Прирученный гонщик для Икарус-тян

В отличие от беспокойного обеда, за ужином никаких проблем не возникло. После инцидента с мухой Женя заняла место подальше от рыжих беспредельщиков, а составлявшая ей в тот раз компанию Леночка вообще не пришла, так что её порцию стесняше отнесла младшая сестра. – Наша секс-бомба решила в столовой не появляться, - заметила Алиса. – Наверное боится, что ей придётся раздавать автографы весь вечер! Многие пионеры, ставшие свидетелями пляжного инцидента, встретили эту фразу дружным хохотом. Не смеялась только Ульянка – нет, никаких угрызений совести из-за случившегося мелкая не испытывала, но при этом вполне закономерно опасалась, что Маруся может хорошенько надавать ей по шее после такой подставы. А в том, что Лена в конце концов узнает, кто сегодня плавал в её купальнике, младшая из рыжих не сомневалась. Больше ничего интересного за ужином не произошло, и вернув посуду на кухню, Икарусова и Кэнак вышли из столовой. До вечера было ещё далеко, поэтому стиг и девушка-автобус решили немного прогуляться по лагерю (причём Маруся по старой привычке продолжала держаться правой стороны дороги) и обсудить сложившуюся ситуацию. – Каких-то конкретных проблем у нас сейчас нет, - признал Джош, - но вот вопросов остаётся множество. Самый очевидный – кто ты такая? Пока я знаю только, что ты – это автобус, ставший человеком. Не могла бы ты рассказать о себе чуть побольше? – Так сам же говорил, что тебе наплевать, как меня зовут и в каком я отряде, - улыбнулась во весь бампер злопамятная автобусина. – Ну, тогда я же не знал, откуда ты взялась. Думал, что у меня подотчётный транспорт из под носа угнали, а тут ещё и какая-то пионерка хулиганит! Вот и вспылил немного... – Ладно уж, расскажу, что помню, - сменила гнев на милость Маруся. – Только учти – я привыкла не говорить, а действовать, так что на высокооктановые речи вроде тех, которые привыкла толкать вожатая, можешь не рассчитывать. – Это не проблема. Икарус-тян задумчиво пригладила волосы к кабине и начала рассказ. – Сколько я себя помню, я всегда работала на этом маршруте и возила пионеров в лагерь. Завод, сборочный цех, испытательная трасса в Будапеште – это всё было, как во сне, если вообще было. Отчётливые воспоминания начинаются только на 410м маршруте. – А кто тебя водил раньше и почему перестал? – Может, поначалу кто-то и водил, но последние несколько сотен циклов я уже и сама неплохо ездила. И знаешь, какой это был классный момент – пассажиры доставлены, Семён уходит со Славей, а я могу спокойно раствориться в воздухе и вернуться только через неделю... Но потом всё начало идти не по плану. Точно не помню, сколько конкретно раз я пробуждалась к жизни, как человек, но кому-то из старших по лагерю я серьёзно перегрела радиатор, если они наняли тебя! – Честно говоря, теперь я вообще не понимаю, зачем им понадобился, - заметил Джош, почёсывая бороду. – Если пассажиров ты спокойно возила и без водителя, а превратить тебя обратно в автобус я всё равно бы не смог... – Главные ничего не делают просто так, - философски ответила Маруся. – Ну, свою часть истории я прогудела, теперь твоя очередь. Раньше я тебя в лагере не видела, может, расскажешь что-нибудь и о себе? – Ну а что мне о себе рассказывать? Жил в Канаде, пил кленовый сироп, мечтал стать хоккеистом, а потом родители случайно купили мне стигничный визор... – Ты имеешь в виду своё лобовое стекло? – Оно самое. Тем, кто его носит, визор позволяет серьёзно менять ощущение времени – например, на максимальном замедлении я воспринимаю одну секунду так, как будто она длится все шестнадцать. Полезная вещь для водителя, но не со всеми совместимая – неспособный к такому изменению реакции человек мог бы и с ума сойти... До сих пор непонятно, как они