Сердце, что больше тебе не принадлежит

Шанс не пришел в пиццерию на следующий день. И день после. И день после этого. Так он потерял свой трёхмесячный страйк. Эллиот знал, что сильно задел его. И ему было стыдно. Он много раз набирал текст сообщений, которые собирался отправить. Но они все были... Неправильными... Они все звучали жалко, не закончено, как будто Эллиот и сам не знал, что хотел сказать. Он писал о том, что ему жаль, что Шанс найдет себе кого получше, что они хорошо проводили время, но просто... И на этих словах он всегда останавливался. И стирал всё. Потому что ничего не было просто. Эллиоту было больно. Почти физически. Он скучал по Шансу. По его модной прическе, глубокому голосу, весёлым и тёплым глазам. По его улыбке, которая оставалась с ним в любой ситуации, но менялась. То она была хитрой, то уставшей, то весёлой, то... мягкой... которую он предназначал только ему... В груди неприятно покалывало от мысли, что он обидел и причинил боль такому хорошему человеку. Но Эллиот научился не слушать своего сердца, потому что оно не знает, что несёт. А голова говорила что так лучше. Лучше так, чем снова разбить свое сердце вдребезги.

***

- Добрый день! Пиццерия братьев Билдер. Чем я могу вас порадовать? - спросил Эллиот не поднимая взгляда, когда дверь со звоном открылась и к прилавку подошли. - Разговорчик. Эллиот оцепенело поднял взгляд. Это был он. Шанс. Он выглядел уставшим и потрепанным. Пару прядок выбилось из обычно идеальной прически. Солнечные очки скрывали мешки под глазами. Казалось, что он плохо спал в последнее время. Костюм был чутка помят. Не заметно, но на фоне того, как он был выглажен обычно, это была катастрофа. - Элли... - Что будешь заказывать? - перебил его Эллиот. Он не хотел говорить об этом. Шанс одарил его долгим взглядом. Он вытащил из-за спины букет цветов. Этот был маленький, не такой пушистый и роскошный, каковыми Шанс засыпал Эллиота ранее. И это не были розы. Один гиацинт, три белые лилии, по бокам желтоватые хризантемы и ромашки. Он был скромным, но утонченным. Со стилем. Как Шанс любил делать. Букет был связан тонкой золотой ленточкой. Эллиот не знал, что сказать. Шанс положил букет на прилавок. - Белые лилии, гиацинт и хризантемы символизируют извинение. Последние, кстати, мне всегда напоминали тебя. Эллиот тупо смотрел на букет. Не осознавая этого, он начал медленно перебирать цветы пальцами. Красивые. - Я знаю, что поступил неправильно. И я тебя совсем не виню в том, что ты отказался. Я понимаю, что всё произошло слишком быстро и... - Нет, Шанс. Всё произошло... Просто... Я не буду встречаться с тобой. Не зависимо от того, сколько времени мы проведём вместе, - Эллиот так и не поднял взгляда. Шанс помолчал. - Хорошо. Хорошо, Эллиот. Я понял. Однако то, что я сказал в тот вечер, правда. Ты взаправду самый удивительных и прекрасный человек из всех, кого мне повидалось знать. И ты не обязан завязывать со мной романтические отношения, если не хочешь. Но я хочу остаться с тобой друзьями. Ты делаешь мой день лучше, и твоё счастье делает и меня счастливым. Ты как лучик солнца, которых меня согревает. И я до сих пор хочу видеть тебя как можно чаще и проводить с тобой время. Ну не получилось у нас с романтикой, ну и пусть! Останемся друзьями и будем писать нашу историю дальше! Потом вступим в брак с кем-нибудь другим, будем жаловаться друг другу на жизнь, на спину, на детей в конце концов. Раз в месяц будем собираться и пить кофе. Рок группу можем составить, на пример. Или заняться гольфом. Или чем угодно! Так что, - Шанс