Жеода

Рон думал, что не доживет до начала Пасхальных каникул. На всех учеников, в том числе и на него, перед отдыхом навалилось столько домашки, что в коридорах порой можно было заметить перекати-поле — все попрятались по своим «норам» и старались успеть сделать как можно больше конспектов, закрыть все долги. Даже Гарри, который обычно относился ко многим предметам, как истинный раздолбай, вместе со всеми взялся за ум и терпеливо корпел над толстыми фолиантами. Как Уизли и предполагал, случившееся в Запретном лесу ему особо никто и не припоминал. В первые дни он сначала слышал шепотки вокруг себя, когда шел по коридорам Хогвартса, а потом всем стало все равно. Малфой, которого Грейнджер умудрилась тогда отправить в магпункт, после выздоровления тоже как-то притих и ни разу на совместных занятиях не пошутил какую-нибудь шутку на тему того, что Уизли стал мальчиком на побегушках у Гермионы. Перед каникулами Рон долго думал, что ему лучше всего будет сделать: отправиться к Гермионе или в Нору, чтобы там запереться в бывшей комнате Перси и спокойно заниматься. В итоге он подумал и все же решил отправиться к Грейнджер. Они не виделись уже почти две недели, поэтому Рон даже успел соскучиться по ее шуточкам и странностям. О своем существовании девушка напоминала ему немногочисленными весточками, которые отправляла Уизли вместе со своей совой — Синистером. Его пронзительные и чересчур умные для птицы желтые глаза всегда сверлили парня насквозь, когда он забирал записку. Впрочем, Рон быстро сумел найти подход к этому летающему кошмару, пару раз погладив его. После этого Синистер всегда тыкался головой ему в руку и просил еще больше ласки. Метка его давно не беспокоила. Настолько, что Уизли уже забыл о ее существовании. Его даже немного удивляло, что Грейнджер не хотела его видеть. Точнее хотела, но не настолько, чтобы «звать» Рона к себе. Впрочем, может она решила все-таки дать ему возможность действовать самостоятельно, не опираясь только на собственные желания. А это для Уизли уже было большим положительным сигналом и говорило о том, что он для нее — не просто развлечение или послушная собачка. Естественно, о своем решении уехать на каникулы к Гермионе Уизли сообщил только Гарри. — Только не забудь прихватить с собой Противозачаточное зелье, — подсказал он, из-за чего Рон едва не подавился тыквенным соком. — Если не хочешь стать отцом к восемнадцати годам. — Да я вообще не это имел в виду! — Конечно, конечно, — рассмеялся Гарри. — Провести столько дней с привлекательной ведьмой, которой ты небезразличен, и вообще ничего не сделать… Надо быть полнейшим идиотом. Рон закатил глаза, но все же мысленно согласился с Гарри. Их последнее «хулиганство» с Грейнджер он порой по-прежнему вспоминал перед сном и был не против повторить его. Или сделать что-то большее… Если, конечно, сама Грейнджер была бы не против. Со своей упрямой сестрой, которая бросала в его сторону неодобрительные взгляды, он до сих пор находился в ссоре и не мог сейчас пойти и просто «обрадовать» ее, а Невиллу он просто не видел смысла рассказывать про желание отправиться к Грейнджер на каникулах. Уизли как-то попробовал поделиться с Луной своими планами, когда она поинтересовалась, как там поживает его метка. Однако стоило ему начать говорить про Гермиону, как когтевранка подняла руку, прервав его, и мягко улыбнулась. — Все в порядке, Рон. О своих будущих романтических похождениях мне можно и не рассказывать — я все вижу по твоему лицу. Если ты меня даже немного стесняешься, то не стоит. — Да не планирую я никакие романтические похождения, — буркнул Уизли, густо покраснев. Лавгуд пристально посмотрела на него, и Рон почувствовал, что среди них двоих полоумный здесь только он, а не она.

