Живу, как Избранный

Весь следующий день Гарри был невнимательным на уроках. Он всё ждал лучшего момента для того, чтобы переговорить с Гермионой. И вот после обеда он отвёл Гермиону в пустой класс. — Гарри, ты сегодня сам не свой, что случилось? — обеспокоенно спросила девушка. — Ты переживаешь из-за Слизнорта, что никак не можешь его разговорить? — Это тоже, но я хотел бы поговорить с тобой о нас… — Нет-нет, Гарри, не смей ей говорить о вашем расставании! — недовольно произнёс Сириус. Но Гарри сердито посмотрел на него, и тот, тяжело вздохнув, замолчал. — Гермиона, я не могу быть с тобой, — решительно произнёс Гарри, крепко сжимая кулаки. — Нам нельзя больше встречаться. Мы не можем быть вместе. «Я это сказал! Я смог!» — Что? Почему? — ошарашенно пробормотала девушка. — Потому что Трелони так сказала… — произнёс Сириус. — Пойдём-ка к ней и разорвём её эти карты Таро… Гарри гневно посмотрел на крёстного, чуть ли не заскрежетал зубами. «Я же хочу сделать как лучше! Не для себя же я стараюсь!» — Я люблю тебя, Гермиона! — воскликнул Гарри. — Но мы не можем быть вместе, так как я переживаю за тебя, я переживаю, что с тобой может что-то случиться… «Гермиона чуть ли не плачет. Как же это тяжело! Хочется обнять её и прижать к себе, но я должен… Должен закончить!» — Волдеморт использует людей, которые дороги его врагам. Он использовал так Сириуса, сказав, что тот в Отделе тайн. Он даже когда-то использовал Джинни и затащил её в Тайную комнату, и это только из-за того, что она сестра моего лучшего друга. Подумай, какая опасность будет грозить тебе, если всё между нами останется по-прежнему. Он ведь уже наверняка знает, что мы встречаемся. Малфой ему об этом уже доложил… — И снова мы про Малфоя… — тихо пробормотал Сириус, сложив руки на груди. — Гермиона, он попытается добраться до меня, воспользовавшись тобой. — Я буду с тобой, Гарри, — твёрдо произнесла Гермиона. — Ты говорил уже мне и Рону, что у нас есть время отступиться, если мы захотим. Я этим временем так и не воспользовалась, верно? Я с тобой, что бы ни случилось, — Гермиона схватила Гарри за грудки и притянула его к себе. — Я с тобой до самого конца. Девушка впилась в губы Гарри. «Поцелуй Гермионы такой будоражащий. Я не хочу этого терять! Будь проклят Волдеморт! Но мне стало гораздо легче от слов Гермионы. Она будет рядом, она не боится. Я постараюсь её защитить, даже ценой свей жизни!» Гарри с пылкостью ответил на поцелуй. — Совет да любовь! — хмыкнул Сириус и прошёл сквозь стену. После ужина Гарри, Рон и Гермиона направлялись в общую гостиную Гриффиндора. — Гарри Поттер? — осведомилась девочка. — Меня просили передать вам вот это. — Спасибо… Гарри с упавшим сердцем принял от неё маленький пергаментный свиток. «Моё предчувствие подсказывает мне, что ничего хорошего я там не прочитаю! Занятие с Дамблдором было только вчера. Неужели это отец хочет отменить то, что мы с ним запланировали на сегодня?» Гарри развернул свиток и увидел неопрятные каракули, разбирать которые было трудно еще и потому, что пергамент покрывали большие пятна расплывшихся чернил. Дорогие Гарри, Рон и Гермиона! Прошлой ночью помер Арагог. Гарри и Рон, вы были с ним знакомы и знаете, какой он был замечательный. Гермиона, я знаю, тебе он не нравился. Для меня было бы очень важно, если бы вы смогли сегодня попозже вечером улизнуть