Нормальным просьба не беспокоить

— Ночь, покой, луна, вода… — Валидолу бы сюда!

Бесшумно закрыв за собой дверь, Дин устало покрутил головой, потирая глаза, поморгал, привыкая к полумраку, и остановился, с некоторым удивлением созерцая открывшуюся картину: Дина забралась с ногами на широкий подоконник, обхватив руками колени, задумчиво разглядывала ночной пейзаж за распахнутым настежь окном. В углу, за комодом, лениво помаргивал ночник в виде совершенно марсианского вида бабочки, где-то в траве с упоением распинались цикады или что тут водилось вместо оных, загадочно шелестели листья на деревьях — ну прям пастораль. — Привет, — тихо произнёс охотник, присев рядом на подоконник. — Привет, — слабо улыбнулась в ответ Дина. — Ты чего не спишь? — А ты? — Так нечестно, я первый спросил, — Дин усмехнулся, легонько дёрнув её за косу. — Эй! В школе ты тоже девчонок за косички таскал? — делано возмущённо отмахнулась девушка. — Не помню, давно это было, — вполне серьёзно призадумался Винчестер. Дина вздохнула, подобрала под себя ноги и поёжилась, снова глянув в окно. — Да что ж ты у меня мёрзнешь всё время, — ворчливо посетовал Дин, привычно сгребая её в охапку. — У вас тут лето на улице! — Мне нравится, когда ты меня греешь, — тихо засмеялась Дина, поёрзала, устраиваясь удобнее, спрятав руки под его рубашку. — Вот я тебя и ждала. Он задумчиво хмыкнул и машинально притиснул ещё сильнее. — А мы с Сэмом заболтались. Давно у нас не было времени на такие вот посиделки. Дина понимающе кивнула: — Сэму очень повезло с братом. Он в курсе? — Это ты у него спроси, — невольно рассмеялся Дин и внезапно помрачнел. — Правда, мне однажды сказали, что у нас нездоровая привязанность друг к другу и я не буду счастлив, пока он рядом. — Ерунда, — фыркнула Дина. — Тот, кто это сказал, ничего не смыслит в настоящей привязанности. — Поверь мне, смыслит. Учитывая происходившее, у неё были основания на такие высказывания, — он скривил губы в невесёлой усмешке. — Она едва не погибла из-за этого всего. Дина выпростала одну руку и медленно провела пальцем по его груди. — Но ведь не погибла? — Не благодаря мне. Её исцелил Кас. Знаешь, я честно не хотел втягивать их, но вернулся Сэм и… Он сам не заметил, как рассказал про Лизу. Даже больше, чем в принципе можно было. Чёрт, Дина умела слушать, как никто другой. Молчать так, словно впитывала каждое слово. И смотреть так, точно видела всё, что он говорил. Потому и не получилось вовремя заткнуться, как будто это нормально — распинаться о своей бывшей, пусть и было это всё давным-давно. — И вообще, на кой я тебе это всё болтаю?! — перебил он вдруг сам себя, возмущённо уставившись на внимательную слушательницу, которая риторических вопросов не понимала в принципе и посему вполне серьёзно объяснила: — Дин, не устаю повторять, что ты интуит. Если тебе внезапно захотелось просветить меня насчёт подробностей совместного проживания с одной из своих многочисленных женщин, значит, на то есть причина. — Серьёзно? — недоверчиво переспросил охотник. — Я-то всю жизнь полагал, что это последнее дело. Ладно, забудь, что-то меня потянуло на воспоминания… Старею, наверно! — Всем бы так стареть, — усмехнулась девушка. — Можно вопрос? — Ну попробуй. — Когда это всё было? — Я же сказал — забудь, — Дин недовольно нахмурился. — Какая разница? — Ну Ди-и-ин, — она захлопала ресницами с таким умилительно-умоляющим видом, что его немедленно проняло. — Ах ты лиса, — он невольно рассмеялся, перехватил её руку и поцеловал холодные пальцы. — Примерно… Дай подумать… Весной одиннадцатого. Давненько, м-да… Дина задумчиво кивнула: — Ясненько… — Так, чем-то задним чую, меня сейчас обрадуют, — тоскливо пробормотал Дин. — Да нет, — она легко пожала плечами. — Достаточно много времени, чтобы отболело… и ты перестал себя