Гордость, предубеждение и Эрик

      Вернулся я домой только в воскресенье, ближе к обеду. Мама готовила на кухне, если судить по запаху, то запекала рыбу с картошкой. Не хотелось показываться ей на глаза, потому я начал медленно пробираться наверх, в свою комнату.       — Доброй день, Кайл — голос отца прозвучал неожиданно, отчего я вздрогнул.       — Добрый день, пап.       Он осмотрел меня, поднял брови и усмехнулся.       — Я правильно таки понимаю, дорогой сын, что ты был не у Маршей — он говорил шёпотом, дабы мама не услышала.       — Ты таки правильно понимаешь — добавил я также шёпотом.       — Таки тебя можно поздравить?       — Таки можно меня поздравить       — С чем поздравить? — громкий и звонкий голос матери прозвучал, как гром среди ясного неба.       — Да-а не с чем… — я почувствовал, как кровь хлынула к щеками       — Шеейла, наш сын таки нашёл омегу       — Джеральд, сколько можно говорить? Не высмеивай говор евреев, это некультурно.       — Это таки единственное, что тебя заинтересовало в моей фразе?       Мама нахмурилась, её острый нос зашевелился. Я забыл, как дышать.       — Кайл… — она быстро заморгала и кинулась меня обнимать — Какое счастье, Кайл! Когда мы сможем с ней познакомиться? У неё чудесный запах. Она местная? Мы её знаем?       С трудом выдохнув, я уставился на маму.       — Можно пожалуйста помедленнее.       — Шейла, оставим все расспросы до обеда, пусть Кайл хоть отдохнёт немного.       — Джеральд, ну мне же интересно       Благо мамин интерес сбил запах рыбы, которая начинала сгорать. Мама убежала, я кивков поблагодарил отца, тот не скрывал своей гордости за меня.       Поплелся в свою комнату, завалился на кровать и уставился в потолок, прокручивая в голове все, что было на этих выходных, специально стараясь избегать горячих воспоминаний. И вот, и что теперь между нами? Мы теперь встречаемся или это было просто так «по-дружбе»? Я могу его звать своей омегой? Ну, наверное. Тогда мне нужно завтра встретить его, что бы вместе дойти до школы. А если для него это ничего не значит и я буду выглядеть глупо?       Че я фигнёй маюсь? Просто напишу ему.              «Привет, старик, мне зайти завтра за тобой?».       Нет, ну какой «старик», он все же мой омега. Стёр слово, написал «Дорогой». Подумал ещё немного. Снова стёр. Написал «Картман». А что если ему неприятно по фамилии будет? «Жирт.» Точно нет. «Эрик» звучит странно. А нахуя мне обращение? Стёр обращение и отправил сообщение.       Глаза просто не отрываются от телефона, вот он зашёл в сеть, вот начал печатать. Сердце забилось чуть быстрее.       Какого хуя я ведь не пятиклассник? От злости, на свою же реакцию, бросил телефон рядом с собой на кровати и начал тереть лицо.       Почему я так реагирую? Мы уже признались друг другу. Я знаю, что он в меня влюблен. Мы уже даже… Потрахались. Почему я все ещё как влюбленный школьник? Почему после признаний это состояние не уходит.       «Признайся, старик, тебе станет полегче» в голове прозвучало голосом Стэна… Стэн. Блядский Марш, теперь еще и перед ним надо извиниться и признать, что он был прав. Да, надо было признаться раньше. Надо было. Надо было. Я это надо было в гробу видал.       Мой поток мыслей прервал Айк, постучавшись, он немного приоткрыл дверь.       — Чего тебе, Айк?       — Можно мне одну булочку?       — Айк, у меня нет булочек       — Странно — он посмотрел в пол — мне показалось, что ими пахнет.       Надеюсь он не заметил, как я покраснел.       — Или ты просто не хочешь делиться?       — Нет, у меня правда их нет.       Он сощурил канадские глазки, в явном недоверии       — Какой же ты еврей.       В него сразу полетела одна из маленьких подушек и он быстро закрыл дверь.              Через часа пол, я пошёл на кухню. Стол уже был накрыт, а семья уже начала есть.       — Кайл, садись скорее есть, а то остынет.       Усевшись за стол, я пожелал всем приятного аппетита. Мама не дождалась пока я прожую первый кусок.       — Мы бы очень хотели послушать о твоей омеге.       Медленно дожуя кусок рыбы, выпил немного сока. В голове галопом прошли все факты, которые я знал о Картмане, и почти все из них озвучивать было нельзя.       — Спрашивай, что тебя интересует, мам.       — Она местная?       — Да       — Она из вашей школы?       — Да       — Ровестница?       — Да       — У нее приличная семья? — голос подал отец.       — Нет       Повисла небольшая тишина.       — Как вы с ней познакомились?       — Мы давно знакомы.       — Мы её знаем?       — Да       Родители задумались и уставились в середину стола, чувствовалось, как в их головах листается список имён и фамилий.       — Сестрёнка Кенни? — спросила мама, скорее сама у себя.       — Ну нет, он же сказал ровестница       Воспользовавшись их занятостью, я спокойно ел.       — Раз у тебя появилась омега, может не будешь во время следующего гона громить второй этаж? — Айк сказал это больше с надеждой, чем с подъебкой.              Родители впали в задумчивость еще больше, а я завис жуя кусок рыбы.             Предложить Эрику провести вместе гон? А может… Может стоит? С каждым разом мне становится все хуже, если так будет продолжаться я с концами могу свихнуться.       — Айк, мы понимаем, что ты очень беспокоишься за брата… — начала мама       — Скорее за наш дом — перебил брат       — Но ты должен понимать, мы не можем рисковать жизнью и здоровьем юной леди — отец продолжал за маму — тем более она наверное важна для него, если он навредит ей, то будет в психозе всю оставшуюся жизнь и возможно сожжёт нам дом, как авторам этой идеи.       — Вообще-то… — я сглотнул, уставившись в свою тарелку — мой омега парень и… Вообще-м не та хрупкая нежная омега, которую вы все представили.       — Твой омега… Парень? — на отца будто резко повесили огромный кредит, я редко его видел настолько растерянно-шокированным.       — Кайл, мы примем тебя и твоего омегу, мы толерантны и будем любить тебя несмотря ни на что — мама говорила, как по методичке. На секунду показалось, что она прям готовилась сказать это рано или поздно. - Джеральд, прекрати, ты пугаешь Кайла       — Нет, ничего, ваша мама права — отец смотрел в пустоту — Я пойду наверное прогуляюсь, спасибо большое за еду, Дорогая, было вкусно.       — Да на здоровье — мама смотрела на него неотрывно, пока тот не ушёл, а потом обратилась ко мне — Кайл, не принимай на свой счёт, может позже он тебе расскажет.       — А мне?       — Айк, ешь рыбу, если понадобится и тебе расскажет.