из школы и поприсутствовать на погребении. Я собираюсь похоронить его ночью, это время он любил больше всего. Я знаю, что ночью нельзя выходить из комнат, но вы можете воспользоваться мантией. Тем более, профессор Снейп сегодня не дежурит. Не стал бы просить, да в одиночку мне этого не вынести. Хагрид — Хагрид не перестаёт меня удивлять, — прокомментировал Сириус, прочитавший послание вместе с Гарри, зависнув у того над головой. — Он правда не в курсе, что мантия ещё в начале года перекочевала к миссис Хадсон… — Взгляни, — сказал Гарри, протягивая послание Гермионе. — Господи, — вздохнула Гермиона, быстро просмотрев его и передав Рону, лицо которого, пока он читал, становилось всё более недоуменным. — Он спятил! — возмутился Рон, закончив чтение. — Эта тварь предложила своим дружкам-приятелям сожрать меня и Гарри! Угощайтесь, дескать! А теперь Хагрид ждёт, что мы придём поплакать над её кошмарной волосатой тушей! — Мало того, — подхватила Гермиона, — он просит нас покинуть замок ночью, зная, что школа охраняется в миллион раз строже и если нас застукают, мы схлопочем большие неприятности. — Снейп вас уморит своими нотациями о правилах поведения… — закатил глаза Блэк. — Раньше-то мы к нему ходили, — сказал Гарри. — Но он не знает, что я остался без мантии-невидимки. — Но не по такому же поводу, — ответила Гермиона. — Мы рисковали, и сильно, чтобы выручить Хагрида, но, в конце-то концов, Арагог же умер. Если бы речь шла о его спасении… — То я пошёл бы туда с ещё меньшей охотой, — решительно заявил Рон. — Ты не сталкивалась с ним, Гермиона. Поверь, мёртвый он намного приятней живого. — Рисковать из-за мёртвого паука я бы тоже не советовал, учитывая, Гарри, как Снейп будет тобой недоволен… — с намёком произнёс крёстный. «Порки мне явно не избежать тогда. Может, действительно, Хагрид как-нибудь сам справится… А мы к нему завтра заглянем…» Гарри снова взял записку, вгляделся в покрывающие её чернильные пятна. На пергамент явно градом сыпались слезы… — Гарри, даже и не думай идти к нему, — сказала Гермиона. — Если Северус тебя поймает, то достанется и тебе, и Хагриду. Гарри вздохнул. — Да знаю я, — сказал он. — Похоже, Хагриду придётся хоронить Арагога без нас. — Хагрид справится, — сказал Блэк. — Это не первая мёртвая зверушка на его веку. Хотя признаюсь, я бы хотел посмотреть на Арагога, даже на мёртвого. Но если вдруг мы попадёмся Снейпу, то я бы захотел убить себя ещё раз, чем слушать его лекции о хорошем поведении. — Тем более, Гарри, ты, кажется, говорил, что вы сегодня с Северусом собираетесь «испытать удачу»? — спросила девушка. — Всё верно, — кивнул головой Гарри. — Наш план состоит в том, что после ужина я отправлюсь в кабинет Слизнорта. Северус говорит, что мне не понадобится весь флакон, там зелья на двенадцать часов. Просто приму глоточек, и часов двух-трёх мне хватит. — После него так здорово себя чувствуешь, — ударился в воспоминания Рон. — Кажется, что просто не можешь хоть что-то сделать неправильно. — Ты это о чём? — рассмеялась Гермиона. — Ты же его и не пробовал ни разу! — Да, но я-то думал, что попробовал, ведь так? — ответил Рон тоном человека, который вынужден объяснять совершенно очевидные вещи. — Стало быть, разницы никакой не было… Гермиона не стала ничего комментировать, а лишь закатила глаза, за что Гарри ей был очень благодарен.