винить. — Вот только не надо. Я, знаешь ли, отлично умею врать всем, только не себе, — снова помрачнел охотник, на что Дина удивлённо изогнула бровь, проведя ладонью по его щеке. — Что такое, сударь мой? Никак опять занимаемся самоедством? Могу предложить массу вариантов гораздо лучше, нежели тратить время на бесполезные переживания. — М-да, ничем тебя не проймёшь, — невольно усмехнулся Винчестер, а Дина, внезапно сообразив, протянула в ответ: — Вот оно что… Позволь узнать, что же на этот раз заставило тебя мучительно размышлять о бренности всего сущего, неправильности происходящего и поисках веских аргументов, дабы от меня избавиться? — Да ничего подобного! — неубедительно возмутился Дин, сделав честные глаза. И вот что этой малолетней тёмной язвочке ответить? — Просто… ну, болтали с Сэмом про всякое, вот вспомнилось. Она вопросительно округлила глаза, но рассказывать Дин не собирался… … — Нет, серьёзно! Этот лохматый паразит совсем берега попутал! Вот оторву ему хвост нафиг — будет знать. — Ага, так он тебе и позволит. Да брось, ну в самом деле! Я б на твоем месте гордился, ты для парня авторитет. И, знаешь, я его прекрасно понимаю. — Ха. Ещё б ты не понимал! Только вот тебе я старший брат, а ему?! — И ему тоже. Только поэтому он тебя послушался и позволил спрятать себя здесь. Ты же знаешь, я пошёл за тобой не потому, что ты требовал, или там уговаривал, а потому, что сам этого захотел. Наверное, где-то в глубине души я уже тогда знал, что не получится у меня ничего с Джессикой. Ни с ней, ни с какой другой женщиной. Ни одна не станет терпеливо ждать, пока я вернусь с очередной охоты, весь в крови и кишках, не будет верить настолько, чтобы бросить всё и уйти за мной в эту нашу тёмную жизнь, не станет той, к которой я сам захочу возвращаться… — Кроме Линды? — Именно. Она стоит того, чтобы терять, как бы ужасно это ни прозвучало. Да ты и сам прекрасно видишь, ведь с Диной точно так же. — Не знаю… Честно, старик, я ничего на знаю. Ты вот доволен как слон, у тебя почти настоящая семья, вон, и готовый ребёнок уже есть, короче, прям как на заказ, как ты мечтал… но я-то ничего такого не хотел. — И что? Судьба — она у нас не спрашивает. Да и чего ты ломаешься, как монашка на свидании? Давай уже, признайся хотя бы самому себе, что влюбился по уши, как желторотый малолетка, и все дела. — Нет. — Дин! — Неправильно это, ну неправильно! Вот ты абсолютно прав, она удивительная. На кой чёрт ей такой, как я, а? Я не знаю кто… Судьба там, магия, Бог, дьявол — кто ей уготовил такую участь, чтобы она существовала лишь из-за меня? — Дин… — Это красиво звучит только в сопливых подростковых киношках. Девчонки аж кипятком писают — ах, какая красивая любовь! Ах, это судьба! Ми-ми-ми, хнык-хнык. Так вот, дерьмо это, а не судьба. И если она свыклась со своим предназначением, то я — нет. Нельзя, чтобы такие хорошие девочки доставались таким мудакам. — Дин, даже если сильно захочешь, даже если вдруг каким-то странным чудом найдёшь способ, ты не сможешь её отпустить. — Если она сама захочет — смогу. — Не-а. Её — не сможешь. А она не захочет. — Слышь, психолог недоделанный, ты бы хоть сперва на кушетку уложил. — Да иди ты… — Только после тебя. — Я куда угодно пойду, если это заставит тебя хоть немного задуматься. — А я, по-твоему, что делаю? Послушай… Понимаешь, каждый раз, когда я вижу её в деле, у меня руки чешутся схватить, утащить, запереть и не выпускать. Это что, нормально, по-твоему? Я убил своего друга не из-за того, что он фактически нас использовал, а из-за того, что он посмел причинить ей боль. Этот хрен с горы, который то ли Бог, то ли тварь, заявил, что ради тебя я готов взорвать Мироздание, — так он прав, готов. Но не только ради тебя… теперь. Самое страшное, что она без колебаний сделает то же самое. Только вот