Хоумтаунский карлик

Доброго времени суток. Меня зовут Крис. Крис Дриимурр. И я хочу поведать вам историю, историю такую, что никто из вас не захочет оказаться на моём месте, каким бы сильным ваш интерес к моему рассказу ни был. Одно дело — читать рассказы обо всякого рода неведомой хуйне, а совершенно другое — сталкиваться с ней самому, лицом к лицу, в самой что ни на есть реальной жизни. Возможно, вы слышали об этой истории из третьих уст, читали где-то, и примерно понимаете ещё с самого начала, о чём пойдёт речь и обо всех обстоятельствах инцидента, однако же для неосведомлённых я обязан прояснить всю остановку и всё окружение, что было в те злополучные дни, перед тем как я приступлю к рассказу. Жил я на тот момент в небольшом посёлке городского типа Холмодомово, что в Пермской области. Да и что уж мне скрывать - по сей день в нём и проживаю. Городок у нас небольшой, пара тысяч населения, да и то с натяжкой и всеми мыслимыми поблажками ко счёту, сами понимаете, все друг друга знают, а слухи в момент разлетаются, так что скрыть что-то попросту невозможно, особенно если это что-то выходит за рамки здравого смысла. Чтобы не было недопониманий, мне стоит прояснить и историю нашего городка: где-то в 20-ых советская власть очень активно зазывала монстров со всего света в каких-то своих целях, что не суть уже важно, и кидала она их в подобные пердя для освоения и поднятия целины, ну, как сейчас говорят, "дешёвую рабочую силу" использовали. Колхоз тут был, иронично именовался "Счастливая жизнь". Почему иронично? Потому что особенно счастливой жизнь стала тогда, когда оный был то ли приватизирован, то ли ещё что-то в этом роде, и продан чёрти кому, отчего и вовсе встал, а за сим последовал и отток населения — кто в Пермь поехал, кто в Москву, кто ещё куда, лишь бы устроиться на работу и прокормить себя вместе с семьёй, если таковая имелась. Ну а остались только те, кто ещё где-то работал — в местном доме культуры или же школе, например — или же кому некуда было податься вовсе, как отцу Альвину или же старикам, терять им всё равно было нечего, пенсию платили время от времени — и то хорошо. Однако же были те, кто просто не хотел уходить и кто держался вместе со всеми остальными на плаву. Таковыми были и мы, Дриимурры, державшиеся, по сути, за небольшой бизнес семьи Рождественских, которые всё ещё старались извлечь из инфраструктуры и местной земли хоть что-то. Ладно, думаю, если ещё что понадобится пояснять — постараюсь рассказать посреди, а то переливать воду из пустого в порожнее можно хоть вечность. Пора бы и приступать к рассказу. Стоял тогда довольно неприятный по погоде май 1998 года, более холодный и дождливый, чем обычно. Время было голодное — запасы в посёлке практически иссякли к этому времени и монстры старались питаться кто чем, тогда же я и познал вкус брюквы, которую мы всегда, выращивая на участке, прятали как "неприкосновенный запас". Это говорило о многом, но такие обстоятельства лишь сплачивали всех в посёлке. Все были в беде и каждый делил краюшку хлеба со своим ближним, если можно так выразиться. Заканчивал я тогда 7 класс. Школа у нас была довольно маленькой, всего в сумме учеников 60 наберётся, а учителей и вовсе по пальцам пересчитать можно. Мой класс и вовсе был самым маленьким — Я, Сьюзи, Бёрдли, Ноэлль, Темми и Ральзей, дружны мы были как никогда, пусть и строили вид, что терпеть друг друга не можем. Возвращаясь ко времени, сами знаете, каково это — учиться в мае, когда мозги на улице, а тело всё ещё сидит за партой. Домашнюю работу делать не было ни желания, ни моральных сил. Заместо этого я, лишь придя со школы, садился на свой довольно уставший стул и залипал в компьютер, свой, собственный, пусть и довольно поношенный. Добивался я его ещё с января — то Рудольф что-то принесёт, то Азгор. 4 месяца на всё ушло, и пусть это было ужасно устаревшим, я был счастлив, настолько, что забывал даже о собственном голоде. Я не очень разбираюсь в системниках или типа того, знаю лишь то, что стояла там Windows 95. Интернет, когда он, конечно же, был, я осваивал стремительно — общался с Бёрдли и Сьюзи в аське, сёрфил интернет и изучал этот бескрайний мир информации. Тогда же открылся мне и мир различных исследователей мистики а, в частности, мир уфологии. Не знаю, что меня только тогда зацепило — но интересовался я настолько, что очень хотел встретиться с зелёными человечками или типа того. Быть первопроходцем, стать одним из тех, кто рассказывает различные истории на всех этих сайтах, рассказывать про контакты. Да, я был тогда наивным юнцом. Наивным до ужаса. И это потом сыграло свою роль. И вот, в один из дней, в середине мая Альфис, наша учительница, пожалуй, вообще всего, по каким-то причинам не вышла на работу, а на следующий день Ториель, моя приёмная мама, тоже, кстати, учительница, и вовсе оставила меня дома, ведь ящерица не вышла на