Красная Азалия

      На губах Сюэ Яна играла нежная улыбка, очень странно контрастирующая с истошными воплями мужчины, что пытался вытащить нож, намертво пригвоздивший его ладонь. На секунду их взгляды встретились — А-Цин чуть было не задохнулась от страха. Нет, это была вовсе не улыбка! И тут же Сюэ Ян обратил свой дьявольский оскал в сторону кричащего человека.       — Что за монстр способен обвинить слепого в воровстве?! Какая жестокость! У тебя, должно быть, вовсе нет души! Он даже сломал шест бедного ребёнка! Какого же неприятного человека мне довелось повстречать!       — И кто ты такой?! — закричал человек из толпы. Сюэ Ян повернулся в сторону вопрошавшего.       — Заклинатель Сюэ Чэнмэй к вашим услугам! Я не принадлежу ни к одному из орденов, а следую по пути справедливости. — Сюэ Ян склонил голову, и А-Цин услышала тревожный ропот толпы: обычно никто не любил мешаться под ногами заклинателей, а после увиденного они всерьез опасались возможных неприятностей. — Как заклинатель, верящий в правосудие, я не мог стоять в стороне и смотреть, как этот негодяй напал на маленькую слепую девочку.       Никто из них не рискнул бы помешать Сюэ Яну, как никто до этого не вступился за А-Цин.       Когда Сюэ Ян присел рядом с ней, А-Цин старательно расфокусировала взгляд, чтобы не смотреть на него.       — Какой жестокой была рука, сотворившая такое! Не волнуйся, маленькая госпожа, я позабочусь о том, чтобы всё исправить.       — Я тебя не знаю!       — Не нужно бояться.       А-Цин зажмурилась и попыталась успокоиться настолько, чтобы придумать план действий. Она не могла бежать — тогда все поняли бы, что на самом деле она не слепая, да и вряд ли кто-то мог убежать от Сюэ Яна. Никто не бросился бы ей на помощь, даже если она стала бы кричать. К тому же А-Цин понятия не имела, как скоро должны были вернуться даочжаны.       Она осталась одна.       — Почему бы нам не увести тебя подальше ото всех этих зевак, маленькая госпожа?       А-Цин распахнула глаза. Сюэ Ян всё ещё не улыбался.       — Моя п-палка, — запинаясь, сказал она.       — Мне жаль, но этот человек сломал её, — его голос звучал мягко, и А-Цин была уверена, что толпа прониклась этой наигранной искренностью. Разве мог кто-нибудь из них заметить злой восторг в его глазах? Сюэ Ян наслаждался этой игрой. — Я помогу тебе встать — вот мои руки, — он опустил ладони на плечи А-Цин. — Прижми сломанную руку к груди, затем мы поднимемся на колени и встанем. Хорошо?       А-Цин фыркнула, но кивнула. Разве у неё был выбор? Хотя… было что-то странное в манере его речи… Примерно также звучал голос Синчэнь-даочжана, когда тот пытался кого-то успокоить.       Сидеть было невыносимо, двигаться в попытке подняться — тоже. Её плечо пульсировало от боли, а вся рука покраснела и горела, точно огнём. Руки Сюэ Яна чудесным образом не задели повреждённого места, придерживая А-Цин так, чтобы она не потеряла равновесие. Из-за головокружения она едва ли смогла бы подняться самостоятельно. Убегать от Сюэ Яна — теперь в этом не было смысла. И как бы она сделала это в таком состоянии? Оставалось лишь следить за тем, чтобы не выдать свою зрячесть.       — Вот и всё, отлично! Теперь скажи мне, на каком постоялом дворе ты остановилась? Я отведу тебя туда, — сказал Сюэ Ян. А-Цин подавила желание вырваться из его рук. Она просто не могла сказать этому маньяку, где остановился Синчэнь-даочжан.       — Пока что нигде — я пришла в город только сегодня утром.       — Тогда ты можешь пойти со мной! — Сюэ Ян сверкнул белозубой улыбкой и повернулся к мужчине. Губы его тут же растянулись в той не улыбке, а глаза недобро сощурились. — Что до тебя… Возможно, в будущем ты будешь думать дважды, прежде чем чинить другим неприятности, особенно тем, кто не может постоять за себя сам.       Сюэ Ян протянул руку, чтобы схватить рукоять ножа, и вывернул его круговым движением, из-за чего мужчина вновь завопил от боли. А-Цин вздрогнула. Это определённо было сделано намеренно. Сюэ Ян был создан, чтобы причинять боль.       — Пойдём?       Толпа тут же расступилась — никто не хотел стоять на пути опасного заклинателя. Он держал руку на спине А-Цин, неспешно ведя её сквозь толпу, которая вскоре осталась позади.       — Я должна вернуться, потому что меня ждут.       — Ага, разумеется.       — Цзычэнь-даочжан наверняка уже отправился на мои поиски.       — Так это он помог тебе сохранить руку?       