***

Когда первый день Пасхальных каникул все же наступил, Рон быстро собрал свои немногочисленные пожитки и достал из кармана заветную коробку с портключом. Он пару раз уже пользовался подобным способом перемещения, но в те разы с ним был кто-нибудь из взрослых. Сейчас же ему предстояло самому переместиться в очень далекое от Хогвартса место, поэтому Уизли немного нервничал. Гарри в комнате уже не было — он отправился с Джинни развлекаться в Хогсмид и поедать на спор мармеладных червяков, поэтому Рон мог спокойно посидеть и морально подготовиться к путешествию. Когда Уизли все же решил, что больше медлить он не может, то вынул из коробки портключ и сжал его в руке. В этот момент парня тут же дернуло куда-то вперед. Рон недовольно сморщился и закрыл глаза. Перемещения с использованием портключа всегда были неприятными для многих, в том числе и для него, и очень часто обеспечивали «острые ощущения» желудку. Когда его буквально выплюнуло на территорию заднего двора со всеми вещами, Уизли тут же встал на четвереньки и глубоко задышал, усиленно борясь с подступающей тошнотой. Да уж… Портключ, конечно, вещь удобная, но такая неприятная… После того, как ему полегчало, Уизли смог взять себя в руки и подняться на ноги. Рон тут же увидел перед собой стену уже знакомого домика, принадлежащего Грейнджер. Обойдя его и оказавшись на пороге, Уизли громко постучал во входную дверь. Хоть Гермиона и сказала, что он может в любой момент заявиться к ней, Рон все же не смог пересилить себя и нагло вломиться в дом, как в свой собственный. Пока Уизли пялился на какой-то оберег из перьев, висящий прямо под крыльцом, который он в прошлый раз не заметил, Грейнджер открыла дверь и показалась перед ним на пороге в знакомого кроя сорочке. Правда, в этот раз она была не белого, а красного цвета, благодаря чему очень шла ей. Гермиона показалась Рону слишком взбудораженной и бешеной — ее кудрявые волосы торчали во все стороны, а взгляд был такой, как будто она сейчас на него набросится и убьет. Через мгновение Грейнджер будто поняла, кто перед ней стоит на самом деле. Ее взгляд стал более мягким, а она сама расслабилась и оперлась плечом о косяк. — Я вроде бы предупреждал, что прибуду, — сказал Рон, оправдываясь. Он почувствовал себя так, будто бы оторвал ее от какого-то важного дела. — Я помню, Уизли, — улыбнулась Гермиона. — Соскучилась по мне? — пошутил он. — Да, — сказала Грейнджер и, видимо, на полном серьезе. — А ты? — В Хогвартсе мне тебя не хватало, — честно признался Рон. — Что ж… У нас еще будет время, чтобы наверстать упущенное время. Проходи. Рон покорно шагнул через порог.

***

— Чем ты тут занимаешься? — спросил Рон, заходя в небольшую гостиную. Он уже разложил все свои вещи, которые заняли не так много места, как парень ожидал, и готов был начать беседу с Гермионой. Честно говоря, Рон был очень рад ее видеть. И действительно скучал без нее. Когда он встречался с Лавандой, то не испытывал подобного чувства. Наверное, потому что Браун все время так и норовила «случайно» столкнуться с ним в коридоре и заключить его в свои удушающие объятия. Рон был тактильным до мозга костей и поначалу охотно отвечал девушке взаимностью, но со временем Лаванды стало ТАК много, что его уже начало тошнить от многочисленных поцелуев и касаний. — Учусь, — ответила Гермиона, удобно расположившись на ковре в окружении книг. — Надо подтянуть кое-что по Зельеварению, иначе Снейп превратит меня в котел. — Похоже, что он единственный волшебник, которого ты боишься, да? — спросил Рон, усаживаясь напротив нее. — Я никого не боюсь, — пылко ответила Грейнджер, подняв свои глаза на Уизли. — Ладно, ладно. Верю. Гермиона еще пару секунд внимательно посмотрела на него, а потом снова уткнулась в толстую книгу в потрепанной обложке. Названия у нее не было, поэтому Уизли мог только догадываться, какое чтиво так увлекает Гермиону. Честно говоря, Рон ожидал, что его будет ждать более теплое приветствие. Неожиданно для себя он понял, что хотел бы получить от нее хотя бы одно объятие или один поцелуй в щеку — все-таки они не виделись две недели. Парень уже было хотел выдать какую-нибудь шутку по этому поводу или просто сказать обо всем напрямую, но Гермиона внезапно опередила его. — Хочешь поцелуй? — спросила она, выглядывая из-за книги так, чтобы было видно только одни ее