Двойник Императора

Чонгук снова обращает свое внимание на старика и даму, и морщит носик, когда тот целует ее ручку. - Малыш, не смотри на них. Аппетит пропадает. - Ревнуешь ее? - Что? - Хён?... Юнги молчит пару секунд, пристально рассматривая своего омегу, неужели этот мальчишка ревнует его. Разве это повод. Чонгук наконец откладывает палочки в сторону и кладёт деньги на стол. - Забери их. - Почему? - Я сам оплачу. Это мой долг. Чонгук поджимает губки, почти фыркает, но все же соглашается, лицо хёна было невозможно игнорировать. - Хорошо. - Курить хочу. Знаешь где купить местные «сигареты»? - Ты куришь? Ни разу не видел тебя за этим.. Немного подумав, Чонгук указывает на лавку табака напротив. - Не знаю, что такое сигареты, но там есть табак и трубки. - Отлично, пошли. Юнги выходит на крыльцо ресторана и идет в эту лавку напротив. Внутри пахнет по-другому, запах терпкий. Мужчина за прилавком оглядывает новых посетителей и отмечает, что один из них явно не бедный. - Чего желаете, господин? Мин осматривается и покупает табак и бумагу в придачу. Придется постараться самому. - А для чего это? Хочешь сам сделать эти самые сигареты? Помочь? - Я справлюсь зайчонок. Пошли домой. Уже в комнате он достает все необходимое и раскладывает на столе, а потом начинает «со знанием дела» делать самокрутку. От этого даже самому становится забавно, когда-то их деды таким занимались, а теперь и он. Чонгук садится рядом, поджимая ноги под себя, и с интересом наблюдает за ним. - Попробуешь? Только не затягивайся, вдруг он крепкий. Чонгуку все было любопытно, не то чтобы он не знал суть, просто не пробовал. - Нет спасибо, я лучше займусь делом. - Интересно, что же за дело у тебя, родной? Юнги наконец затягивается, пробуя свое творение на вкус, и откидывается на спинку стула, наблюдая за парнишкой. Тот снимает с себя верхние одежды и остается в тоненькой рубашке, на запах и штанишках. Сам садится за стол и достает листы пергамента с чернилами, долго разводит их по камню до нужного состояния и наконец, делает размашистое движение кистью. На бумаге тут же появляются первые иероглифы. - У тебя красивый почерк. Чонгук с улыбкой поворачивается к нему, глаза загораются желанием. - Хочешь, тебя изображу? На самом деле он писал картины с умными цитатами для каллиграфической лавки, подрабатывая этим себе на жизнь, как и проводник в прошлом по лесу. Родители вовсе не бедные крестьяне, наоборот зажиточные с хорошим и большим домом, кучей прислуги. Семья имела свои рисовые поля и плантации яблонь и груш, а еще им принадлежали фруктовые лавки в городе, и даже несколько мастерских по пошиву одежды. Чонгук в свое время даже обучался в университете, что могли сделать только достаточно богатые юноши и девушки. Но внезапно по какой-то причине он ушел из дома, окончив учебу, и больше там не появлялся, предпочитая вольную жизнь. Об этом, конечно же никто и не подозревал, все считали его обычным парнем из деревни, которые пришел работать в город. Обычный недалекий парнишка. Чонгук сам и не был против. Лишние слухи мешали бы ему жить. Чонгук внезапно вдыхает запах табачного дыма и прикрывает глаза на секунду. - В чем дело? Я слишком дымлю, да? Омега оставляет кисть на подставке, и подходит к старшему, забирается к нему на колени, целует в губы, тут же ощущая вкус табака во рту. - Ммм.. В самый раз. - Хочешь? – Снова предлагает Юнги, внимательно рассматривая лицо своего зайчонка. - Из твоих рук. Юнги подносит к его губам «сигарету», и тот едва затягивается, выпуская дым. - И правда хорошо.. - ты больше не куришь Мин гладит его по щеке и целует в губы, показывая свою власть над младшим. Чонгук отлипает от его губ, только когда их отвлекает рык тигра, хотя они сидели в их комнате, часть которой выходил на лес. Здесь все буквально утопало в зелени и пении птиц, а в круглое большое окно можно было увидеть, желтые глаза, что чутко наблюдали за ними, из густой зелени кустарников шиповника. Странное чувство охватило его, и Чонгук поймал кучу мурашек.