Зима и теплые руки

      Нил обнимал его со спины, в то время как Эндрю читал вопросы к какому-то зачету. Прошел почти год с того дня, когда Миньярд узнал, что Джостен был ходящей печкой, и с тех пор вместо того, чтобы пытаться согреться под тремя одеялами, Эндрю просто шел в соседнюю комнату и либо оставался там до самой ночи, либо тащил ее обитателя к себе.       Нил часто гундел о том, что Эндрю встречался не с ним, а с его теплом. Но что он мог поделать, если прилив тактильности нападал на него исключительно зимой? Ничего. А вот Нил мог его обнять. Или поцеловать. Или еще что-нибудь, лишь бы его руки были теплыми и находились на теле.       Повезло еще, кстати, что Нилу, в отличие от него, было всегда жарко, поэтому они в какой-то степени дополняли друг друга. Хотя летом жарко было всем, настолько, что даже стоять рядом друг с другом казалось невыносимым. Поэтому расстояние минимум метра и странные разговоры стали сопровождать их во время всех встреч летом.       Но сейчас за стеклом шумела пурга, а Нил за спиной, похоже, уснул от его бубнежа, который тот каждый раз выслушивал и под который каждый раз засыпал. Эндрю откинул голову на чужое плечо, проверяя закрыты ли глаза Нила. Как оказалось, он не спал. Но явно прибывал не здесь.       — Планета вызывает Джостена, ответьте, — проговорил он, щелкая пальцами перед его носом.       — М? — заторможено отреагировал Нил, медленно моргая. Эндрю понял, что тот готов был заснуть. — Да думаю. Скоро праздники. Не хочешь полететь со мной к дяде? — Эндрю с сомнением промычал, вспоминая те мучительные четырнадцать часов полета (семь туда, семь обратно). А от дяди Нила до сих пор оставалось странное чувство того, что его могли грохнуть в любой момент. В остальном он оказался довольно приятным мужчиной.       — Я подумаю.       Нил скупо кивнул и опять начал вырубаться. Эндрю тоже здесь делать больше было нечего — все вопросы прочитаны, батарея Нил согрел. Можно как будто и валить. Он закрыл тетрадь и ткнул Нила в руку.       — Я пойду, не хочу пересекаться с Мэттом, — выдохнул он, только сейчас понимая, что не так уж и хотел уходить. Но сосед Нила правда должен был скоро вернуться, а на людях они контактировали примерно… Никогда. Без учета рук Эндрю на предплечье Нила, когда он мерз на обеде.       — Он не придет. У Дэн вроде, — сообщил вяло Нил, кажется, только больше становясь лужицей за его спиной. Эндрю чуть вздрогнул от неожиданности, когда невесомый поцелуй остался на его виске. Нил делал так редко, но Эндрю не был против, только больше расслабляясь в его руках. — Останешься?       — Надо в душ, — заключил Эндрю. Он не мог ходить в него, как Нил, утром — любое желание идти на занятие улетучивалось вместе с горячей водой, которой пользовалась половина общежития именно в то время, когда он там был. Вечером было чуть получше.       Руки, обхватывающие его поперек живота все это время, расслабились, выпуская его. Эндрю не то чтобы хотел уходить, но встал, чтобы потом вернуться к теплу чужого тела. Легкий холодок пробежал по спине, заползая под ткань одежды. Возможно, в комнате на самом деле не так тепло, как он считал.       Заглянув к ним с Аароном, он взял сменную одежду. Тот окинул его быстрым взглядом, словно сразу понимая, что кто-то собирался свалить и не возвращаться до утра, но ничего не спросил, поэтому Эндрю просто ушел в душ.       С собой он взял обычную футболку и шорты — как бы он не утеплялся, чтобы проспать в своей комнате спокойно всю ночь, но с Нилом всегда и при любых обстоятельствах спать было жарко. Только спустя месяц таких перебежек в чужую комнату он смирился с тем, что придется одеваться менее утепленно, чтобы не умереть от перегрева.