хитрые карие глаза. — Да, — сказал Рон и тут же постарался к ней придвинуться, но Грейнджер вытянула свою ногу и уперлась ею ему в грудь. — Эй! — А ты думал, что все будет так просто? — произнесла она, наклонив голову и улыбнувшись. — Раньше мы целовались без каких-либо правил! — недовольно буркнул Рон. — Мой дом — мои правила, — ответила Гермиона, приподнимая край его свитера кончиком большого пальца. Уизли внезапно схватил ее за ногу и рывком придвинул к себе. Грейнджер, проехавшись по пушистому ковру, громко айкнула, а потом громко засмеялась. Ее не смутила даже задравшаяся сорочка, которая обнажила стройные ноги с небольшими зажившими царапинами то тут, то там, и простое нижнее белье бежевого цвета. Рон, оказавшись зажатым между двумя ее ногами, наклонился над Гермионой. — Какая пикантная поза, — прокомментировала она и облизнула нижнюю губу. — Специально так сделал? — А ты как думаешь? — спросил Рон и поцеловал ее в губы. Грейнджер тут же ответила на поцелуй, жадно сталкиваясь своим языком с его. «Неужели было так трудно сказать, что ты этого хочешь? И не надоело ей самой играть в эти игры?» — подумал Рон, наматывая на палец длинный кудрявый локон и полностью отдаваясь знакомым ощущениям, приятному запаху, исходящему от девушки. «С другой стороны, Гермиона тогда перестанет быть Гермионой», — пронеслось в голове у Уизли, когда она резко потянула его на себя. Рон не выдержал и едва не рухнул на нее. Хорошо, что вовремя сообразил помочь себе удержаться локтем. Губы при всем этом они так и не разомкнули. Через мгновение Рон почувствовал, как пальцы Гермионы потихоньку пробираются под его свитер, слегка царапая ребра. Он хотел было тоже скользнуть своей рукой ей под сорочку, но тут его живот слишком громко заурчал. Грейнджер тут же отстранилась от него и громко захохотала во весь голос. Рон стушевался и покраснел. — Похоже, что нужно сперва тебя покормить, — сказала она. — Неужели в Хогвартсе закончилась еда, и вы теперь питаетесь только знаниями? — Нет. Просто я завтракал уже довольно давно. — Тебя устроят бутерброды и вчерашний суп? — Вполне, — ответил Рон, пытаясь принять невозмутимый вид. Гермиона ушла на кухню, перешагнув через разбросанные по полу книги. Уизли остался лежать на ковре, слушая, как она включает воду, открывает холодильник и достает разделочную доску. Через пару минут ему захотелось помочь ей с приготовлением обеда, поэтому он тоже встал на ноги, сделал шаг и едва не наступил на старый пергамент. Рон чертыхнулся, убирая его ближе к большому креслу от греха подальше, но внезапно глазами наткнулся на странные надписи на непонятном ему языке. Неужели Грейнджер увлекается еще и расшифровкой древних текстов? В таком случае, она вообще когда-нибудь отдыхает от учебы? — Заинтересовался? — донесся до него голос Гермионы, которая, оказывается, незаметно проскользнула обратно в гостиную, пока он тут пытался прочитать странные надписи. — Немного, — честно признался Рон. — Не бойся. Эти пергаменты и книги не о том как захватить мир. — Правда? А я думал, что тебя подобное интересует. Да и не только я, если честно. — Нет. Управлять магическим миром у меня нет совершенно никакого желания, — ответила Гермиона. — Это скучно, муторно и сложно. — Тогда зачем тебе все это? — Я очень любопытна, — уклончиво ответила Гермиона. — Мне нравится каждый раз узнавать что-то новое. Для меня это как наркотик. — Наркотик? — недоуменно переспросил Рон. — А, точно. Ты же не особо разбираешься в магловских словечках. Короче говоря — зависимость. Без постоянного потока информации я уже жить не могу. — Невозможно же запомнить столько всего, — сказал Рон, который порой забывал все уже сразу после занятия. — Возможно, если ты приучена к этому с детства, — возразила Гермиона. — Твои мозги действительно уникальны, — покачал головой Уизли. — Никогда не хотела стать подопытным кроликом для колдомедиков? Я уверен, что с твоей помощью они бы сделали прорыв. — Я предпочитаю не помогать другим с получением знаний. Я же не гриффиндорец. Пойдем обедать, если ты не перехотел. Рон отложил пергамент в сторону и послушно поплелся за Гермионой, где на кухне на столе его уже ждали бутерброды, суп и…домашний пирог. — Сама приготовила? — спросил Уизли, приземляясь на ближайший стул. — Нет. Купила, — ответила Грейнджер, усаживаясь напротив него. — Готовка