Глазки от ведьмы

      Общество людей всегда будет оставаться непонятным. То оно одобряет какие-то решения и слова, то наоборот засирает по максимуму, и чаще всего — ему похуй на происходящее. Но почему-то именно в обществе люди любят лезть не в свое дело и всячески доебываются до всего: личная жизнь, родители, учеба, одежда, вкусы в музыке и литературе, вкусы в питании. Как дотошные бабки, ей богу. И ведь, с одной стороны, на это все можно глаза закрыть и внимания не обращать, а с другой… Ну как же тут закроешь, если тебе прям в лицо всё это выплёвывают. Неприятно как-то ведь. А в русском обществе, с его менталитетом, всегда лучше засунуть язык в жопу и спрятаться где-нибудь. Потому что именно русские люди самые злобные по отношению друг к другу. И связано, в большинстве случаев, это с тем, что ими управляет зависть другой жизни. У каждого есть что-то, чего нет у другого. Поэтому и бесятся — так же хотят, абсолютно не осознавая того, что возможно, они имеют что-то, чего нет у объекта для зависти. Так и живем в России — завидуем друг другу по каким-то глупым причинам, сами того не осознавая и ругаемся в итоге на правительство и друг-друга.

***

      До школы Шаст добирается без особых происшествий. Ну, если не брать в расчет его срач с бабкой, которая в полупустом автобусе захотела сесть именно на его место. — Почему я должен и обязан уступать вам место, если я занял его раньше вас и уже оплатил его? — парень устало вздыхает и смотрит прямо в сощуренные и покрытые морщинками вокруг глаза бабули — посмотрите вокруг, тут еще есть свободные места. — Охреневшая молодежь! Вы должны уважать старших и уступать им место! —женщина завизжала как свинья — уступи место бабушке говорю! — Бабуль, я повторяю. Я может и не каменный, место уступить и могу, но вы не сделали для меня чего-то такого, за что я вас должен уважать. Сядьте на другое место и прекратите устраивать цирк, пожалуйста — спокойный голос юноши, приводящий весомый аргумент, видимо, смог осадить бабку — Малолетний скот, тебе аукнется это. Бумерангом от Батюшки прилетит! И некому тебе в старости стакан воды подать будет! — женщина всё ещё что-то бухтя себе под нос, действительно отошла и села на другое место, всю дорогу прожигая в Шасте дыру.

***

      В школе, по пути в классный кабинет за учебниками, Антона чуть не сносят первоклассники, которые спешили к себе на этаж. Парень последние несколько лет поражается этим малышам, которых будто в жопу ужалили. Ибо, ну откуда столько энергии и стремления не опаздывать на уроки? Это же ебануться можно. И всегда его мысли приходят к тому, что просто они еще дети и не познали тяжести старшей и средней школы. Поэтому он просто проводит их смешливым взглядом и продолжает путь в прежнем направлении. Мимолетом он кидает взор на часы телефона, отмечает что до звонка еще минут пятнадцать. Значит, можно оставить вещи в классе и смотаться покурить. Так Шаст и поступает. Кидает рюкзак на место, достает из шкафчика учебники, кладет их на парту и ретируется из кабинета под взглядом двух одноклассниц и тех-самых парней геев.       Благо, пока еще тепло и не надо никак одеваться на улицу, чтобы покурить. К тому же, сейчас на парне толстовка и она спасает от прохладного ветерка. Поэтому, он выскочил из школы, не переодевая обувь (зачем?) и отправился в уголок, который приметил еще вчера. Туда не выходили окна и не смотрели камеры, а еще стояла банка с бычками — точно место для курилки. Встав в тени, Антон достал свои сигареты и, вытянув из пачки одну никотиновую палочку, поджег её кончик зажигалкой, после чего поднёс к губам и блаженно затянулся. Если раньше его пугала эта блаженность в моменте, потому что он понимал, что уже начинает зависеть от сигарет, то сейчас ему наплевать и он спокойно принимает этот факт. Он вновь смотрит на время, отмечает что еще 7 минут до звонка и переводит взгляд на двор школы, который видно не очень хорошо из-за угла. Школьники торопятся на уроки, начальная школа идет со своими родителями, старшие идут с грустными и обреченными лицами, ненавидя мир за то, что наступила осень и сегодня первый учебный день. Он провожает взглядом и учителей, которые так же спешили в школу, давать знания детям и не получить люля за опоздание. Хмыкнув себе что-то под нос, парень тушит окурок о стенку и кидает бычок в банку. Закидывает два мятных леденца в рот и возвращается в школу, а там и в кабинет, предварительно зайдя в туалет и помыв там руки, чтоб меньше воняло.

