Луна отражение солнца

Хэнк Андерсон, лейтенант полиции зашел в госпиталь. На рецепшене махнул медсестре приветственным жестом. Та ему улыбнулась и кивнула. Мужчина продолжил путь дальше в палаты особого назначения. Весь персонал уже успел привыкнуть к сварливому человеку. И даже не задавали вопросов по какому поводу мужчина с букетом цветов прошел к лифтам. Только грустно поглядывали иногда. Спустя несколько минут, лейтенант зашел в палату, где спал молодой человек. Очень исхудавший за этот год молодой человек. Его приемный сын. Один из трех мальчишек. Коннор. Имя болью и любовью отзывается в сердце. Самый старший, и самый самый во всех направлениях из возможных. В том числе о по попаданию в неприятности. Результатом одной из них и стало это состояние. Кома. Врачи не ставили никаких положительных надежд. Год сна. Через столь долгое время люди почти не возвращаются. Врачи ненавязчиво уже намекали на отключение, но Хэнк держался. Не позволял. Задействовал все ниточки и знакомых, которые могли помочь. Хотя, конечно, больше всего помог этот негодяй Камски. Душой болел за мальчишку, как же. Хэнк не верил ему. Коннор из-за него пострадал. Сегодня лейтенант не стал брать с собой Коула. Его родной сын очень любит Коннора. Но каждый поход к брату оставлял осадок для детского сердца очень болезненный. Хэнк тяжко вздохнул и прошел к кровати. Было совсем раннее утро, солнце едва-едва появилось из-за горизонта. Лейтенанту в скором времени нужно было отправляться на службу, поэтому утро и поздний вечер единственное время, когда он мог попасть к сыну. Мужчина на тумбочке у кровати прибрался и заменил в вазе пожухший букет на новый. Белые хризантемы веселыми круглыми шариками создавали теплое настроение одним своим наличием. Так говорил Коул. Именно он настаивал приносить брату цветы. Хэнк присел на стул рядом с кроватью. Коннор лежал, все такой же, как и весь предыдущий долгий год. Мало похожий на человека с этим черным окрасом кожи и редким оттенком нормальной, но все ещё человек. Кулон на его шее поблескивал. Одно время Хэнк хотел его снять и забрать домой, но безделушка начала сиять. И Андерсон решил этого не делать. Маленькая змейка, свернувшаяся в круг, будто была частью надежды на возвращение сына. Вот и сейчас, она словно светилась изнутри. Забавно, что она подавала больше признаков жизни, чем живой человек. Мужчина провел пальцами по руке Коннора и сжал его ладонь. Холодная рука едва сжалась на прикосновение. Хэнк вздрогнул, затем схватил крепче и снова почувствовал движение. Подняв глаза, мужчина увидел тусклый взгляд карих глаз: "Коннор? Коннор?! Сынок! Доктор!!! Быстрее, черт возьми!!! Позовите доктора!!!" На шум в палату вбежала медсестра. Ахнула и побежала за лечащим врачом. Хэнк снова посмотрел на сына и сжал его руку: "Доброе утро ребенок, не волнуйся, теперь все будет хорошо." Взгляд оранжевых глаз мгновение светился и вернулся к карему. Пламя жизни сверкало искрами. Родные глаза смотрели с теплом.