Клинок рассекающий Гримм

      Небольшое поселение на задворках королевства Вейл встречало очередной рассвет. Утреннее солнышко осветило добротные деревянные дома, мощеную камнем дорогу, мостик через речушку и гостеприимную таверну. Хозяином являлся давно вышедший на пенсию охотник — Дрек Салливан. Грузный черноволосый мужчина, хорошенько за пятьдесят, в данную минуту отнюдь не обрадовался бы посетителям. Уж очень раскалывалась голова…       — Полы вымыты! Чем ещё могу помочь?!       — Я сделал! Позвольте ещё подсобить!       — Окна тоже закончил! Ещё что-нибудь?!       Звонкий и жизнерадостный голос Танджиро скрежетал в ушах не опохмелившегося горемыки. Хозяин постоялого двора хоть и был рад, что ему достался столь трудолюбивый и благодарный постоялец, но иметь столько энергии субботним утром, после пятничного застолья — настоящее преступление. Вот почему ОН должен быть как огурчик? Только потому, что ему около восемнадцати и сумасшедший обмен веществ? Дискриминация по возрасту! Эйджизм!       Помянув недобрым словом Кроу Брэнвена, мужчина, кряхтя, поднялся с кровати и зыркнул на широко улыбающегося юношу. Да уж, подсобил охотничек!       Завалившийся среди ночи знаменитый пьянчуга приволок на плече бесчувственное тело. Крепкого вида невысокий юнец, с необычными, темно-красными волосами. Лет семнадцати-восемнадцати на вид, бледный, со странным шрамом-пятном слева на лбу.       — Обнаружил его неподалеку, в лесу, — пояснил тогда Кроу. — Валялся на куче пепла, как принцесса на перине. Похоже, отбился парнишка от Гримм, впрочем, ни оружия, ни следов драки я не заметил. При себе ничего не имел. Ни документов, ни свитка, ничего. Маленькая котомка на поясе с бутылкой воды, тремя рисовыми шариками и все. Чей будет?       Узнав, что никто в деревушке о нем слыхом не слыхивал, Кроу несказанно удивился.       — Свалился, получается, как снег на голову? Откуда же тебя занесло… Пришлось открыть Ауру, на всякий случай, так ему сразу полегчало, аж задышал ровнее. Кто его знает, может быть приступ в столь юном возрасте?       — Да ты что?! — уставился на него трактирщик. — Кроу, я все понимаю, но не слишком ли…?       — Ну а что мне было делать?! — возмутился охотник. — Не хватало мне окочурившегося пацана на руках! Довольно с меня этого дерьма! Короче, вызови медика, пусть осмотрит пацана, за мой счет. А мне пора!       И поминай как звали. Впрочем, трактирщик Охотника не винил, тот и так подзадержался в деревне. И Брэнвен имел привычку всегда платить по счетам.       Возможность проинформировать постояльца о его ситуации тоже подзадержалась. Медик, не выявив проблем со здоровьем, лишь пожал плечами. Здоровый, молодой лоб, в превосходной физической форме. А в себя почему не приходит? Так хрен его знает. Поставил капельницу с физ раствором, и был таков.       Спустя недельку постоялец очнулся. Молча выслушав Дрека кивнул, сердечно поблагодарил и, узнав имя своего спасителя, опять отключился. На этот раз обычным, здоровым сном.       А уже через пару дней весь поселок имел возможность узнать Камадо Танджиро как самого невероятного, трудолюбивого, доброго и отзывчивого юношу. Впрочем, не без перегибов…       — Трактир вымыт и вычищен! — прокричал новоприбывший. — ЕЩЁ ЧЕМ ПОМОЧЬ?!       — Тише, малой, не ори ты так! — несчастно прохрипел Дрек, потирая ноющую головушку.       — Так точно, Дрек-сан! Вот ваша вода, освежитесь!       Напившись живительной влаги, подобревший хозяин поинтересовался.       — И откуда в тебе столько энергии? Пацан, ты ж с утра на ногах? Совсем не устал?       — Никак нет, Дрек-сан! — постоянные поклоны и мистральский говор выдавали того с головой. — Чувствую себя превосходно! Меня словно переполняет!       — Ах да, тебе же Ауру открыли…       — Хм-м?.. — юноша почесал подбородок. — А что вы имеете в виду под Аурой, Дрек-сан?       