what's eating you? / Что тебя гложет?

День вновь прошел достаточно тяжело. Первую половину дня Кейл провел за подготовкой к первому сентября, а вторую в библиотеке, описывая очередную программу. Ночь выдалась такой же тяжелой. Ему приснился отвратительный сон. Обычно ему в принципе ничего не снится, но если такое случается, то всегда что-то из прошлого. В этот раз ему приснились образы крайне неприятных личностей из школьных времен. — Ты какой-то убитый сегодня, — заметила Кейдж, когда они втроем сидели и выписывали тайминги будущего концерта. — Плохо спал, — отмахнулся Кейл. — Кошмар приснился, — хмыкнула девушка. — Скорее бредятина. — А именно? — Кейдж упорно не хотела сидеть в тишине. — Мне приснились Кейл Барроу, Венион и Нео Тольц. — Ого, ну прям всех ублюдков собрал, — ахнула Кейдж. — Ты вроде с ними был не в самых лучших отношениях. — Это мягко говоря, — вклинился Эрухабен. — Ты помнишь, когда они ему голову разбили. — Да это вобще ужас, я как вспомню тот скандал - аж в дрожь бросает, — несколько раз тряхнула руками девушка, будто скидывая мурашки. — Забавно, что вы это помните, а я нет — В смысле? — не поняла Кейдж. — Мне тогда что-то повредили, и я забыл тот год напрочь. Только спустя время я плюс-минус начал вспоминать, что происходило, — Кейл перебирал бумаги, складывая их в нужные стопки. — Ого, я не знала об этом, — покачала головой брюнетка. Ей отчего-то стало стыдно за то, что подняла эту тему. До этого она не казалась ей такой серьезной. Да, Кейл пролежал все лето и несколько месяцев осени в больнице, но она не была в курсе, что у него было не только сотрясение, или что там вообще было. — Кстати, а кто-то оповещал театральный, что им нельзя в сценку вставлять насилие и кровавые сцены? — спустя пару минут сменил тему Эрухабен. — А стоит! Не хочу снова видеть, как ученики падают в обморок, а родители пишут жалобы на нас, — сразу подхватила Кейдж. Эта гнетущая атмосфера была явно не тем, что она хотела терпеть тут. Кейл вопросительно посмотрел на коллег. — В прошлом году одним из ответственных за концерт был Чхве Хан. В частности именно он наблюдал за постановкой театрального клуба, а я думаю ты и сам знаешь, что он за тип. Короче, его вообще ничего не смутило, и в итоге все наблюдали получасовой спектакль, где теотралы успели впихнуть убийство, изнасилование и разлить лужу искусственной крови, да при этом так натурально, что некоторым действительно стало дурно, — рассказала Кейдж. — А Альберу потом ещё месяц писал письма с объяснениями родителям, — добавил Эрухабен. — Было опрометчиво не перепроверять за Чхве Ханом его решения, — пожал плечами Кейл, чуть улыбнувшись. Он представил всю эту неразбериху и ту работу, которая свалилась на Кроссмана в последствии. *** — Что это? — Эрухабен нахмурился, увидев лицо Кейла. Кейл сидел в библиотеке и как всегда прогуливал очередной урок. — Неудачный диалог. — И ты проиграл? — на лице Кейла виднелись недавние ссадины и ярко-фиолетовый фингал под глазом. — Очень сложно отбиваться от трёх человек сразу, — пожал плечами Кейл, — Но они тоже не ушли чистыми. — Это было сегодня? — старшекурсник сел напротив на уже привычное место. — Во время обеда, — кивнул Кейл. Уже был почти ужин. — Тебя уже вызывали по этому поводу? — Еще нет. — А что произошло вобще? — Эрухабен внимательно следил за Кейлом. Он, конечно, знал, что периодически тот устраивает скандалы, но не думал, что прямо драки - которые, по всей видимости, происходило очень даже часто, слишком уж он был спокоен. — Да придраться захотели к чему-то, а когда я ответил им тем, чего они не ожидали услышать, сразу в драку. — А кто это был то? — Бз, Стэн и Тольц, — перечислил Кейл. — Бз? — переспросил блондин. — Белая звезда, Кейл Барроу, ты не знаешь? — объяснил Кейл. — Я не знал, что его так называют. Только они трое? С ними же обычно еще Адин ходит. — Я тоже удивился. Может, дела были, — предположил Хенитьюз. — И часто такое? — Эрухабен подпер рукой щеку. Он пытался показаться максимально незаинтересованным. Почему-то его очень удивил такой внешний вид Кейла и