Прирученный гонщик для Икарус-тян

За завтраком девушка-автобус заняла место за одним столом с Алисой, Ульянкой и Кэнаком, но при этом не сводила глаз с сидевших напротив кибернетиков. Электроник с опаской оглядывался на рыжую хулиганку, а его щёки всё ещё оставались красными после недавнего приключения. «Хехе, это было слишком горячо для забитого девственника вроде него!» – посмеивалась Маруся, хотя, наверное, любой оробел бы, оказавшись придавленным настоящим автобусом, да ещё с дополнительным тюнингом в виде пышных сисек и не менее пышного зада. Джош же понятия не имел о том, что записка Сыроежкина пустила автобусиху по ложному следу, и считая свою вину перед девушкой заглаженной, не обращал на неё никакого внимания. «Игнорит» - решила автотянка. «Ну что же, пускай. Посмотрим, как он будет себя вести, когда узнает, что в меня влюбился кто-то другой!» Тем временем Алиса и Ульянка тщательно разрабатывали план дел и безобразий на весь предстоящий день. – На пляже мы уже были, так что теперь можно заглянуть в спортивный клуб, – предложила младшая пионерка. – Там как раз будет покраска инвентаря, а мы могли бы устроить футбольный матч между «Союзом четырёх рыжих» и остальным лагерем. Вы же умеете играть в футбол? Кэнак играть в футбол не умел. То есть, разумеется, пинать мяч ему доводилось неоднократно, но выходить на полноценные футбольные матчи стиг не привык, как и любой другой канадец отдавая предпочтение хоккею. – А в чём тут запрещённые развлечения? - скептически поинтересовалась у младшей подруги Алиса. – Мы же вроде занимаемся только запрещёнкой, разве нет? А футбол – занятие абсолютно легальное, если не выбивать оконные стёкла. – Так это будет часть плана, чтобы усыпить бдительность шляпы! - быстро нашлась Ульянка. – А когда она перестанет за нами наблюдать, уже будем хулиганить... – Чего только не придумает, чтобы с ней мяч погоняли! - засмеялась Алиса. – Ладно, так и быть, один раз сыграем. Маруся, бородатый, вы в деле? С необъятными телесами девушки-автобуса бегать и прыгать на футбольном поле было бы проблематично, но пламя «великих мадьяров» эпохи Ференца Пушкаша всё равно горело в двигателе Икаруськи, чего нельзя было сказать о Кэнаке. – Ну, вообще я предпочёл бы хоккей... – Хоккей? Летом?! - засмеялась Алиса. – Да по такой жаре даже в тундре лёд тает! Джош не сразу понял, почему в восприятии Двачевской нельзя играть в хоккей летом, и лишь потом догадался, что большинство катков этой эпохи были оборудованы на открытых водоёмах и действовали только зимой. «А в наше время так играют матчи Зимней Классики... Да уж, технологии в спорте не стоят на месте». – Я тоже поучаствую, - кивнула Маруся. – Но учтите, если я смогу хорошо разогнаться, лучше не стойте на дороге! Со стороны автобуса это было довольно стандартное предупреждение, но Ульянка посчитала его проявлением яркой спортивной агрессии и азрта. – Ух, вижу, настрой просто пушка! Уже сейчас жду-не дождусь, чтобы встретиться с тобой на поле!.. Наконец, связанные с футбольным матчем вопросы были решены, и Двачевская продолжила излагать план безобразий на день. – Сегодня вечером будет карточный турнир... - задумалась она. – Как насчёт того, чтобы сбежать с него и потом в нашем домике сыграть на раздевание? – Я за! - сразу подняла руку Ульяна. – Я везучая, так что останетесь вы все без трусов! – Знаю я твою удачу. Снова будешь карты метить - в задницу их тебе засуну! – Не буду я ничего метить! - мелкая изобразила оскорблённую невинность. – Но если хочешь, то тебе я трусы оставлю... В карточных играх Икарус более-менее разбиралась (возвращавшиеся из лагеря пионеры часто играли в дурака или пьяницу), так что ничего против вечерней партии на раздевание не имела. «А если у меня вдобавок получится стащить с Джоша этот его дурацкий комбинезон, то день можно будет считать вдвойне удачным». – Вот такая на сегодня культурная программа, - подытожила Алиса. – А вечером, девчонки, будем расслабляться – пойдём на массаж! – Алёна снова устраивает всем желающим выездной санаторий? – удивилась Ульянка. – Тогда я точно в деле – хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как она тебя рулетом скрутит! – Ну вот, ещё лучшая подруга называется, - Алиса осуждающе потрепала по голове младшую девочку. – А сама хочет, чтобы меня рулетом скрутили! – Разве санаторий - это не та остановка, куда Алёна поедет после смены? - о существовании подобных учреждений Маруся знала только из разговоров пионеров, и насколько ей было известно, находились эти самые санатории где-то очень далеко от «Совёнка». – Поедет, и не в первый раз, поэтому она и научилась все эти массажи делать, - кивнула Ульяна. – У Алёны настоящий талант и руки сильные, как у терменатора! Даже твоё сало размять сможет... За такую наглость мелкая тотчас удостоилась звонкого шлепка по заднице. – Это не сало, у меня просто салон вместительный! Четыре десятка одних только сидячих мест... Кэнак же тем временем сообразил, что прошедшей ночью он как раз стал свидетелем одного из Алёнкиных сеансов «лечебного массажа». Конечно, вероятность того, что девочки сумели хорошо рассмотреть его при слабом свете ночника, была минимальной, но при этом вряд ли в «Совёнке» найдётся много пионеров, у которых растёт борода, а на физиономии