***

      В кабинете, по возвращении, сидит уже весь класс и Антон заходит туда за минуту до звонка. А вместе со звонком заходит уже и математик. Все встают с мест, здороваются с учителем и тот жестом разрешает сесть обратно. — С началом учебного года, негодники. Он у нас с вами будет настроен сначала на изучение нового материала, а потом на подготовку к ЕГЭ. Так что булки не расслабляем и работаем во всю мощь — Попов плюхается в своё кресло и подъезжает на нем к столу — Так, сначала скажите мне, кого нет и начнем. — Граненко и Франко нет — говорила девушка с огненно-рыжими кудрявыми волосами, судя по всему староста — Грань пока не вернулась с Турции, послезавтра уже будет в школе. А Франко болеет ветрянкой — Спасибо Аня — учитель кивнул, что-то чирикая в своем журнале — так, ну что. Открываем тетради, пишем число, классная работа и тема…

***

      Урок алгебры пролетает стремительно быстро. В основном потому, что был вводным и все вспоминали что проходили до этого. Сейчас же, на десятиминутной перемене, класс занимался своими делами. Многие дремали, подложив под голову руки или учебник. Кто-то сидел в телефоне, кто-то общался друг с другом. Шаст же сидел и полусонным, немигающим взглядом смотрел в экран мобильного, куда минуту назад пришло сообщение от отца. Он писал что сыну сегодня к матери идти не надо и дома вообще лучше не появляться до ночи, если не хочет получить никаких пиздюлей. Словесных или физических — парню не важно. Его сонный мозг, который не получил отдых ночью, пытался понять, где провести время до вечера, чтобы потом пойти на смену в кафе. От дум-думских его отвлекли два парня, повернувшиеся к нему. — Антон, ты знал, что игнорить плохо? — Позов смотрел на Антона с укором, явно говоря о беседе вк вчера вечером. — А? Что? — юноша проморгался, возвращаясь в реальность и с легкой растерянностью посмотрел на одноклассника. — Яяясно, сонная тетеря. Ты чего нас всех вчера без ответа оставил то? Нам крайне интересно, откуда фотка из дорогого кафе — говорил теперь уже Серега. — А, вы про это… — Шаст провел ладонью по лицу, желая снять сон таким образом — не сильно хочу говорить об этом, если честно. Так скажем, не ваше дело. Но я так понимаю, вы не отстанете, да? — он вопросительно глянул на парней — Пф, конечно не отстанем — оба кивнули. — Дима правильно вчера подметил, я там работаю. Это всё что вам надо знать. Прошу не ползать туда только ради того, чтобы посмотреть как я работаю и чем там занимаюсь, это лишнее, правда — Антон говорил негромко, словно не хотел, чтобы это слышал кто-то ещё. — Да без б, мы не ебнутые — Матвиенко усмехнулся — ты че сонный то такой? Бурная ночь? — его губы исказились в ухмылке. — Если бы… Не спалось просто — Шастун покачал головой и снова зевнул. — А ты форму носить будешь или типо не хочешь? — спрашивал уже Дима. — А зачем? Никто ниче не говорит и пофиг. Да и покупать её на последний год я не вижу смысла — парень пожал плечами. — И то верно. Но директриса докопаться может или завуч. Уверен что выдержишь их натиск? — Позов спрашивал то ли из любопытства, то ли чтобы разговорить новенького. — Пусть нафиг идут. Так и скажу им — продолжения диалога не последовало, так как прозвенел звонок и все вернулись к учебному процессу.