создана не для меня. — А я вот научился готовить у мамы. Раньше мы, например, с ней часто вместе пекли пироги. — Интересно… Приготовишь мне что-нибудь? — спросила Гермиона, с любопытством посмотрев на него. — Твои бутерброды в прошлый раз я уже оценила. Может, сделаешь что-то еще? — Почему бы и нет, — пожал плечами Рон. Его навыки готовки с детства никуда не исчезли. В Норе он по-прежнему часто помогал Молли вместе с Джинни с приготовлением еды для всей семьи. Вспомнив о сестре, Уизли тут же нахмурился. — Что случилось? — спросила его Гермиона, наливая себе чай. — Ничего. После своего ответа Рон почувствовал, как его метка на шее внезапно начала пульсировать. — Эй! — воскликнул он и недовольно посмотрел на Гермиону. — Я хочу, чтобы ты рассказал мне, — сказала она таким тоном, как будто бы это все объясняло. — Я же делюсь с тобой своими мыслями. Уизли вздохнул. — Я поругался с сестрой, ясно? — сказал он, и влияние метки тут же исчезло. — Почему? — Потому что она не хотела, чтобы я продолжал с тобой встр…общаться. Я сказал, что буду делать все, что захочу. И не буду плясать под чью-то дудку. Джинни просто…иногда строит из себя слишком взрослую, совершенно забывая, что она на целый год меня младше, и совершенно не понимая, что я на самом деле чувствую. Гермиона ничего не сказала, а просто уткнулась в кружку, но по ее лицу было заметно, что она очень даже польщена, что Рон, по сути, сделал выбор в ее пользу. Хитрую улыбку, которую Грейнджер пыталась так тщательно спрятать, можно было увидеть за километр. — Из-за этого Джинни теперь не особо горит желанием общаться со мной, — закончил Рон. — Я думаю, что она постепенно отойдет, — попыталась обнадежить его Гермиона. — Не знаю. Джинни довольно упрямая. — Все упрямцы рано или поздно сдаются. Это лишь вопрос времени. Рон пожал плечами, демонстрируя, что не особо то и верит этому утверждению. Хотя… Он то ведь тоже до недавнего времени был жутким упрямцем. — Давай я сделаю нам салат, — предложил Уизли, немного подумав. — Начну с самого простого. Гермиона показала рукой на холодильник. — Все мои продукты в твоем распоряжении, — сказала она. — Кстати, ты покупаешь их здесь или… — начал было Рон, поднимаясь из-за стола. — Телепортирую с собой. Магловские магазины мне все равно не особо нравятся. — Но ты же иногда в них ходишь, верно? — Да. — Может быть, нам не стоило тогда так нагло вламываться в тот магазин? Получается, что он находится неподалеку от твоего дома. Мало ли продавец тебя узнает. — Косметические чары с легкостью исправят ситуацию. А в крайнем случае — Оборотное зелье. — Ты такая… — Рон начал хватать воздух ртом, пытаясь подобрать слово. — Какая? — спросила Гермиона, кокетливо поправляя волосы. — Не знаю, как выразиться… Кажется, что магия для тебя — это просто игрушка. — А разве не так? У маглов есть техника, а у нас — магия. Они пользуются ей каждый день и принимают, как должное. Почему бы и с магией так не делать? Конечно, иногда от нее, как и от техники, тоже нужно отдыхать. — Но ведь на то же самое Оборотное зелье нужно потратить достаточно времени. А Косметические чары не так то и просто контролировать. — Вся твоя проблема, Уизли, в том, что ты считаешь магию каким-то даром. А я — нет. Хотя должно было бы быть наоборот, не находишь? — спросила она, подходя к нему и залезая руками под свитер, не переживая о том, что Рон сейчас держит в руках нож и может случайно ее им задеть. Девушка замерла позади него, плотно прижимаясь к его спине, как котенок, которого добрый хозяин забрал с улицы. — Ты такой теплый… Это приятно, — пробормотала она, утыкаясь носом в его свитер. «Надеюсь что от меня сейчас хорошо пахнет», — подумал Уизли, а потом едва не выронил нож, потому что рука Гермионы как бы невзначай скользнула ниже его живота. — Что ты делаешь? — спросил он, мысленно стараясь бороться с нарастающим возбуждением. — Ничего. — Это самая наглая ложь, которую я когда-либо слышал. — Просто продолжай готовить, — сказала Гермиона. При этом ее рука осталась на прежнем месте. — Представь, что меня здесь нет. Легко сказать! Рон вздохнул и действительно постарался сосредоточиться на приготовлении салата, но как тут, черт возьми, можно было это сделать?! Пальцы Гермионы сначала скользили по темной джинсовой ткани, слегка царапая, а потом чуть ли не за секунду добрались до ширинки и