***

      Когда он уже вернулся в комнату, Нил с кем-то говорил по телефону, кажется, немного выйдя из своего состояния полусна. Эндрю выключил свет, нагло проскальзывая под одеяло, к теплому Нилу. Тот едва слышно усмехнулся, то ли от действий Эндрю, то ли от смешка дяди, голос которого удалось различить по ту сторону звонка.       — Здравствуйте, — буркнул Эндрю, укладываясь рядом поудобнее. Он бы свернулся в комок, но так он не будет наслаждаться теплом Нила.       — Привет, Эндрю, — хмыкнул Стюарт каким-то снисходительным тоном. — Ты переехал к Нилу или почему каждый раз, когда я звоню ему, по итогу со мной разговариваешь ты? — Эндрю прикрыл глаза.       — Мм, пока нет, — выдохнул Эндрю, прижимаясь к шее Нила. Тот, поежившись, вздрогнул, когда мокрые блондинистые волосы коснулись горячей кожи. Эндрю своеобразно извинился, чмокнув того куда-то в изгиб шеи. Громковато вышло.       — Ладно, не буду вам мешать, — сказал заключительно Стюарт. — А то я, видимо, отвлекаю вас. — Претензию в голосе мужчины Эндрю разглядел издалека. Он нашел это смешным.       — Да мы спать уже укладываемся, — кладя руку на голову Эндрю, тихо пробормотал Нил. По ту сторону тяжело вздохнули. — Спокойной ночи.       — Ну да, у меня-то третий час ночи.       — Повод восстановить режим, — опять вмешался Эндрю. Вообще, они так рано обычно не ложились, но сегодня(как завтра) у обоих занятия стояли с самого утра, еще и Кевин на тренировке знатно помотал, выбив все возможные силы.       — Да-да-да, — протараторил Стюарт и отключился.       — Мне кажется, я ему не нравлюсь, — бросил Эндрю, чувствуя, как заледенелые ноги начали отогреваться.       — А ты больше дерзи ему, глядишь, про топор не просто речь зайдет, а еще и познакомишься с ним, — фыркнул Нил, но телефон убирать, кажется, не намеревался. Голубой свет подчеркивал его глаза и контрастировал на фоне рыжих кудрей.       — А ты, я смотрю, проснулся, — заметил Эндрю, который сам настроился на сон. Нил окинул его взглядом, в то время как он прижался холодными ногами к его лодыжкам.       — Ага, дядя, как обычно, слишком энергичный, чтобы не проснуться. — Нил перебирал его волосы, несколько раз массируя голову пальцами уже по привычке. Эндрю снова прикрыл глаза. — Ложись, я недолго.       Эндрю лишь поджал губы и отвернулся к стенке, не скручиваясь комком на этот раз из-за ширины одеяла. Он так и не заснул, глядя куда-то в пустоту, вслушиваясь в чужое дыхание. После нескольких шебуршаний к нему прижалось чужое тело, руки которого Эндрю легко позволил просунь под своими, чтобы его притянули чуть ближе.       — Еще не спишь? — спросил тихо Нил, прижимаясь теплым носом к уже подсохшим волосам на загривке.       — У тебя одеяло короткое. Холодно.       Теплые ладони скользнули под футболку, поглаживая дрожащий от уловимого только ему холода живот. Эндрю вдохнул глубже, прижимаясь спиной к груди Нила. Место возле него уже неплохо нагрелось, отчего хотелось расплавиться. Чужое дыхание в шею стоило того, чтобы все-таки выползти из-под горячего душа. Если он в таком тепле и проснется, то точно не пойдет никуда.       — А я хотел окно открыть предложить, — сказал Нил, поцеловав Эндрю в шею, от чего у того пробежали мурашки по коже от контраста. Оказывается, тело его не так уж и мерзло в отличие от головы, которая была единственной не укутанной конечностью(если голову вообще можно назвать конечностью). Уши так вообще он особо не чувствовал, желая прижать к ним уже более-менее теплые пальцы.       — Я тебя в него выкину, если откроешь, — буркнул Эндрю, чуть поворачиваясь к нему. Нил нагло улыбался. — Я серьезно. Мне стало холодно только от одного словосочетания «открыть окно». — Его ладони легли поверх рук Нила, обжигая их холодом в подтверждение своих слов.       — Мое тело ты уже оккупировал, что еще предлагаешь? — усмехнулся Нил в тишину комнаты.       Эндрю не ответил ничего вслух, лишь прижался виском к подбородку. Руки Нила поудобнее перехватили его, а сам Нил выдохнул горячий воздух ему на ухо. Тепло. Это же Эндрю озвучил. Нил поцеловал туда же. А потом еще раз. Дыхание слегка надорвалось.       — Лучше?       — Немного, — соврал Эндрю, отворачивая голову назад в тень. Нил приподнялся, следуя за его головой, чтобы в шутку прикусить мочку уха. Эндрю сам двинул родные руки чуть дальше под футболку, вынуждая Нила прижаться ближе. — Это не уши греет.       — А что? — Эндрю слышал эту чертову знающую ухмылку в голосе.       — Ты в курсе, — отмахнулся он, и Нил двинулся туда, куда нужно. Пальцы сжали простынь в предвкушении, в то время как губы Нила раз за разом опускались на его шею, больше щекоча, чем согревая. Эндрю поерзал, прижимаясь ближе к Нилу, ближе к теплу.       — В курсе, но хочешь ли ты, чтобы я согрел не только их? — жарко прошептал он, целуя скулу. И щеки, и уши у Эндрю наверняка пылали, благо видно этого в темноте не должно. Он сдержал блаженное мычание, когда пальцы на миг скользнули под резинку домашних шорт, но не заходили дальше. Дразнился.       А у него привстало, уже когда Нил впервые задел его ухо горячим дыханием, поэтому тянуть еще больше казалось неправильным. Хотя и двигаться ему было лень. Накати такое возбуждение, будь он один, Эндрю бы и пальцем не шевельнул, просто заснув. Но у него был Нил.       — Не тяни. — Руки скользнули к груди. Как назло. Подлец. — Сучонок.       — Ничего конкретного не услышал, — продолжал мурлыкать Нил, спускаясь поцелуями к плечу. Эндрю уверен, дай тому помаду, к концу ночи на коже не останется ни единого чистого участка. А Эндрю и не был против, особенно зимой. Все кофты автоматически летели вниз за ненадобностью, стоило Нилу оставить на нем больше десяти поцелуев, что обычно значило, что они не закончаться еще очень долго.       — А ты такой недогадливый? — прошептал Эндрю, поворачивая голову к нему. Губы мгновенно накрыли чужие. Эндрю готов был расплавиться или сгореть и никуда завтра не идти. Ну а что? Пепел вряд ли будет полезен на парах. Тем не менее рот он открывал шире, в то время как Нил сжал его грудь в своем любимом жесте. В такие моменты Эндрю вспоминал, зачем вообще ходил на все отвратительные тренировки Кевина.       — Возможно, — выдохнул он, отстранившись.       Если знать Нила, можно с легкостью понять, что такое могло продолжаться вечно. Поэтому Эндрю взял его руки в свои и направил вниз, прямиком под одежду. Дрожащий выдох вырвался из его рта, а Нил же был настолько спокоен и ровен, что аж бесил. Эндрю так и не разобрался с тем, как работало желание Нила, настолько уж странное и непостоянное оно было. Но никто и не жаловался. Нет так нет, да так да. Сексуальная жизнь являлась далеко не самой важной между ними.       — Так понятнее? — огрызнулся он, прежде чем получить очередной поцелуй в плечо. Держать привычную маску недовольного студента оказалось сложнее, когда тебе тепло, когда тебя целовали и обнимали родные руки, а тем более когда он уже сходил в душ и лежал вареным овощем.       — Немного, — хмыкнул Нил и наконец-таки обхватил его. — Тут? — И поцелуй в шею, от которого Эндрю поежился, что-то неразборчиво промычав. Нил тоже вымотался за день, что было заметно в его дразняще-медленных движениях. Он словно специально водил рукой так, чтобы почти не задевать голову, заводя, но не разряжая.       Эндрю терял голову от мягкости, которой Нил сегодня решил его окутать. Отчего нежданное покусывание вырвало из него тихий стон. Аарон наверняка будет стебать его с утра пораньше за следы, но сейчас он шикать на Нила ни за что не будет. Только заведет руку в его рыжие кудри, прижав ближе…       — Издеваешься? — Когда пальцы вновь не достигли головки, спросил Эндрю. Нил будто специально прокрутил запястье, сцеловывая все его недовольства с губ. Эндрю так-то и не был против, сам любил доводить Нила медленно, разбирая на части и собирая назад.       — Никогда, — хмыкнул Нил, очерчивая большим пальцем головку. Он смазал предъэкулятор вниз по длине и, теперь точно специально, вновь замедлился. — У тебя очень вкусный шампунь. Ты вкусно пахнешь, — протянул тихо Нил, прежде чем прикусить его шею вновь, слегка всасывая кожу. Громкий чпок, с которым он отлип от кожи, разлетелся по всей комнате. Влажности добавилось не только на его шее в виде слюней Нила, но и у Эндрю в трусах, от которых он так и не осилил избавиться из-за огромной лени.       