работу вновь, и так продолжалось целую неделю. Казалось бы, если случилось что — всё Холмодомово узнало бы, но никто ничего не знал, кого бы я не спрашивал. Ни одноклассники, ни даже Ториэль. Желание разузнать о причинах отсутствия Альфис у нас нас, её учеников, с каждым днём росло всё сильнее. И вот, пятничным вечером, я всё-таки решился поднять эту тему в Сьюзиной аське, пока интернет стабильно, пусть и медленно, работал. <Kris> Сьюзи. <Kris> Тут такое дело. <Kris> Есть пара минуток? <Rude_Dinosaur> для тебя всегда крис <Kris> Отлично. <Kris> Тебе не интересно, куда это Альфис делась? <Rude_Dinosaur> ну интересно <Rude_Dinosaur> а кому нет то <Rude_Dinosaur> тэмми? <Kris> Нужно напрямую разузнать. <Rude_Dinosaur> написать ей на е-маил? <Kris> Нет. <Kris> Прийти к ней и спросить. Может помочь чем надо. <Rude_Dinosaur> ага а может ещё проекты ей принести? <Rude_Dinosaur> не не <Rude_Dinosaur> я пас <Kris> Да погоди ты. <Kris> Ну вот тебе не кажется странным что вот НИКТО ничего не знает? <Kris> Это от нас скрывают правду или... я хуй знает что. <Rude_Dinosaur> ну да это странно конечно кто то должен же что то знать иначе ну бред это <Rude_Dinosaur> а если бы кто то реально что то знал то мы бы знали так крис? <Kris> Так. <Kris> Руди бы точно по синьке рассказал в один из вечеров. <Kris> А так... <Kris> Кароче. <Rude_Dinosaur> ну хоть какая то польза от этой его особенности <Kris> Завтра встречаемся у дома культуры в 9.00 и маршируем к ней. Может, заскочим ещё за кем-то. <Rude_Dinosaur> в 10 или 11 <Rude_Dinosaur> раньше иди нахуй <Kris> Не суть важно когда. Суть важно что вообще пойдём. <Rude_Dinosaur> верно <Rude_Dinosaur> договорились <Rude_Dinosaur> и только попробуй не прийти Сказав это, Сьюзи вышла из сети. Уснуть нормально в ту ночь я не мог — слишком силён был мой интерес и слишком я был возбуждён, чтобы спокойно спать. С утра субботы я был ужасно помятым, что даже заметила Ториэль и поинтересовалась, всё ли со мной в порядке, однако же я что-то отмычался и, быстренько отзавтракав, пошёл гулять. Городок, повторюсь, маленький, и оказался у ДК я минут за 5. Сел на лавочку в скверике поблизости и, сам не понимая как, задремал. Проснулся я от того, что Сьюзи меня толкала в плечо, тихонько смеясь и улыбаясь во все свои острые зубы. — Ну что, Крис, так упыхался ждать, что аж уснул? — хихикнула Сьюзи — Можно и так сказать. — ответил я. — На дело пойдём или же тебя отвести в кроватку и уложить под одеялко?) — Да иди ты! Конечно идём, я что, зря готовился? — Но при тебе ничего и нет такого... — Морально готовился. — Ладно, меньше слов - больше дела! Сказав это, Сьюзи схватила меня за руку и своими привычными широкими шагами замаршировала в сторону частного сектора, в сторону небольшого домика Альфис. Опять же, путь занял у нас не многим более 10 минут, однако же с каждым шагом в сторону этого небольшого дачного домика наша решимость и уверенность угасали. Мы стояли у калитки и молчали, замерев и переминаясь с ноги на ногу от внезапно налетевшего холодного ветра. — Давай ты вперёд. — нарушила наконец молчание Сьюзи. — Это с чего бы я? — начал протестовать я. — Ты это всё и придумал ведь, тебе и идти. Я сразу за тобой, вместе и спросим. Да что ты, глупый? Мне что, самой придётся идти и всё делать? — с плохо скрытым раздражением процедила фиолетовая динозавриха, при это не двигаясь с места. — А вдруг там что... Сьюзи рассмеялась. — Прекращай читать свою херню в интернете и запомни уже наконец, что ни чертей, ни бесов, ни даже Вендиго нет. Всё, давай-давай, шуруй, малой! Было желание скинуться на камень-ножницы, однако же, видя такое же нервное состояние Сьюзи, я решился пойти вперёд. Калитка легонько скрипнула проржавевшими петлями и впустила нас на довольно запущенный участок — тут явно давно никто не прилагал руку. Мы встали на крыльце и я, словно потеряв весь мандраж, постучался. Никто не ответил. Затем постучала Сьюзи, очевидно, сильнее, чем я. Никто не ответил. Так мы пытались добиться ответа несколько минут. Никто не вышел и даже не зашевелился внутри дома. Я прислушался, приложив ухо к щели между косяком и дверью и, как мне показалось, даже расслышал какой-то шорох, но списал его тогда на шум ветра внутри дома нашей учительницы. Пожав плечами, мы уже собирались развернуться и уйти, как вдруг услышали за спиной знакомый голос. — Здравы будьте, молодые! — ещё не пройдя калитку, обратился к нам отец Альвин, священник в нашей церквушке, которого за широкую душу и деяния добрые знали все в посёлке. — Прибыли Альфис навестить? — Эмм... Да, только вот никто нам открывать не собирается. — отозвалась Сьюзи. — Да и, похоже, нет там никого. — дополнил я. — Гмм, странно... Её сегодня и на службе-то не было, уж не заболела ли она? — поинтересовался священник. — Честно — мы сами не знаем, сюда и пришли за этим... Вы, конечно, можете попробовать добиться