An accident

*****

Они с Гермионой гуляли в окрестностях Гремучей ивы, когда внезапно послышался душераздирающий крик. Из-за деревьев вырвался огромный чёрный пёс, пронесся мимо них, волоча за собой вцепившегося в траву Рона Уизли. — Рон! — вскрикнула Гермиона, но было уже поздно — пёс скрылся в темноте, утаскивая его за штанину. Не прошло и минуты, как к ним, спотыкаясь, подбежал Гарри Поттер, лицо его было бледным, а голос дрожал от ужаса: — Он... Он украл! Утащил Рона! Туда, в Визжащую хижину! Том нахмурился, а Гермиона, схватив Гарри за руку, спросила: — Кто украл?! Гарри перевел дух и выдохнул: — Сириус Блэк! В тот же момент где-то вдали раздался протяжный вой, и они все разом перевели взгляд на Гремучую Иву.Ветви дерева яростно бились в воздухе, будто предупреждая об опасности. Том сделал шаг вперед, встав между Гермионой и темной массой шевелящихся ветвей, и медленно достал палочку. Его движения были точными, почти изящными, но в глазах читалась холодная настороженность. — И что от нас ты хочешь, Поттер? — голос его звучал тихо и спокойно, но взгляд он не отрывал от Гремучей ивы, словно ожидал, что из-под ее корней вот-вот вырвется что-то ужасное. — Мы должны спасти его! — Гарри сжал кулаки, его глаза горели решимостью. — Мы?— он перевел взгляд на Поттера.— С чего это "мы"? — Том , не говори так! Рон в большой опасности, мы действительно должны ему помочь.— Гермиона посмотрела на него упрямыми карими глазами, а Том пожал плечами и продолжил: — Именно потому что Уизли в большой опасности, я считаю , что это проблема самого Уизли и его ручного Поттера , а не твоя, Гермиона.Там опасно и тебе там не место. — А ты можешь за меня решать ?— Гермиона откинула с плеча прядь волос , глаза ее гневно сверкнули , когда она сказала: — Не хочешь, не помогай , но я не брошу друзей в беде. — Тогда пошли , без него.—кивнул Поттер , и они вдвоем устремились к Гремучей иве. Том же замер, сжав кулаки. "Это их выбор,"— повторил он мысленно.— "Я не имею права ее удерживать." Упрямая. Глупая.Безрассудная. Пусть сама убедиться, к чему приведёт ее доброта. Но когда две фигурки уже скрылись в темном ходе , ведущем в Визжащую хижину , внутри зародилась тревога.Блэк там или кто-то другой , но Гермиона теперь тоже в опасности... С этим Поттером и Уизли. Он не мог ее оставить одну.Не в этот раз. Потому рванул за ними , уворачиваясь от ветвей буйного дерева и сжимая палочку. Визжащая хижина встретила его скрипом половиц , пылью и темными тенями.Из глубины доносились голоса — мальчишка Поттер что-то кричал , Гермиона пыталась его успокоить , кто-то тихо всхлипывал и что-то бормотал(вероятно, это был Уизли) , и хриплый смех Сириуса Блэка. Том держался в тени. Перед ним разворачивалась сцена, в которой всё было на грани: Уизли лежал с ногой, вывернутой под неестественным углом, лицо белое от боли. Гермиона, с рассечённой губой и испачканным в крови рукавом, тяжело дышала, не отводя взгляда от Гарри. Сам Поттер — взлохмаченный, в грязи и ссадинах, с разбитыми костяшками пальцев, — стоял, сжимая палочку с такой силой, что побелели костяшки. Голос его дрожал от ярости. — Ты продал их Волан-де-Морту, — выдохнул он, — вот всё, что мне нужно знать! — Тебе придётся выслушать меня! — голос Блэка стал резче, надрывней. — Ты пожалеешь, если не… если не узнаешь правду! Сириус Блэк — грязный, измождённый, почти тень самого себя — стоял, не защищаясь. Его взгляд, несмотря на измученный вид, был твёрдым. В нём читалось нечто большее, чем вина — отчаяние, с оттенком надежды. Том, всё ещё не выдав себя, наблюдал. Поттер был зол — по-настоящему, смертельно зол. В