Солнце, луна и звёзды

Был самый обычный вечер воскресенья, вся семья отдыхала в гостиной. Куромаку удобно разместился на диване и читал книгу - это был какой-то незамысловатый детектив, который он взял в местной библиотеке. Да, сейчас любую книгу можно спокойно найти в интернете, но Маку предпочитал по старинке, ведь в этом есть своя особая атмосфера. Данте улёгся мужу на грудь и сразу заснул, тихо захрапев. Куромаку периодически гладил его по волосам. Зонтик и Габриэль расселись на полу вокруг журнального столика и играли в настольную игру, которую им на днях подарил Данте.    Рыжий купил эту игру на ярмарке. Данте просто обожает посещать подобные места: шумные ярмарки, выставки, красочные фестивали, блошиные рынки, ларьки, сувенирные лавки и старинные магазинчики с антиквариатом. Он может часами ходить вдоль стеллажей и полочек, набитых всяким барахлом. И, разумеется, он словно сорока сразу скупает всё, что блестит или имеет необычную форму.    Мужчина с детства увлекается коллекционированием. Он собирает абсолютно всё: старые монетки, винтажные картины, виниловые пластинки, фигурки, статуэтки, глиняные горшки, керамическую посуду, мягкие игрушки, пожелтевшие плакаты с рок-звёздами, книги, терпкие благовония, бижутерию и даже коврики для йоги (Данте работает инструктором по йоге и медитации в фитнес-клубе и на каждое своё занятие приносит новый коврик, чем очень веселит посетителей).    Куромаку не особо разделяет этой страсти своего мужа, и в первые дни совместной жизни его даже раздражало то, что рыжий тащит в квартиру всё, что плохо лежит. Но со временем, когда их спальня превратилась в настоящую антикварную лавку, он свыкся с этим, и теперь это увлечение кажется ему довольно милым.    Супруги даже придумали забавную игру - когда Данте покупал новую вещь в свою коллекцию, Маку пытался угадать, что тот принёс на этот раз, а за правильный ответ получал поцелуй. Но Куро ещё ни разу не удавалось угадать, ведь Данте всегда был слишком непредсказуемым. Но рыжий всё равно мягко целовал любимого, чтобы тот не расстраивался.    Зонтик и Габриэль просто обожают огромную коллекцию своего папы и всегда просят его взять их с собой на ярмарку или выставку, в чём Данте, конечно же, никогда им не отказывает. Куромаку всё причитает, что они спускают всю зарплату на бесполезные побрякушки, но всё равно нежно улыбается, когда детишки искренне радуются новой безделушке.    - Паааааааап! А Габриэль жульничает! - недовольно фыркнул Зонтик, скрестив руки на груди. Он проигрывал уже третий раунд подряд.    - Зонтик, некрасиво обвинять брата в жульничестве, если плохо знаешь правила игры. Прочитай инструкцию ещё раз, - невозмутимо ответил Куро, не отрываясь от книги. Зонт насупился, а Габри весело захихикал, показав брату язык.    Внезапно в коридоре раздался дверной звонок.    - У нас гости? - сразу оживился Габриэль, а его заострённые ушки в предвкушении затрепетали.    - Вообще нет, я никого не звал сегодня. Милый, это ты кого-то пригласил? Эй, Данте, проснись! - Маку отложил книгу и растолкал спящего супруга.    - Ах, нет, я бы предупредил тебя, дорогой, ты же знаешь, - зевая, ответил сонный Данте.    Раньше у рыжего была привычка без предупреждения приводить к ним домой своих друзей или родственников на чай, но после того, как Куро пару раз надавал ему по шее за это (Маку особо не жалует незваных гостей), Данте бросил эту затею, и теперь предупреждает мужа о визите как минимум за неделю.    - Хм, странно… - Куромаку направился в коридор, и всё семейство последовало за ним. В дверь снова позвонили, а потом очень настойчиво постучали.    - Брательник, открывай! - раздался по ту сторону звонкий женский голос.    - Ооо, кажется, я догадываюсь кто это, - усмехнулся Данте.    - Мда уж, я тоже… - протянул Куро и нехотя открыл входную дверь.    