ответа, но... — застопорилась посреди предложения Сьюзи. — Вряд ли у вас что-то толковое выйдет. — закончил за неё уже я. Я и динозавриха спустились с крыльца и, попрощавшись с отцом Альвином, отправились, как нам и пристало по выходным, шароёбиться по пгт в поисках приключениях на собственную задницу. Вернулся домой я поздним вечером, за что получил знатный нагоняй от Азгора, я был даже удивлён, то он меня не отлупил. Быть может, Ториэль заградила собой моё хрупкое человеческое тело. Успокоив своего мужа, она дала мне немного еды перед сном и строго приказала идти в кровать, чему я был только рад — гулянка весь день напролёт ужасно выматывает. Я улёгся на кровать, даже не надевая свою пижаму и не закрывая дверь, и уже хотел было уснуть крепким сном, как из царства сновидений вырвал меня диалог моих приёмных родителей. — Рудольф сегодня, когда заходил, рассказать успел кое-что, пусть и спешил. — начала Ториэль. — И что же? — спросил Азгор чуть ли не с другой стороны дома. — Да там касаемо Альфис... Узнал он как-то, что у коллеги моей ребёнок появился маленький. На несколько секунд повисло молчание. — Я сама не понимаю, как так только вышло. Ни признаков, ничего не было, ни предпосылок даже, а коли были бы — мы бы уже давно всё знали во всех подробностях. — А сам Рудольф-то видел это дитя? — Нет, но почему-то он в своих словах был совершенно уверен. — Дак может он это, пьян был? — Не-а. Как стёклышко. — Да ну тебя с твоими шутками, не бывает такого! Если у тебя было желание меня разыграть — поверь, у тебя получилось, всё, сдаюсь! Судя по расположению голоса, мой отец приблизился к матери и, как полагаю, встал в проёме между кухней и коридором. — Клянусь богом, не шучу и как есть передаю. Всё что услышала и узнала, так и передала. Не смотри на меня так, Дриимурр. — А может, Альфис с голодухи с ума сходить начала? Закрылась в доме, ребёнка себе придумала, а потом на рынке все начала о своей шизе трепаться. — Не знаю, Азгор. Не знаю. Всплывёт правда-то рано или поздно, а нам и лезть не надо. Мало ли, что... — Её бы всё-таки в медпункт наш сводить, или к отцу Альвину, хотя бы. Ну а вдруг... — Не выдумывай. Ладно, может расскажешь, как день прошёл? Крис всё равно спит, можешь не стесняться... Далее слушать я не стал. Да и не мог даже себя заставить слушать их пустой разговор. В голове вертелась лишь одна мысль — написать Сьюзи и Бёрдли. Всё усугубляло то, что время было уже "не детское", и если бы я включил компьютер, он бы затарахтел так, что мне точно бы прилетело. Пусть мой разум был взбудоражен, усталость взяла своё и мои глаза всё-таки слиплись. В понедельник, когда я явился в школу, весь город уже жужжал об Альфис и её то ли реальном, то ли выдуманном ребёнке. В школе все разговоры только о том и были, особенно в моём классе. Притом слух этот из-за своей размытости и склонности к вольному интерпретированию то обрастал какими-то подробностями, то из него что-то да выпадало. Отцовство приписывали кому только можно — даже Азриэлю, хотя о его конфликте с Альфис знали, казалось, все. Что только народ не говорил, всё перечислить невозможно уже — не помню уж многого. На первом уроке ящерица не появилась и мы всей нашей дружной компанией обсуждали, а точнее придумывали обстоятельства всей этой истории. Было решено единогласно — о ребёнке спросить просто необходимо, узнать, так сказать, из первых уст больше подробностей. Она же нам, вроде как, доверяет. Напряжение росло, мы волновались всё сильнее и, наконец, в начале второго урока Альфис своей типичной походкой в развалочку вошла в класс. Все затихли, пока она пересекала помещение и садилась на стул. — Д-доброе утро, класс. — начала урок, как ни в чём не бывало, Альфис. — Итак, с-сегодня мы приступим к... — А где вы были? — внаглую перебила её Сьюзи в своей манере. — Эм-м... Я... Не могла проводить у-уроки. Л-личные причины. — Извините, что могу быть груба и бестактна, но... Мы знаем, что у вас ребёнок появился и... — начала Ноэлль. — И мы бы хотели вас поздравить с таким праздником жизни! — закончил за олениху Ральзей. — О-ой, ну... П-правда, не удивлена, что в-все узнали... — засмущалась ящерица, перебирая пальцами лежащий на столе карандаш. — А... Поделиться подробностями можете? — спросил я. — Р-рассказать вам о своём с-сынишке? Ох, да он просто золотце! Такой спокойненький, маленький, играть любит, а учится не по дням, а по часам! Уж и ходит сам, и лопочет что-то. Вы бы знали, как это мило, взращивать самому маленького... — тут почему-то Альфис замялась. — маленького ребёнка! И тут в моей голове промелькнуло, что здесь что-то нечисто. Я знал, как взрослеют и люди, и монстры, и такое стремительное развитие не вписывалось ни в какие рамки. Не может ребёнок, ну вот буквально новорожденный, так быстро всему этому обучиться, даже пусть у Альфис. И промелькнуло эта мысль, похоже, не только у меня. Мы, почему-то, вместо