его лице, перекошенном от напряжения, в глазах, полных боли, отражалось нечто, отдалённо знакомое. И эта ярость, направленная на его, Тома,родного отца, почему-то внушала не отвращение, а странное восхищение. Бешеный, решительный, готовый на убийство — настоящий гриффиндорец, в самом худшем и лучшем смысле этого слова. Внезапно воздух прорезал рыжий комок шерсти — Живоглот с шипением метнулся вперёд и запрыгнул Блэку на грудь. Тот отшатнулся, попытался оторвать животное, но кот вцепился мёртвой хваткой, издавая низкий гортанный рык и уставившись на Гарри своими жёлтыми глазищами. Палочка Поттера дрогнула. Он медленно поднял её, целясь в Блэка, но Том видел: он колебался. Что теперь — убить и кота? Ударить в животное, которое было дорого Гермионе? Но сомнение не означало пощады. Нет, Поттер. Не сегодня. — Экспеллиармус. Палочка вылетела из рук Гарри и, описав дугу, оказалась в руке Тома. Он вышел из тени неторопливо, почти лениво, будто всё это касалось его постольку-поскольку. — Не сейчас, Поттер, — сказал он ровным, насмешливым голосом. — Оставь эмоции на потом. Вдруг окажется, что Блэка подставили? Он ухмыльнулся. Взгляд скользнул по стоящему перед ним мужчине. Грива спутанных волос, кожа, натянутая на кости, скалящиеся жёлтые зубы... Если бы не глаза — эти яркие, тёмные, дикие глаза — его можно было бы принять за мертвеца. И всё же было в нём что-то... похожее. — Так ты на его стороне?! — выкрикнул Гарри, сорвавшись с места. Он рванул вперёд, кулаки сжаты, лицо искажено. Том, не ожидавший напора, едва успел увернуться от первого удара, от второго уклонился точнее, и, нахмурившись, оттолкнул Поттера в сторону. Тот с глухим стоном ударился спиной о каменную стену, но удержался на ногах. — Не неси чушь, Поттер, — сухо бросил Том. — Я его вижу впервые. Хотя, каюсь… мне он интересен. Он перевёл взгляд на Блэка. Тот всё ещё смотрел на него — пристально, не отводя взгляда. — Чего пялишься? — спросил Том негромко, но в голосе прозвучало напряжение.— Говори, твой шанс. Молчание. Только ветер гнал сухие листья по полу, и где-то под потолком тихо скрипнули балки. А в глазах Блэка — та самая усмешка, до боли знакомая. Ответа пока не было. Но Том уже чувствовал: разговор будет долгим. Однако вновь не получилось и Том чертыхнулся. Дверь распахнулась, и внутрь стремительно вошёл Люпин. Одним точным движением он направил палочку, произнося обезоруживающее заклинание. Том, не растерявшись, скользнул рукой к зачарованной кобуре на внутренней стороне запястья — его палочка осталась при нём, надёжно спрятанная, незамеченная. Он усмехнулся краешком губ. — Профессор Люпин... Сколько же вас тут, — проговорил он с преувеличенной усталостью, переводя взгляд на Сириуса. — Итак? Мальчик ждёт. Но, как водится, слушать Тома никто не спешил. Вместо этого началась буря — крики, обвинения, вспышки обид и взаимного недоверия. Пока все вокруг теряли самообладание, Том молча наблюдал. Он следил за тем, как Блэк медленно опустился на край кровати, закрыл лицо ладонями и сгорбился, будто под грузом всех лет, проведённых в Азкабане. Люпин, вернув палочки их владельцам, заметно замешкался, пересчитав: палочек было три. Не четыре. Он удивлённо нахмурился, но промолчал. Наконец, разговор пошёл в нужное русло. — Не возражаешь, Рон, если я взгляну на твою крысу? — спросил Люпин ровно. — Что? — Рон даже забыл на миг о сломанной ноге. — Причём тут Короста?! — Очень даже при чём, — мягко, но твёрдо сказал Люпин. — Пожалуйста, дай мне её. Дальше пошли откровения. Воспоминания о школьных годах, о трёх друзьях, ставших анимагами, о неудачной шутке со Снейпом , который