***

Гарри сидел на диване в гостиной апартаментов отца, держа в руке крошечный флакончик. — Ну, поехали, — сказал Гарри, отсалютовал Сириусу, стоявшему возле книжных полок, поднёс флакончик к губам и сделал тщательно отмеренный глоток. — И какого это быть самым везучим? — усмехнулся Блэк. — Я вот никогда не принимал это зелье… — Как ты, Гарри? — спросил рядом сидевший Снейп. «Это невероятное чувство! Такое ощущение, что я всё могу… А уж овладеть памятью Слизнорта так вообще проще простого!» Гарри вскочил на ноги, он улыбался, до краёв наполненный уверенностью в себе. — Великолепно, — сказал он. — Просто великолепно. Ладно, я пошёл к Хагриду. — Куда?! — ошеломлённо воскликнули в один голос Северус с Сириусом. — Ты же не собирался идти… — пробормотал Блэк. — Гарри, ты забыл про наш план? — с тревогой в голосе спросил Снейп. — Я помню про наш план, — уверенно сказал гриффиндорец. — Я иду к Хагриду, я чувствую, что мне нужно именно туда. — Ты чувствуешь, что самое лучшее — заняться похоронами паука? — в совершенном недоумении спросил крёстный. — Я чувствую, что должен быть этой ночью рядом с Хагридом. — Слушай, а это точно «Феликс Фелицис»? — спросил Блэк. — Пускай бы Снейп на себе проверил, а то мало ли что Слизнорт вам мог наплести и вместо удачи ты выпил настойку невменяемости… Северус тем временем взял флакон у подростка, понюхал его, поднёс к губам и слегка смочил губы. — Да, это действительно «Феликс Фелицис»… — пробормотал Снейп и даже улыбнулся. — Снейп улыбается?! Это точно зелье невменяемости! — покачал головой Сириус. Гарри встал и направился к двери. Снейп тоже встал и, взяв мантию-невидимку с подлокотника диванчика, накинул себе на плечи. — Шоу начинается, — пробормотал Сириус и прошёл сквозь стену. Гарри надел пальто и шапку, не забыв повязать шарф, и двинулся по коридору. Никто не встречался им по пути. «Сегодня вечером я самый удачливый человек в Хогвартсе. Даже не знаю, зачем я направляюсь к Хагриду и как это поможет мне с добычей воспоминания. Всё выглядит так, точно зелье удачи освещает передо мной путь на несколько шагов сразу». — Я не слышу шагов Снейпа, я так и знал, что он постоянно использует какое-то заклинание! — произнёс Сириус, поворачивая голову в разные стороны, чтобы понять, где сейчас находится Снейп. Дойдя до вестибюля, Гарри обнаружил, что Филч забыл запереть входные двери. Гриффиндорец распахнул их и сошёл по ступеням в сумерки, каким-то образом ощущая, что Северус идёт за ним. Хотя его действительно не было слышно. Сириус же спустился и парил над землёй рядом с крестником. Уже на нижней ступеньке ему пришло в голову, что лучше всего пройти к Хагриду огородами. Дорога была не самой близкой, но Гарри точно знал, что должен исполнить эту прихоть. — Мы точно идём к Хагриду? — спросил Сириус и посмотрел на крестника, но тот лишь повернул к нему голову и почти неуловимо кивнул. Гарри направился прямиком к огороду, где с удовольствием, но без особого удивления обнаружил профессора Слизнорта, который беседовал с профессором Стебль. — Ничего себе! Вот так зелье! — удивился Сириус. — И как оно знало, что Слизнорт именно сегодня пойдёт сюда, а не в свой кабинет, как это делал обычно? Гарри тем временем затаился за невысокой каменной оградой и вслушивался в разговор двух профессоров. — Благодарю вас за то, что потратили на меня столько времени, Помона, — учтиво говорил Слизнорт. — Большинство авторитетов сходятся на том, что они наиболее действенны, если их собирать в сумерках. — О, я совершенно с ними согласна, — горячо ответила профессор Стебль. — Вам этого будет достаточно? — Более чем, более чем, — сказал Слизнорт. Гарри заметил у него в руке пучок каких-то листьев. — По нескольку листочков для каждого из моих третьекурсников, плюс небольшой запас на случай, если кто-нибудь их перетомит… Что ж, приятного вам вечера и ещё раз большое спасибо! Профессор Стебль направилась по тёмному саду к теплицам, а Слизнорт — прямиком туда, где прятался Гарри. Как только Мастер Зельеварения начал подходить ближе, как гриффиндорец почувствовал мгновенное желание показаться. Гарри выпрыгнул из своего укрытия. — Добрый вечер, профессор. Сириус и сам дёрнулся от неожиданности. — Зелье подсказало, что нужно довести Слизнорта до инфаркта? — прокомментировал крёстный. — Клянусь бородой Мерлина, до