what's eating you? / Что тебя гложет?

— Кейл, — Он осторожно приоткрыла дверь в комнату опекуна. Молодой парень сладко спал, его красные волосы разметались по подушке. Девочка также подметила, что они достаточно сильно отросли. Она немного потрепала опекуна за плечо. Тот нехотя открыл глаза. — Тебе лучше проснуться, у меня не очень хорошие новости, — сказала девочка с явным раздражением. В последнее время она часто стала перенимать манеру Кейла. — Что-то с Раоном или Хонгом? — сонно спросил парень, принимая сидячее положение. Он глянул на часы. Девять утра. Он явно не хочет сейчас разбираться с этим. — Нет, — девочка выглядела растерянно. — У нас гости. Кейлу все же пришлось проснуться. Эти слова явно не предвещали ничего хорошего. — Ты же не хочешь сказать... — Они сказали, что они из академии, — девочка подтвердила все догадки опекуна. Итак не самое лучшее настроение парня вмиг стало ещё хуже. Во время своего визита он ясно дал понять, что не желает видеть этих людей. Он вновь посмотрел на девочку. Та, видимо, предугадав его вопрос, ответила быстрее. — Они сидят в гостиной, я сказала, что им нужно подождать некоторое время, — Он не была уверена, что стоило впускать этих людей в дом. Кажется, Кейл не сильно хочет их видеть, но по всем правилам приличия она не могла оставить их за дверью. Нет, конечно, могла бы, и, вероятно, Кейл хотел бы, чтобы именно так она и поступила. Но девочка сделала по-другому. — Хорошо. Я скоро спущусь, пока, что можете подать им чай, — парень наконец проснулся. Да, он был все ещё зол. Эти ублюдки вот так просто завалились к нему домой, но раз они уже тут, то нужно оказать им хороший прием. Он быстро смекнула настроение Кейла и сама начала расплываться в улыбке, которая, конечно же, ничего хорошего не предвещала. — Тогда я подам им чай, который тогда сделал Хонг. — Да, это будет отлично, и можешь на десерт принести печенье, которое недавно готовил Раон. — Так и поступлю, — кивнула девочка и вышла из комнаты. После разговора с опекуном ее настрой стал куда лучше. *** — Ты уверен, что это хорошая идея? — Розалин смотрела в окно на отдаляющуюся академию. — Абсолютно, — Альберу невозмутимо что-то печатал в своем ноутбуке, который взял собой. — Зачем вы меня взяли? — Эрухабен сидел с еле открытыми глазами. Была середина ночи, но эти двое извергов потащили его с собой. Да ещё куда? Прямиком в гости к этому неадеквату. Ладно, возможно, с неадекватом Эрухабен погорячился, но то, что Кейл Хенитьюз не был нормальным, - абсолютная правда. Учитель истории свято в это верил, как, впрочем, и все, кто знал этого «ненормального». — На что вы надеетесь? — продолжал он задавать вопросы в пустоту. — Эрухабен-ним, вы сами сказали, что стоит попробовать, — с легкой улыбкой сказала Розалин. Кажется, ее вся эта ситуация только веселила. — А вы и поверили. Тебе напомнить, сколько человек сказало, что это плохая идея? — блондин скосил взгляд на беззаботную девушку. Альберу же все это время спокойно сидел и что-то печатал в ноутбуке. Кажется, там было что-то связанное с отчетами бухгалтеров. Вникать не хотелось, да и сил не было. — Мы-то что угодно можем говорить, а вот ваши оценки всегда очень четкие и чаще всего в итоге прогнозируют будущее! — не унималась девушка. Она напросилась в эту поездку и честно в этом призналась. Изначально Альберу хотел взять Чхве Хана и Рона, поскольку был уверен, что Эрухабен не согласится, а Розалин ничего путного не сделает. Но вышло как вышло. Эрухабен ничего не ответил. Он молился, чтобы эта поездка закончилась побыстрее и по возможности без сильного ущерба. К дому старшего сына семьи Хенитьюз команда прибыла к девяти утра. — Честно говоря, мне кажется, нам просто не откроют, — шептала Розалин, подходя к калитке. — Я