почему? Где настоящее, а где навязанное? И есть ли оно вообще, это настоящее?.. …Тряхнув головой, Дин упрямо повторил: — Просто вспомнилось. Да и вообще… устал я, малыш. Задолбался в мумию. Выкладываешься до состояния половичка с лапками — а толку? Всё идёт по кругу, и от этой карусели тихонько сходишь с ума… Не таким ты представляла свой якорь, да? — Да, — спокойно подтвердила девушка, слегка отодвинулась, чтобы снова расположиться на подоконнике, и негромко продолжила, не мигая глядя ему в глаза. — Но… Видишь ли, когда проживаешь сотни чужих жизней, постепенно начинаешь более-менее разбираться в своей собственной. Лично для меня всё стало кристально ясно в тот момент, когда ты наставил на меня свой «кольт». — Ух ты… — выдохнул охотник, не сразу сообразив, о чём это она. — Чтобы метка активировалась, надо дотронуться. Я тебя тогда не трогал! — Ага, — коротко подтвердила она, слегка склонив к плечу голову. Дин медленно кивнул. — А я тормоз… До меня дошло слегонца позже, когда ты распыляла кровососа. — От твоего взгляда мне постоянно хотелось проверить, вся ли одежда на месте, — в тёмных глазах запрыгали смешливые искорки. — Ну, тогда я ещё не умел делать вот так… С этими словами Винчестер театральным жестом щёлкнул пальцами — и Дина осталась в коротенькой тонкой ночнушке совершенно развратного вида. Ничуть тому не удивившись, она укоризненно покачала головой: — Ну, конечно. Это было первое, чему ты научился? — А то! — гордо надулся Дин. — Маг я, в конце концов, или просто погулять вышел! Махнув рукой, девушка зевнула, деликатно прикрывшись ладошкой: — Давай уже на боковую, товарищ великий маг, ладно? Правда, проснувшись утром, в пределах видимости Дина своего охотника не обнаружила. Сначала не особо взволновалась, ибо куда он отсюда денется; потом всё же решила, что талант Винчестера находить приключения на собственную задницу даже в абсолютно безопасных местах вполне может проявиться где угодно, следовательно, стоит, чисто на всякий случай, заслать Васеньку на поиски. Торопиться, впрочем, не стала: неторопливо поплескалась в ванне, тщательно заплела косу, долго и вдумчиво выбирала между лёгким сарафаном до колена и шортами с короткой майкой, после чего немного полюбовалась на себя в зеркало, решила, наконец, что к выходу в люди готова, открыла дверь… и с некоторым изумлением поняла, что в доме давно происходит что-то крайне интересное, чего из-за заглушки она не слышала. В это же время на кухню, по которой бодро хромал Валентайн, уже без костыля, но всё ещё иногда неловко потиравший спину, осторожно заглянула Линда Блейк. Сама она давно проснулась, в отличие от Сэма, который мало того что явился далеко за полночь, так ещё и явно слегка навеселе… мягко говоря… посему отрубился мгновенно и признаков жизни не подавал до сих пор. Побродив по дому и никого не обнаружив, она в итоге набрела на сердце коттеджика — сиречь эту самую кухню. — Не стесняйся, — немедленно заметил её Иван. — У нас здесь всё просто: кто первый встал — тот и повар. — Давай помогу, — невольно заулыбалась Линда, но Валентайн отрицательно мотнул головой. — А что там происходит? — Линда с опаской потыкала пальцем в потолок, который явственно содрогался, причём сопровождалось это приглушённым грохотом и невнятными матюгами. — А это наш Васенька с жиру бесится, — ехидно усмехнулся Валентайн, заглянул в духовку, довольно покивал и со вздохом присел на лавку. — Побесится и баиньки пойдёт. — Судя по топоту, Васенька — это слон? — она снова глянула наверх, уже с явным интересом. — Два слона тогда уж, — хмыкнул Иван. — Это наш хранитель знаний. Твой коллега, короче. Командир давно обещал ему чего-нибудь оторвать, вот, пытается… Василий, естественно, категорически против, но сам процесс, похоже, обоих веселит неимоверно. Судя по безмятежному