И снова смерть....

Сегодня Маник пытался Хоть немного провести расследование всего этого кошмара, пока ещё есть время, король должен был уехать на пару дней, но перед этим попрощался с Маником и подарил ему брошку его матери, она было красивой, похожая на ландыш белый брильянт огранён в виде бутона, золотой тонкий стебель и изумрудный камень огранённый в виде зелёного листочка, она давала ему право гулять по замку и заходить куда угодно, так он мог спокойно гулять и не бояться самосуда. Сам Маник проводил короля до самых ворот замка и начал обходить территорию, ему было интересно, что может скрываться за его стенами. И за пару часов он ничего интересного не нашёл, сад с шикарными розами разных сортов и цветов, конюшня с очень красивыми лошадьми, больше всего ему понравилась прекрасная белоснежная лошадь Изабелла, она самая ухоженная и её шерсть переливалась словно жемчуг на солнце, так же юноша уже в самом замке натыкался на разные великолепные картины где были запечатлены королевские особы и сама королевская семья с самых первых дней жизни нынешнего короля. Парень только заворожённо смотрел на это всё и просто не мог оторвать глаз, внутренний двор как и сам замок были украшены со вкусом и сразу демонстрировали всё достоинства короля. Закончил с осмотром парень только вечером, лекарь увидел его шпыняющим по замку и отправил его спать. Он хотел возразить, но понимая, что тот прав просто ушёл в свою комнату и лёг на свою постель. Завтра вечером уже прибудет король, а он так ничего и не выяснил, в голове уже есть мысли сдаться и поддаться заботливому королю пока, он же, не снёс его голову, но в голову приходил образ его брата, что упрямо идёт в перёд несмотря на трудности, так он решил попытаться ещё раз. Он переоделся уже в ночную сорочку и начал принимать удобное положение на большой и удобной кровати, найдя удобное положение он заснул обнимая большую подушку сладко засыпая. Какое-то время спустя... Меня разбудило чьё-то присутствие. Чьи-то руки трясли меня за плечо. Я распахнул глаза, ожидая увидеть над собой занесённый клинок, и среагировал инстинктивно. Резким движением я откинул нависшую надо мной фигуру, вкладывая в толчок всю силу своего испуга. Мужчина пошатнулся, но удержал равновесие, издав удивленный возглас. В тусклом свете луны, пробивающемся сквозь окно, я увидел знакомый силуэт. Это был король. Как он вообще приехал так быстро? - Эй, ты в порядке? У тебя всё нормально, малыш? - озабоченно спросил Скордж, снова приблизившись и коснувшись ладонью моего лба. Увидев его лицо, полное искреннего беспокойства, а не холодной ярости из сна, я испытал колоссальное облегчение. Оно было настолько сильным, что я сам придвинулся ближе и прижался щекой к его прохладной ладони, которая начала мягко гладить меня по волосам. - Да... Всё нормально... кошмар приснился... - выдохнул я, чувствуя, как остатки напряжения покидают тело. - Кошмар? Может быть, мне позвать лекаря? Он сделает тебе отвар для спокойного сна, - продолжал беспокоиться монарх. - Нет. Спасибо за заботу, Ваше Величество, но это само пройдёт... Не стоит беспокоиться о таких пустяках и будить кого-то ночью, - ответил я, высовываясь из-под одеяла. Король нахмурился. Его рука на секунду замерла, а затем сжала мое плечо чуть крепче. - Ты не пустяк... Я думал, ты уже понял, что нравишься мне... Почему ты такой сложный?... - он сделал короткую паузу. В комнате стало как-то мрачновато, его руки ощущались неестественно холодными. - Я убью тебя, если ты не будешь моим... Слова из сна прозвучали наяву. Я похолодел. В неверном лунном свете блеснуло лезвие кинжала, появившегося в руке короля. Он медленно наклонился ко мне, и я видел только приближающийся блеск стали. Я не чувствовал боли, когда холодное острие вошло мне под ребра. Только бесконечное разочарование и парализующий страх. Предательство. Последнее, что я услышал, был мой собственный беззвучный крик. И я снова умер. Спальня маника 9 утра... Я проснулся в холодном поту, резко вскакивая на кровати. Сбитое