того, чтобы завалить нашу учительницу вопросами, просто молчали. Бёрдли уже было открыл клюв, но, отведя взор, с довольно громким клацанием закрыл его. — Л-ладно, класс. Мы и так уже отстали от нашей давно заготовленной программы, так что давайте интенсивно приступим к занятиям! Далее день прошёл как обычно. Ну, быть может, мы не хотели сидеть за партами и едва-едва работали, но да, как обычно. Когда учебный день закончился, мы не спешили расходиться по домам и собрались в скверике, усевшись кругом небольшого столика, который стоял там ещё, наверное, с царских времён. Ну, все, кроме Тэмми. Родители ей не разрешали шарахаться чёрти где после школы. С юга наступала чёрная-чёрная туча, а, если прислушаться, можно было понять, что туча эта определённо грозовая. — Бред. Такого не может быть. — начал бубнить Бёрдли, уставившись на лежащую на столе пустую бутылку водки. — О чём ты? — спросил Ральзей. — Об этом "сыне" Альфис. Давайте так: Не может ни человек, ни монстр, ни что бы там ни было живое и... достаточно большое для того, чтобы быть её "сыном". — говорил Бёрдли не своим "умничающим" голосом, оглянувшись на далёкий раскат грома. — А может это... — начал я. — Крис, давай только не опять эту свою хх.... шляпу! Бредни это всё, бредни! — прервала меня Сьюзи, хлопнув по спине. — Нет-нет, пусть продолжает. — подала голос Ноэлль. Стоит сказать, что она, также, как и я, интересовалась мистикой, пусть и не так фанатично. — Может, это криптид? Ну, или какое-то существо там необычное, которое энергию из монстра высасывает, а потом ещё и душу заберёт. А может это и вовсе существо какое-то космическое. И не нужно на меня смотреть с таким недоверием, я хотя бы пытаюсь предположить, ЧТО это может быть, учитывая всё нами услышанное. — Если Альфис не лишилась рассудка. — парировал мои предположения Бёрдли. — А знаете что? — снова негромко сказала Ноэлль. — Давайте-ка сами пойдём к ней и посмотрим на её сына. — Не пустит она нас. — сказал я. — На все сто уверен, что она этого своего "сынишку" за семью печатями хранит, если он, конечно, реален. Материнский инстинкт же. — Верно подмечено, Крисси. — Не называй меня так, Рождественская. — Ну так вот. Мы придём к Альфис и отвлечём её, отведём от входа в дом, а кто-то из нас зайдёт внутрь и попробует найти этого... это существо, в общем. Кто из нас здесь наиболее смелый? — Ребят, не посчитайте меня трусом, ноо... Я не пойду. — начал отнекиваться Ральзей. — Можете кто что думать, но я — пас. Мутное это дело и лезть нам туда совершенно не нужно. Вот честно, предчувствие у меня плохое, и советую вам тоже от затеи отказаться. — Ц, ссыкушник! — закатив глаза, сказала Сьюзи. — Я пойду. — отозвался я. — И это НЕ обсуждается. — Не поняла. — начала возмущаться Сьюзи. — Ты чего это такой дерзкий? — Потому что у меня одного есть фотоаппарат. Сделаю небольшое отступление. Да, фотик у меня действительно был. Старый, поношенный, отец мне его на день рождения подарил, точнее разрешил им пользоваться и держать у себя в комнате. Несмотря на плохое внешнее состояние, работал он как автомат Калашникова, плёнки правда было на снимков 9-10, не более, но этого должно быть достаточно. — Веско. — кивнул Бёрдли, вновь оглядываясь на тучу. — Только шуруй быстрее и собираемся у дома Альфис сразу. Всё, давай-давай, иди уже, Крис! И разошлись мы. Фотоаппарат я взял и положил в портфель, вытряхнув учебники на кровать, очень сильно спешил. Сразу к дому Альфис направился и быстренько воссоединился со своими друзьями на углу. — Тц, Крис, долго, долго! — Сьюзи раздражённо топала ногой по грунтовой дороге. — Пошли уже, не время пререкаться. — остановила её Ноэлль. — У нас мало времени. Всей компанией мы выдвинулись к дому Альфис и, будучи все вместе, уверенно зашли на территорию всё также неухоженного сада. Сьюзи постучала в дверь, однако на этот раз Альфис нам всё же открыла. — Здравствуйте, вы нам, вроде как, сегодня на уроке биологии обещали провести экскурсию по своему саду. — начала импровизировать Ноэлль. — Мы решили не медлить и пришли сами. Конечно, Альфис ничего не говорила нам касаемо никакой экскурсии, но мы начали в один голос поддакивать оленихе. — Н-но, г-гроза же! — залепетала учительница. — Да мы сейчас быстренько, у вас тут садик-то небольшой, в случае чего вон, до Рожденственских здесь рукой подать. — начала убеждать её Сьюзи. — Эмм... Ну... Ладно, давайте, дети мои! — набираясь уверенности, сказала Альфис и вместе с моими одноклассниками отправилась в сад, не закрыв дверь. Я опустил портфель на крыльцо, достал из него фотоаппарат и выдвинулся вглубь небольшого дома. Я оглядывался по сторонам, держа фотик на взводе, заглядывал в каждую комнатку, прислушиваясь к каждому шороху и, когда наконец заглянул в то ли гостиную, то ли спальню, увидел, как что-то движется в кипе одеял и полотенец. Я сделал шаг и встал в дверном проёме. И тут видел, что