В весёлой-весёлой галактике

      — Я чувствую через нашу связь, как сильно ты идеализируешь моего дядю, — голос Кайло Рена сочился ядом, и Рей едва удержалась, чтобы не отступить на полшага, — настолько зримым и осязаемым казался её враг, хоть и находившийся на другом краю галактики. — До сих пор… несмотря ни на что… Святой Люк Скайуокер, да? Величайший и непогрешимый? Ничто не способно поколебать в твоих глазах его безупречность?       — Я никогда не считала его святым, — осторожно произнесла Рей; образ угрюмого ворчливого отшельника явственно встал перед мысленным взором, и она добавила: — И не думаю, что он безупречен. Никто не безупречен — даже величайший из джедаев.       — Величайший, — со злостью повторил Кайло. — Величайший, как же…       — А что, нет? — с вызовом, слегка повысив голос, спросила Рей. — Кто, по-твоему, способен его превзойти? Может, ты? Или… — неожиданно для неё самой голос дрогнул, — или я?..       Кайло провёл ладонью по тёмным волосам и на миг отвёл взгляд.       — Ладно, — неохотно ответил он. — Джедай он, может, и величайший. Вообще, легко быть величайшим, когда остался единственным, а? Да не злись ты, я это так… и Люк действительно… я ведь не спорю… Но — проклятье, не в том дело, какой он джедай! Ты хоть знаешь, что он за человек? Знаешь, почему я разочаровался в нём… а он теперь отсиживается там, где ты его нашла?       — И почему же?       Что-то внутри Рей будто противилось вопросу, слетевшему с её губ. Действительно ли… действительно ли она хочет это знать?..       Да и в сущности — какая разница? Бен Соло перешёл на Тёмную сторону, стал Кайло Реном и убил родного отца; Люк Скайуокер разочаровался в учениях джедаев… Так ли важна причина?       — Потому что он разрушил семью моих родителей, — с ненавистью выплюнул Кайло, и Рей — ожидавшая каких угодно слов, но только не этих, — даже вздрогнула от изумления. — Вот почему!       — Он… — Рей судорожно пыталась вспомнить все те обрывочные сведения, что ей были известны о джедаях, — он обучал свою сестру искусствам джедаев… а джедаям запрещены привязанности… ему не нравилось, что она замужем? Да? И… генерал Органа последовала его совету и поэтому рассталась…       — Да нет же! Демоны тебя побери, глупая ты девчонка!       — Знаешь, — в голосе Рей тоже послышалась злость, — у меня ведь, пожалуй, может сейчас получиться… разорвать то, что между нами. И сколько ты потом ни пытайся со мной связаться…       — Подожди! Я не хотел обидеть… проклятье! Подожди, дослушай!       Теперь Кайло протягивал к ней руку и говорил почти с мольбой. Готовая попытаться воздвигнуть ментальные щиты, — уж насколько умела, — Рей заколебалась.       — Хорошо. Я слушаю. Но если ты ещё хоть раз назовёшь меня…       — Не назову. Говорю же, я не хотел тебя обидеть, я хочу только раскрыть тебе глаза… на своего дядю. Опять представляешь его святым, да? Безупречным джедаем, уговаривающим сестру отказаться от привязанностей? Подожди, я не закончил! — увидев, что Рей открыла рот, собираясь снова заговорить, он упреждающе поднял руку. — Он… демоны и преисподняя, он трахался с моим отцом!       — Нет! — закричала Рей и отчаянно замотала головой — но, поскольку ментальные щиты она поднять так и не попыталась, образ Кайло никуда не делся. — Нет! Ты лжёшь! Мастер Скайуокер не мог… и Хан — генерал Соло — тоже не мог…       Хан умер не генералом, а контрабандистом, но в представлении Рей он всё равно оставался генералом — и героем Новой Республики.       — Не могли, как же, — язвительно бросил Кайло. — Очень даже могли. Оба. Годами. Пока однажды моя мать их не застала. После этого они с отцом расстались… отец лгал матери, лгал мне, лгал всю жизнь, кто-то ещё удивляется, что я его убил… а с дядей мать даже не поссорилась! Я даже готов подозревать, что все они… проклятая семейка, нет, я не один из них, я больше не хочу быть таким, как они… И мать думала, что я продолжу как ни в чём не бывало учиться у дяди, представляешь? Продолжу преклоняться перед ним и называть мастером! Как же… Он превратил всё, во что я верил с детства, в руины; что ж, я превратил в руины его любимый Храм. Всё справедливо.       — Нет, — упрямо ответила Рей. — Несправедливо. И… я всё равно тебе не верю. Джедайский кодекс…       — Да что ты вообще знаешь о джедайском кодексе? О, с какой злостью сразу посмотрела… Но ведь я прав — тебя не обучали при Храме! Думаю, мой проклятый дядя дал тебе всего парочку уроков, я ведь прав? Молчи, и так чувствую… Но джедайский кодекс, о котором ты говоришь с таким придыханием, запрещает привязанности, а не плотскую любовь. Впрочем, может, ты и о плотской любви ничего не знаешь?       — Да ты!.. — Рей задохнулась от возмущения. — Я росла на Джакку, планете-мусорке! Это тебя, может, растили в каких-нибудь белоснежных башнях, а я… Да ты вообще знаешь, — интуитивно она почувствовала, что её следующие слова заденут собеседника, и в голосе прозвучало неприкрытое злорадство, — что на Джакку такие, как я, могут отдаться любому залётному пилоту за дневную порцию еды? Знаешь, а? Если… — Рей нахмурилась, и голос помимо воли дрогнул, — если пилот не слишком противен собой.       — Прости, — Кайло Рен не просто смутился — через их странную связь Рей почувствовала, что ему стало по-настоящему больно… за неё. — Я… я не знал.       — Неважно, — вопреки собственным ожиданиям, Рей тоже смутилась. — Это… это мелочи.       — Это не мелочи! То есть… неважно. Я не к тому, прости…       — Смешно. Иногда ты кажешься мне монстром, а иногда — забавным юнцом.       — Я не забавный юнец!       — Да. А жаль. Забавным юнцом ты бы мне даже понравился.       — Да ты…       — Что — я? Я по-прежнему не верю тебе насчёт мастера Скайуокера. Уверена: ты всё это специально придумал, чтобы очернить его в моих глазах.       — Что ж, — глаза Кайло Рена потемнели; больше он не казался смущённым юношей, искренне переживающим за Рей из-за её прошлого. — Тогда спроси его сама. Думаю, не отвертится — лгать он никогда не умел.       Рей не успела ответить — видение Кайло Рена исчезло.       Остался только остров посреди бушующего океана, крики птиц и хлещущий с ночных небес ливень.       Девушка провела языком по мокрым губам и обнаружила, что капли оказались солёными.       Она ведь не плакала?.. Нет; конечно, нет.       Должно быть, долетели океанские брызги. Волны здесь высокие.       Надо отыскать мастера Скайуокера. Он опровергнет лживые наветы своего племянника; не может не опровергнуть…       Ведь так?..                     — Снова ты, — вопреки ожиданиям Рей, Люк Скайуокер не спал, а стоял, плотно запахнувшись в свой потрёпанный плащ из серой шерстяной ткани, и смотрел, как струи дождя, падая с неба, сливаются с океанскими волнами. К подошедшей девушке он даже не обернулся; впрочем, она не пыталась идти тихо, и для того, чтобы услышать шаги и распознать единственного, кроме него, находившегося на острове человека, бывшему грандмастеру явно не требовалось обращаться к Силе. — Даже ночью не можешь оставить меня в покое, да?       — Вы всё равно не спите, — озвучила очевидное Рей. — Если бы спали, я бы не стала вас будить.       — И на том спасибо, — Скайуокер наконец повернулся; капли воды срывались с капюшона его плаща и оседали в бороде. — Что ещё? Я же сказал: я не полечу с тобой. И учить тебя больше не стану.       — Я… я не за тем. Мастер Скайуокер, я… я хотела спросить…       Люк молча ждал, пока она подберёт слова. В ночной темноте и под капюшоном выражения его лица было не разглядеть — только поблёскивали глаза и дождевые капли.       — Вы правда спали с генералом Соло? — выпалив эти слова, Рей почувствовала, как лицо вспыхнуло, и понадеялась, что Люку этого не видно — так же, как ей плохо виден он. — Поэтому они с вашей сестрой расстались? Поэтому ваш племянник пал во Тьму и возненавидел вас обоих… и, кажется, свою мать тоже? За то, что мужа она не простила, а вас — да… потому что…       Умолкнув на полуслове, Рей широко открыла рот и застыла как вкопанная. Перед мысленным взором внезапно встало видение: трое молодых людей, слишком похожих на Люка Скайуокера, Лею Органу и Хана Соло.       Это они. Они — в молодости. Это их прошлое.       И Лея… Лея целует Люка… совсем не как брата… Хан, кажется, даже не слишком удивлён…       «Проклятая семейка, — всплыли в голове слова Кайло Рена. — Я даже готов подозревать, что все они…»       Все?! Кайло что, пытался ей намекнуть, что не только его дядя спал с его отцом, но и его мать… с собственным братом?!       Нет! Нет!!! Генерал Органа не могла… мастер Скайуокер не мог… генерал Соло не мог…       — Ты слишком многое видишь, — резкий голос Люка вернул её к действительности. — Сила в тебе велика… и ты необучена. Поверь, — он заговорил чуть мягче, — я знаю, что это такое.       — Вы сами отказались меня обучать, — помимо воли в голосе Рей прозвучало обвинение.       — Да. Сам. Возможно… возможно, зря.       Ещё пару часов назад Рей подпрыгнула бы от радости, услышав эти слова… но не сейчас.       — Мастер Скайуокер, ответьте на мой вопрос, — она пыталась говорить уверенно и твёрдо, но голос дрожал и норовил сорваться на крик. — Вы… скажите, вы же не могли… вы и генерал Соло… вы и ваша сестра!.. Нет… я не могу поверить… что за… что за мерзость…       — Мерзость? — в голосе Люка звучала насмешка — но, как показалось Рей, и горечь. — Вот как ты это называешь?       — Если вы правда разрушили семью сестры… тайными отношениями с её мужем… да, это мерзость! Но… я видела… мне только что было видение о вас двоих… о вас и генерале Органе, в молодости… Вы с ней тоже целовались! А это уже вообще… это слишком, мастер Скайуокер, это же совсем…       Она опять замотала головой. Хотелось проснуться — и с радостью забыть увиденный кошмар.       — Я смотрю, — теперь горькая насмешка слышалась ещё более явно, — твои представления о героях Галактики всё больше разбиваются о реальность.       — Реальность?! Так вы хотите сказать, что это правда?! То, что я только что увидела… и то, что показал мне Кайло Рен…       — Ты должна была оборвать связь с ним, как только она возникла. Я научил тебя немногому, но достаточно хорошо объяснил, как возводить ментальные щиты.       — Мастер Скайуокер, не уходите от ответа! Это правда… эта мерзость — правда?!       — Мерзость, — ничуть, казалось, не обиженный её словами Люк откровенно фыркнул в бороду. — Сказала та, что отдавалась космолётчикам за еду.       — Откуда… откуда вы…       — Пары уроков достаточно, чтобы возникла связь учителя и ученика. Я не специально подсмотрел твоё прошлое.       — Как и я — ваше!       — Я знаю.       — Если вы правда видели моё прошлое, то должны знать и то, что у меня не было выбора! Иначе я просто умерла бы от голода! Сбором мусора, знаете ли, много не заработаешь…       — Знаю. Хотя неприятны тебе те космолётчики не были.       — Если бы были, я бы правда лучше умерла от голода! Это вы тоже должны знать… раз уж говорите про связь учителя и ученика…       — Да. Я знаю о тебе всё… или почти всё. И ни в чём не виню. А вот ты меня — да.       — Потому что… потому что это — другое! Вы спали с мужем родной сестры… вы целовались с ней самой…       — Поначалу, — голос Люка прозвучал непривычно тихо, — мы с Леей не знали о своём родстве.       — И… у вас был только один случайный поцелуй? Да? Да?..       — Ты так жаждешь услышать подтверждение? Хочешь, чтобы твои надежды оправдались? Чтобы герои остались если не совсем безупречными, то почти?       — Демоны и преисподняя, — выдохнула Рей и отступила на полшага. — Ваш племянник был прав. Вы все… вы — герои и спасители Галактики, но вы… больные извращенцы!       Девушка осеклась. Это было уже слишком. Она зарвалась.       Люк не станет терпеть оскорблений. Сейчас он просто вышвырнет её со своего острова… если потребуется, то насильно. Он давно не пользовался Силой, но если воспользуется — она знает, что не сможет ему противостоять.       Никто не сможет.       — Любовь — странная вещь, Рей, — как ни странно, Люк не разозлился — и голос его снова звучал тихо и задумчиво. — Ты поймёшь. Возможно, очень скоро.       — Я никогда этого не пойму, — почти прошептала Рей. Собственные слова показались ей неубедительными — и она знала, что Люк чувствует её неуверенность.       — Я действительно был неправ, — всё тем же задумчивым голосом проговорил Люк. — Возможно, не во всём, но… Если захочешь, мы продолжим уроки. На рассвете… или чуть позже. Этим утром я готов дать тебе поспать подольше.       — Думаете, после всего, что я о вас узнала, мне всё ещё хочется, чтобы вы были моим учителем? — выпалила Рей и тут же горько пожалела о своих словах.       Никто не обучит её владению Силой лучше, чем Люк Скайуокер. Даже если… даже если он правда — больной извращенец.       И даже если больной извращенец — всё равно он спаситель Галактики и великий джедай. Величайший из всех, кого ей суждено встретить.       Люк хмыкнул. Судя по всему, мысли Рей были для него как на ладони.       — Если не хочется… если ты больше доверяешь моему племяннику — тому, в кого он превратился… Можешь отправляться прямиком к нему. Ваша связь поможет тебе его отыскать — а я не стану удерживать тебя от этой глупости.       Рей молчала. Дождь усилился, и она, зябко поёжившись, обхватила себя руками.       — Если собираешься к Кайло Рену — чтоб утром я тебя здесь не видел. А если согласна, чтобы тебя учил больной извращенец…       — Мастер Скайуокер, я не хотела оскорбить…       — Прежде всего научись не перебивать. Хотя чего я ожидаю от девчонки, выросшей на планете-мусорке? И не сверкай глазами, как будущий ситх. Меня тоже растили не на Корусанте, но всё же я вырос не таким дикарём, как ты.       — Моей вины в этом нет, — тихо произнесла Рей.       — Да. Мы не выбираем, кем родиться и как расти… но когда вырастаем, можем выбрать, кем стать. Согласна?       — Да, — сказала Рей и снова поёжилась.       — Ты замёрзла. Если мы не собираемся больше говорить о моих отношениях с Ханом и Леей, — Рей сглотнула, но благоразумно промолчала, — проходи в дом, я разожгу огонь и налью тебе чего-нибудь горячего. А если сделала другой выбор — возвращайся на корабль и улетай… куда хочешь.       Закончив говорить, Люк развернулся и, не оборачиваясь, широкими шагами направился в сторону своего жилища.       Рей пару мгновений постояла под дождём.       Подумала об извращениях. О том, вправе ли она судить других… и вправе ли Кайло Рен судить отца, мать и дядю.       …А затем поспешно бросилась догонять Люка.