изначально это говорил, — Эрухабен выглядел потрепанным. Ещё бы. Его разбудили в два часа ночи, сказали собираться и взяли с собой в гости к тому, к кому бы Эрухабен под дулом пистолета не сунулся. Из всей этой шайки увереннее всего выглядел Альберу. Видимо, он единственный уже смирился с тем, что их пошлют, и просто решил игнорировать этот расклад, уверенный в желанной версии исхода событий. Кроссман позвонил в дверь сразу же, когда компания подошла к калитке. Сначала никто не отвечал. Спустя пять минут также не было эффекта. Альберу позвонил ещё раз. — Я же сказал, поехали обратно, а? — Эрухабен зевнул, протирая заспанные глаза. Ещё и солнце сегодня как назло светило ярче обычного. Ну ещё бы. Середина мая, конечно солнце светит хоть отбавляй. — Подождем ещё, — Альберу был абсолютно спокоен и даже не шелохнулся, когда его коллеги уже хотели разворачиваться. Спустя ещё пять минут терроризирования дверного звонка с той стороны забора послышались шаги, и вскоре калитка отворилась. — Кто вы и что вам надо? — на пороге стояла девочка небольшого роста. На вид лет тринадцати. По ней было видно, что она недавно проснулась и наспех оделась. Калитку, к слову, она полностью не открыла, придерживала, чтобы если что сразу же захлопнуть, не пуская незваных гостей. — Мы из академии Роан и хотели бы встретиться с Кейлом Хенитьюзом, — сразу же сориентировался Альберу. Он был спокоен и серьезен. Розалин даже удивилась. Обычно с детьми Альберу сразу же натягивает улыбку до ушей и общается как можно проще и доступнее. Эрухабен на это хмыкнул. Он достаточно быстро оценил ситуацию и понял, почему Кроссман выбрал такой метод. — Кейл не желает вас видеть, — и с этими словами девочка почти что захлопнула калитку, однако Альберу быстро спохватился и подставил ногу, чтобы девочка не могла закрыть дверь. Да, очень некультурно и совсем невежливо, но на войне все методы хороши. Хотя войной, конечно, эту ситуацию никто не считал. — Мы бы все же хотели с ним встретиться, позвольте зайти, — все так же ровно проговорил блондин. Девочка несколько секунд колебалась, обдумывая слова незваного гостя. — Ждите, — с этими словами она выпихнула так бесцеремонно подставленную ногу и захлопнула калитку. — Это можно считать успехом, — наконец выдохнул Кроссман, когда приглушенные шаги скрылись в глубине участка. — Вряд ли, нас не впустили в дом и, вероятно, скоро вернутся, чтобы снова отказать и прогнать, — скептически сказал Эрухабен. — Нас хотя бы не выгнали сразу! — улыбнулась Розалин. Ее изначальный настрой вновь вернулся. — К слову, Альберу, почему ты общался с этой девочкой таким образом? Альберу с небольшой надменностью посмотрел на девушку и слегка усмехнулся. Розалин разозлилась. Ее бесил такой взгляд Кроссмана. Да, возможно, она понимает не все тонкости скурпулезных манипуляций Альберу, но это не дает ему права так на нее смотреть. — Она бы сразу прогнала его, если бы он действовал привычным методом, — Эрухабен сразу оценил девочку, стоящую перед ними, и мысленно добавил парочку баллов Альберу за то, что он справился так же быстро. — Альберу сделал все верно. — По мне, самая обычная девочка, — пожала плечами Розалин. — Да, ее опекун Кейл, и ее определенно жаль, но я не заметила в ней ничего такого. — Розалин, милая, ты слишком плохого мнения о господине Хенитьюзе. Если ты думаешь, что его дети так страдают и ничем не отличаются от обычных, ты сильно ошибаешься, — слащаво сказал Альберу. Ему нравилось издеваться над Розалин, зная, как она это ненавидит, а особенно эту его манеру речи. — И кстати, эта девочка - живой тому пример. За этот небольшой диалог уже стало понятно, что она обладает высоким интеллектом и прекрасно умеет себя вести, — добавил также преподаватель истории. Но