***

      На геометрии Шастун откровенно спал, по крайней мере, в своем мозгу. Внешне же он был похож на кота из «Том и Джерри», который вставлял спички в глаза, дабы не уснуть. Математик закончил урок минут на 10 раньше и остаток времени потратил на разговор о поездке в Москву. Парень искренне хотел поехать, потому что в столице не был давно и ему хотелось встретиться с одним человеком. Поэтому сейчас Антон занимался тем, что вел подсчеты денег. Так, аванс должен прийти на днях, там тысяч 7. У меня осталось еще штуки 4, как раз хватит оплатить поездку. Плюс репетиторство на этой неделе, это еще тысячи две. Соответственно до зарплаты выживу. А там от неё отстегну немного на погулять в Москоуу. Ай какой я у себя молодец! — Так, кто сдает деньги на поездку на этой неделе? — математик глазами обвел поднятые руки и устремил взор на новенького, который не обратил даже внимания на вопрос — Шастун? Ты едешь с нами? Юноша дернулся и посмотрел на учителя. — А? Да, я еду. Деньги в начале следующей недели сдам — он скомкано кивнул — Хорошо, не забудь — Попов улыбнулся и когда он хотел поднять ещё одну тему, прозвенел звонок с урока — бегите к Павлу Алексеевичу, тетери. Передайте ему, чтоб ко мне зашел после урока.       Кто-то крикнул ага и в течение двух минут кабинет почти полностью опустел. Остались лишь Арсений Сергеевич, Антон и Димка с Серым, которые ждали одноклассника. — Еп твою мать, Шаст, быстрее давай — Матвиенко нетерпеливо постукивал пальцами по телефону, который держал в руке. — Да пошли, пошли. Че вы меня ждете то вообще? — парень вопросительно изогнул бровь. — Ты щас как бомж шататься один будешь, нафиг надо. А так, мы с Серым друзьями будем тебе — Дима улыбнулся — если ты не против, конечно же.       Антон недоверчиво глянул на одноклассников. Он не особо пока доверял им, учитывая, что знает их всего второй день. Но мысль о том, что приятели-друзья ему действительно нужны и, как выразился Дима, «шататься как бомж» он не хочет. Так что взвесив все за и против, решение было в сторону того, что действительно подружиться можно.       Наконец-то собравшись, парни двинулись к выходу из кабинета. По пути все трое попрощались с классным руководителем, который им только кивнул в знак прощанья, не отрываясь от телефона, и отправились к русисту.

***

      Кабинет русского и литературы находился на первом этаже, так что пришлось спускаться с третьего по лестнице. Мимо пробегали младшие классы, визжа и матерясь так громко, что было слышно, наверное, на всех этажах. Троица одиннадцатиклассников лишь недовольно смотрели им вслед. — А щас двадцать минут переменка? — Шастун стоял у окна и тоскливо боролся с желанием поесть и, может быть, покурить. — Да, двадцатка— Серый кивнул. — Окей, тогда расскажите про русиста шоль. Хоть пойму что за фрукт — парень повернулся к одноклассникам. — Ну смотри, Павел Алексеевич хороший друг Попова, вечно ходят как две подружки, а-ля «Мы с Тамарой ходим парой». Любит шутить и вообще дядька не серьезный. Но это вне урока. На уроке он много шутит, но строго относится к учебному процессу. Так что хуи пинать не выйдет. Объясняет понятно, из-за чего у всех в классе 4 и 5 — Дима перевел взгляд на своего парня, как бы прося что-то добавить. — Будь готов к шуткам про рост, чувак. Ибо ты его выше, а таких тут не много — армян усмехнулся — как тебе говорили, он в курсе нашей нетрадиционной тусни. Кстати к нему всегда можно прийти и поболтать за жизнь, как к психологу. Он тебя и чаем напоит, и печеньками накормит. Как бабка, ей Богу.        Антон коротко посмеялся. Что ж, рассказ интересный и есть надежда, что всё пройдет чики-пуки. А значит, за оценки можно не переживать. Вновь сверившись с временем и отметив, что до звонка 5 минут, ребята зашли в класс и завели разговор на какую-то тему про игру, коротая время перемены.