Нил уже знал, как простые звуки могли свести его с ума, поэтому нагло пользовался этим каждый раз — чаще, когда делал минет, но и в других ситуациях умудрялся оставаться до безумия звучным. Вот и сейчас он то шуршал одеялом, то дышал ему на ухо. Хотя, возможно, это уже говорила личная помешанность Эндрю.       — Ты можешь быстрее, блять? — несдержанно спросил он, не выдерживая медлительности Нила. Эндрю только больше сжал край подушки, когда рука на члене сжалась, почти попадая в тот нажим, с которым Эндрю дрочил сам себе.       — А ты куда-то спешишь? — Нил втянул мочку его уха в рот. Эндрю непроизвольно толкнул бедрами навстречу руке. — Или просто терпения нет?       В ответ Эндрю только промычал что-то неразборчиво, чувствуя, как вторая рука Нила придерживала его на месте. Это была растянутая сладкая пытка, которая прекратилась только тогда, когда сам Эндрю потянулся рукой вниз, чтобы помочь Джостену расшевелиться. Не успела рука лечь на чужую, как Нил сам ускорился, выбивая из Эндрю неожиданный стон.       Эндрю сменил направление движения и просто положил руку куда-то на бедро Нила, у которого даже не встало, что в целом было ожидаемо. Он легко сжал его, с таким же явным оттенком вялости. Однако простынь шуршала чуть сильнее, чем Эндрю уже привык, а из его рта доносилось чуть больше звуков, чем ранее. Нил, словно этого и добивался, лишь плотнее прижимался к его спине сзади, создавая ощущение уже не просто тепла, а жары.       — Это такой своеобразный способ уговорить меня открыть окно? — не удержался от шутки Эндрю, концом вопроса уходя в полу стон. Нил как знал, когда стоило остановиться и провести подушечкой большого пальца по уретре. А после он рассмеялся. Тихо и по-родному.       — А ты разрешишь? — шутливо подхватил он.       — Разрешу, только закончи уже, — выдохнул сбивчиво Эндрю. И Нил перестал дразнить, словно действительно добивался только открытия этого ебанного окна. Хотя Эндрю даже не удивиться, если на деле так и окажется.       В паре движений Нил уместил все, что любил Эндрю: и прокручивание, и короткий поцелуй в точке пульса, и горячее дыхание, опаляющее кожу. Эндрю кончил с протяжным мычанием. Нил выжал из него последнии силы, которые он и без того растерял за день. Но это хотя бы не тренировка, на которой тело трясется не от блаженного удовольствия, а от отчаянного желания закончить с упражнением (это чувство поймет каждый, кто не Кевин и не Нил). Через мгновение Эндрю коротко посмеялся.       — Ты ведь действительно сейчас окно откроешь… — Нил улыбнулся, поцеловал его в загривок почти нежно и выдохнул: «Конечно». — Тогда, ради Бога, принести сначала чистые трусы, а после себя на кровать, теплым.       Нил снова рассмеялся и встал. Стало холодно. А еще Эндрю находился в состоянии между сном и реальностью.       Провалился в сон, однако, он только тогда, когда Нил закончил со своими перебежками и пригрел его замерзшее за полминуты открытого окна тело.

***

      Утро встретило закрытым окном. Нил даже зимой уползал из нагретой кровати на пробежку, поэтому его и не было в комнате. Удивительно, что Эндрю не проснулся от вечного вошканья Нила. Возможно, он настолько устал вчера, что разбудить его смог только громкий будильник.       Он поморщился, поежился, но встал и пошел к себе. Неспешно передвигаясь по коридору, Эндрю пожалел, что не стащил одну из кофт Нила даже на такой короткий путь до комнаты. Аарон уже проснулся — а может, и не ложился, кто этих медиков знал. Он повернулся на стуле (точно не спал) и окинул Эндрю взглядом.       — Когда-нибудь я прочитаю Джостену лекцию о том, что засосы могут быть опасны, — «хоть и редко» Аарон, видимо, решил не добавлять. Эндрю, никак не отреагировав, просто закатил глаза и занялся своими делами. Умылся, почистил зубы, переоделся в ту самую теплую кофту Нила, налил кипяток в чайник и пошел дальше бороться с холодом в этом бренном мире. Возможно (точно), он снова сегодня посетит теплый уголок в виде кровати Нила.