именно шевелилось внутри этой кучи ткани. То, что я увидел, навсегда врезалось мне в память, да настолько, что время от времени приходит ко мне во самых кошмарных снах. Из неё высунулась продолговатая, непропорционально большая к телу голова тёмно-зелёного, практически болотного цвета, а затем появилось и всё остальное существо, довольно упитанное, с тощими конечностями. Тело было похоже на какого-то очень уродливого и неспособного от мутаций жить младенца, не имеющего на теле ни единого волоска. На левой руке было три пальца, на правой — четыре. Ростом оно было где-то сантиметров 30... Или 35, сложновато определить было. Глаза у существа были закрыты и оно то ли принюхивалось, то ли прислуживалось к происходящему в комнате. Похоже, этот "сынишка" понял, что перед ним не Альфис даже на расстоянии трех с половиной метров, и открыл глаза, начав сверлить меня своим ужасающим взглядом. Глаза у него были огромные, неестественно огромные с маленькими чёрными зрачками, один из них горел жёлтым, другой — фиолетовым. Мы смотрели друг другу в глаза. Он, словно Чеширский кот, гипнотизировал меня своим взглядом, медленно открывая свой маленький, но полный зубов белых, сильно заметных зубов. Я вздрогнул и, нажав кнопку, сфотографировал это. Но я допустил одну огромную оплошность. Я забыл выключить вспышку, которая обдала существо ярким светом, из-за чего оно начало моргать. Судя по всему, оно испугалось, очень сильно. "Сынишка" встал на кровати и, как мне показалось, взмыл в воздух на пару сантиметров, после чего он издал ужасающий вопль, который мне никогда не забыть. В этом крике не было ничего человеческого, эти звуки словно исходили из недр ада или что-то вроде этого. Адреналин резко ударил в голову, я резко перескочил кровать и это самое существо в один шаг и я выскочил в открытое окно с таким диким воплем, будто бы меня преследовал медведь или что похуже, хот, это и было что похуже медведя. Это не было ни человеком, ни монстром, это было чем-то, что находится за гранью понимания моего разума. Я не слышал, как мне что-то говорят друзья и что сказала Альфис, перескакивая старый деревянный забор. Я не слышал ничего, подорвавшись к дому Рождественских как к единственному месту, где я, как мне казалось, мог быть в безопасности. Что было дальше — я уже не помню, ведь очнулся я уже на диване внутри дома, тяжело дыша. — Что ты там увидел, Крис? — первым же делом спросила Ноэлль. — Пиздец. — односложно ответил я, всё также тяжело дыша и положив голову на кровать. Я протянул фотоаппарат в руки Бёрдли, даже не смотря на него. — Смотрите сами. Я не собираюсь видеть эту хуйню ещё раз. Крик этой твари всё ещё стоял у меня в ушах, а вид его... Мне казалось, что каждый раз, когда я закрываю глаза, я видел этого "сына". Да и по мне видно было, насколько серьёзное потрясение я испытал от такого короткого контакта. — То есть, вопил... — начала было Сьюзи, но последние слова исчезли где-то в глубине её глотки. — Не я. Оно. — завершил её реплику я. Бёрдли к этому моменту уже вытащил плёнку из фотоаппарата и искал то самое, просвечивая фотографии через тусклый свет из окна, где ливнем шёл дождь и иногда сверкали молнии. Внезапно, он замер и подозвал остальных дрожащей рукой. Да, он увидел это. Увидел фотку этой ужасной твари, которая даже с плёнки своим взглядом прожигала не то что тело, но и душу. — Мама дорогая... — затянула Ноэлль, с трудом отрывая взгляд от плёнки. — Это никто не должен видеть. — убирая плёнку назад в фотоаппарат, твёрдо сказал Бёрдли. — Никто и никогда. Ни при каких обстоятельствах и ни на каких условиях. Ни здесь, ни... там. — Наивный... — медленно протянул я. — Всё равно все рано или поздно узнают, и что же тогда будет... — Ебанистика будет. — словно ставя точку, процедила сквозь зубы Сьюзи. Заночевал я в тот день у Рождественских. Вытянуть на улицу меня было практически невозможно — оправдывался погодой, но мне думалось, что это существо будет преследовать меня на улице. Думалось, что оно нападёт на меня и как минимум серьёзно покалечит, а то и чего ещё похуже. Хотя, "заночевал" — это будет во-первых громко сказано, а во-вторых — чистейшим враньём. Я не мог уснуть, а когда глаза смыкались, застывший кадр с "сыном" Альфис выводил меня из сна. Несколько раз я ходил на кухню, воды попить, и в 4 утра там же пересёкся с Рудольфом. — Чего не спишь? — спросил меня он. — Да вот, пить охота... — неохотно ответил я. — Сушняк чтоль? Пить — вредно, маленький. — Эмм... Нет. — Тогда чего уже в пятый раз тут? Слышно же, как ты шарахаешься здесь, ни Ноэлль, ни нам спать не даёшь. Я задумался. Нельзя было знать никому про произошедшее, Бёрдли прав. Врата ада манят любопытных. Рудольф отодвинул два стула, что стояли напротив друг друга через стол, и сам сел на один из них, жестом указав мне присесть на другой. Я послушно сел. — Что случилось? — типичная весёлая улыбка