***

      После обеда меня не покидали мысли об отце. Что у него случилось? Он понял о ком речь? Если он меня не осуждает за ориентацию, то почему так повел себя? Я был готов к допросам и напору, а получил лишь всепонимающую мать и растерянного испуганного отца, странно.       Взяв телефон, я прочитал сообщение от Эрика.       «Давай, за одно поговорим»       «Поговорим» было таким напряжнным и страшным только от мамы. Ладно, наверное стоит расслабиться и просто дождаться этого диалога.

***

      Холодно, пиздец. Я стоял у дома Картмана минуты три, перед тем, как он вышел.       — Здорово       — Привет       Почему-то сейчас нам обоим неловко, вроде выходные мы провели спокойно. Настолько естественно и спокойно будто мы давно в браке… Да, да, как те самые брехучие старики, но все же. Осознание сейчас давит на нас обоих, в итоге я не выдержал первый.       — О чём ты хотел поговорить?       — Погоди, жид, я не знаю как начать.       — Блять, у такого мудака, как ты всегда есть заготовки фраз на все случаи жизни!       — Да, а щас их нет, рыжик, и меня самого это пугает! — он выглядел искренне озадаченным — Ну давай так. Дорогой Кайл, мы типо… Ну… В отношениях или так просто…       — В отношениях — выпалил я, будто от скорости моего ответа решалась судьба.       Картман остановился смотря на меня шокированными глаза.       — Чел, клянусь, если это твой еврейский план мести за все и вся, я стану вторым Гит…       — Блять, никакой это не план! — я повернулся к нему и подошёл впритык — Ты мне правда нра-нравишься, хоть ты и полный мудак!       — Правда? Я тебе… — он нахмурился, а глаза заблестели, но он быстро надел ебучию маску — сам ты мудак.       Я оставил его слова без ответа и мы пошли дальше к остановке, когда он заговорил уже в привычной манере.       — Предлагаю не афишировать       — Почему?       — Сам посуди, если мы через две-три недели разбежимся, то это отразиться на дружбе нас четверых, а она и так держится щас на соплях.       — Не хочешь видеть грустную мосю Кенни?       — Я не переношу его грустные глазки, да.       — А что будем делать, если к нам будут клеится?       — Нет, Кааайл, ты не понял. Мы будем говорить, что мы в отношениях. Но тип не друг с другом.       — Хорошо, я тебя понял. — я вздохнул — И да если ты хотел скрыть то, что ты омега мог прямо сказать, а не говорить про компанию.       — Вот за это я тебя ненавижу, Кайл.       В дали показалась остановка и пацаны на ней.       — Звучит как признание в любви.       — Кайл, прекращай, ты заставляешь меня ненавидеть тебя с каждой секундой все сильнее.       — Тогда тебе нужна неделя из таких секунд, что бы сравняться с моей ненавистью к тебе.       Он покраснел, но быстро скрыл это.       — Ты видимо не представляешь размер мои ненависти, жид.       Я приблизился к его уху.       — Надеюсь скоро покажешь — прошептал я и резко помахал пацанам — Здарово, пацаны!       — Привет — Кенни не отлипал от телефона, явно чем-то встревоженный.       — Привет, а вы че вместе? — Стэн был явно удивлен.       — А мы… — мой мозг отказывается генерировать ложь, он хочет орать на весь город, что заполучил этого ублюдка.       — Мы думали, как убедить директора отменить наше наказание. - ну конечно, его мозг всегда генерит ложь.       — Как раз вовремя, у меня в эту пятницу вечеринка будет на ферме. — Стэн начал чесать затылок — Мне бы очень хотелось, что бы вы пришли.       Он смотрел на меня, как ребёнок смотрит на родителя, которого не послушался.       — Если получиться, придём — нужно будет с ним позже поговорить обо всём.       — А с кем ты придёшь, жид? — вопрос Картмана, передавал все его недовольство моим палевом. — Ну если чё, я приду.       — А ну… Я приду со своей омегой, если ты не против — обратился я к Стэну.       — Ты нашёл омегу? — звучало очень даже обидно, потому что друг не скрывал удивления. Благо приехал автобус.