виду стремительно идущего на поправку парня, неведомому Василию, равно как и неугомонному Винчестеру, вряд ли всерьёз что-то грозило, так что Линда предпочла перевести тему. — Вчера всё случилось так внезапно, что я не успела сказать, — она подошла ближе и опустила руку на плечо Валентайна. — Спасибо тебе, что вытащил нас оттуда. И за тот день… Ты едва не погиб, защищая меня и Сэма. Он склонил голову в ответ: — Не за что. Серьёзно — не за что. Мы все делаем то, что можем. Только вот в ближайшее время соваться в бункер не стоит, будем думать, где вас спрятать. — Постой, но разве здесь… — Это другой мир, — мягко перебил Линду Иван. — Да, сюда никто из тварей не может проникнуть, но здесь время идёт по-другому, вам с дочкой нельзя здесь долго находиться. Упомянутая дочка не заставила себя ждать. Вихрем ворвавшись на кухню, засияла, как солнышко: — Привет! Мамуля, можно погулять? Я далеко не буду уходить! — Милая, мы с тобой обязательно погуляем, но попозже и вместе, хорошо? — слегка улыбнулась Линда, бросив короткий взгляд на Валентайна. — Ты не бойся, — серьёзно отозвался он. — Ребёнка никто не обидит, наоборот, присмотрят, если что. Я договорился. — Не сомневаюсь, но я не знаю этой местности, так что без разговоров, — деловито подхватив печально надувшуюся Бесси под мышки, она усадила девочку за стол и довольно кивнула. А там и народ начал подтягиваться, на запахи, видать. Сперва ввалился сияющий во все тридцать два Алекс, потом Мэри, не сияющая, но какая-то мечтательно-задумчивая. Потолок содрогнулся в последний раз, после чего явно не выспавшийся и оттого крайне недовольный Сэм практически пинками пригнал злобно ругающегося братца. Братец порывался вернуться, но ему не давали. Последней появилась Дина, улыбнулась Линде, мимоходом потрепала по макушке Валентайна и вопросительно склонила голову к плечу, удивлённо разглядывая Винчестера-старшего. Тот моментально прикинулся ветошью, с самым что ни на есть независимым видом одёрнув разодранную в нескольких местах футболку. — Там у вас в библиотеке образовался лёгкий бардак, — мило улыбнувшись, оповестил Сэм, многозначительно покосившись на брата. — А так — доброе утро. — Ага, офигеть, какое доброе! — недовольно пробурчал Дин, одновременно деловито шаря глазами по столу. И тут, напоследок, на пороге материализовался Джек собственной персоной. Винчестера-старшего совершено явственно перекосило. — Ты кто? — неожиданно встрепенулась Бесси, с жадным любопытством разглядывая лично ей незнакомого персонажа. Персонаж аж засветился, бодро ломанулся было к ребёнку со своим фирменным «Привет, я Джек!» — и тут… — А ну стоять! — рявкнул Сэм не своим голосом, рванув наперерез оторопевшему Джеку. — Не смей её трогать! — Я же просто хотел поздороваться! — вполне справедливо возмутился парень. Линда ничего не понимала, но на всякий случай схватила дочку на руки и отступила подальше. — Сэм, ты в своём уме? — слегка обалдело поинтересовался Дин. Валентайн, скрестив на груди руки, с прохладным интересом взирал то на обиженного демиурга, то на вновь надувшуюся девочку. Мэри пока не вмешивалась, мудро рассудив, что её помощь вряд ли требуется. А вот Алекс сперва недоумевающе похлопал глазами — и вдруг восторженно выдохнул: — Да ладно… Сэм, это то, о чём я думаю? После секундного безмолвия кухня прямо-таки взорвалась гвалтом. Попытавшийся было вставить свои три копейки Дин умолк, полюбовался на творившееся безобразие, спокойно отхлебнул добрый глоток кофе, прокашлялся и гаркнул так, что, кажется, снова тряхнуло потолок: — Заткнулись все! М-да… Как он давеча выразился: маг я или погулять вышел? Ну так замерли даже вездесущие воробьи за окном. Тишина образовалась такая, что аж в ушах зазвенело. — Ну, а вот теперь поговорим, — ласково оскалившись, разрешил Винчестер-старший.