даже забеспокоил кажется? Наверное, просто от неожиданности... — Иногда бывает, — уклончиво ответил Кейл, не потому, что хотел что-то скрыть, а потому, что не считал нужным вспоминать точные даты. Эрухабен ничего не ответил. А что он может сказать? — Ты выглядишь так, будто это тебе лицо разбили, а не мне, — усмехнулся Кейл, посмотрев на старшекурсника. Его позабавило злое лицо Эрухабена. — А ты выглядишь так, будто тебя вобще не волнуют эти ублюдки, которые достают тебя, и последствия этой всей хери, — да, Эрухабен действительно разозлился, хоть и не хотел это признавать. — А почему это должно меня волновать? — спокойно спросил Хенитьюз. — Неприятно, конечно, но что я могу сделать? — Хотя бы побеспокоиться, попереживать, я не знаю, пожаловаться на них, чтобы это прекратилось, — накидывал варианты Эрухабен, уже не скрывая раздражение и беспокойство. — Зачем мне тратить на это силы? — А терпеть побои лучше? — Ты слишком жалкого мнения обо мне. Сегодня они полезли ко мне сразу втроем, и даже так получили. Когда происходит подобное один на один, ты думаешь, у них что-то получается? — скептически поднял бровь Хенитьюз. — Не просто же так меня считают ублюдком. Если бы избивали только меня, думаешь, все бы и дальше считали меня каким-то плохим и опасным? Зерно истины в словах студента было, но тем не менее это не отменяло того факта, что драки - в любом случае явно не то, что можно так просто спустить на тормоза. — Белые или черные? — пока Эрухабен был погружен в свои мысли, Кейл уже достал доску и расставил фигуры. — Белые, — вздохнув, выбрал блондин. *** — Кейл, мы тебя совсем не видим в последнее время, у тебя так много работы? — слегка обеспокоенно спросила Он. — Осталось мало времени перед началом года, сейчас все много работают, — кивнул Хенитьюз. — Ты хотя бы кушаешь? А спишь нормально? — голос Хонга также выражал беспокойство. Все трое детей пришли в общежитие к своему опекуну, и даже там застали его за работой. — Да, все в порядке, — улыбнулся Кейл. Его очень умилило такое беспокойство от детей. — Не переживайте, — нн потрепал ребят по волосам. — Лучше расскажите, чем вы занимаетесь в последнее время. — О, мы недавно гуляли с Кэссом и Менди, они показали нам путь к озеру в лесу, — сразу начал рассказывать Раон. — Кажется, вы хорошо подружились с этими ребятами, — Кейл разлил чай по кружкам. — Да, с ними весело! — кивнул Хонг. — Хорошо, что у вас есть друзья. В учебном году также постарайтесь с кем-нибудь подружиться. Если захотите, конечно, — Хенитьюз открыл шоколадное печенье и поставил на небольшой столик в гостиной, где и проходило чаепитие. Еще с полчаса ребята сидели с опекуном, но время неумолимо близилось к ночи. Дети не хотели покидать опекуна, но режим никто не отменял. — Я провожу вас, — сказал Кейл, чтобы хоть немного поднять настроение детей. — В следующий раз просто приходите пораньше. — Хорошо, — протянули все трое и начали собираться. Когда Кейл вышел из студенческого общежития, солнце уже полностью село, а вокруг гулял тихий ветерок. Погода была на удивление приятная. Возвращаться в корпус сразу не хотелось. Так поздно находиться на улице было непривычно, но довольно приятно. Хенитьюз направился в небольшой сад позади академии. Где-то в глубине он нашел деревянную лавочку и решил отдохнуть там. Откинув голову назад, он увидел темное небо, на котором уже проявились первые звезды. — Ночная прогулка? — Кейл повернул голову. Рядом с ним стояла Розалин. — Что-то вроде, — ответил географ. — Я тоже решила пройтись, погода сегодня хорошая, — согласилась девушка, присев на лавочку. — Как продвигается подготовка к празднику? Кейл сморщился. Розалин звонко рассмеялась. — Ладно поняла, об этом пока забудем, — улыбнулась девушка. — Да, спасибо, — выдохнул Кейл. Вся эта дребедень с праздником ему уже изрядно надоела. — Мм, как дела вобще? — у Розалин явно была настроена на разговор. Кейл не сказать, что разделял её чувства, но если недолго, то в принципе можно. — Неплохо, у тебя как? — Тоже, — разговор зашел в тупик. Несколько минут они сидели в тишине, пока