***

— Здрасьте, петушки и курочки мои сладенькие! — учитель вошел в класс ровно со звонком и начал с весьма интересного приветствия, вызвав у всех улыбку — надеюсь вы отдохнули, потому что если нет, то земля вам пухом.       Высокий мужчина с очень худым телосложением выглядел достаточно симпатично, как выразился бы Шаст. Острые черты лица, аккуратно уложенные светлые волосы, явный вкус в одежде и поставленная речь. Не школа, а сборище модников и модниц блять. Русист обвел взглядом весь класс и остановился на парне. — Ой, у вас новенький штоле? — Павел удивленно поднял брови. — Здравствуйте, да. Антон Шастун, в этом году тусуюсь тут — парень кивнул. — Батюшки, какой ты сладенький. Подожди подожди, неужто выше меня? — учитель говорил явно несерьезно и со смешинкой в глазах, но с такой интонацией, что все только и делали, что улыбались — ну-ка подойди юнец, померься ростом со стариком Пашкой!       Шаст со вздохом поднялся с места и подошел к учителю. Тот смотрел на него снизу вверх, чуть щурясь. Парню вообще было не по себе, потому что опять чувствовал панибратство. А ему такое отношение не шибко нравится, но, видимо, придется привыкать, ибо в этой школе по-другому не умеют. — Вот шпала вымахала. Теперь чувствую себя коротышкой на равне с вами, дети мои сладкие. Ну шо ж, садись — наигранный вздох вызвал волну смеха по классу — так, шутки шутками, но давайте работать. Тетрадочки и всё по стандарту!

***

      Учебный день подошел к концу и наконец-то можно отдохнуть. Весь класс и параллель отправились к выходу из школы, спеша домой. Антон же никуда не торопился, зная, что нужно где-то шататься до пяти вечера. А время только пол двенадцатого… Отец поедет к матери к часу, соответственно, будет возможность забежать домой и переодеться как минимум. Осталось погулять в одиночку полтора часика… — Эй Шаст, чем заниматься сейчас будешь? — кто-то хлопнул его по плечу сзади, вызвав у него дрожь от внезапности. — Серега епарэсэтэ! Если это была попытка вывести меня на мат, то пошел к черту — парень недовольно нахмурился — не знаю, сейчас надо полтора часа прошататься где-то. Ключей нет, а папа только вернется к часу. — О, тогда пошли с нами! Мы с Димкой щас ко мне в плойку поиграть и потом в тц — армян посмотрел на одноклассника.       Антон задумался и кивнул. Лучше провести время в компании знакомых, чем шляться собакой по улице. Так что вновь втроем, они вышли из школы и отправились к Серому. По пути они разговаривали о всяком бреде, экзаменах, поездке. — В основном все едут побухать, Арс не исключение — Позов пожал плечами. — Девки на шоппинг прутся, ибо там есть шмотки, которых якобы нет в Питере — Матвиенко коротко посмеялся и его смех подхватили остальные. — Бухать конечно хорошо, но что насчет надзора со стороны учителей? Следят или можно смотаться самому куда хочешь, только вернуться вовремя? — это единственное, что сейчас волновало Антона — Не следят от слова вообще. Ты правильно сказал, ебись и шатайся где хочешь, только вернись вовремя — Поз кивнул.