расстегнули ее. Уизли судорожно вдохнул. По телу прошлась небольшая дрожь от предвкушения того, что она собирается делать. Когда рука Гермионы миновала ткань белья и дотронулась до его вставшего члена, он окончательно перестал разумно мыслить. — Не думала, что тебя так возбуждает готовка, — донесся до него ехидный голос Гермионы, которая принялась аккуратно поглаживать его. Рон даже не смог придумать остроумный ответ. Ему просто хотелось, чтобы она ускорила свои движения и продолжила касаться своей грудью, скрытой за тонкой красной тканью, его спины. Внезапно Гермиона убрала свою руку, из-за чего Рон едва разочарованно не застонал. — Повернись ко мне, — сказала она. — Я очень хочу увидеть твое лицо. Уизли отложил нож в сторону и послушно повернулся к девушке. В его голове на секунду промелькнула мысль, что он, наверное, выглядит глупо сейчас — штаны спущены, на щеках красуется предательский румянец, а глаза полностью выдают его желание продолжить. Но ему тут же стало абсолютно наплевать на все это, потому что Гермиона просто посмотрела на него и промолчала, никак не прокомментировав его внешний вид. Прислонившись к столешнице и положив на нее руки, Рон решил полностью довериться Грейнджер. Девушка подошла к нему ближе и снова взяла его член в свою руку. — А он на самом деле больше, чем кажется на ощупь, — беззаботно произнесла она с интересом посмотрев вниз. Рон даже не знал, стоит ли воспринимать это как комплимент или нет. Грейнджер, заметив его замешательство, пояснила: — Я просто никогда не видела члены вживую. — То есть, до меня ты ни с кем… — Нет. Даже за ручку не держалась. Для меня в приоритете стояли знания, Запретная секция. — Ты и там успела побывать? — сбившимся голосом спросил у нее Рон. — Очевидно, — сказала она проведя большим пальцем по головке. Уизли зашипел, подняв голову к потолку и закрыв глаза. Похоже, что Грейнджер была хороша во всем, начиная от учебы и заканчивая сексом. — Приятно? — спросила Гермиона, начав водить своей рукой вверх и вниз. — Да, — еле слышно прошептал Рон. — Пожалуйста…продолжай. Девушка удовлетворенно кивнула и прижалась своими губами к его шее. — Приятно видеть на тебе свою метку, — тихо сказала она, лизнув ее языком. — Жаль только, что ты ее скрываешь от всех. — Я…я не хочу показывать ее всем. Зачем? — Чтобы они поняли, что к тебе лучше не подходить, — честно ответила Гермиона и слегка сжала руку на его члене. — Ты мой. Не забывай об этом. — Я помню, — ответил Рон. Этот ответ удовлетворил Гермиону, потому что она широко улыбнулась и кокетливо посмотрела на него. — Я хочу тебя коснуться. Можно? — прошептал Рон, мазнув своими губами по ее уху. — Где именно? — Внизу. — Пока нельзя. — Почему? — Потому что я так сказала, — невинно улыбнулась Гермиона и принялась активнее двигать рукой. Рон втянул воздух сквозь зубы, вцепившись в столешницу до побелевших костяшек. Хотелось начать двигаться еще быстрее, толкаться в ее теплую и мягкую руку. — Ты выглядишь таким красивым. Хорошо, что только я могу видеть это твое выражение лица, — сказала Гермиона, внимательно посмотрев ему в глаза. Рон не выдержал, схватил ее за плечи и крепко поцеловал, едва не столкнувшись с Гермионой зубами. Во время поцелуя она двигала своей рукой не переставая, из-за чего парень вскоре сдался, застонал ей прямо в губы и кончил. Оргазм был довольно сильным, из-за чего Рон едва не сполз на пол. Хорошо, что он сумел удержаться на ногах и не повалился на Гермиону всем своим весом. Вряд ли бы миниатюрная Грейнджер выдержала бы напор такого рода. Пока он пытался отдышаться, слизеринка задумчиво посмотрела на свою испачканную руку, а потом…облизала пальцы. Рон голодным взглядом проследил за ее движением и почувствовал, что снова начинает возбуждаться, хотя обычно ему требовалось хотя бы пять минут, чтобы восстановиться. — Удачной готовки, — сказала ему Гермиона, хитро усмехнувшись и вытерев остатки спермы о собственный подол. — Пойду немного почитаю. С этими словами она ушла в гостиную и снова уселась там посреди разбросанных по полу книг. Уизли поначалу еще какое-то время приходил в себя, а потом все же решил доделать этот злосчастный салат, который успел повидать…многое. Хорошо, что он не отправился тухнуть в Нору в комнате Перси. Весенние каникулы никогда еще не сулили ему столько неожиданных, но приятных поворотов.