Они свернули в переулок, потом в другой, чтобы скрыться от чужих глаз. А-Цин оглядывалась по сторонам, но понимала, что помощи ждать неоткуда. Не было такого места, где можно было бы спрятаться от Сюэ Яна. Не было предмета, который она могла бы использовать как оружие. Не было ни единого свидетеля.       — Бежать было бы очень глупо, — пробормотал он, хватая её за воротник.       — Бежать — это то, что следует сделать тебе. Давай прямо сейчас, и тогда, быть может, Цзычэнь-даочжан не успеет тебя убить.       Сюэ Ян фыркнул:       — Сун Лань не может меня убить. Поверь, он пытался. Возьми себя в руки и пошли.       Это оказалось предупреждением, прежде чем Сюэ Ян подхватил её на руки и запрыгнул на высокий подоконник, ныряя внутрь дома. А-Цин вскрикнула, потому что случайно задела раненую руку, а Сюэ Ян спокойно поставил её на ноги, словно всё это было в порядке вещей.       — Они уже ищут меня! — закричала А-Цин и, тяжело дыша, отшатнулась к стене. Здесь было темно и пыльно, словно в этом заброшенном доме уже давно никто не жил.       — Сядь, Слепышка.       Задумавшись, она прикусила губу: заброшенный дом, опасный человек рядом, сопротивляться было не лучшей идеей, верно?       Сюэ Ян скрестил руки, приподнимая бровь:       — Или не садись, мне-то без разницы. Однако будет легче зафиксировать плечо в положении сидя.       — Зачем ты мне помогаешь?       — Что ты имеешь в виду? Заклинатель Сюэ Чэнмэй следует по пути справедливости. Разве могу я не помочь кому-то в беде?       — Ты ударил ножом того человека.       — Невероятная сдержанность с моей стороны, знаю.       А-Цин глубоко вдохнула, ненадолго задерживая дыхание. Её лицо горело и распухло с одной стороны, рука разрывалась от боли; ей казалось, что ещё секунда и она может упасть в обморок. По какой-то причине Сюэ Ян действительно помогал ей, а не пытался сделать хуже.       — Ладно. Так уж и быть, помоги мне, — сказала А-Цин, сползая по стене на пол.       Он тотчас оказался рядом с ней.       — Только рука и лицо, верно? Ты, часом, по дурости не вывихнула лодыжку, пока падала?       — Нет. Мы ведь шли сюда, и лодыжки были в порядке, придурок.       — Ты будешь удивлена, узнав, с какими повреждениями способен передвигаться человек, если достаточно мотивирован на это. Значит, никаких других повреждений? Сейчас мы вправим твою руку. Будет больно.       — Хорошо, чёрт возьми.       Сюэ Ян сотрясался от едва сдерживаемого смеха. Он потянулся к покалеченной руке, медленно разгибая, пока кисть не коснулась коленей. Закатав рукав, Сюэ Ян покачал головой.       — Останутся довольно впечатляющие синяки. Драка с торговцем из-за золотой заколки, что бы на это сказал даочжан?       — Я её не крала!       — Конечно же нет, ты ведь порядочная юная дева, которая никогда не делает ничего незаконного. И никогда не ворует.       — Ну ты и засранец!       — Очаровательна, как и всегда, Слепышка.       — Ты действительно собираешься что-то сделать, или просто хочешь добить меня, ублюдок?!       Сюэ Ян резко дёрнул её руку, что-то хрустнуло в плече, а он, ухмыляясь, откинулся назад.       — Полегчало?       — Отвали! Какого хрена ты это сделал?!       Он лишь рассмеялся, садясь рядом с ней и прислоняясь спиной к стене. Худшее заключалось в том, что это, кажется, помогло — боль постепенно затихала, и А-Цин смогла немного пошевелить рукой.       — Ты даже не хочешь поблагодарить меня?       Она фыркнула:       — Уверена, что заклинатель Сюэ Чэнмэй не нуждается в моей благодарности. Ему достаточно ярких ощущений, что он получает от свершения добрых дел.       — Как ты думаешь, даочжан сочтёт хорошим поступком, если я пойду и отрежу тому ублюдку руку? Ответ отрицательный, правда?       — Почему ты спрашиваешь меня об этом?       — Это ведь твою руку он пытался отрезать. У тебя есть право жаждать его крови.       А-Цин взглянула на Сюэ Яна. Его голос по-прежнему звучал легко, шутливо и весело, однако на губах вновь появилась та улыбка, предвещающая, что прольётся кровь. От её имени?       — Почему? Мы же терпеть друг друга не можем.       — Даочжан мой, а ты принадлежишь ему. Исходя из этого, ты также принадлежишь и мне. А я не переношу, когда кто-то портит мои вещи, — сказал он, глядя на её руку.       — Ох.       — Да, так что убийство ублюдка недопустимо — правило даочжана, а вот нанести увечье всё же можно, учитывая, что это будет во имя защиты слабых! Даочжан сам так говорил! Это немного уменьшит отёк, — в его руках появилась баночка с лекарством и какая-то пилюля. А-Цин нахмурилась, но всё же потянулась за ними. — Однако я уверен, что наши с даочжаном понятия о возмездии кардинально отличаются.       — Ты уже ударил того человека.       — Верно, но только представь: я могу ударить его ещё раз!       — Не думаю, что Синчэнь-даочжан оценил бы это. А вот Цзычэнь-даочжану, думаю, понравилось бы.       Сюэ Ян издал разочарованный вздох и, скрестив на груди руки, уставился в противоположную стену.       — Так где, говоришь, остановилась ваша компашка?       А-Цин не ответила, на что Сюэ Ян рассмеялся.       — Видишь? Вот ещё одна причина! Даочжан слишком доверчивый, а Сун Лань постоянно идёт у него на поводу. У тебя здравого смысла больше, чем у них обоих.       Это было правдой. Цзычэнь-даочжан был прекрасным человеком, не особо доверчивым, однако А-Цин не раз видела, как его обманывали незнакомцы.       Сюэ Ян отвлёкся, возясь с красно-белым шёлком, повязанным на запястье. А-Цин посмотрела на дверь, что находилась всего в трёх шагах…       — Лестница давно рухнула. Спуститься вниз не так уж и просто, но ты, конечно, можешь попытаться, особенно если хочешь лишний раз потревожить больное плечо. Задержись ненадолго, — сказал он, угощая её конфетой. Сюэ Ян не предлагал вслух, а просто помахал конфетой перед ней. Слепая девочка никак не смогла бы об этом узнать.       А-Цин взяла конфету, а Сюэ Ян усмехнулся.       — Я всё ещё раздражён из-за того, что ты сказала ему.       Она фыркнула, кладя конфету в рот.       — Тебе не следовало его обманывать.       — Ты не рассказала про торговцев.       — Это было даже полезно, в отличие от остальных твоих уловок.       Сюэ Ян хмыкнул, съел одну конфету, а другую протянул А-Цин.       — Зачем ты обворовываешь горожан? Даочжан не оставит тебя без еды и денег.       — Ждать очень скучно.       Он рассмеялся.       Всё послеполуденное время А-Цин провела здесь, отдыхая, а порой когда становилось скучно, принималась вовсю доставать Сюэ Яна. Он же большую часть времени потратил на то, чтобы очистить свой кинжал от крови и заточить его лезвие.       — Ты должна как следует заботиться о своём оружии и всегда проверять его состояние после боя.       После этого Сюэ Ян закрыл глаза и прислонился спиной к стене, словно решил вздремнуть. Его глаза двигались под веками, как будто он видел сон, однако Сюэ Ян явно притворялся, учитывая то, что он всегда быстро отвечал. Иногда тени вокруг него забавно перемещались, но А-Цин не чувствовала в них ничего зловещего, так что это, должно быть, была лишь игра света и тени.       Ближе к закату он сел, всё ещё держа глаза закрытыми.       — Что с тобой?       Сюэ Ян ухмыльнулся, а затем подскочил к окну, выглядывая на улицу. А-Цин подумывала столкнуть его. Нет. Это бы его только разозлило, точно кота, попавшего под дождь.       Он посмотрел на А-Цин оценивающим взглядом, как будто услышал её последние мысли. Та в ответ лишь невинно улыбнулась — она тоже умела неплохо притворяться.       — Вот.       А-Цин посмотрела на его руку, протягивающую ей кинжал рукоятью вперёд.       — Ты ударил им того человека.       — Он повидал вещи поинтересней, чем кровь этого ублюдка. В нём пока мало духовной энергии, но если научишься с ним обращаться, он неплохо тебе послужит, — он смотрел на неё, снова рассеяно улыбаясь. — Что-то не так? Значит, сладкие подарки от меня ты принимаешь, а это не хочешь?       Она фыркнула и потянулась к кинжалу, но Сюэ Ян перехватил её руку, прижимая рукоять к ладони А-Цин. Она вздрогнула, встречаясь с ним взглядом.       — А-Цин, послушай. Любой из твоих врагов больше и сильнее тебя. Если ты используешь его, то, возможно, у тебя не будет шанса на второй удар. Поэтому научись им пользоваться. Сделай так, чтобы первый удар всегда был неожиданным, — он ухмыльнулся. — У тебя получится.       А-Цин отдёрнула свою руку, крепко сжимая рукоять, и неуверенно кивнула.       А-Цин сильно смутилась при мысли о том, что Сюэ Яну, чтобы вернуться с ней обратно на улицу, снова придётся взять её на руки. Сюэ Ян довольно улыбнулся, легко уворачиваясь от кинжала, направленного в его сторону.       — Разве я тебе не говорил, что сначала надо научиться?       — Я и раньше держала нож в руках!       — Что-то непохоже.       — Однажды я заколю тебя им!       — Точно уж не в ближайшем будущем, малявка, — фыркнул он, глядя в переулок. — Передавай даочжану привет!       Сказав это, он перепрыгнул на крышу и исчез, оставляя А-Цин одну.