пододвинул букет чутка ближе к Эллиоту, и тот поднял взгляд, - Прости меня. Давай останемся друзьями. Эллиот снова посмотрел на букет. - А я не хочу оставаться друзьями! - Почему?! - отчаянно воскликнул Шанс. - Потому что ничего не будет просто! Через некоторое время ты снова попросишь с тобой встречаться! И потом снова! - Эллиот почувствовал покалывание в уголках глаз. - А что с этим не так!? - Ты меня не знаешь!!! - ТАК ДАЙ МНЕ ТЕБЯ УЗНАТЬ!!! Эллиот замолк. Шанс никогда не поднимал голоса. Никогда. В его глазах читался гнев, отчаяние и боль. Он и сам удивленно остановился. - Прости, я не хотел кричать... Ты... Я... Как я не пытаюсь, ты всегда закрываешься в себе! Ты как будто боишься, что тебя узнают получше. Ты как будто не хочешь подпускать никого ближе чем... - Потому что это правда! - Они посмотрели друг другу в глаза. Сердце в золотой клетке осталось там. Еле билось на полу, разорванное на 5 кусков, - Потому что это правда... - слезы подступили незаметно. Эллиот яростно вытер их, отказываясь разрыдаться, - Я не хочу отношений! Никаких! Они не для меня! У меня уже были такие отношения, которые не заканчивались ничем хорошим! И я отказываюсь заводить их снова! Шанс помолчал. - Почему ты думаешь, что и со мной всё будет как с другими? - прошептал он. - Потому что я знаю! Не думаю, а знаю! Эллиот уставился на него широко открытыми глазами. - Или заказывай или проваливай! Шанс молча постоял на месте. Потом повернулся и похоронно отправился к выходу. Его обычно осанистая спина была сгорблена. Голова повешена. - И чтобы я никогда тебя больше не видел в этой пиццерии! - спешно добавил Эллиот, - И... и... и не пиши мне! Последние слова вышли из горла неустойчивыми. Неуверенными. Дверь закрылась с мягким стуком. Эллиот почувствовал слезы на шеках. Дыхание сбилось. Он наслонился на прилавок для опоры. Слезы капали вниз. Потом начали течь потоком. Он начал всхлипывать. Блондин упал вниз. На твердый, холодный кафель. Весь мир сейчас казался таким. Твёрдым и холодным. Ну не может же он разрыдаться на рабочем месте? Так ведь? Ведь... так..? Эмоции с ним не согласились. Он плакал взахлеб. В груди была такая боль, как будто из него вырвали внутренние органы. Сердце билось не ровно и гулко. Да так, что казалось, что оно находиться не в груди, а на этом холодном кафеле, пронзенное ржавым кинжалом. Эллиот не знал, почему ему больно. Он же защитил своё сердце. Но цена была высока. Слишком высока. Ведь он потерял Шанса. Он правда не хотел с ним встречаться, но он и не хотел его отталкивать. Причем так грубо и больно. Эллиот не знал, что делать с этой болью. Не знал, куда деться. Что сделать, чтобы стало легче. Он в последнее время вообще не знал, что делать. Что говорить, когда его спрашивают о его самочувствии. Как отвечать на вопросы Шанса. Что делать, когда голова и сердце воюют между собой. Когда они давят и убивают друг друга, как злейшие враги. И он плакал дальше. Ведь он привык всё делать сам. Сам разбираться со всем. Но он не хотел разбираться один с этим. Он хотел быть с Шансом. Но это было тупо. Так нельзя. Шанс его не знает. Но Шанс... Сердце само не знает, что ему нужно. Оно хочет и разбивается об желанное вдребезги. Эллиот вытер слезы. Они не иссякли, но он больше не хотел позволять им литься. Он заставил себя встать. Умылся у раковины. И день пошел вперёд. Посетители приходили, заказывали, уходили. Даже не подозревая, что происходило у улыбчивого кассира внутри. Эллиоту до сих пор было больно. Но он себе поклялся что больше не подпустит сердца к штурвалу. Никогда больше.