***

      Квартира у Сереги небольшая и светлая. Две комнаты, кухня, ванная, санузел и гостиная. В одной комнате жили родители, в другой комнате сам парень и в гостиной жила бабушка, приехавшая погостить на пару дней. Уютная обстановка, много картин в прихожей. На кухне, куда отправились парни первым делом, на подоконнике, было множество цветов. — Шаст, ты чай, кофе? — армяшка вопросительно посмотрел на одноклассника. — Чай, без молока — Шаст улыбнулся.        За столом обсуждали экзамены и кто куда поступает. — Я в мед, на стоматолога. Буду пахать там как не в себя — Димка невесело усмехнулся, потерев переносицу. — Я хрен знает куда, лишь бы поступить — Матвиенко просто пожал плечами, тем самым подтверждая свои слова. — Я наверное на менеджера или журналиста. А может вообще в пед пойду — Шаст потихоньку посербывал теплый напиток, наслаждаясь его вкусом. — Вот это замашки у тебя. Менеджеров как собак нерезаных, журналистов крутых мало, а учителя получают мало — Позов буквально на пальцах считал недостатки всех вариантов. — Если пойти работать в частную школу или школу какого-нибудь комплекса, то зп там не меньше сорока тысяч. Мне кажется весьма неплохо — Антон пожал плечами — а менеджемент это очень интересная для меня тема. Как и журналистика. И везде нужна общага с литрой, так что я считаю, у меня наоборот хороший выбор. — Тоже верно… — парень очках кивнул, возвращаясь к чаю и печенью.       Проболтали они не меньше часа уж точно, вечно мотаясь от одной темы к другой. Посидели в комнате у Серого, поиграли в плойку. Антон весьма осторожно проявлял свои эмоции и открывался ребятам. А те и не были против. Им главное, чтобы парень перестал быть зажатым в их компании и был раскрепощен. А сколько ему на это понадобится времени, пусть решает сам. Так что к возвращению на кухню за еще одной порцией чая, ребята успели чуть ближе познакомится и узнать друг-друга. Точнее в основном узнавал Тоха, а парни ему рассказывали о себе.

***

      Не успел Шастун допить чай, как на телефон пришло новое сообщение от отца. Тот просил перезвонить, а это уже ужасно настораживающая просьба. Отец вообще редко звонит сам и еще реже просит перезвонить сына. В глазах на пару секунд потемнело, отчего парень пошатнулся и схватился за край стола. Набрав номер, он приложил телефон к уху и опустил голову, стараясь не смотреть на одноклассников, что несколько удивленно смотрели на него. — Э, привет. Ты просил позвонить, зачем? — Майя умерла. Десять минут назад. Кровоизлияние в мозг вследствие удара головой — голос мужчины звучал чуть приглушенно и хрипло — заберешь Рому со школы и объяснишь ему что к чему. Домой можешь прийти сейчас, меня до ночи не будет. Но я тебя видеть вообще не хочу, так что лучше тебе будет уйти до моего возвращения — вызов сбросили. Рот остался приоткрытым и с не озвученными словами. Рука с телефоном застыла у уха. Немой шок и непонимание. А по канонам, ему бы бросится плакать или бухать, или к друзьям на коленки залезть и долго в плечо им рыдать. Но не было ни слез, ни переживаний, ни че го. Но появилась резкая пустота в груди, которая мгновенно поглощала всё тело. Матери не стало. Не стало человека, который его взрастил. И возможно, если бы не её отношение к нему на протяжении всей жизни, он бы начал сейчас страдать и истерить. Но ему… плевать? Да, наверное да. Пустота появилась вовсе не от потери мамы, она появилась от того, что отец фактически собственными руками убил жену. А значит он может грохнуть и Шаста. А это страшно. — Тох, все норм? — Серый аккуратно коснулся плеча парня. — Да… Да, все нормально. Простите ребят, надо идти — Он дерганно кивнул и, так и не допив чай, отправился коридор, а оттуда и на улицу. В квартире одноклассника остался лишь чай на столе, как знак того, что он там был. Надо съезжать нахуй с этой квартиры. Я жить хочу, а с отцом это невозможно.