Покосившись на пацана, охотник в отставке провел краткий ликбез. Поведал о Проявлениях, Ауре и её основных свойствах.       — Хм-м, вот оно что… — посерьезнел хлопец. Он часто так. Большую часть времени — жизнерадостный, кто-то бы даже сказал — блаженный парень. Но иногда, нечасто, трактирщик видел его поникшим, в глубокой задумчивости. Частенько ночами с грустью всматривающегося в расколотую Луну. — А почему тогда Ауру не открывают всем людям?       Поперхнувшись, на столь наивный и заурядный вопрос, более подходящий шестилетнему ребёнку, Дрек пояснил и это. О сложностях и нюансах Ауры, необходимом контроле. Угрозе Гримм и Охотниках.       — Гримм? Кто такие гримм? — не понял Камадо.       В ответ мужчина лишь вылупился на него.       — Эм… парень. У тебя что, амнезия?       — Ну-у, можно и так сказать, — смутился тот, нервно заелозив по табуретке и отведя взор.       Ладно, плевать. Не хочет, пусть не говорит. Прикрыв глаза, хозяин пояснил, кто такие гримм, охотники, и в чем их основное предназначенье. О том, как последние, используя Ауру и её преимущества защищают человечество от безжалостных чудовищ. И осекся.       Гость сделал всего лишь глубокий вдох, а само пространство в комнате словно дрогнуло и подернулось рябью. Старых охотник поежился, шестым чувством ощутив присутствие незримой силы. Как будто могущественному охотнику-ветерану даешь расклад по заданию. Взгляд алых глаз посерьезнел, стал жестким, стальным.       — Значит и здесь… — изрек Танджиро.       Помотав головой, и отогнав наваждение — наверняка почудилось, Дрек уточнил:       — Парень, ты чего это удумал?       — Эти гримм… я… мне бы о них больше информации какой-нибудь, почитать что-нибудь, у вас найдется? — юноша склонил голову. — И мне кажется, нет, я уверен, что должен попытаться стать этим самым вашим Охотником!       Мужчина расхохотался.       — Охотником? Намерение, конечно, похвальное, но… Парень, тебе годиков то сколько? Восемнадцать? Семнадцать? Ауру пусть и открыли, но всего неделю назад. Извини, конечно, не хочу обидеть, но так это не работает. Я вижу, что ты крепкий, мускулистый парень, привыкший к труду, вон какие ладони измозоленные. Но чтобы попасть в Академию Охотников — нужно начинать тренировки ещё в детстве. Ребятишки с двенадцати-тринадцати лет поступают в одну из подготовительных боевых школ. Некоторых начинают тренировать ещё раньше в кружках, или родители-охотники. По завершению школы получают документы, без которых ни в одну из Академий тебя не возьмут.       — Понимаю.       На лице написано, что не понимает.       — Да не расстраивайся! Подумаешь, не побываешь лишний раз на волосок от смерти, среди грязи, крови и умирающих людей. Поверь, парень, не нужно оно тебе.       — А чтобы просто истреблять этих ваших Гримм, Академия ведь не нужна? — помолчав, уточнил Танджиро. Слова про людей что-то неуловимо изменили в глубине алых глаз. — Ведь главное предназначение Истребителей… то есть, Охотников в том, чтобы спасать жизни, верно? Чтобы оборвать круг страданий и гибели невиновных?       — Угу, желаю удачи. Многие пытались, да и сам я был ничем не лучше смолоду. Но реальность — полна разочарований. За пределами столиц мы выживаем, и едва сводим концы с концами. Девяносто процентов суши необитаемо, и всецело принадлежат Гримм. Так продолжается уже многие века, и перемен к лучшему, после горы Гленн, ждать не приходится…       Танджиро заледенел, уставившись в одну точку. Затем, перевел взгляд на задрожавшие руки.       — Я не ослышался?! Почти вся Земля… И вы так спокойно об этом говорите?!       — Парень, ты что, с луны свалился? Давно уже так, даже, сказать точнее — всегда так было! Если только ты, конечно, не провел в спячке последние несколько тысяч лет?       Юноша вздрогнул.       — С луны, сэр!       — Очень смешно, — закатил очи Дрек. — Короче, мне пора открывать таверну. И не буду выяснять кто тебя там по башке стукнул, захочешь — расскажешь. Вот, держи мой свиток, пользуйся, пока здесь, читай, развивайся. С ним-то хоть совладаешь?       Оказалось, нет, не совладает.       *       «Удивительный мир!» — резюмировал Танджиро, неспешно шагая по проторенной тропе. Выполняя очередную работёнку для Дрека, он мотнулся в соседнюю деревеньку — сбагрить продукты и выпивку. И теперь возвращался к приютившему его человеку, неся прибыль в заплечной сумке.       «Такой другой… но такой похожий. И все же, что случилось с Луной? Сколько времени прошло, пока меня не было? И почему весь мир захвачен демонами?».       Гримм. Буквально демоны, но самых разнообразных форм, свойств и размеров. Они не горели на Солнце, но почему-то таяли пеплом при гибели. И не будь он Истребителем, если они не напоминают порождения Искусства Демонической Крови! Та же Пятая Высшая Луна, по рассказам Столпа Тумана Токито Муичиро — мог призывать орды подконтрольных существ самых разных форм и размеров.       И волосы становились дыбом от очевидной истины — человечество почти утратило контроль над планетой. Не так ли выглядел бы мир победившего Музана?       «Я не удивлюсь, окажись, что существует главный демон, таящийся в тени, порождающий и контролирующий тварей. Некто неизвестный, призвавший эти легионы, отъевшийся за тысячелетия и держащий весь мир в кулаке».       Неужели корпус Истребителей уничтожил не всех? Неужто остались недобитки, подобные демону забросившему его сюда? Залегшие на дно, которые затаились, пересидели и, в конечном итоге, добились своего?       Это ему и предстояло выяснить.       Но одно, Танджиро, изучавший на невероятном свитке современные реалии, понял для себя точно. Дивный новый мир, именуемый в нынешней эре Ремнантом, нуждался в нем как никогда раньше.       *       Солнце скрылось за горизонтом, когда нога последнего Истребителя шагнула за ворота.       Сердце Танджиро екнуло.       Ворота были снесены с петель. Покосившись, они покачивались на ветру сверкая следами громадных когтей.       С востока тянулся дым, а из центра доносились отчаянные крики. Котомка вывалилась из рук.       Запах. Сильный, темный, тошнотворный. Нечеловеческий и тяжелый, отдаленно чем-то знакомый.       — Так вот значит, как пахнут гримм, — проговорил юнец. Повсюду виднелись тела погибших односельчан. Бывших столь добрыми к нему последние несколько недель. Под створкой одного из обрушившихся домов он обнаружил Питера — одутловатого пожилого мужчину, которому только вчера помог натаскать воды из колодца.       — Забудь… оставь меня, — прохрипел он. — Внучка… внучка внутри. Спаси её… ты в одиночку не сможешь… — глаза старика неверующе выпучились, когда Камадо с усилием приподнял и отбросил тяжелейшую балку. Да в нем же росту — метр с кепкой!       — С-спасибо! Я у тебя в долгу, я…       — Переломов нет, все будет хорошо, — четко и по делу сообщил Танджиро, внимательно оглядывая потерпевшего. Затем направил взор на разрушенный дом. Зрачки его дивно блестели алым. — Ваша внучка внутри, в подвале, демоны же направились к центру. Спрячьтесь с ней вместе и забаррикадируйтесь.       — А как же ты? — тяжело дыша, и держась за стену Питер направился к дому. — Залезай к нам, пересидим!       — Мой долг — помочь остальным, — отрезал юноша, и повернулся в сторону криков. — Берегите себя.       Тотальная концентрация…       — Погоди парень, куда же ты, не дури… — начал было Питер. Вот зараза, мальчишка его спас, и бросается в самое пекло! — Там же их тьма!..       И осёкся. Прогремел оглушительный хлопок, похожий на раскат грома и того словно ветром сдуло.       *       Нога едва не споткнулась о тело очередного несчастного. Юноша, едва ли старше него. Прервав технику, Танджиро присел над пострадавшим в попытке нащупать пульс.       Погиб. Побелевшее лицо, развороченная грудная клетка и застывшее выражение ужаса в остекленевшем взоре.       — Покойся с миром, — прошептал Истребитель, закрывая несчастному очи.       Взор уловил блеснувшую сталь. Твердая рука не отпустила меча даже после смерти хозяина.       «А вот это пригодится», — безрадостно подумал Камадо, кланяясь павшему воину. — Позволь воспользоваться твоим оружием. Его похоронят вместе с тобой, обещаю.       Пальцы сомкнулись на рукояти, и словно разряд энергии пробежался от макушки до пят. Недели спокойного труда, мирной и беззаботной жизни в незнакомом мире. Радушие трактирщика, душевное гостеприимство и взаимовыручка односельчан. Но если в округе есть демоны — счастливым дням всегда наступает конец. Стоило ладони коснуться меча, и тело вспомнило свое предназначение. Дыхание выровнялось, воздух наполнил легкие, насыщая кислородом тело, разгоняя энергию, обостряя чувства. Танджиро прокрутил клинок в кисти, медленно провел горизонтальную линию перед собой, приноравливаясь к незнакомому балансу.       Сойдет. Не катана, не клинок ничирин, не похоже на то, к чему он привык, но сойдет.       Из под красных волос в ночи вспыхнули алым зрачки.       — На вас хватит.       *       Дрек сражался из последних сил. Отдавая последнее, что могло выдавить из себя дряхлеющее тело.       Отступать было некуда. За спиной — центральная площадь, где собрались выжившие гражданские. Две команды Охотников, десантировавшиеся прямо из Буллхеда — на пределе. Из восьми охотников в живых остались лишь трое, которые сейчас, плечом к плечу с ветераном сдерживали нескончаемую орду.       И нового подкрепления ждать ещё черт знает сколько. Сегодняшнюю ночь они вряд ли переживут. Хорошо хоть Камадо не угодил в это пекло — видимо сами Братья за ним приглядывают.       Трактирщик взревел, пронзая очередного Беовульфа, и уходя перекатом от рванувшейся навстречу Урсы. Ни шагу назад! За спиной — женщины и дети, окруженные наспех сооруженной баррикадой. Уцелевшие мужчины, ощетинившись самодельными копьями, сдерживали просачивающихся Гримм как могли. Все патроны давно уже выстреляны.       Пока живы охотники — именно они являлись первоочередной целью для порождений тьмы. Открытая Аура привлекала Гримм, как пламя в ночи мотыльков. Одна из многих причин почему её не открывали необученным гражданским. Но стоит последнему охотнику пасть, наступит и их черед…       Так последняя четверка и пятилась, в полуокружении, отчаянно силясь сократить поголовье орды. Впрочем, даже пара желторотых птенцов, недавних выпускников Бикона понимали — это конец.       Внезапно, откуда-то слева раздался оглушительный хлопок, словно военный буллхед перешел на сверхзвук. По брусчатке прокатилась волна, поднимая ввысь пыль и мелкий мусор. Это ещё что за хрень?.. Неужто подмога?       — Беги, парень, вали отсюда! — закричал Дрек. Прищурившись, он разглядел одинокую фигуру, появившуюся на северной улице. Та на мгновенье застыла, блеснул бесполезный в его случае меч. Ч-черт, у него же открыта Аура! Хана котёнку! Сердце болезненно сжалось: вот и гримм, по какой-то причине, все, поголовно, обернулись и уставились на новоприбывшего. Словоно никого больше тут не было!       Какое-то диво-дивное! Вся орда, до последнего Гримм развернулась к новоприбывшему. И при этом не торопилась нападать!       А в следующий удар сердца юноша положил на рукоять меча вторую ладонь. По площади словно рябь пробежала. И перетёк в безупречную стойку единым, слитным движеньем.       Дрек на своем веку многое повидал. Встречал и старых, могущественных Охотников с огромным резервом Ауры. Прошедших не одно горнило сражений, и излучавших некую энергию могущества, ауру силы, окружавшую их в момент битвы.       