он говорил это не с целью разозлить девушку. Розалин ничего не ответила, обдумывая сказанное. Вскоре калитка вновь распахнулась, и девочка впустила их внутрь. — Вам придётся подождать некоторое время, — оповестила она, провожая гостей в дом. Альберу кивнул девочке, рассматривая участок, как, впрочем, и двое остальных из его группы. Вскоре они зашли в дом. Все выглядело опрятно и со вкусом. Было понятно, что тут живёт богатый человек, хотя и не пытается выпендриваться этим. Девочка провела их до гостиной, которая была выполнена в спокойных шоколадных оттенках, и сказала ждать здесь, после чего удалилась. *** Он проснулась от не перестававшего звенеть домофона. Девочка несколько раз поморгала, прогоняя сон, после чего посмотрела на время. Девять утра. Какой идиот решил подолбиться им в двери в такую рань? Вопросов было много. Она быстро встала и наспех оделась, не заморачиваясь, чтобы побыстрее, но и достаточно прилично. Никогда не знаешь, кто окажется за дверью. Вдруг сама королева Англии, а Он в тапочках и панталонах. Было бы смешно. Спустившись вниз, девочка неспеша подошла к калитке. Меньше всего девочка ожидала услышать, что эти люди приехали из академии Роан. Он мало знала про это место, но в последнее время все чаще слышала про него, конечно же, от своего опекуна. Вчерашним вечером Кейл даже отправился туда, чтобы, как он выразился, «разобраться с парочкой ублюдков». Конечно же, первой мыслью девочки было послать их куда подальше, и, желательно, надолго. Но вот эта манера речи этого, видимо, главного из их шайки подцепила. Она несколько поколебалась, решив в итоге согласиться. Будет хотя бы весело посмотреть, как Кейл их словесно унизит и отправит восвояси. А если повезет, ещё и ей с братьями удастся что-нибудь выкинуть. Конечно же, сразу о своем решении она говорить не стала. Нужно ещё посмотреть, в каком состоянии дом, прежде чем принимать таких неожиданных гостей. На удивление все было довольно чисто и аккуратно. Он вспушила диванные подушки в гостиной, убрала лишние вещи с журнального столика, в принципе оценила вид помещения и отправилась за теми странными людьми. Проведя гостей внутрь, девочка пошла будить своего опекуна. Она немного переживала за свой поступок. Верным ли решением было впускать этих людей в дом? Что скажет Кейл? Однако она достаточно быстро отбросила эти мысли. Кейл в любом случае не будет на нее ругаться, а если она и совершила ошибку, он мягко укажет на нее и поможет исправить. В общем, что так, что так хороший исход. Ну, вероятно. После разговора с опекуном настроение Он улучшилось, и она окончательно проснулась. Раз Кейл собственноручно разрешил ей устроить самый «теплый» прием гостям, не сделать этого она просто не может. Зайдя на кухню, Он залезла в самые дальние уголки шкафов, где хранились кулинарные шедевры маленьких монстров, которые нельзя было употреблять, но и выкидывать жалко. Чай. Или его подобие. Несколько лет назад Хонг где-то вычитал рецепт «Зелья радости». Его в тот период времени очень удивляло, что их опекун постоянно сердитый и совсем не улыбается. Поэтому, конечно же, он решил, что его долг - приготовить это чудо-зелье. Вооружившись лопаткой, ножницами и ведерком, он отправился на задний двор. Оттуда он вскопал репейник, срезал несколько веток липы и в конце где-то с чердака дома притащил паутину. Все это он перемолол, добавил несколько листков с той же липы и назвал свой шедевр чаем. Кейлу он, конечно же, об этом не сказал, и вечером, когда вся семья собралась ужинать, подал свое зелье. В тот вечер плохо было всем... А это чудо-чай оставили на дальней полке под кодовым названием «незабываемый аттракцион пищеварения». До сих пор все живое содрогается при взгляде на этот отвар. Следом он достала что-то