Вернувший желание жить

Тарелка с плохо сваренной гречкой влетела в магические прутья, перекрывающие единственный выход из небольшой камеры. Последним напоминанием о несчастной посуде стал росчерк искр. Окинув засуетившуюся стражу презрительным взглядом, Фобос отошёл вглубь нынешних апартаментов. Подальше от возможных наблюдателей. Только тогда, когда никто не смотрел, мужчина мог позволить себе устало лечь на койку. Живот сводило от голода. Но стоило ли давать организму пищу, когда всё перестало иметь смысл? Сестрица победила. Особенно сейчас, когда последние сторонники Князя оказались за решётками соседних камер. Фобос старался не думать о недавних событиях. Но воспоминание позорного проигрыша само всплывало перед глазами. «Рыцари Мщения» не успели толком освободить его. Битва за трон закончилась, стоило явиться Элион. Мужчина невольно скрипнул зубами. Новоиспечённая королева даже не понимала, как работала магия! Но стоило ей пожелать, и магия без особых трудностей переловила всех врагов Элион, посадив их в тюремные камеры. «Кому-то всё, а одним ничего. Я не прекращал учиться, чтобы добиться мастерства! А этой дурёхе оказалось достаточно родиться Сердцем Мира. Никаких стараний, просто пожелай, и мир сам исполнит то, что пожелаешь.» Хотелось по привычке разозлиться, но сил на это просто не осталось. «А самое обидное, что Элион даже не подозревает о всём своём чёртовом везении. Родилась женщиной, и просто из-за этого может позволить себе тратить ману направо и налево. Это ж надо было додуматься! Не прекращая, направлять магию в темницы, чтобы удерживать всех магическими решётками. Идиотка. Если бы только понимала, как вокруг всё устроено, то потратила бы магию на что-то более ценное.» От мысли о том, что он сам ограждал Элион от ценных знаний, Фобос отмахнулся. Проникаться пониманием к сестре мужчина не собирался. В конце концов, он бы на её месте не растерялся. И в её возрасте он был КУДА осознаннее и умнее. А то, что она всю жизнь прожила в другом мире – не оправдание. Это проблема Элион, а не Фобоса. В камере и так царил полумрак. Но слабый свет от магических решёток всё равно раздражал глаза. Фобос как мог оградился от остатков света, подняв ладонь на уровень глаз. «Если бы только ритуал сработал…» Искренне постарался не цепляться за тут же возникшую мысль, полную критики собственного плана. Однако отогнать её не получилось. «Это просто смешно! У меня было предчувствие, что план ненадёжный. Отмахнулся от интуиции – и где оказался? Подумать только. Единственный раз в жизни не прислушаться к шестому чувству, чтобы так глупо проиграть. Седрик засмеял, если бы мог.» Настроение испортилось окончательно. Краешком глаз покосился в сторону решёток. Конечно же, камеру Седрика было не разглядеть. И если бы Фобос подошёл к краю своей тюрьмы, всё равно бы её не увидел. Но даже без этого Фобос мог представить, как некогда близкий друг себя чувствовал. Обращён огромной магической силой в жалкую пародию себя. Унижен. Способен ли осознавать происходящее? Хотелось бы верить. Этот чертов змей мог посоревноваться силой духа с самим Фобосом. А потому просто не мог окончательно впасть в безумие! Ведь так? Никто не услышит. Так что можно позволить себе зародить молитву к звёздам, которые в любом случае промолчат. Терять больше нечего. И планы, и гордость – всё УЖЕ обратилось в пыль. Всё, что осталось – это ещё бьющиеся сердца верных сторонников. «Не смей сдаваться так просто. Продержись. Даже если тебе придётся ждать не один год, Седрик, ты обязан! Я… Я этого не исправлю. Но сестрица рано или поздно пожалеет тебя. С её магической придурью ничто не помешает ей расколдовать тебя. А там ты, наверняка, переползёшь на её сторону. Ненавижу тебя. Но не смей умирать. И проследи, чтобы Миранда не вляпывалась в неприятности, с которыми не совладает.» Мысли о приёмной дочери всколыхнули желание жить, назло всем невзгодам и недругам. Фобос будто почувствовал её полный недоверия взгляд, и стена для этого не стала преградой. Сейчас, когда только и осталось, что размышлять, Фобос понимал, что был несколько… резок. Кто обучил её сарказму и стремлению к выживанию, в конце-то концов? Он сам и Седрик. С такими примерами перед глазами Миранда просто не могла вырасти более покладистой. Но всё же, когда она ушла за подозрительной колдуньей, напоследок бросив насмешливое прощание, что-то внутри Фобоса оборвалось. Последние остатки доверия залпом проглотила выросшая в разы паранойя. Ладно, когда подводили последователи. Но Седрик с Мирандой были ближе, чем кто бы то ни было. И им такие предательские выходки Фобос простить просто не мог. Да, Миранда потом вернулась, имея на руках объяснение. Но его было недостаточно, чтобы унять зародившиеся недоверие и разочарование. И осознание, что Миранда, подобно Седрику, знала СЛИШКОМ много. Сохранившиеся остатки магии Фобос потратил на то, чтобы уберечь себя от ещё одного