Baby steps

Шарль подготовил три разных причины, почему он не может прийти в кафе Макса вечером. Он даже отрепетировал пару раз перед зеркалом, но чем ближе было время закрытия магазина, тем хуже ему становилось. Он ведь пообещал. Макс точно расстроится, но постарается не подать виду. Будет просто смотреть своими большими голубыми глазами, как побитый щенок. А потом он расскажет всё двум несносным паразитам, и они тоже будут смотреть на него с разочарованием. Как бы Шарль не притворялся, но он на самом деле не хотел, чтобы Олли и Габи боялись его или думали, что они ему не нравятся. Просто это так сложно ладить с детьми, пусть Макс и сказал, что они уже достаточно взрослые. Сделав над собой усилие, мужчина всё же прибирается в помещении, чтобы потом пойти в кафе по соседству. Он оттягивает момент до последнего, но понимает, что вечно делать это не получится. Монегаск хватает подготовленный букет из розовато-красных альстромерий, которые он подготовил уже давно. Макс так часто угощает его, что Шарлю пора расплачиваться хотя бы таким образом. Однако это было его рациональная причина, другая же заключалась в том, что у голландца на лице иногда появлялась такая маленькая, почти незаметная, смущенная улыбка. И в последнее время, до того на их спокойное царство безмятежности и покоя, не напали два сумасшедших ребенка, главной целью Шарля стали попытки добиться этой улыбки. Пока у него получалось не всегда, но чаще всего его ждал успех, когда он приходил с букетом в руках. Он попытает свое счастье и сегодня. На двери кафе уже висит табличка «закрыто», но свет всё ещё горит и слышны громкие голоса, которые о чем-то спорят. Шарль почти беззвучно открывает дверь, стараясь не привлекать к себе много внимания с самого начала. Макс, как и всегда, стоит за стойкой, пока Габи и Олли сидят за одним из столиков и активно спорят, размахивая руками. Каждый держит в руках по кружке, Габи ¬– синего цвета, Олли ¬ красного. – Шарль, ты всё-таки пришёл! – Макс машет ему рукой и монегаск кивает, подходя к кассе. – Проходи, я уже завариваю чай. Ещё пять минут, и я бы отправил одного из них за тобой. – Значит мне повезло, что я пришел сам, – Шарль садится на свое любимое место, все еще незамеченный двумя подростками. – Вот, это тебе. Когда у Макса в руках оказывается букет, Шарль чувствует, как радость наполняет все его тело. Он выбрал цветы правильно, они так подходили к легкому румянцу, появившемуся на щеках голландца. Он мысленно хвалит себя. – Спасибо, Шарль, – голландец отворачивается, чтобы найти вазу. – Не знаю, как у тебя каждый раз, получается подобрать букет, который идеально бы вписывался в обстановку. – Это талант, – монегаск подмигивает, над чем Макс смеется. – Тебе бы стоило поучить тех двоих, – голландец машет рукой в сторону подростков, которые всё ещё размахивали кружками – теперь у каждого их было по две в обеих руках. Такие опасные разговоры ничем хорошим не заканчиваются, особенно с этими парнями. – Они уже двадцать минут спорят о том, какие кружки будут использоваться в кафе на следующей неделе. Я попросил их выбрать один цвет, надеясь, что это их успокоит, и они не будут крушить мое кафе, но все стало еще хуже. Возможно, сегодня вечером мне придется сесть и заказать новый набор, потому что эти могут не дожить до завтра. – Может оставим их так? – с долей надежды спрашивает Шарль, но получает только строгий взгляд от Макса – Хорошо-хорошо. Я попробую поговорить с ними. Ты такой строгий. – Иди, – голландец отворачивается и уходит в подсобное помещение, оставляя Шарля в отчаянии. Он делает глубокий вдох и поднимается с места, чтобы сесть за столик к двум