Розалин не ойкнула, явно что-то придумав. — А ты знал, что Альберу боится ужастиков? Кейл поднял бровь, ожидая продолжения. — Буквально вчера мы с ним смотрели один хоррор... — тянула девушка, Кейл немного нахмурился, — И сейчас я точно знаю, что он сидит работает. Как тебе идея немного... мм... разыграть его? Ничего серьёзного, конечно, — Кейл видел, как в глазах собеседницы плясали демоны. — Кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать, — рыжий поймал её волну. — И что мы сделаем? *** Было почти двенадцать ночи, когда Альберу закрывал свой кабинет. Снова пришлось работать до помутнения. Тяжело вздохнув, он положил ключ в карман брюк и направился к выходу из здания. За окнами виднелся серебряный полумесяц, а в коридорах академии не было ни звука, кроме стука его туфлей. Его иногда пугала такая атмосфера, словно из хоррора. На днях он как раз посмотрел один ужастик под влиянием Розалин. Девушка очень любила такой жанр, что не скажешь о блондине, но выбора ему, впрочем, не давали. На входе в общежитие Альберу насторожила мигающая лампочка на первом этаже. В обычные дни он бы этого даже не заметил, но сейчас он был в слишком уязвимом положении. Не этом странности не закончились. В коридоре около его комнаты лампочка и вовсе сломалась. Что происходит с электрикой в этой академии? Зайдя в комнату, Кроссман наощупь нашел выключатель, и когда включился свет, ему показалось, что он увидел какую-то тень в глубине помещения. В ужасе он отшатнулся обратно и несколько секунд в панике осматривал комнату. Успокоившись, он наконец разулся, но тут услышал тихую мелодию, доносившуюся из спальни. Стало по-настоящему страшно. Вооружившись фонариком, директор с опаской начал подходить к комнате. Резко распахнув дверь, он включил свет и увидел аудиоплеер, лежавший на кровати. Сделав пару шагов и упав рядом, он истерично засмеялся. Ну действительно, совсем крыша едет, уже всякое ненормальное мерещится. Успокоившись, Альберу подошел к шкафу. Вдруг он услышал звук текущей воды из крана. Одним рывком он минул гостиную и оказался в ванной. Кран над умывальником был открыт. Тут уже хочешь не хочешь - так быстро не придумать логичную причину, почему кран САМ открылся. Выключив воду и посмотрев помещение, он вернулся в комнату. Когда он уже хотел взять телефон, свет в комнате резко погас. Было уже совсем не смешно. Когда он нашёл выключатель, свет снова появился. Ничего странного в комнате он не увидел, но странно было все. Было ли ему страшно? Вероятно, это слово не опишет и половину того спектра эмоций, которые прямо сейчас испытывал директор. Возможно, его состояние можно было бы сравнить с человеком, который по случайности принял наркотики, даже не зная, что это они, и сейчас ловил сильнейший бэд-трип. Тяжело дыша, Альберу сел обратно на кровать, пристально следя за выключателем. Кажется, он просидел в одном положении минут пять, может, больше. Когда сердце наконец снизило темп, он попытался продолжить дела. Когда он собирался расстелить постель, свет вновь выключился. В дальнейшем Кроссман никогда в этом не признается, но прямо сейчас он был на грани истерики. Судорожно найдя выключатель, он включил свет. Прямо перед ним стояла фигура в простыне. Крик Альберу Кроссмана был слышен, наверное, не только в академии, но и в городке неподалеку. В глазах начинало темнеть и размываться. Фигура резко сорвала ткань, и за ней оказалась Розалин. Розалин? Из дверного проема показалась рыжая голова Кейла. На лицах двоих чертей сияли ужасающие улыбки. Несколько секунд Альберу смотрел на этих двоих. Когда к нему вернулись силы и способность дышать, он резко поднялся. Помимо оглушительного крика, теперь были слышны ещё и отборные маты. Их тоже явно слышало все общежитие. Кейл с Розалин как по команде побежали из комнаты. Альберу не сразу сообразил, но, быстро опомневшись, погнался следом. Вывалившись из комнаты директора, двое рыжих бестий понеслись по коридору. Впереди открылась дверь. Из нее выглянул Эрухабен, который, видимо, решил посмотреть, что за шум. Дуэт сработал быстрее, чем