предательства. Обратил в жалкую версию себя и её. Но звёзды не дадут солгать! Если бы он вернулся в то мгновение, то удержал бы себя от этого порыва. Хотя бы для того, чтобы Миранде было сподручнее выживать дальше. «А сейчас только и остаётся, что уповать на жалостливость Элион. Прежде чем для меня всё закончится, нужно будет направить её внимание в нужное русло. Особенно если подвернётся такой шанс. А он… Будет. Я чувствую. И в этот раз к этому назойливому шестому чувству я всё же прислушаюсь. Но неужели Элион и вправду явится сюда?» Верилось с трудом. Но интуиция удивительным образом никогда не подводила Фобоса. Не могла же она ошибиться сейчас, верно? Не прошло и дня, как Фобос начал подмечать нервное поведение охраны. Из них будто невидимой плетью вмиг выбили всю самоуверенность. В движениях прослеживалась нервозность. Было не разобрать о чём конкретно они шептались между собой. Но Фобосу это было и не нужно, чтобы понять, происходящие снаружи события изменят всё. Почувствовал себя странно. Может дело было в том, что ослаб из-за голода? Прислушавшись к ощущениям, понял, что дело было в другом. В камере не было ничего, кроме койки и отхожего места. Но Фобосу и не нужно было находиться по ту сторону решётки, чтобы понять, что самому миру резко стало хуже. Словно только вышедший из комы мир вернули в прежнее умирающее состояние. А произойти это могло только по одной причине. Если что-то случилось с Сердцем. «Твою мать, Элион! Во что ты вляпалась?!» Вскочив с койки, метнулся к решёткам. Протянул к ним руку. Сорвавшиеся с магических прутьев искры обожгли кожу, не давая и шанса руке пройти хоть немного дальше. Однако Фобос знал, они могли жечь КУДА сильнее. Магия сестры, что и создала их, каким-то чудом сохранилась. «Но стала в разы слабее. Чёрт, возьми! Если бы эта дурёха померла, то они бы просто исчезли. Кто-то обрёл над её силой власть! Элион, какого чёрта ты натворила?!» - Эй-эй! Веди себя потише, Фобос! – Тут же оживился один из прихвостней Королевы по имени Дрейк. – Чего разбушевался? Фобос окинул его взглядом полным презрения и раздражения. Хотелось, чтобы это оказалось единственным, чем пришлось удостоить чертового повстанца. Но Фобос был обязан узнать хоть что-то! Перешагнув гордость, всё же заговорил. - Что происходит вне стен темницы? - Тебя это волновать не должно, - хриплым голосом вмешался в разговор Ватек. Добавил, будто выплюнул обращение, - К н я з ь! Фобос даже не взглянул на предателя. «Сейчас есть более важные задачи, чем тратить остатки сил на него. Но потом, Ватек, я заставлю заплатить тебя за предательство. Если уж Миранда и Седрик заплатили по счетам, то ты заслуживаешь этого втройне. Идиот. Я чувствую, как мир снова начал разрушаться, а его волнует, как бы я не узнал лишнего.» - Что с моей сестрой? За мгновение ока ощетинились все стражи на посту. «О звёзды.» - Сдержался, чтобы не закатить глаза. – «Словно одним этим вопросом запытал их любимую королеву до смерти.» - С Королевой всё нормально, - отрезал Ватек. – Даже не думай, что выберешься из камеры. Фобосу потребовалось всё его самообладание, чтобы принять уверенный вид и не выдать своего беспокойства. - Ну-ну. – Хмыкнул он в ответ и отошёл обратно в тень. Что-то внутри подсказывало, что Ватек ошибался. «Спорить с этими недоумками всё равно бесполезно. Лучше не буду привлекать к себе излишнее внимание и накоплю столько сил, сколько смогу. Если всё выйдет из-под контроля, вырываться из темницы придётся силой. Хоть бы мир не разрушился раньше времени. Это единственное, что меня беспокоит сильнее всего. И как не упустить момент, чтобы вовремя вывести всех отсюда? Ненавижу тебя, Элион, это всё твоя вина.» В наказание или из страха, не столь важно, но тарелка с очередным экономным и плохо приготовленным обедом появилась гораздо позднее обычного расписания. Да и порция была меньше, чем в прошлый раз, хотя и та, не то, чтобы была большого размера. «Ничтожества.» - Презрительно поморщился Фобос, взяв тарелку с гречкой в руки. – «Только и могут, что трусливо гадить на безопасном для себя расстоянии.» Маны у чародея было немного. И если ещё утром Фобоса это не волновало, и он был готов гордо склонить голову перед Смертью, то теперь планы изменились. Пожелав сохранить остатки магии на более ценную нужду, Фобос зачерпнул совсем крошечную каплю из жизненных сил. Направив её на скромный обед, убедился, что в крупе не затаился яд или плевок столь «талантливого» кулинара или другие чьи-либо отвратительные телесные жидкости. Окруженный полумраком камеры Фобос скрыл от любых любопытных взглядов как несколько прядей выпали из его длинных волос и распались на еле заметные частицы маны, не оставив от себя хотя бы одного тонкого светлого волоска. Убедившись в безопасности, заставил себя съесть всё без остатка. Наконец пополнил силы истощённого организма. Какая бы буря событий ни надвигалась, Фобос будет готов.