***

— Устал? — спросила Гермиона, отложив от себя пергаменты и потягиваясь. Рон, лежащий на полу неподалеку от нее, сначала задумался, а потом согласно кивнул. После «происшествия» днем на кухне, они снова будто стали обычными однокурсниками. Грейнджер, несмотря на свои слова, что она не собирается никого обучать, все же решила помочь ему с Трансфигурацией, показав несколько классных заклинаний, которые она сама вычитала из каких-то древнеисторических учебников. Рон же в свою очередь немного помог ей с Историей магии. Как выяснилось, Гермиона очень любила практические занятия магией, но вот с теорией у нее были небольшие проблемы. Поэтому с этим предметом отношения у нее были натянутые. В итоге они так увлеклись, что просидели в гостиной в окружении книг практически до позднего вечера. — Поможешь мне убраться здесь? — спросила Гермиона. — Угу, — ответил Рон, поднимаясь со своего места. — Как думаешь, на сколько ты сдашь ЖАБА по всем предметам? — вдруг спросила у него Гермиона. — Не знаю. Хотелось бы получить «удовлетворительно», чтобы не опозориться. — А я вот целюсь на «выше ожидаемого». — Ты не шутишь? По всем предметам? — Да. — Зачем? Это же сумасшествие! — воскликнул Рон, узнав о ее планах. — Просто так. Я чувствую, что могу достичь этой цели. И я ее достигну, — сказала Гермиона, складывая книги аккуратной стопкой. — И кем ты пойдешь работать после обучения в Хогвартсе? Гермиона слегка задумалась и пожала плечами. — Невыразимцем. Или ликвидатором заклинаний. Что-то из этого. Рон едва не подпрыгнул на месте. — Мой брат Билл работал ликвидатором заклинаний! — Правда? И как? — заинтересованно спросила Гермиона. — Ну…он особо не распространялся о своей работе. Говорил только, что порой ему бывает очень сложно. Да и риск нарваться на какое-то темное проклятие всегда высокий. — Проклятия меня не пугают, — безапелляционно заявила Грейнджер. — Я люблю их изучать. — И применять на своих однокурсниках, — укоризненно добавил Рон. — Те, что я применяю — очень легкие. Их можно снять на раз-два, если включить мозг и прочесть пару книг. Уизли закатил глаза. — И все равно. Превращать их в подопытных кроликов… — Нормальная практика, пока не заходишь слишком далеко. — Ладно. Я понял. У тебя там своя картина мира. Гермиона слегка улыбнулась, поправив волосы. — А мракоборцем стать не хочешь? Грейнджер отрицательно помотала головой. — А я вот хочу, — мечтательно произнес Рон и вздохнул. Он очень хотел получить эту должность и надеялся, что не зря стал чересчур ответственно относиться к учебе последние два года. — Будешь ловить плохих волшебников и волшебниц? — спросила Гермиона, широко улыбнувшись. — И кто бы сомневался… Это так по-гриффиндорски. Весь мир для вас всегда поделен на черное и белое. — Неправда, — ответил Рон. — В противном случае я бы послушал Джинни и навсегда разорвал бы с тобой все связи. — Что ж. Звучит логично. Но у тебя все равно не получилось бы это сделать, будь я самой ужасной ведьмой на планете. — Почему? — Я просто в этом уверена. Вот и все, — ответила Гермиона, но Рон почувствовал, что она лжет. Но зачем? Допрашивать ее он не захотел, поэтому просто отвернулся вбок, рассматривая стоящий в углу комнаты сундук. Внезапно перед глазами у него вдруг стало темно. Оказывается, Гермиона накинула на его голову какую-то красную тряпку, как на надоедливую говорливую птицу. Рон мигом убрал ее и повернулся назад, чтобы сделать Гермионе замечание, но тут же притих, когда увидел, что она стоит голая. Точнее, в одних трусиках, из-за чего ее длинные бледные ноги приковывали к себе внимание. — Хочешь принять душ? — спросила она, посмотрев