Jealous

Джордж просыпается от скрежета будильника и недовольно выключает его, падая лицом на подушку. Он лежит так пару минут и всё-таки встает с такой мягкой кровати. Теперь, двадцати однолетний Уильям идет в ванную комнату умываться и чистить свои идеально ровные тридцать два зуба. Афигеть, ему теперь двадцать один. Очень тяжело привыкнуть к тому, что ты на еще один год ближе к смерти и написания диплома. В общем это синонимы. У Джорджа с самого детства был строгий распорядок дня, особенно учитывая, что в прошлом он профессиональный спортсмен. Так что рутина его такая: проснулся, по возмущался, почистил зубы, поел овсяной каши, попутно выпивая горсть витаминов, проверил сумку, надел заранее приготовленный комплект одежды и вышел из дома в университет. А пока он идет до вуза, в его наушниках идет подкаст, на сегодня у него подкаст на тему «Теория установки нового мирового порядка». И этот день был бы таким же обычным, как и все остальные, если бы не одно «но». Почему-то все на него глазели. Нет, серьезно. Пока голос в наушниках рассказывает про теорию, где Triatelar commission является инструментом элит для создания тоталитарного мира, прохожие, обычно никогда не смотревшие на Джорджа пару секунд, стали слишком долго смотреть на него. И эта его теория, в отличие от теории диктора, подтвердилась в университете, когда все смотрели прямо на Рассела, хотя обычно никому на него не было дело. Будто бы Уильям голивудская звезда или он, как в тупых американских ромкомах, разослал всему университету глупое сообщение. Джордж сильно тушуется, честно не понимая, почему к нему такое внимание? Рассел настолько сильно не понимает, как и веру людей в теорию про установку «New World Order», почему все смотрят на него и что-то перешептываются. Что он уже успел натворить? Британец немного сутулится, делает потише подкаст и идет в свою аудиторию, пытаясь выглядеть уверенно, хотя это далеко не так. Практически дойдя до кабинета его останавливает Макс Ферстаппен. Ака красавчик университета, командир бейсбольной команды, третий год подряд выигрывает кубок штата для университета. В общем краш всех первокурсниц. Джордж хлопает ресницами и недоуменно смотрит на парня, который ниже его на пару сантиметров, точно насколько Рассел не знает, он об этом никогда не задумывался, поэтому это тайна о которой может быть узнает через данные у куратора. — Джорджи-я, привет! Хотел бы у тебя уточнить сегодняшнее расписание, — уверенно спрашивает Макс, не давая британцу даже и шанса войти в аудиторию, перекрывая вход своим массивным телом, как будто он Великая Китайская стена. — Ферстаппен, не знаю, может быть тебе на тренировке мозги пришибли, но напомню, мы учимся на разных факультетах и я вообще не в курсе, какие сегодня у тебя занятия. Тебе стоит спросить у своего старосты Ландо, а теперь дай мне пройти, — он пытается отодвинуть Макса от входа, но тот и в правду как китайская стена, или может быть Рассел без постоянных тренировок сдал свои позиции, но сдвинуть его у него не получилось. — Ладно, ладно, не злись, я просто хотел узнать, когда у тебя заканчиваются занятия, — говорит это Ферстаппен со своей хитрой заносчивый улыбочкой, от которой у Рассела кровь кипит, желая взять что-то тяжелое и врезать в него. — Просто дай мне пройти, пока нас обоих не отстранили от учебы за драку, — Боже, как же сильно Рассел ненавидит сегодняшний день. Что, твою мать, случилось, что все сегодня так к нему липнут? — Хорошо, я отойду если ты дашь мне свой номерок, — кажется, за все три года обучения и каких-либо контактов с Максом, сегодня он его вымораживает и удивляет больше всего. Не успевает Джордж остроумно что-то сказать, как в их диалог встречает сам Шарль Леклер, хватая британца за руку и тихо извиняясь перед голландцем. — Что ты творишь? — — Это я должен тебя спрашивать, Рассел, какого хуя мы с тобой поменялись ролями? —