похожее на угли. Это было печенье. Ну или должно было быть, роли не играет. Раон недавно впервые попробовал что-то приготовить самостоятельно. Получилось, конечно, так себе, как можно наблюдать. Но для первого раза, как сказал Кейл, уже хорошо, «хотя бы кухню не сжег». Заварив чай и поставив всю посуду и угощения на поднос, девочка направилась в гостиную. — Прошу прощения за столь скромный прием, — сказала девочка, заходя в комнату. На лице ее сверкала нежная улыбка, насквозь пропитанная фальшью. Она этого и не скрывала. Гости, кажется, содрогнулись, увидев содержимое подноса. Оставив угощения, девочка откланялась, решив подождать Кейла около его комнаты. — Мне кажется, нам тут не рады, — сказал Альберу, когда они вновь остались одни. У него дрогнула бровь, когда он рассмотрел угощения. — Воу, да ты поражаешь своей проницательностью, — хмыкнула Розалин, наливая чай. — Может хоть чай нормальный. Кто-то будет? — Я сомневаюсь, что там нет отравы, откажусь, — отвернулся Эрухабен, продолжая рассматривать помещение. Напротив диванов стоял телевизор, а по сторонам от него стояли длинные шкафы с книгами. На полу был большой темный ковер. Все выглядело довольно уютно. Эрухабен так бы и продолжал рассматривать убранство комнаты, но резкий звук вывел его из мыслей. Он обернулся. Розалин кашляла, прикрывая рот салфеткой. — Что это за чай? — сказала она, чуть успокоившись. — Я же сказал, что там отрава, — пожал плечами преподаватель истории, хотя на секунду он действительно забеспокоился о девушке. Но здравый смысл быстро восторжествовал. Кейл не такой псих, чтобы действительно совать отраву гостям. Наверное. — Скорее, просто всякая муть, собранная в один букет, — Альберу отодвинул чашку полную этого странного напитка. Еще некоторое время ребята обсуждали угощения и то, что им явно здесь не рады. Однако после им стало действительно некомфортно. Уже больше пятнадцати минут они сидели одни, без каких-либо объяснений. — Я думаю, мы просто пришли невовремя, и молодой господин еще спит, — предположил Альберу. — Либо хочет нас позлить, — хмыкнула девушка. — И то, и то, — у каждого была своя теория. Но попал в итоге только Эрухабен. Кейл специально медленно собирался. Для начала он решил принять душ. А это, понятно, занимает немало времени. После сборы. Быстро выбирать Хенитьюз не стал. Такой повод, в их доме гости, нужно быть на высоте. В итогеч наконец определившись с выбором, он неспешно оделся, закончил с мелкими делами и вышел из комнаты. К тому времени гости были одни, кажется, окола часа. — Они ещё не сбежали? — буднично поинтересовался парень, наткнувшись на старшую дочь, которая ждала его возле комнаты. — Не уверена, но Хонг и Раон уже встали и уже разрабатывают план, — подмигнула девочка. Они вместе отправились вниз. — Доброе утро, молодой господин, рад вас видеть в добром здравии, — Альберу натянуто улыбнулся, завидев фигуру молодого парня в дверях. Кейл мысленно улыбнулся. Кажется, гости изрядно подустали, ожидая его. — Не могу сказать того же, — вместо приветствия Хенитьюз прошел к дивану напротив того, на котором сидели гости. — Кажется, в прошлую нашу встречу я ясно дал понять, что не желаю больше с вами встречаться. Возможно, я что-то путаю? Розалин с Эрухабеном наконец напряглись, внимательно наблюдая за хозяином дома. Они ничего не слышали о нем уже больше восьми лет, конечно, им было интересно. — Все так, но все же я хотел бы еще раз обсудить все. В прошлый раз вы довольно резко ушли, не выслушав до конца, — можно было даже не пытаться спорить, язык у Альберу Кроссмана был подвешен хорошо. — Я не думаю, что это что-либо изменит, но вы можете попытаться, — с легкой усмешкой в глазах сказал Кейл. В комнату зашла Он со вторым подносом. На нем был чай