дыхание вырывалось из груди хриплыми всхлипами, а глаза, наполненные первобытным ужасом, через мгновение наполнились слезами. То прерывистое дыхание превратилось в истеричный крик отчаяния, который я не мог сдержать. Мир вокруг был размытым пятном, но одно я знал точно - это был всего лишь сон. Кошмар, где тот, кто должен защищать, стал моим палачом. Служанка, убиравшаяся в дальнем углу комнаты, вздрогнула от моего крика. Она бросилась ко мне, но первые несколько минут все её попытки успокоить меня были тщетны. Я бился в истерике, отталкивая воздух руками, словно пытаясь защититься от невидимого удара ножом. Понимая, что одна она не справится, девушка уже было дернулась к двери за лекарем, но страх оставить меня одного, боясь, что я могу навредить себе, заставил её вернуться. Она села рядом на кровать, осторожно обняла мои содрогающиеся плечи и прижала к себе. Это было грубейшим нарушением этикета - простая горничная касалась гостя короля, - но её материнский инстинкт оказался сильнее страха перед наказанием. - Тихо... всё будет хорошо... Его Величество вас не обидит... прошу, перестаньте плакать... я понимаю, вам страшно, но сейчас мы с вами здесь одни... - шептала она, гладя меня по голове и спине. Её голос, тихий и монотонный, постепенно вытеснял эхо кошмара из моей головы. Через долгих десять минут я начал приходить в себя. Дыхание выровнялось, уступая место глухим рыданиям. Вместе со слухом вернулся и нюх: я ощутил приятный аромат каких-то полевых цветов, исходивший от девушки. Наконец, зрение прояснилось достаточно, чтобы разглядеть розовые волосы служанки и грубую ткань её коричневого платья - униформу прислуги замка. Когда я окончательно осознал реальность происходящего и чужие прикосновения, я услышал её мягкий голос совсем близко: - Успокоились? Вот и славно... Осознав своё положение, я неловко отстранился от неё, стыдливо вытирая слёзы тыльной стороной ладони. Поправив одеяло, сползшее на колени, я тихо произнес: - Извините... из-за меня столько хлопот... Девушка смутилась, но ответила с теплой улыбкой: - Всё в порядке... вам просто плохо... Я позову лекаря, он даст вам валерьянки. Мне запрещено что-либо вам давать. Эта мысль молнией пронзила моё сознание. Лекарь доложит королю. Скордж узнает о моей слабости, о том, как я кричал во сне, думая о его предательстве. Он может расценить это как знак того, что я ему не доверяю, или, что ещё хуже, решит, что яд или инфекция повредили мой рассудок. - Нет! Не нужно! - почти выкрикнул я, умоляюще глядя на неё. - Пожалуйста. Он передаст всё королю... не будем его беспокоить. Я в порядке, правда. Служанка замерла, колеблясь между долгом и состраданием. Внимательно посмотрев в мои покрасневшие, но отчаянно молящие глаза, она тяжело вздохнула и кивнула. - Ладно. Я ничего не скажу. Но пообещайте мне, что если станет хуже, вы сами попросите помощи. Я благодарно кивнул, чувствуя, как огромный камень упал с души. Девушка ушла, оставив меня одного в звенящей тишине комнаты. Сон казался до ужаса реальным. Особенно эти слова: *«Я убью тебя, если ты не будешь моим»* и ощущение холодного ножа под ребрами. Боль была не физической, нет. Разочарование и липкий, холодный страх - вот что осталось после пробуждения. Страх не перед смертью, а перед тем, что этот человек, проявляющий такую нежную заботу днём, ночью превращается в чудовище из моих видений. Я сидел так еще долго, уставившись в темноту. Король должен вернуться завтра вечером. Мой план расследования провалился, я не нашел никаких зацепок. В голову закрадывались мысли сдаться, принять эту странную, навязчивую заботу и прожить оставшееся время в иллюзии безопасности. Но тут же перед внутренним взором вставал образ брата - упрямого, несгибаемого, идущего вперед несмотря ни на какие трудности. Так я решил попытаться ещё раз. Глубокой ночью, переодевшись в ночную сорочку, я забрался под огромное пуховое одеяло. Обняв большую подушку, я попытался найти удобное положение и забыться сном без сновидений хотя бы ещё на пару часов...