Исповедь тёмному лорду

В 1980 году на свет появился необычный ребенок. Маленькая Исабель не оглашала комнату криком, как другие младенцы. Она молчала, и её взгляд, неестественно глубокий, пугал случайных свидетелей. В их ореховой глубине не было младенческой мути, только искренее любопытство. Годы шли, но чувство дежавю только крепло. Ей казалось, что она идет по проторенной тропе: те же изгибы улиц, тот же почерк на конверте из Хогвартса, те же вкусы и запахи. В её голове прокручивались обрывки воспоминаний, которые она не могла присвоить этой жизни. Самым ярким была резкая, вспыхивающая боль, последняя вспышка перед тем, как тьма поглотила её в прошлом, до того как она открыла глаза в руках своей матери. Перед этой тьмой всегда стоял Он. Юноша с идеальными чертами лица и холодным взглядом, которого она любила до безумия, до саморазрушения. Исабель не знала его имени, но её сердце пускалось в галоп каждый раз, когда она видела во сне тень его силуэта. В Хогвартсе она была лучшей. Учеба давалась ей пугающе легко, она знала каждую главу учебников наперед, будто когда-то уже заучивала эти заклинания до блеска. Но за этим триумфом скрывалось гнетущее одиночество. Среди сверстников Исабель чувствовала себя лишней, чужаком, заброшенным в чужую жизнь. Её душа тянулась к чему-то далекому и забытому. Наступил 1995 год. Тень, которую боялся весь магический мир, наконец обрела плоть. Имя Того-Кого-Нельзя-Называть шепотом передавали из уст в уста, но Исабель никогда не видела его лица в этой жизни. До того самого вечера. Замешкавшись в темном, пустом переулке, она оказалась в кольце Пожирателей Смерти. Смертоносные маски, блеск палочек, запах страха… Но внезапно толпа расступилась, и воцарилась мертвая тишина. Из тени вышел он. Тот самый Юноша из её видений. Время изменило его, сделало старше, властнее, наполнило его черты пугающей, нечеловеческой жестокостью, но это был он. Его взгляд — дикий, жадный, словно он хотел выжечь её душу дотла, встретился с её взглядом. В этот момент Исабель осознала всё. Она вспомнила всё, вспомнила его имя. Весь её страх в одно мгновение переплавился в ту самую болезненную любовь, от которой она не смогла излечиться даже спустя десятилетия. Она любила монстра, и теперь она понимала: её душа была заклеймена им еще в сороковых. Ни время, ни сама смерть не смогли стереть его отпечаток с её сознания. Она смотрела в глаза убийцы и видела в них своё единственное отражение. Это не была любовь праведницы, это была жажда утопленника, тянущегося к своему омуту. Исабель знала, что он её гибель, но эта погибель была желаннее любого спасения.