и угощения для хозяина дома. Гостям было и без того ясно, что к ним относятся не очень. Однако разница в отношениях выражалась не только в угощениях, но и даже в посуде. Только сейчас они заметили дешевые чашки, которые им подали. У Кейла, как у хозяина дома, было все самое лучшее. И фарфоровая посуда с ручной росписью, и дорогие десерты. Розалин подумала, что хозяева могли бы обойтись и без этого. Они и так знали, что им тут не рады. — Что ж. Господин Хенитьюз, я думаю, вы осведомлены обо всех условиях и плюсах работы у нас, но мы также хотели бы рассказать вам об остальных привелегиях, — начал Альберу. Он достал несколько листов и передал их Кейлу. Это сразу не понравилось хозяину дома. Ведут себя так, будто он согласился у них работать, и подсовывают контракт. Что за бред, на что у них расчет? Кейл не собирался терпеть всю эту херь, ещё и у себя дома, а потому, даже не дочитав до конца, он порвал договор. — Прошу прощения, рука дрогнула, — невинно сказал парень. — Если вы больше ничего не можете мне предложить, то прошу покинуть мой дом. Альберу не растерялся. Они прогнозировали такой исход событий. Блондин спокойно достал второй, идентичный договор. На него Кейл пролил чай. Альберу достал третий. В месте, где должна быть подпись, рука дернулась, и черные линии перечеркнули весь лист. Кейлу дали четвертый договор. Ладно. Это не сработает. Даже более того, такие детские трюки только портят образ Кейла. Не сказать, что он сильно следит за тем, что о нем думают, но показаться таким поверхностным он все-таки не хочет. — В прошлый раз вы не ответили на мой вопрос, — сдался Хенитьюз. — Почему вы хотите, чтобы я у вас работал? Альберу несколько помедлил с ответом, тщательно обдумывая стратегию. В итоге выбрал самый простой вариант - ответить честно. — Вы единственный, кто наиболее подходит нам и политике академии, — хотя выглядело все равно неправдоподобно. Кейл и не поверил, ожидая разъяснения, либо другого, более внятного ответа. — Другие кандидаты не подходят нам не только из-за их уровня знаний или характера, они не подходят нам по мировоззрению и менталитету. — И вы считаете, что мое мировоззрение отлично подходит вам? — со скепсисом спросил Кейл, подняв бровь. Альберу не мог точно ответить. С одной стороны, абсолютно точно нет. Но если посмотреть глубже, поведение Кейла, его манера подачи и другие личные качества не такие плохие. Да, с ними определенно трудно справиться привычными методами. Но если понимать причину его действий, все становится до ужаса просто и логично. Кейл сам по себе был достаточно логичным, если смотреть на все с его точки зрения. А переобуваться в воздухе и смотреть на ситуацию с разных сторон Альберу умел, как он считал, конечно. Но как все это теперь объяснить словами, да так, чтобы не показалось, что он снова что-то придумывает? Альберу давно понял, что Кейл насквозь видит его ложь. Более того, он может даже поддерживать ее. В каком-то смысле они одного поля ягодки. — Я бы сказал, с этим можно работать, — ответ все равно был размытым, но не таким уж отвратительным, как прежние. — То есть вы хотите сказать, другие кандидаты были менее удобными для вас? — на удивление всех, диалог и правда становился похож на что-то конструктивное, в чём действительно имело место быть обсуждение деталей. До этого было больше похоже на перепалку, завуалированную красивыми словцами. — Это не так. Были очень удобные варианты, они не подходили по иной причине. Розалин начинала терять суть диалога. Она не понимала, как они так перепрыгивали с одного аспекта на другой. Хотя, кажется, этих двоих ничего не смущало, и они уловили связь, понимая, что каждый хочет донести. Это ее поражало, но и давало лёгкую надежду. Кейл молчал, ожидая продолжения от