попали в магазин спорттоваров, но именно после этих очков меня и переклинило. Хоккей я не разлюбил, но начал серьёзно заниматься картингом, а через полгода меня заметили вербовщики из Ордена Стюардов. – А это ещё кто? – Ну, стюарды, правительство Стигоносиса. Все стиги делятся на три сословия – гонщики, которые ездят на машинах, механики, которые эти машины строят и чинят, и стюарды – они выделяют деньги на новые разработки, следят за порядком и просто портят всем нервы. А ещё стюарды ищут по всему миру талантливых водителей, чтобы их можно было хорошенько натренировать и посвятить в стиги, для этого на станции целая Академия есть... Икарус была спланирована исключительно для доставки пассажиров в заданные точки, так что перипетии стигничной политики быстро перегрузили её четырёхтактные мозги. – Ладно, эту часть маршрута проехали... Так ты стал водителем автобусов? – Нет, конечно! - обиделся Кэнак. – Я стал гонщиком и даже выиграл три Гран-при, а водить автобус впервые нанялся только вчера. – Так я у тебя первая? - удивилась Маруся. – Среди автобусов – первая. Вначале я ездил на картингах и обычных машинах, - начал рыжий перечислять свои автомобили, словно пожилой Казанова – бесчисленных подружек молодости. – Из дорожных у меня были Додж Рам, Шевроле Сильверадо и Тойота Такома, из гоночных – туринговые авто, на которых я выступал в бронзовой лиге. На своей первой двухлитровой Шевроле Круз я одержал первую победу, до сих пор её помню – это была, наверное, лучшая машина в моей жизни! – Ясненько... - надула губки автобуська. Ей почему-то было крайне неприятно слышать, что у Джоша были машины до неё, а тем более, что одну из них он и сейчас считает лучшей. «Что это за странное чувство?» - сама удивилась своей реакции Маруся. «Разве меня должно волновать, на ком этот чувак ещё ездил? Он же водитель, это нормально». Тем более, Икарус сама была транспортом общественным, и за прошедшие циклы в ней успели побывать десятки, если не сотни пассажиров... Но лёгкая ревность от этого никуда не исчезала. Возможно, Джош ещё долго рассказывал бы о своих бывших болидах и суперкарах, но Маруся решила, что на сегодня с неё хватит. Помахав бородачу рукой на прощание, автотянка включила заднюю передачу и отправилась в домик. Ей надо было немного постоять на домкрате и обдумать свои новые чувства, а заодно обсудить их с Мику. «В конце концов, человеком она работает подольше меня, может, и в таких вопросах разбирается лучше». В этот раз аквамариновая болтушка не занималась на кровати всякими непристойностями, а перелистывала толстую книгу, все страницы которой были покрыты чёрненькими хвостатыми нотами. – Привет, Маруся! А я как раз тебя ждала! - весело улыбнулась автобусихе японская пионерка. – Смотри, сколько я интересных песенок нашла – от «Неотон Фамилия », Беаты Карды и даже «Мистер Алкоголь» Жужи Конц... – Песенки в следующий рейс, - решительно отмела музыкальную тему Икарус. – Мне сейчас нужен совет по личному делу. Любовному. Поможешь? Последний вопрос был явно излишним – только услышав что-то про любовные дела, Мику запрыгала от любопытства. – Любовь? Так ты влюбилась? А кто он? А я его знаю? И сегодня это ведь от него была записочка, я угадала? – Нет, записочка с маршрутом была от Алисы, она позвала меня и Ульянку поиграть на реке. Тот, о ком я говорю, никуда бы меня приглашать не стал. Я даже не уверена, что это настоящая любовь... – Если ты так говоришь – точно настоящая! - широко улыбнулась Мику. – Мальчик тебя не замечает, а ты всё время думаешь о нём – это самая что ни на есть настоящая безответная любовь! Прямо как у меня с Серёжей, честно-честно! Любовь по-автобусному – это была очень специфическая тема, и обсуждать её особенности с глупышкой Мику Маруся не собиралась. Куда