Но в тот миг испытанное им превзошло это чувство раз в сто. Словно наступил рассвет, до которого ещё так далеко…       Дыхание Солнца. Восьмая ката… Солнечное Гало!       Много позже, рассказывая о произошедшем, трактирщик и сам с трудом доверял воспоминаньям. Земля буквально взорвалась у паренька под ногами — настолько силен был рывок. Миг, и пламенная волна озарила площадь. Гримм взревели и бросились на врага. Охотников, баррикады, гражданских — всех сдуло и отшвырнуло назад, словно над головами пронёсся Буллхэд на сверхзвуке.       Дрек первым оклемался и вскочил на ноги.       И у него, как, впрочем, и у остальных охотников, отвисли челюсти.       Невозмутимый Танджиро Камадо, слитным движеньем смахнул черную жижу с клинка и вернул его обратно в ножны. Трактирщику показалось, что он успел заметить остаточные всполохи пламени на мече, и вокруг Ауры пацана. Только язык теперь не поворачивался называть ЭТО — пацаном.       Шокированные выжившие перевели взоры на гримм. Точнее на то, что осталось от начавшей развеиваться орды. Множество особей, десятков пять, не меньше, были повержены. И, что самое невероятное — каждый из них был обезглавлен идеальным хирургическим разрезом.       И ведь прошло всего ничего! Сколько продлилась эта атака? Секунд десять?       Толпа ликующе взревела. Люди неверующе переглядывались, обнимались. Матери счастливо прижимали к себе детей, утирая набежавшие слёзы.       Юноша медленно подошел к выжившим. Уцелевшие охотники невольно сделали шаг назад, и ветеран не мог их винить. Ощущение могущества, таящегося в глубине этих алых невинных глаз, подавляло.       — Паца… господин Танджиро, вы…       — Сэр! — привычный, звонкий и добрый голос прозвучал иррационально. Воин подобной силы должен вещать хриплым басом, пробирающим до самых костей, разве нет? — Все гримм повержены, сэр! Поселение находится в безопасности. Давайте поспешим оказать всевозможную помощь пострадавшим и раненым!       Сплюнув, Дрек подошел, приобнял паренька и прорычал: — Спасибо!       — Не за что, сэр! — просиял Камадо. — Ведь это мой долг — защищать людей и истреблять демо… гримм, в любое время, в любом месте!       — И ты довольно неплохо с этим справился, — проворчал трактирщик, хватаясь за внезапно занывшее плечо.       — Рад стараться! Я так рад, что успел помочь, хоть будь я быстрее…       — Не забивай этим голову, парень. Ты оказал всем нам неоценимую помощь.       — Спасибо, рад стараться! Как вы думаете, может ли это повлиять на мое поступление в Бикон?       Дрек едва не расхохотался. Его? Студентом? Если то, что продемонстрировал парень — не галлюцинация разума в предсмертном бреду, то он уже сейчас стоил пачки полноправных Охотников! Как такое возможно? Ведь парню всего пару недель как открыли Ауру! Да и выглядит он больно уж свеженьким…       Ветеран смерил юношу изучающим взором. Интересно…       Но тут же себя одёрнул, — ведь он будет последней сволочью, если начнет ворошить прошлое их спасителя, захочет — расскажет. А Бикон… по крайней мере на одного достойного защитника станет больше, а сам малец сможет найти себя, обрести команду, завести друзей. И пусть условный генерал Атласа хоть сейчас отправил бы того во фронтир — выкашивать орды Гримм и выискивать Древних, но трактирщик чувствовал, что для их нежданного гостя сейчас требуется иное. Одиночество, изредка скользившее в лучащихся добрых очах, не ускользнуло от повидавшего жизнь трактирщика.       Дрек улыбнулся, и хлопнул Танджиро по плечу. Словно каменную стену шлепнул, и как же раньше он не заметил? Склонился и проникновенно произнес:       — Я напишу самое лучшее рекомендательное письмо из возможных! А все присутствующие здесь Охотники — и даже больше, все жители — его обязательно подпишут!