директора. — По ним было видно, что либо они не примут академию, либо она их. — Почему вы думаете, что я приму академию? — Кейл прекрасно понимал, что Альберу имел ввиду другое, но продолжал разыгрывать спектакль. — Не принимать академию можно по-разному. Эти люди просто не смогли бы работать на наших условиях. Нет, возможно, они бы выполняли все задачи и требования, но делали бы они это не с теми намерениями, которые нужны академии. — Я понимаю, что вы хотите сказать, но почему вы не рассматриваете вариант, что я также буду выполнять все «не с теми намерениями»? Я уверен, вы прекрасно знаете мой нрав, так почему вы уверены, что я не буду устраивать беспорядки? — Я не говорил, что вы не будете устраивать беспорядки. Мы допускаем такие погрешности, — уклончиво ответил Кроссман. Кейла это позабавило. Неужели они готовы к постоянным жалобам на его имя? — Вы просто подходите этой академии, и она примет вас. — Хорошо, вернемся к вопросу о «моем принятии академии», — допустим, Кейл принял один ответ. Конечно, в нем было много дыр и несостыковок, но это ладно. — Как я уже сказал, можно по-разному не принимать академию. Можно не принимать ее из-за разницы со своими представлениями и желаниями, не смотреть вглубь системы, не понимать ее. А можно понимать суть академии, ее структуру, и быть несогласным с этим, когда вы понимаете, о чем идет речь, и разбираетесь в этом вопросе, — Альберу взял несколько секунд паузы. — Я хочу сказать, вы знаете систему и принципы академии, вы можете быть с ними несогласны, но не потому, что они вам непонятны или вы хотите изменить все под себя, у вас свои мысли и мотивы на этот счет, о них не смею даже предполагать, вам может не нравиться академия, но это не значит, что она вам не подходит. Кейл внимательно слушал Альберу. Розалин уже забила на все и витала в облаках, поняв, что мало что может сделать в этом диалоге безусловных гениев. Эрухабен также слушал вполуха. Он условно понимал, о чем те двое говорят, но не задумывался об особом смысле их разговора. Не потому, что не понимал или не видел. Просто не хотел. — И я не имею ввиду, что вам придётся менять себя и подстраиваться под наши нормы. Я думаю, вы можете прекрасно вклиниться в систему со своими установками, при этом не повредив ни ее, ни свои убеждения, — продолжал Альберу. Он и сам, честно говоря, был удивлен таким диалогом, но решил оставить все размышления на потом. Не стоит сейчас отвлекаться. — Я думаю, вы понимаете, что структура не так однозначна и железна, как кажется. В ней множество разных изгибов, и она включает в себя не только категоричность и строгость прописанных правил. Кейл понимал, что хочет сказать Кроссман, он даже соглашался со всеми его тезисами. Однако говорить о действительном варианте работы у них пока не стоит. Нужно обдумать все. — Хорошо, я понял, что вы имели ввиду. Я подумаю над вашим предложением, — спустя какое-то время сказал Кейл. — Отлично. Будем ждать ответа. Сколько вам потребуется времени? — Альберу вернулся к своему обычному состоянию. — Дайте мне неделю, — чуть подумав, ответил Хенитьюз. — И пожалуйста, больше не приезжайте без приглашения, — это было сказано с неким укором. Гости тактично проигнорировали сказанное. — Если вы закончили с делами, прошу пройти в столовую, завтрак уже готов, — Он зашла в комнату, услышав, что, кажется, часовая встреча подошла к завершению. — Гости проделали такой длинный путь, будет невежливо так выгнать их, — добавила девочка после. Она разъясняла это больше для вида. Кейл, конечно, понимал, почему Он так поступила, хотя сам и желал выпроводить гостей сразу же. Завтрак прошел спокойно. Даже младшие дети ничего не устраивали. Видимо, Он, считав настроение встречи, решила повлиять на поведение младших.