На пороге стояла невероятно красивая молодая женщина лет тридцати пяти. Высокая, стройная, с загорелой кожей цвета кофе с молоком и сверкающими янтарными глазами. Её длинные тёмно-синие волосы аккуратно собраны в высокий хвост, открывая хрупкие плечи и элегантные ключицы. Одета она максимально по-летнему в короткие джинсовые шорты по фигуре, чёрный топик на тонких бретельках и открытые сандалии на платформе. А в дополнение к этому небрежному образу женщина была вся обвешена золотыми украшениями: множество браслетов на запястьях, массивные кольца и перстни на пальцах, тонкие цепочки и чокер на шее, пирсинг пупка и крупные круглые серьги в ушах. От неё приятно пахло жасмином и морским бризом.    - Братишка, ну ты чего так долго не открываешь? Неужели ты не рад видеть любимую сестричку? - женщина сразу кинулась Куромаку на шею, широко улыбаясь.    - Безумно рад… - раздражённо выдохнул мужчина, скинув её руку с синим маникюром со своего плеча.    - Тётя Клео приехала! Тётя Клео приехала! Ура, ура! - Зонтик и Габриэль весело запрыгали вокруг незваной гостьи.    Клеопатра, или же просто Клео - родная сестра Куромаку. Она на пять лет младше, у неё свой перспективный бизнес, и она всегда нагло заваливается к нему в гости без предупреждения. Клео была той самой богатой незамужней тётей, которая вечно летает по заграницам, приезжает дай бог раз в год и всегда дарит дорогущие подарки. Во время семейного застолья все родственники о(б)суждают её доход, а мама или бабушка всё пытаются выдать её замуж.    - Приветики, мои хорошие! Какими вы стали большими! А я вас ещё вот такими крошками помню! - Клео сгребла детей в охапку и нежно зацеловала их в щёчки.    - Ну и чего ты припёрлась на ночь глядя? - спросил Маку, недовольно поведя плечом. Он чувствовал, как злость и раздражение постепенно закипают внутри.    Отношения между Куромаку и Клеопатрой с самого детства были, мягко говоря… натянутыми. Как только малышка Клео появилась на свет, родители тут же переключились на неё и совсем перестали уделять внимание Куро. Конечно, очаровательная маленькая девочка сразу же стала любимицей в их семье, ведь мама и папа всегда хотели дочку, а не сына… Родители баловали её, носили на руках и сдували с неё пылинки. А ранимый и хрупкий Куромаку так навсегда и остался в тени любимой доченьки, не получая даже и половины от той любви и заботы, которой всегда одаривали Клео.    Разумеется, свою сестру Маку сразу невзлюбил. Он всю жизнь ужасно завидовал ей, а во взрослом возрасте так вообще начал ревновать к ней мужа и детей. Его до трясучки бесило, что каждый раз, когда она приезжает в гости, Данте, Зонтик и Габриэль кружатся вокруг этой выскочки.    Прошло уже много лет, но детские обиды всё никак не отпускают…    - Фи, как грубо! Я только вчера вернулась из месячного отпуска в Египте, и мне захотелось повидаться со своими любимыми племяшками. Они, в отличие от тебя, искренне рады меня видеть, - сказала женщина, горделиво откинув назад густые волосы.    - Вот и вали обратно в свой Египет, овца, - пробурчал себе под нос Куромаку, но тихо, чтобы никто не услышал.    - Клеопатри! Моя египетская принцесса вернулась! - Данте крепко обнял Клео, а затем легко поднял её и пару раз покрутил в воздухе.    - Дантесс, здарова!!! - она весело рассмеялась и ребячески потрепала мужчину по волосам. Зонт и Габри кружили у них под ногами, звонко хихикая.    Куро стоял в стороне и с кислой миной наблюдал за этой милой картиной. Острое чувство ревности больно кольнуло в самое сердце…    Клеопатра и Данте сразу нашли общий язык и подружились, когда Куромаку познакомил своего будущего мужа со своей семьёй пятнадцать лет назад. У них оказалось много общего, и ребята быстро поймали одну волну, что, разумеется, не оставило Маку равнодушным.        - А я всегда знала, что ты гей, - захихикала сестра, прикрыв рот ладонью.    - Да? Неужели? - парень бросил на неё раздражённый взгляд.    - Да по тебе видно, - усмехнулась она. Куро ничего не ответил и лишь страдальчески закатил глаза.    - Но жених у тебя реально классный! Даже удивительно, что такой яркий, крутой и харизматичный парень вообще обратил внимание на такого душного зануду как ты, - Клео с интересом наблюдала за тем, как Данте разговаривает с их родителями в другом конце гостиной. И, судя по их милой беседе, мама с папой тоже были от него без ума.    - Слушай, рот свой закрой, а!? Дура, - тут же вспылил Маку. Едкое замечание младшей вызвало приступ ярости. Захотелось вцепиться ей в волосы, но парень держал себя в руках.    - Пф, остынь, придурошный. Я думаю, мы с ним подружимся, - коварно улыбнулась девушка.    - И не мечтай, - сухо сказал брат.    - А ты что, ревнуешь?) - снова мерзко засмеялась сестра. Куромаку показал ей средний палец и ушёл в другую комнату.    - Ну как там дела в Египте? Рассказывай! - тепло улыбнулся Данте. Его мягкий голос вывел Маку из раздумий, и он тряхнул головой, отгоняя неприятное воспоминание из прошлого.    - Да в целом как обычно, жарко и солнечно! Кстати, зацени какие прикольные украшения я там купила! - Клео потрясла ладонями перед лицом мужчины, демонстрируя свои новые браслетики и колечки.    - Выглядишь как цыганка, - проворчал Куромаку.     - А мне нравится, очень даже стильно! - сказал Данте, с восхищением разглядывая золотые цацки.    - Эй, ты вообще на чьей стороне!? - обиженно вздохнул Куро.    - На стороне хорошего вкуса! Хоть у кого-то в этом доме он есть. За это я тебя и люблю, Дантесс, - женщина дружески пихнула рыжего локтем в бок.    - Слушай, а продай мне вот этот перстень в виде черепа. Он отлично впишется в мою коллекцию антикварных колец, - предложил мужчина, а его глаза жадно заблестели.    - Обойдёшься, золото не продаётся. Но я приехала не с пустыми руками! У тёти Клео есть сюрприз для моих любимых племянников! - сестра хитро улыбнулась, повернувшись к Зонтику и Габриэлю. Они замерли, в предвкушении глядя на неё.    Клеопатра порылась в своей маленькой сумочке, достала оттуда две крупные купюры и с гордостью вручила их мальчикам. Дети сразу засияли, с удовольствием приняв такой щедрый подарок.    - Это вам на мороженку) - подмигнула Клео.    - Ты с ума сошла!? Куда им столько? Ты их разбалуешь! - сразу начал причитать Куромаку, размахивая руками.    - Тц, да угомонись ты уже. Мы с ребятами ещё сейчас поедем в парк аттракционов! Да, малышня? - женщина нежно приобняла Габри и Зонта за плечи. Племянники обняли её в ответ и радостно закивали.    - Какой ещё парк? Уже поздно, а им завтра рано вставать в школу, - отрезал отец.     - Да ладно тебе! Я ведь не так часто приезжаю, мне тоже хочется провести время с семьёй. Мы с мальчиками повеселимся, погуляем, отдохнём. И вы с мужем побудете вдвоём и тоже… поразвлекаетесь) - сестра игриво вскинула бровь и легонько толкнула Данте в плечо. Тот не сдержался и прыснул от смеха, поняв намёк. Куромаку чуть не задохнулся от такой наглости, а его щёки сразу покраснели от стыда и смущения.    - Так, всё, с меня хватит! Оставь детей в покое и уходи отсюда! - бросил мужчина.    Его раздражала Клео. Раздражало её нахальное поведение. Раздражало то, какой шумной и дерзкой она всегда была. Выбешивало то, как её было много… слишком много. Вымораживало, что только она была в центре внимания, и что все вокруг восхищаются ею. Но за этими чувствами ревности и зависти скрывался детский страх. Страх того, что она снова заберёт его семью…    - Пап, почему ты всегда такой злой, когда приезжает тётя? - вдруг спросил Габриэль.    Куромаку опешил. Он на секунду замер, а затем медленно посмотрел на сына. В его карих глазах читалось искренне непонимание.    - Да, пап, почему ты каждый раз так странно себя ведёшь? Тебя будто подменили… - подтвердил Зонтик. Маку перевёл взгляд на старшего. Он тоже не понимал, что происходит.     - Я… я просто… - мужчина растерялся. Он не знал, что на это ответить. Внезапно все негативные эмоции, которые ещё секунду назад бушевали внутри, разом стихли, уступив место лишь какой-то странной пустоте.    Клео выпустила детей из объятий, выпрямилась и уверенно подошла к брату, в упор глядя на него. Её весёлая улыбка сменилась серьёзным и бесстрастным выражением лица.    - Ты всегда был таким. Злым, чёрствым, холодным. И с возрастом ты ничуть не изменился, - тихо сказала она. Куромаку услышал, как её голос слегка дрогнул на последней фразе…    Куро почувствовал, что у него закружилась голова. Противное, липкое чувство стыда расползлось по телу. Неужели он правда такой? Суровый, строгий, каменный…    - Эй, Маку, - мужчина вздрогнул, когда чья-то крупная ладонь легла на его плечо. Он сразу узнал это родное касание, которое привело его в чувство. Куромаку поднял голову и встретился взглядом с добрыми глазами Данте. Дорогой муж смотрел на него с бесконечной любовью и заботой. С той самой заботой, которой так не хватало в детстве…    - Всё хорошо. Всё в порядке. Просто дыши, ладно? - Данте нежно приобнял нервного Куро за плечи. Его спокойствие, его мягкий голос и ласковые прикосновения успокаивали.    - Пусть дети немного повеселятся с Клео. Им не помешает развееться перед школой. Думаю, ничего страшного, если сегодня они лягут спать на часик позже, - Данте улыбнулся той самой до боли знакомой улыбкой, от которой подкашивались ноги, а сердце пускалось вскачь.    - Обещаю, что мы вернёмся к одиннадцати! - Клеопатра вдруг смягчилась, поняв, что возможно тоже слегка перегнула палку. Она осторожно улыбнулась, взглянув на брата. Довольно неловко, но искренне. И эта искренность растопила лёд в сердце Куромаку.    - Ладно ладно, сдаюсь! Вы победили. Не знаю, что на меня нашло… Простите меня. Можете идти. Хорошо вам погулять! - выдохнул мужчина.     - Ура, спасибо, папа! - радостные Зонтик и Габриэль бросились к отцу и принялись крепко его обнимать, что аж чуть не сбили того с ног. Клео тоже подошла чуть ближе.    - Спасибо… - одними губами прошептала сестра, и Маку почувствовал, как тяжёлый камень наконец-то свалился с души…    - И всё-таки она просто наглая выскочка! - бубнил Куромаку.    - Ты всё ещё не можешь отпустить свои обиды? - спросил Данте, лениво приоткрыв один глаз.    Было уже за полночь. Уставшие, но довольные и счастливые Зонтик и Габриэль вернулись домой после прогулки с тётей и сразу завалились спать. Данте и Куромаку тоже лежали в обнимку у себя в спальне, но Маку всё никак не мог заснуть, прокручивая в голове события прошедшего дня, и его бормотание мешало мужу.    - Это… далеко не так просто. Я не уверен, что вообще когда-нибудь смогу отпустить эту боль. И теперь мне ещё кажется, что во мне слишком много желчи… - Куро тяжело вздохнул и устало потёр переносицу. Стыд перед сестрой, детьми и супругом жёг его сердце.    - Эй, Маку, не говори так. Порой страх и злость действительно могут захлестнуть нас с головой, но важно уметь справляться с этими чувствами. И сегодня ты с ними справился. И совсем скоро ты сможешь отпустить все свои тревоги. Это я знаю наверняка, ведь ты самый любящий и заботливый отец и самый потрясающий муж. У тебя самое доброе сердце, и за это я люблю тебя больше жизни, - Данте осторожно приподнялся на локтях и нежно погладил любимого по щеке. Его карие глаза светились бесконечной нежностью в полумраке комнаты.     - Данте, спасибо… Спасибо тебе за всё. За то, что ты всегда рядом. Не знаю, что бы я без тебя делал. Ты подарил мне ту любовь, которая так была мне нужна… Ты сделал меня самым счастливым человеком на свете. Я тоже безумно тебя люблю, - прошептал Куромаку.    Он подался вперёд и аккуратно коснулся его губ, выражая бесконечную благодарность. Данте мягко обнял мужа за плечи и повалил на кровать, увлекая за собой в этот нежный поцелуй…