей суши и половину всех морей, было здесь же. Альфред брезгливо отмахивался от каких-то местных комаров и постоянно стряхивал с камзола несуществующую пыль. Он с отвращением на лице перешагивал через трупы убитых индейцев, как будто вообще не видел в них беззащитных, буквально ни за что истреблённых людей. Для него они были лишь препятствием на пути для очередного усиления его великой страны. Рядом с ещё дышащей, но раненой и уже умирающей молодой женщиной, которая, похоже, была воплощением местных племён (а эти племена, надо отдать должное, уже были на этапе зарождения государства!), сидел мальчик – совсем юный, лет 14 на вид. Он не заслуживал видеть такую ужасную смерть своего племени, но, в конце концов, кого волнует всего одна сломанная жизнь, когда здесь так много территории для колонизации! Мальчишка плакал навзрыд, громко и искренне; в отличие от других, он даже не пытался убежать от солдат. Он то хватал женщину за руки, то падал грудью на землю рядом с ней, то снова вставал, и постоянно что-то ей говорил на своём языке. Судя по всему, это была его мать или сестра, или подруга... Ну, наверное, всё же не бабушка. Хотя, какая вообще разница, если она уже почти мертва?! Один из офицеров из "свиты" Альфреда набрался смелости и попытался обратить внимание своего короля на этого мальчика. Он и сам прошёл бы мимо ребенка, если бы не заметил его красоту. Даже сейчас, будучи неловким и несформированным подростком, маленький индеец поражал своей внешностью. Среди коренных жителей встречались и самые необычные черты, – такие "лучшие экземпляры" просто ловили и отправляли в Европу, делая из них экспонат на потеху публике, – однако это... Это создание было послано им с небес! Длинные светлые волосы свободно спадали на плечи, подчёркивая красоту мраморно-белой кожи, столь несвойственной индейцам; он плакал на грани с мироточением иконы – по щекам катились крупные прозрачные слёзы, но миловидное личико не было ими искривлено; его глаза были глубокого синего цвета, и почему-то именно они смотрели пусто, безэмоционально, несмотря на состояние владельца. – Ваше величество, этот ребёнок... – робко начал офицер. Альфред, раздражённый отвлечением, обернулся, но как только он тоже заметил мальчишку, раздражение пропало и сменилось некоторым удивлением. Он перекрестился, будто боялся, что это дьявол во плоти, но мальчик не испугался крестного знамения и вообще не обратил на него внимания, что опровергло догадку. – Божественное дитя, – пробормотал Альфред и сделал несколько шагов. Он шёл почти неуверенно, сам себе удивляясь, а после присел рядом с ребёнком. – Ты понимаешь меня? – серьезно, но с оттенком мягкости в голосе, спросил он. Мальчик смотрел на него испуганным взглядом и молчал. Нет, он не понимал. – Ладно же, это не так важно, – Альфред слегка поджал губы. – Важно, что я могу сделать тебя ещё лучше, малыш. Я могу исправить все твои недостатки. Я могу исправить тебя. Его голос звучал сейчас необычно мягко, чтобы не спугнуть этого ангелочка и не настроить его против себя ещё до того, как тот станет понимать его. – Ты будешь Александр. Слышишь? Александр Миллер. Это твоё новое имя, – продолжил Альфред, а потом, слегка раздражённый отсутствием хоть какого-нибудь ответа или, на крайний случай, реакции, обернулся к одному из сопровождавших его офицеров: – Возьмите его с нами, – немного подумав, он добавил: – Делайте, что угодно, но по прибытии он должен знать данное ему мной имя. Офицер сдержанно поклонился, довольно грубо схватил Александра под руку и утащил в сторону места, где пришвартовались британские корабли, не обращая внимания на его слёзы, страх и бесполезные попытки вырваться. Альфред встал и, довольный своим новым приобретением, вдохнул воздух полной грудью. – Божественный дар! – пробормотал он себе под нос. – И такое чудо всё это время было с этими варварами. Ах, какое упущение. Мне предстоит большая работа по перевоспитанию этого мальчика и превращению его в человека.

***

– Так... А ты что сказал ему? – уточнил Владимир. В рассказе Алекса Альфред действительно представал ужасным человеком. Однако не хотелось делать британца главным злом, даже не узнав его сторону хотя бы косвенно. Уж точно Алекс бы не остался в долгу, уж точно он бы что-то колкое ответил. – Что я сказал? – Алекс убрал с лица прядь волос, фыркнул и даже перестал реветь. – Да какая разница, что я сказал! Он мне пожелал смерти! – И всё же, – мягко настоял на своём Владимир. – Он прошлое затронул, так и я тоже. Я что, хуже, что ли? – начал Алекс. Он уже и позабыл о том, что полминуты назад плакал. Ему явно не нравилось, что его собеседник не бросился сразу его жалеть.