***

      Хиппи собрал нас четверых на перемене, для обсуждения вечеринки.       — Короче, мне нужна ваша помощь, мои уедут в четверг на несколько дней. Нам нужно все организовать, девочки возьмут на себя еду.       — С меня алкашка — Кенни не отрывался от телефона, нервно стуча пальцами. Я каждой клеткой тела чувствовал его тревогу, возможно потому что сам беспокоился за Баттерса.       — Нет, давай-ка алкоголь купят Стэн и Кайл       — Почему?       — Потому что я заебался на всех тусах пить твоё нищенское бухло и самогон.       Кен посмотрел мне в глаза, но лишь тяжело вздохнул.       — Ладно, у меня все равно четыре смены на этой неделе.       — Вот и чудно.       — Эй, а че это ты все за нас решил? — хиппи такой тупой, что плакать хочется.       — Да ладно тебе — Кайл спокойно стоял. Блять, жопа жидовская ты должен был щас начать кудахтать «А че это ты тут главный?», «Жиртрест, харе командовать» или косо посмотреть. С его никакущей консперации даже до Марша дойдёт.       — Ну… Окей. Но мне ещё нужно будет настроить свет и музыку. А с вас тогда купить продуктов и занести девочкам.       — Стэн, мы все равно пойдем за бухлом, за одно и продукты купим.       — Раз за бухло отвечаем мы, то я договорюсь с Джимбо. — хиппи скорчил недовольную мину — Да и че на нас все сваливать, щас под самую тусу дел накопиться.       Они че то еще переговаривались, как лучше все распределить, а я не сводил глаз с Маккормика. Взяв его еле заметно под локоть, отвел его подальше от это парочки, спрятавшись за шкафчиками.       — Кенни, какого хуя это произошло?!       — Тебе Баттерс сказал уже?       — Ну блять не зубная фея.       — Бля, да я ебу? — Кенни пытался шептать, но эмоции брали над его голосом вверх. — Мы просто ебались и в какой-то момент.       — Засунь в жопу свои подробности, это не отвечает на вопрос.       — Да блять, я сглупил, он не подумал, заигрались и вот это как-то так вышло — о, Иисус, он щас расплачется.       — Так, так — я взял его за плечи в попытке успокоить — Щас с ним что?       Сглотнул воздух.       — Врачи сказали все нормально, выписали мазь и все.       Мои руки упали, я выпрямился и почувствовал, как меня они оба бесят.       — НУ И ХУЛИ ВЫ МНЕ ВЧЕРА ОБА НЕРВЫ ПОДНЯЛИ, БЕЗМОЗГЛЫЕ?! — мой голос раздался громким шепотом, похожим на шипение.       — Да, потому что испугались. — Кенни про шёпот забыл. — Сам блять подумай, что за треш произошел.       — А что такого произошло? Вы вместе три года, да многие женятся в вашем случае, а ты только метку поставил.       — Во-первых, я испугался, потому что со мной это впервые, во-вторых, ты знаешь его родителей.       Родители Баттерса для нас с Кенни, это те самые люди, которых ты хочешь убить, воскресить и убить заново, скормив собакам. Вот только сам Баттерс очень их любит, хуй знает за что, потому убить мы их не можем. Мы пытались его уговорить, но он только кричал на нас и угрожал перестать общаться.       — Ну так поговори с ними — я развел руками       — Я пытался ещё, когда привёл Баттерса, но получилось лишь посраться.       — Ладно, сам к ним наведаюсь после уроков       — Тебя ж упекли с Кайлом       — Да, блять добазарюсь с ПК, че нибудь придумаю.       Кенни непонимающе поднял бровь.       — Ты специально же напросился, что б побыть с Кайлом       — Слушай — я тяжело вздохнул, стараясь актерить из всех сил, потому что это мать его Кенни — У Кайла начали отношения с какой-то омегой и…       — Чел, не выходит.       — Да блять, я за Баттерса переживаю       — Вот — он показал нравоучающе пальцем — Харе пиздеть и признай, что он тебе дорог       — Да блять мне и ты дорог, нищая задница. Ваша парочка это самое идеальное сочетание немощей, которое только могло быть.       Он лишь улыбнулся, он блять знал, как я к ним отношусь. Иногда меня пугает насколько за эти года нищеброд начал меня понимать.       Теперь осталось придумать, как уговорить придурка-директора.

***

      Я заметил, как Эрик увёл Кенни за шкафчики. Было сложно следить за разговором и пытаться уловить, что они там выясняют. В итоге я забил на них, просто спрошу потом у Картмана, если этот ублюдок действительно не играл все это время, то поделиться. Стэн тоже заметил, что они отошли, потому прервал свой монолог про то сколько и какой алкашки надо, сколько колы и тд.              — Кайл, прости что вмешиваюсь, но… Ты мне писал в пятницу. Что-то случилось? — он опять выглядит виновато, Господи, Стэн, перестань, не веди себя так, будто я мразь, которая чуть что будет орать и припоминать.       — Да, я просто у омеги остался и… Не хотел матери говорить.       — А… Понятно       — Слушай — я опустил взгляд, куда-то на ботинки. — Ты был отчасти прав тогда, мне правда стоило тогда признаться, а не ебать себе голову. Прости, что разорвал дружбу так.       — Эт ты меня прости, старик, мне нужно было подумать, прежде чем рассказывать Венди, и спросить твое разрешение. Мне просто хотелось тебе помочь, а я не знал как.       — Да, я понимаю.       — А теперь рассказывай, что за омега       — Быстро ты вернулся в близкую дружбу — я нахмурился.       — Да ладно тебе. Да, при Картмане не хотелось тебя расспрашивать, но мое любопытство никуда не делось.       — Да так, я не очень хочу распространяться.       — Это из-за жиртреста. — сука, только я могу его так называть.       — Всмысле?       — Кайл, извини конечно, но я не поверю, что у тебя прошли все чувства к нему.       — Прошло пол-года, Стэн       — Ты только что выгораживал его жопу от дел.       — Если я добрый, то сразу влюблен, да?       — Напоминаю, мы говорим о главном антисемите-расисте-и бла бла бла нашего города, если не мира.       — Стэн, я говорю все в прошлом, у меня есть чудесная омега, которую я очень сильно люблю. Мы только помирились, ты уже докапываешься.       — Ладно… Прости, старик       Прозвучал звонок на урок, как вовремя