на него сверху вниз. — Да, — без раздумий ответил Рон. Он, конечно, почти не представлял себе, как они вообще собираются ютиться в небольшой ванной у Гермионы. Все-таки она не была предназначена для двоих сразу. Из-за этого пока Рон раздевался, он постоянно боялся задеть своим локтем девушку. Оставшись в одних боксерах, он смущенно посмотрел на Гермиону. — Ждешь чего-то? — со смехом спросила она, указав взглядом на его нижнее белье. Рону еще никогда не приходилось оголяться перед кем-то до самого конца. С Лавандой они так далеко не заходили. Постаравшись расслабиться и стараясь не думать о том, что он выглядит нелепо, Рон стянул с себя последнюю вещь. Гермиона тут же последовала его примеру, и взгляд Уизли непроизвольно проследовал за нижним бельем девушки, которое неаккуратно было брошено на светло-синий ковер. — Идем, — сказала Грейнджер, залезая в душевую кабину и беря его за руку. Рон повиновался. Девушка быстро настроила воду, и через минуту на них сверху из лейки уже полилась теплая вода. Уизли почувствовал, как его тело расслабляется и откинул голову назад. Возбуждение немного отступило, уступив место сонливости. — Не спи, — сказала Гермиона, игриво шлепнув его по плечу. — Ты же находишься один на один с красивой голой девушкой. — Я не сплю. Грейнджер приподняла бровь и всем своим видом показала, что совершенно не верит ему. — Ну и как тебе? — спросила она, положив свои ладони ему на грудь. — Просто класс, — честно ответил Рон, разглядывая ее с ног до головы и стараясь не слишком пялиться на ее нижнюю часть тела. — Ты про душ или про вид? — Все вместе. Гермиона, видимо, все же заметила его любопытный взгляд, который то и дело опускался вниз, потому что взяла его руку и просунула между своих ног. — Ты же спрашивал разрешения тогда, помнишь? — прошептала она ему на ухо. — Вот теперь можно. Рон сглотнул, пытаясь максимально аккуратно двигать рукой. Своими пальцами он ощущал влажную кожу девушки на внутренней стороне бедра и намокшие от воды волосы на ее киске. Конечно, Уизли от старших ребят слышал, как сделать девушке приятно пальцами, но еще ни разу не пробовал проверить это на практике. Браун делала для него многое, но почему-то смущалась и отнекивалась, когда Рон пытался сделать для нее то же самое. Может быть, она просто боялась неприятных ощущений или старалась «потерпеть» до выпускного класса. В любом случае, Уизли пару раз пытался поговорить с ней на эту тему, но Браун оставалась закрытой и неохотно шла на диалог. Поэтому в какой-то момент Рон просто смирился и перестал докучать ей своими вопросами. — Смелее, — сказала Гермиона, посмотрев на него и слегка двинув бедрами навстречу.— Не бойся, я не сломаюсь. — Я это знаю. Просто не хочу тебе навредить. Грейнджер хихикнула, откинув назад свои мокрые волосы. — Это так мило с твоей стороны… Рон. Гриффиндорец тут же встрепенулся. — И давно ты решила называть меня только по имени? — Да. — Правда? Тогда почему раньше не называла? — Ты действительно хочешь выяснить это сейчас? — подколола его Гермиона, проведя своей рукой по его члену. — Теперь уже не знаю, — растерялся Рон, отчего Грейнджер захихикала. Какое-то время они еще просто стояли вот так, нежно трогая друг друга и иногда целуясь. Рону было тяжело сконцентрироваться на том, чтобы сделать то, ради чего они сюда изначально пришли, но все-таки умудрился кое-как помыться и вскоре вылез из душа первым. — И что мы будем делать теперь? — как бы невзначай спросил Уизли, будто бы не понимая, к чему все идет. — Для начала отправимся в спальню, — сказала Гермиона и хитро посмотрела на него, сделав кокон на голове из полотенца.