чего ж вы меня напугали! — сказал Слизнорт, опасливо замерев на месте. — Как вам удалось выбраться из замка? — По-моему, Филч забыл запереть двери, — бодро сообщил Гарри и с удовольствием увидел, как помрачнел Слизнорт. — Я на него жалобу подам. Этот господин, если хотите знать моё мнение, больше интересуется мусором, чем нашей безопасностью… Однако что вы-то здесь делаете, Гарри? — Видите ли, сэр, тут такая история с Хагридом, — ответил Гарри, мгновенно сообразив, что самое верное сейчас — говорить правду. — Он страшно расстроен. Но только, профессор, вы никому об этом не расскажете? В особенности, пожалуйста, не рассказывайте моему отцу. Из-за этого у меня и у Хагрида могут быть большие неприятности… — Снейп из Хагрида сделает зверушку, если узнает, что он пытался тебя выманить из замка ночью… — хмыкнул Сириус. В Слизнорте явно проснулось любопытство. — Ну, обещать я ничего не могу, — грубовато ответил он. — Но мне известно, что Дамблдор полностью доверяет Хагриду, и потому я уверен, что ничего страшного он совершить не может. — Сам Хагрид не страшный, чего не скажешь про его зверушек… — прокомментировал Блэк. — Так вот, у него был гигантский паук, Хагрид держал его много лет в Запретном лесу. Паук умел разговаривать и так далее… — До меня доходили слухи, что в лесу водятся Акромантулы, — негромко сказал Слизнорт, оглядываясь на чёрную стену деревьев. — Выходит, это правда? — Да, — подтвердил Гарри. — Но только этот паук, Арагог — первый, какого Хагриду удалось приручить, — прошлой ночью умер. Хагрид так горюет. Он хочет, чтобы кто-нибудь поприсутствовал на похоронах, вот я и пообещал прийти. — Трогательно, трогательно, — задумчиво произнёс Слизнорт; его большие, печальные глаза теперь неотрывно смотрели на далёкий свет, горевший в хижине лесничего. — Между прочим, яд Акромантула очень ценен, особенно если это существо только что умерло и ещё не иссохло… Конечно, я не стал бы вести себя бестактно, тем более что Хагрид расстроен, но если бы можно было раздобыть немного… Видите ли, добыть яд из живого Акромантула практически невозможно… Казалось, Слизнорт разговаривает теперь больше с собой, чем с Гарри. — В этом весь старина Слизнорт, — хмыкнул Сириус. — Можно во всём найти выгоду, даже в смерти. — Будет ужасно, если он так и пропадёт, никому не доставшись. За пинту можно сто галеонов выручить, а жалованье моё, если честно, не так уж и велико… «Ну понятно, куда клонит Слизнорт». — Вообще-то… — сказал Гарри, весьма убедительно изображая нерешительность. — Если бы вы согласились пойти со мной, профессор, Хагрид, наверное, был бы очень доволен. И Арагог получил бы настоящие проводы, понимаете? — Молодец, Гарри! — одобрительно произнёс крёстный. — Слизнорт очень даже понимает, сколько он заработает, если поприсутствует на похоронах Арагога, а там, может быть, ещё на какие-нибудь пригласят… — Конечно, — согласился Слизнорт, в глазах которого уже вспыхнуло неподдельное воодушевление. — Знаете что, Гарри, давайте прямо там и встретимся. Я прихвачу пару бутылочек, выпьем за здоровье бедного животного… ну, то есть не за здоровье, разумеется… Во всяком случае, проводим его как следует, помянем после похорон. Ну и потом, мне надо бы галстук переменить, этот для такого случая слишком цветист. «Алкоголь — это как раз то, что поможет разговорить Слизнорта, но чтобы пить с Хагридом, двух бутылочек будет явно маловато… Ну ладно, что-нибудь придумаем». Слизнорт поспешил в замок, а Гарри, очень довольный собой, направился к Хагриду. — Как ты узнал, что у Хагрида умер паук? — донёсся до Гарри недовольный голос Снейпа. — Ну конечно же он всё слышал… — закатил глаза Блэк. — Да радуйся, Снейп, что всё так закрутилось, а не выноси мозг Гарри. — Он написал мне письмо об этом… — уклончиво ответил Гарри. — Уведомил, так сказать, — хмыкнул Блэк, — что на одного акромантула стало меньше. — И просил прийти? — строго спросил Снейп. Гарри чувствовал, что отец идёт рядом с ним и явно следит за его реакцией. — Вдруг нам с Роном и Гермионой захочется с ним проститься. Нам не захотелось, но «Феликс Фелицис», как видишь, посчитал иначе… — усмехнулся Гарри. — Ясно… — донёсся строгий голос Северуса. — Чувствую, что Хагриду это всё ещё может аукнуться… — прокомментировал Сириус. Гарри ничего не сказал и постучал в дверь хижины лесничего.