Рождественского ушла с его лица, уступив место столь необычно выглядящей обеспокоенности. — Ты сам не свой сегодня. — Нет, всё нормально... — Я вижу же, что ненормально. Колись давай, сам же знаешь, что я не отстану. Я набрал полную грудь воздуха и судорожно выдохнул. Нахуй советы Бёрдли. Рудольфу можно доверять. — Я видел "сына" Альфис. Вблизи, в живую, не на фото. И знаете, что? Это дерьмо за гранью моего понимания. Я не хочу связываться с этим ещё раз. Это — кошмар на яву, бес, чёрт, да хоть сам дьявол из глубин ада. Никто не должен знать об этом, просто НИКТО, ясно? Я видел лично, а мои одноклассники — на ленте моего фотоаппарата. Можете посмотреть, если не верите, но я за последствия НЕ ручаюсь. Очень настоятельно прошу вас не рассказывать никому про эту сущность из хер его пойми каких глубин, оно очень злится на посторонних и мало ли какими способностями обладает. — выпалил я, даже не смотря на Руди. Когда я поднял глаза, олень не улыбался. Он был максимально серьёзен. Я ожидал, что он будет лыбиться, словно слушает очередную глупую выдумку, но нет. — Это... Занятно. — протянул Рудольф. — То есть это... реально? — Прямо как я сейчас. Рудольф встал из-за стола. — Я... Постараюсь не рассказывать ничего. — смотря в окно, сказал олень, а затем добавил. — Никому. Я промолчал, глядя в окно с некоторой опаской. Ожидал увидеть там эту пару из жёлтого и лилового круглешка в окне и оскаленную белую улыбку. — А глаза у него какие были? — нарушил молчание Рудольф. — А какая разница? — Да так, интереса ради. — Один фиолетовый, другой — жёлтый, и светятся, светятся как два фонаря! Огромные такие, и зубы у него ещё белые, кажется, тоже светятся... — А хвост у него был? — Да что это за допрос такой??? — Есть просто догадки некоторые. — Какие такие? — Ответь на вопрос сначала. — Ну, не было хвоста у него... — Потому что он — и есть хвост. Ну, в первоначальном обличии. — В смысле — хвост? — Да была тут байка, когда мне вот столько же лет было, которые мы у костра в пионерлагере рассказывали. Мол, в лесах бродит существо, которое выглядит как хвост скорпиона, но в двумя глазами — один фиолетовый, другой — жёлтый, прямо-таки как ты и говоришь. Мы в эту байку-то сами не верили, рассказывали по кругу. Выросли мы, подзабыли обо всех этих страшилках пионерских, я семью завёл... — тут Рудольф сделал паузу, выбирая слова. — Я эту историю детям своим не рассказывал, не нужно им все эти пугалки знать, и так жизнью пуганные. И вот, в один день... Десс вернулась домой, вот когда также май стоял холодный, вся взмыленная, глаза по пять копеек. Она у меня девочка смелая, а тут такое. Я едва из неё слова вытаскивал, что случилось... — И что же? — спросил я в предвкушении, как только Рудольф прервался в своём монологе. — И она мне рассказала про огромного чёрного кота в лесу, с теми самыми глазами, с теми самыми зубами. Она потом лес за километр обходила, пока здесь жила. — Пока не уехала? — Пока не пропала. Это мы всем говорим, что она уехала в Пермь учиться. На самом деле в августе она просто пропала. Этот кот, похоже, забрал её. Она ушла в лес в тот день, забыв наконец о своём страхе. И всё. Больше никто её не видел. Я сглотнул, громко и явно. — Ш-шутишь? — Нет. К сожалению. Я всё ещё надеюсь, что в один день моя дочь, моя Десембер, всё-таки вернётся из леса. — То есть, тех, кого оно видит... — Нет. Пугает до усрачки — пугает, но вот забирать... Это ему не интересно. Как минимум, в наших байках такого не было. — Тогда что же оно к Альфис так относится... — А вот этого я не знаю. Опять же — у нас просто байки были. А они, как известно, частенько врут. Ладно. Не бойся ничего и иди спать. Всё хорошо будет. Он похлопал меня по плечу и удалился в свою спальню. А я уснуть так и не смог. Пусть завтра и надо было в школу, глаза не смыкались ни в какую. На следующий день я был больше похож на ходячего мертвеца, чем сам на себя. Все всё понимали и все всё знали, в том числе и Альфис. Похоже, рассудок в ней всё ещё сохранился и она, несмотря на затуманенный материнским инстинктом разум, прекрасно понимала, что её "сынишка" может выглядеть несколько шокирующе. — Слушайте, а у вас как дела? — спросил учительницу Ральзей как только прозвенел звонок на перемену, подловив её тем самым. — Д-да в-всё вроде как нормально. — ответила она. — А как у вас появился ваш... сын? — едва выдавливая из себя слова, спросил Бёрдли — Он же, ну... не ваш изначально. — Эм... М-м-м... Я шла в соседний посёлок к... неважно к кому, через лес, знаете, и услышала плач прямиком из рощицы... — начала ящерица. Я вздрогнул, вспомнив слова Рудольфа про то, что видела Десембер в лесу в тот самый роковой день. И что именно в этом лесу она и пропала. Хвост с глазами. Всё сходилось слишком хорошо, чтобы быть неправдой. — Я пошла на звук и увидела, что под листочком лежит он, маленький, такой беспомощный, зовущий хоть