кто-либо успел понять. Они влетели в комнату Эрухабена и заперли дверь. Историк совершил большую ошибку, явно показав место, где можно спрятаться хотя бы временно. В коридоре послышался топот. Альберу подбежал к двери. Переглянувшись, дуэт резко схватил бедного историка. Он не успел опомниться от вторжения, так теперь ещё и захват. — Эрухабен, открой, пожалуйста, дверь, — сказал Альберу по ту сторону. Голос его источал исключительное желание убивать. — Я бы с радостью, но меня взяли в заложники, — прокряхтел историк. Розалин схватила его со спины и заломала руки, в Кейл держал шею. Одно движение - и его начнут душить. Проматерив дверь ещё несколько минут и наобещав самых красочных распарав, Альберу начал уходить восвояси. Но Эрухабена никто отпускать не планировал. Только когда прошло еще какое-то время и дуэт удостоверился, что их палач ушел, историк был отпущен. Размяв руки и поднявшись с пола, Эрухабен с нечитаемым выражением лица посмотрел на двоих, похоже, ни о чем не жалеющих вторженцев. — Мне нужно знать, что вы натворили? — Мм... повеселились? — Поиздевались? — Кейл сказал это в один голос с Розалин, но в немного другой формулировке. — И вы не жалеете? — устало вздохнув, поинтересовался блондин. На что он надеятся? — Неа, — это дуэт сказал уже вместе. — Хаа... будете чай? — Эрухабен проклял тот мимолетный интерес, из-за которого он открыл эту злосчастную дверь. Рыжики довольно кивнули. Спустя десять минут они втроем уже сидели на диване хозяина комнаты и распивали чай, попутно описывая детали своей маленькой шалости. Выглядели они при этом абсолютно счастливыми, как будто в детство попали. Эрухабен также заметил, что и Кейл действительно искренне улыбался. Для него это было редкостью, в отличие от Розалин или кого-либо еще. — Рыжий заговор воссоединился, в общем, — усмехнулся блондин. — Мы и не расставались, просто брали небольшой перерыв, — подмигнула Розалин. А Кейл задумался. Он, конечно, помнил, что они с Розалин неплохо общались, будучи студентами, и в общих чертах помнил их грандиозные пакости, но он совершенно не помнил детали и самой сути всей их той «дружбы». Впервые ему стало из-за этого... грустно? Наверное, в то время ему было так же весело. Возможно, когда-нибудь он вспомнит об этом, и будет хорошо, если так случится. Сейчас же он, к сожалению, ничего не может с этим сделать. Преподаватели еще некоторое время обсуждали весь переполох. Когда же они наконец закончили и повисла тишина, Розалин вздохнула. — Я, честно говоря, побаиваюсь выходить отсюда, — признала девушка. — Я тоже, — с тяжелым вздохом согласился Хенитьюз. Эрухабен покосился на них двоих, как на дураков. Они не подумали о последствиях, когда начинали все это? — Эрухабен, можно мы у тебя на коврике поспим? — взмолилась девушка. — Я на диване, тут удобнее, — подхватил Кейл. — Делайте, что хотите, — теперь вздыхал историк. А что он может сделать? Вы не знаете поговорку «Видите рыжий заговор — сдавайтесь»? Теперь знаете. Вот и Эрухабен сдался. — Ура, спасибо! — обрадовалась Розалин. Вскоре Эрухабен отправился в спальню. Время все-таки было позднее, а он уже не так молод, чтобы бегать по общежитию и издеваться над людьми. Спать пора, завтра у него много работы, как и у остальных, вообще-то, которые, видимо, тактично об этом забыли. — Как думаешь, что с нами сделают? — поинтересовалась Розалин, когда они остались вдвоем. — Загрузят работой и попутно обматерят? — зевнул Кейл. — Ожидаемо, — согласилась девушка. Оба уже подустали. Веселая ночка выдалась. Кейл задумался о том, что все-таки он поражается Розалин. Она совмещает в себе одновременно собранность и стойкость в нужные моменты, но при этом, когда есть возможность, она всегда только за то, чтобы повеселиться и устроить дебош. Конечно, это присуще всем, мало кто характеризуется одним состоянием все время, но почему-то именно от Розалин это ощущалось по-другому. Словно разные люди, проявляющиеся в зависимости от ситуации. В итоге рыжий заговор так и уснул на диване, чуть ли не в обнимку. Эту ночь будет долго вспоминать не только они.