больше Икаруску интересовало то необычное и неприятное чувство, которое она испытывала, когда Джош рассказывал о своих бывших машинах. – Не знаю, любовь это или нет, только я очень странно себя чувствую, когда думаю о том, что у него уже были другие... девочки до меня. Как это можно объяснить? – Так это самая обычная ревность, сестрёнка! - засмеялась Мику. – Вообще-то, если он встречался с другими девочками раньше, чем встретил тебя, то это волновать вроде бы не должно, но по секрету я скажу – это очень важно! Если он так легко бросал других девочек, то и тебя может запросто поматросить и бросить. Знаешь, такое бывает! Вот в прошлом году мне предлагал встречаться мальчик из старшего класса, и я, глупенькая, чуть не согласилась! Мы с ним даже на свидание сходили, прямо настоящее свидание, а потом оказалось ужас что! Оказывается, он уже встречался с моей подругой, и они даже обедали вместе! До но йоу на кйоуфу! Я потом три дня плакала... Дальнейшую часть монолога Мику автобуська благополучно пропустила мимо ушей. Главным результатом сегодняшней беседы стало чёткое осознание Марусей самой концепции ревности, после которого она смогла хоть немного разобраться в своих новообретённых чувствах. «Даже странно, с чего я так разволновалась» - сама удивилась девушка своей эмоциональности. «Ну гонял Джош когда-то на суперкарах, какое мне до этого дело? На качелях он с ними не качался, на пляж не ходил, в столовой не обедал, а проехать три круга на скорости сто восемьдесят – это любой может, у кого ключ подойдёт. Шлюхи двенадцатицилиндровые...» Икарусинка поняла, что если она стала человеком, то и ревновать своего бестолкового водителя должна теперь только к настоящим девушкам. «Как машина я этому бородачу уже понравилась, тут без вопросов. Так далеко за сотню меня ещё никто не разгонял, до сих пор коленвал дёргается... Осталось только влюбить его в себя, как в девушку, и задачу можно считать выполненной». Основной проблемой было то, что Кэнак в упор не воспринимал Икарус-тян как девушку. Несмотря на шикарные формы, кавайные глазки и миловидную мордашку, Маруся оставалась для него всего лишь одуревшим автобусом, только на время принявшим человеческую форму, и это не могло не раздражать. «Всё равно влюбишься, бородатый, я умею добиваться своего...» – ...Марусечка, ты меня слушаешь? - тем временем пробился сквозь поток дизельных мыслей звонкий голосок Мику. – А я знаю того мальчика, про которого ты говоришь? Можешь хоть намекнуть, кто он? Шурик? Сёмочка? Ну позязя, я никому-никому не скажу! – Узнаешь позже, - охладила её натиск Икарусова. – Пока что говорить особо не о чем, я только готовлюсь к борьбе. Боевой настрой венгерской няши так вдохновил Мику, что пионерка ещё полчаса тарахтела без умолку, и лишь когда синеволосая болтушка заснула, Маруся смогла выдохнуть с облегчением. – Ещё немного, и я бы её по кабине треснула... Раздевшись пред сном, автотянка ещё немного постояла возле зеркала, с интересом рассматривая своё новое тело, а потом взяла аккуратно сложенный на стуле комплект постельного белья и принялась его раскладывать. Процесс слегка затянулся, так как кровати в своей жизни автобуське застилать ещё не приходилось (по крайней мере, в этом её цикле), и вконец задолбавшись, она попросту переложила сонную Мику на свою постель, а сама заняла место японочки. Пионерка оказалась очень лёгкой (хотя с Марусиной грузоподъемностью можно было и Толика транспортировать без проблем) и даже не проснулась во время переноса. Освободив таким образом место для сна, Икарус-тян забралась под одеяло Мику, зажмурилась и представила себя стоящей на тихой и уютной парковке... В целом это помогло, но девушка-автобус ещё долго ворочалась в кровати, с интересом прислушиваясь к непривычным ощущениям.