кого-то! Я не могла не взять его и не позаботиться о нём. Сразу поняла, что вот она — судьба моя, мой сынок, мой наследник! С каждым словом учительницы мне становилось всё тяжелее дышать. Здесь всё было не так, всё неправильно. От того, какой странной была реакция Альфис и до самого "сыночка", который выглядел... Не как что-то земное. Дальше я уже не слушал. Слышал, но не слушал. — Крис, а ты моего сыночка испугал. — внезапно вырвала меня из кроткого забвения ящерица. — И-извините... — промямлил я. — Да ничего, ничего. Он же просто ребёнок! Успокоился он у меня быстро, я ему кексик дала и он успокоился, мило так кушает. — Ну, тогда, извините за вчерашнее. — Ох, д-да я уж и забыла про это. Понимаю, п-понимаю. М-можешь не переживать. Не переживать, блять. Ага. Это для тебя он милый ребёночек, а для остальных... Дальше день вовсе прошёл как в тумане и своих даже мыслей я и не помню. Пришёл домой потом и уснул часов на 16. Казалось бы, история должна была подойти к своему логическому завершению ещё в мае, закончиться на этом неловком диалоге. Но нет, нихуя подобного. Маховик дерьма только начинал раскручиваться. Об инциденте с "сынишкой" я никому более не рассказывал. Ни в сети, ни в реальности, а Рудольф держал стойкое молчание. С последних событий прошёл уже практически месяц, наступил довольно жаркий июнь, самый разгар летних каникул. Я работал в огороде как проклятый, Ториэль железной хваткой правила там, помыкая мной и Азгором. Урабатывался так, что после вечерней гулянки с друзьями заваливался спать как убитый и просыпался только где-то часов в 9, что для моей матери уже было довольно поздно. Как я слышал, Андайн, наша участковая, к Альфис ходила потом в конце мая, разобраться с неучтёнышем, о котором слухи ходят, да только вернулась ни с чем и не рассказывала ничего. Видать, тоже увидела этого "сынишку" и тоже его "испугала". Обоюдно они там испугались. До чёртиков. Отец Альвин тоже ходил, покрестить ребёнка, но ушёл он молча и, как говорят, за Альфис потом весь вечер молился у алтаря. Так, я отвлёкся что-то. В тот день проснулся я в 4 утра хрен пойми от чего, но усталости я не чувствовал совершенно. В компьютер позалипать варианта не было, оный бы разбудил своим рёвом родителей и не миновать мне карой тапком по жопе. Спать, что логично, не хотелось. Есть тоже. Я, не имея иных вариантов, вышел на крыльцо, глядя на лес через солидную такую полянку. Ночь уже уступала свои позиции рассвету, который брезжил на востоке, озаряя посёлок слабым светом утренних сумерек, светом достаточным, чтобы уже многое было видно, но недостаточным, чтобы видно было всё. Я прошёл по дорожке к калитке и, оперевшись на неё, набрал полную грудь воздуха и — замер, увидев, как вдалеке, в лесу, промелькнул высокий, чёрный силуэт. Не медвежий, не волчий, а именно что силуэт монстра или человека. Он прошмыгнул достаточно быстро, чтобы быть едва заметным, но я всё-таки его увидел. Вдали, как бы подтверждая, что это не наваждение, хрустели ветки. Силуэт снова промелькнул между деревьев, и я заметил, что это нечто совершенно не похожее на хоть что-то разумное. Ростом метра три минимум, руки длинные, чуть ли не земли касаются. Я стоял, скованный ужасом, ужасом, как мне казалось, самым сильным в моей жизни. Пошевелиться не представлялось возможным, а силуэт отдалялся от меня, отдалялся и хруст веток вместе с шелестом травы. Тут меня осенило, куда это нечто движется — к дому Альфис. Я осторожно открыл дверь калитки, которая отозвалась скрипом. Скрипом, который, как казалось в тишине, ревел, словно ракетный двигатель. От скрипа я замер на секунд 20, выслеживал движение в лесу, которого уже не было. На негнущихся ногах я пошёл в сторону дома Альфис, не знаю, что меня дёрнуло выдвинуться туда — чёрт, быть может, или просто моё слабоумие, смешанное с чрезмерной отвагой, но шёл я туда так уверенно, будто бы там были врата в рай или нормальное соединение с интернетом. Я пересекал улицу за улицей. Я уже был совсем у дома учительницы, когда увидел то, что заставило меня спрятаться за киоск. В придомовом участке, прямо на клумбе и пионами, стояло то самое существо из леса. Ростом оно реально было три метра, а то и больше, голову венчали величественные рога, но не костные, а хрен пойми из чего, словно то была тёмная материя, про которую я вычитал в случайном журнале, когда гостил у Бёрдли. Как минимум, я так её себе и представлял. Волосы, грязные и склеившиеся в безобразные пряди, висели до поясницы, и были они чёрного цвета, или это было из-за грязи... Неважно. На этом существе даже была одежда, точнее её обрывки — красная клетчатая рубашка, белая майка и нечто, что осталось от довольно, наверное, дорогих джинсов. Руки действительно были длинными, а ладони... буквально посередине оных были сквозные дыры, из которых, как казалось, сочилась какая-то тёмная, очень вязкая жижа. Само тело у существа