сувал нос не в свои дела. Том слушал скупо, но сдержанно. Когда появился Снейп, лицо Тома дёрнулось. Он не стал церемониться: направил палочку — Ступефай Дуо — и Снейп тяжело рухнул на пол, потеряв сознание. — Том! — вскрикнула Гермиона, потрясённая. Люпин сдержанно усмехнулся. Блэк хмыкнул, устало, но с уважением. — Дай крысу, мальчик, — повторил Люпин. — Она ведь живёт у вас уже двенадцать лет? И у неё, насколько я помню, отсутствует один палец на передней лапке? Подумай, Рон... Блэк поднялся и заговорил негромко, но в каждом слове звенела боль. — Я виноват, Гарри. Не в предательстве — в другом. Я настоял, чтобы Лили и Джеймс сделали Хранителем не меня, а Питера. Он казался менее очевидным выбором. Я думал, это будет безопаснее... А потом... — голос сорвался, — я пришёл к ним. Их дом был разрушен. Они были мертвы. Я понял всё. Питер предал их. Он погнался за Петтигрю, но тот инсценировал свою смерть, убив десятки магглов, отрезал себе палец и обратился в крысу. Сириуса обвинили и посадили в Азкабан без суда. — Вот в чём моя вина, Гарри. Они направили палочки на Коросту и произнесли заклинание возвращения истинного облика. Зрелище было жутким: тело крысы стало расползаться, удлиняться, расти, ветвиться конечностями, пока на том месте не возник неказистый, сгорбленный человек. Он выглядел так, словно его вот-вот стошнит от ужаса. Жидкие волосы, облезлая кожа, крысиные черты на человеческом лице. Питер Петтигрю. Он бросил взгляд на дверь — и сразу наткнулся на Тома.Тот уже стоял в проёме, палочка наготове. — Инкарцерро. Вокруг предателя мгновенно сомкнулись верёвки, стягивая его конечности. Петтигрю заверещал: — Ма-ма-мальчик, з-зачем ты… не делай этого! Он убьёт меня! Я двенадцать лет прятался от него! Он убийца, предатель! — слюна летела изо рта, глаза бегали по сторонам. — Ложь, — сказал Том. Его голос был ледяным. — Ты боишься. Боишься не только Блэка, но и тех, кто остался. Боишься мести.Мести за то, что ты сделал. Он медленно шагнул к нему, не отводя взгляда. — Ты — предатель. Не он. Ты убил их. Не напрямую, но предательством. Ты — причина. Спрятался за обликом крысы, потому что знал, что тебя убьют. И Блэк бы это сделал. И был бы прав. — Верно, мальчик, — хрипло подтвердил Сириус. — Именно так всё и было. Молчание. Гарри смотрел на Петтигрю, а затем — на Блэка, Люпина, Тома. Пауза была короткой. Он шагнул вперёд — и неожиданно обнял Блэка. Тот застыл, словно не веря, потом медленно прижал мальчишку к себе. Они покинули Визжащую хижину. Том шёл чуть позади, неся в кармане обездвиженное и связанное тело Петтигрю, превращённое обратно в крысу. Что-то тяготило его, будто предчувствие... Он взглянул на небо. Луна. — Люпин, — прошептал он, остановившись. И понял. Лицо Гермионы побледнело. Том быстро толкнул её к стене, в тень, заслоняя собой. — Поттер. Уизли. Смотрите. — Он указал пальцем на Люпина. Тот стоял, задрав голову к ночному небу. Затем — содрогнулся. Из его горла вырвался хрип, пальцы скрючились, лицо исказилось. Началась трансформация. Гарри, Гермиона и Рон кинулись прочь, помогая друг другу, прихрамывая и оступаясь. Блэк, уже обернувшийся в громадного чёрного пса, бросился вперёд, чтобы отвлечь внимание оборотня от детей.Они сцепились, и Том не двинулся с места — наблюдал, затаив дыхание. Он не должен был мешать. Если вмешается — привлечёт внимание. Или — испортит всё. Судьба хранила его. Люпин, видимо, всё ещё сражался с собой — либо удача была на стороне Томаса. В любом случае, оборотень не напал. Когда всё было кончено, Том, прижав к себе карман с Коростой, тихо развернулся и побежал в сторону замка.

*****