днём и ночью красуются тёмные очки. «Не очень-то хочется, чтобы вверенный мне автобус считал своего шофёра извращенцем, так что мне лучше не попадаться Алёне на глаза». – А пока вас будут массажировать, мы с Толяном пойдём на рыбалку. Вечером как раз самый клёв! Классная же идея? - толкнул Джош локтем лысого пионера. – Ну да... Толик, правда, был не совсем согласен с рыжим стигом – он бы с удовольствием подсмотрел, как массируют голенькую автотянку, но спорить с Кэнаком не стал. Наконец, Маруся закончила обсуждать расписание предстоящего дня с Союзом Рыжих и отправилась к выходу. Дальше в её плане значились поиски того, кто подбросил в домик букет Электроника, но стоило автотянке только встать из-за столика, как к ней тут же подбежала Мику. – Ну что, Марусечка? Ты узнала, зачем Серёжа принёс мне эти цветочки? А то я так сильно волнуюсь, что он может оказаться сталкером... – Да тихо ты! - шикнула на болтушку Икарусова, оглядываясь по сторонам, как на оживлённом повороте. – Сыроежкин и рад был бы вручить тебе эти цветы открыто, но тогда тебя могут попросту убить. – Убить? Меня? - округлила свои восточные глазки девочка-оркестр. – Неужели Ольга-сан так сильно рассердится, если мы начнём встречаться? «Ну что у меня за язык! Вначале говорю, а потом думаю...» – Да нет же, тут не в Ольге дело, - попыталась исправить ситуацию автобуська. – Просто... в Электроника безответно влюблена Женя, и он боится, что наша библиотекарша не выдержит такого шока, если объект её желаний начнёт встречаться с другой девочкой. Весь этот бред Маруся придумывала на ходу, но глупенькая Мику сразу же в него поверила. – Бедная Женечка... Я слышала, что бывают такие вот девушки-яндере – они влюбляются прямо безумно, а если семпай их не замечает, то совершают разные ужасные вещи... – Да-да, Женька и есть ядрёная, - закивала кабиной рыжик, не имеющая ни малейшего понятия о том, кто такие «яндере» (хотя саму её тоже вполне можно было отнести к этому типажу). – Любую соперницу как есть порешит. А если сильно рассердится, то ещё и вместе с самим Сыроежкиным. Изначально Икарусинка просто хотела припугнуть Мику и заставить её замолчать, но когда в историю оказалась приплетена Женя, у автобусодевушки неожиданно созрел новый план – сложный, но вполне реализуемый. «А если всё получится, то и Микуся сможет сблизиться со своим ботаном, и я выясню, кто прислал мне букет». – ...но что же мне тогда делать? - тем временем продолжала болтать циановая. – Ведь они оба страдают – и Женечка, и Серёжа. Неужели нельзя как-нибудь решить эту проблему? – Можно, - улыбнулась во весь радиатор рыжуля. – Но только план очень сложный, и он может не всем понравиться... Новый план дизельной тянки состоял в следующем: уговорами или угрозами она собиралась склонить к сотрудничеству Электроника, заставив того отыгрывать роль влюблённого в Марусю молодого человека. Для Мику это выглядело бы, как героическое самопожертвование подруги, готовой принять на себя основную вспышку гнева Жени (а главное, запуганная яндере-библиотекаршей девочка-оркестр теперь точно не станет трепаться с Женькой о подброшенном ночью букете, а значит и не узнает, кому он был на самом деле адресован). Для самой Жени же действия Маруси окажутся долгожданным освобождением от внимания навязчивого кавалера, и подобное могло стать достойной платой за помощь нелюдимой библиотекарши в поисках отправителя букета. «А даже если мы и не найдём того, кто подбросил эти цветы, Джош точно будет ревновать, увидев меня с другим парнем – особенно таким невзрачным, как ботаник-радиолюбитель». Кстати, Мику очень понравилась та часть плана, о которой ей полагалось знать, хотя она вовсе не хотела подставлять подругу под удар. – Ох, Марусечка... Женя же будет очень сердиться, если узнает, что ты встречаешься с Серёжей. И ты не боишься? – Боюсь, конечно, - решила изобразить скромный героизм рыжая. – Но ради тебя я готова рискнуть. Да и для Женьки так будет лучше, а то она всю жизнь пробегает за Электроником, как опоздавший пассажир за уходящим автобусом. – Хорошо, если так. А то мне ведь Женечку тоже жалко, вот действительно! Она ведь Серёжу любит, прямо как я, но если он выбрал не её, это же не повод хвататься за катану, ведь кокоро не прикажешь... Ещё минут пять Мику продолжала нести что-то в том же духе, но потом она всё-таки вышла из столовой, наконец оставив Марусю в тишине. – Это был какой-то кошмар... ещё немного болтовни, и я бы сама её придушила. Икарус спроектировали простой машиной, которая включает в себя только два состояния – «едет» и «не едет», так что все эти хитросплетения любовных интриг быстро перегревали её четырёхтактные мозги, но сдаваться девушка не собиралась. – Немного поработаю на холостых оборотах, двигатель остынет, и тогда продолжу свой путь. А пока рыжая думала, каким образом ей уговорить Сыроежкина на всю эту авантюру, её заметила вожатая. – О, а вот и ты, Маруся! Ещё не заполняла обходной? Один я только что передала Семёну, второй можешь заполнить ты... В любой другой раз автобуска скомкала бы этот листок и выбросила на первой же остановке, но так как лучшего повода обойти весь лагерь, не вызывая подозрений, нечего было и придумывать, девушка послушно кивнула, сунула обходной между сисек и отправилась в рейс.