тоже было не в лучшем состоянии — оно в прошлом точно было монстром, монстром-оленем, с которого на данный момент слезали потемневшие лоскуты шкуры и плоти. Я медленно выглянул из-за киоска и заметил, что это существо стояло у открытого окна и... о чём-то разговаривало с "сынишкой" Альфис. Точнее, они не разговаривали в привычном нам, людям и монстрам, понимании. Останки монстра невнятно рычали, а то время как "сын", глаза и зубы которого светились во тьме сумерек, то ли издавал слабый свист, то ли что-то говорил очень высоким, писклявым голосом. Методы их коммуникации я так разобрать и не смог. Трёхметровое существо, издав очередной рык, развернулось в мою сторону и медленно зашагало по огороду в сторону забора, в мою сторону. Я увидел лицо, а точнее то, что осталось от него в процессе обезображивания. Глазницы были пустыми, в их глубине горели два огонька — жёлтый и фиолетовый, а рот не мог закрыться из-за, во-первых, вытекающей из дёсен всё той же тёмной жижи и, во-вторых, из-за странного вида зубов, длинных и острых. Шерсть была грязной, потемневшей от... да хрен пойми чего, я не понимаю нихуя в биологии, в разложении там! И тут, в искажённом лице, в искажённом силуэте и рваной одежде я узнал знакомое лицо. — Десс? — вырвалось из моей груди как-то само. Блять, блять, блять, что, почему, как? Конечно же, Десс, а точнее, искажённая этим существом, этим чертобесом из дома Альфис, херня, услышала это. В два шага она оказалась надо мной и пригвоздила моё мягкое тело к глиняной дороге. — Десс! — начал вызвать я к существу, которое уже хотело размозжить мою черепушку о землю. — Десс, остановись, пожалуйста! Десс! Существо замерло, на меня капала эта густая жижа. Она падала на моё лицо, на шею, на грузь, ну и на землю, естественно. — Десс, это же я, я! Крис! Я не враг! Я твой друг! Друг детства! Помнишь меня? Существо наклонило голову и начало вроде как сверлить меня своими разноцветными глазами. — Если ты где-то там ещё есть... Десембер, Десембер Рождественская, где-то там, внутри... борись с этой хуйнёй, чем бы оно ни было! Давай! Десс, въеби ему! Существо встало в полный рост и начало дёргаться, словно в конвульсиях. — Борись! — продолжал я поддерживать свою подругу детства, не надеясь уже буквально ни на что и мысленно готовясь к смерти. Вдруг, существо осело, словно мешок картошки, гулко упав на пол и начав дёргаться, активно истекая этой чёрной жижей. Капля оной стекла с верхней губы мне в рот. Вкус этого чёрти что был настолько ужасным, что я не просто проплюнулся, а полноценно выблевал останки своего не очень-то и обильного ужина. Закончив откашливаться, я взглянул на существо и увидел не трёхметровое нечто, а Десембер, которая, свернувшись в клубок, дёргалась в крупной дрожи. Я подошёл к ней и положил ей руку на плечо, закрыв одну из дыр. Десс завернулась в клубочек, стараясь закрыть свои эрогенные зоны и посмотрела на меня. — К-Крис? Как ты?.. — Десс! Я обнял её, забыв в ту секунду, что она голая. Забыв про обстоятельства, забыв про всё. Моя подруга детства была почти полностью вымазана в этой чёрной жиже, измазался от обнимашек и я. Я хотел отвести её домой, вернуть Рождественским их дочь.. И помыться. — К-Крис..? Как ты оказался? Я в городе? — словно спросонья, начала задавать вопросы Десс. — Да, да, ты в городе, почти дома. Ты в... болото попала. — начал импровизировать я, лишь бы сгладить углы от произошедшего. — Б-болото? А... А где он? — Кто? — Кот. — Нет его. — Но он же... — Нет его. Я поднял глаза и огляделся. И тут я увидел того, о ком говорила Десембер. Он выглядывал из окна дома Альфис, именно из того же окна, на котором стоял пару минут назад "сынишка" Альфис. Он смотрел на нас, а затем, зыркнув мне прямо в глаза, многоголосо рассмеялся и просто... растворился в воздухе. Я закрыл глаза и вновь посмотрел на свою подругу, обняв её ещё сильнее. — Пошли домой. — обратился я к Десс, помогая ей подняться. С тех пор прошло уже 7 лет. Наш посёлок жил спокойной жизнью, а история о "сынишке" стала простой городской легендой, каковой и была история о хвосте. Кто-то дополнял её, а кто-то — выносил в отдельную легенду. К нам даже приезжали телевизионщики, уфологи и конспирологи разного разлива, но ничего дельного они из местных не извлекли. Со временем воспоминания о происходивших летом 1998 года событиях затёрлись как-то в глубине моего разума, особенно с учётом того, что наш посёлок начал оживать, расцветать и даже расти. Даже Азриэль и Десс поженились, да только на детей всё никак не решатся. Я уж вернулся из колледжа и работаю ныне здесь же, на своей малой родине. Да только вот вся эта моя идиллия была нарушена в один вечер, когда, выйдя на крыльцо, в глубине леса я увидел два глаза — фиолетовый и жёлтый, а под ними — два ряда ярко-белых зубов на фоне огромного кошкоподобного силуэта, который, многоголосо рассмеявшись, растворился во тьме...