подросткам, которые даже внимания на него не обращают. – Парни, привет, – оба застывают, поворачивая к нему головы – Кажется, у вас тут важное обсуждение, могу я присоединиться? – Шарль! – глаза Олли блестят от восторга – Мы думали ты уже не придешь. Вот скажи, красные кружки же лучше смотрятся, да? – Нет, Шарль, – Габи почти бьёт синей кружкой по носу монегаска – Синяя намного лучше выглядит. Тем более Макс любит синий. – Он любит голубой, – почти одновременно произносят Шарль с Олли и оба замирают. – Ну и что? – Габи фыркает. – Голубой или синий – почти одно и то же. – Нет, красные- – Олли не успевает договорить, Шарль хватает руки обоих и медленно давит, чтобы оба подростка, наконец, поставили посуду на стол. – Так, давайте на этом остановимся, – монегаск дарит им свою лучшую улыбку, на которую способен после долгого дня общения с клиентами – Макс же не сказал, что можно использовать только один цвет. Почему бы вам не поделить дни поровну? Макс ведь работает только 6 дней в неделю. – Точно, – уже спокойнее соглашается Габи и смотрит на кружки, а потом поднимает глаза на Олли – Можем просто чередовать? – Да, составим расписание, – Олли улыбается, и Шарль выдыхает – кризис предотвращен. – Что же, раз вы разобрались, теперь давайте попьём чай, – все трое вздрагивают от внезапного появления Макса. – Как давно ты там стоишь? – монегаск смущенно потирает лицо руками и поднимается, чтобы вернуться на место за стойкой. – Примерно с того момента, как Габи пытался разбить тебе нос кружкой – голландец смеётся, отчего вокруг глаз появляются морщинки. – Ты должен был мне помочь, – тихо шепчет Шарль. – Ты и без меня неплохо справился, они же успокоились, – Макс пожимает плечами и возвращается к завариванию чая – А теперь поговори с ними, спроси что-нибудь. Они тоже стесняются, просто сделай первый шаг. Шарль тяжело вздыхает, бросает на мужчину ещё один жалостливый взгляд, который обычно работает на других, но Макс остается непреклонен. Поэтому монегаск поворачивается в сторону столика, откуда на него уже смотрят два мальчика, похожие на напуганных сурков. – Идите сюда, чай почти готов, – Шарль подзывает их рукой, оба подростка вскакивают и почти бегут – Только не упадите и не сломайте ничего. Я итак каждый день слышу звон разбитой посуды. Скоро здесь будут еда и напитки только на вынос. – Это не правда, – обиженно ворчит Габи, пока они двигают стулья ближе к Шарлю – Вчера мы ничего не разбили. – Я точно слышал, как что-то падало – усмехается мужчина, отчего оба подростка смущенно улыбаются. – Это был металлический поднос, – Макс опять возникает, расставляя кружки для каждого – Они хотели помочь с разносом десертов. К счастью, поднос уже был пустой, только я оглох на левое ухо от звука. Оба парня стонут от подколок, но не спорят, пока Шарль и Макс продолжают подшучивать над ними. Разговор как-то сам собой течёт дальше. Шарль узнает, где учатся Олли и Габи, чем занимаются, помимо крушения их улицы и заведений на ней. Оказывается, что оба любят те же игры, что и Макс, поэтому стали засиживаться так долго. К удивлению, монегаска ему понравился этот вечер. Габи и Олли развлекали его шутками и смешными историями друг про друга, Макс добавлял детали и тоже выглядел счастливым, что нравилось Шарль больше всего, хотя он до сих пор не мог понять, почему улыбка голландца вызывала у него какие-то странные ощущения в груди. Подростки просят у монегаска разрешения на то, чтобы завтра навестить его, и он почему-то соглашается, с условием, что они постараются не разнести всё помещение за полчаса. Так завершается их тихий вечер, после которого на душе Шарля так легко, как не было уже давно.