Принять неизбежное

Адами курила за углом инфекционного корпуса больницы. Он находился довольно далеко от отделения хирургии, где она работала, и можно было не волноваться, что встретится кто-то из коллег. Забытый богом пустырь, на который выходили стены без окон. Сюда тайно бегали курить постояльцы пульмонологического отделения, забитые жизнью практиканты и прочие неудачники. Адами не хотела идти на работу, несмотря на то, что мечтала о ней всю жизнь. Она недавно закончила медицинский с красным дипломом и пришла в хирургическую интернатуру. Хирургия всегда была страстью девушки. Часами она изучала анатомию мышц, суставов и связок, иногда до самой ночи. Она даже мечтала в будущем попробовать себя в нейрохирургии. И каково было разочарование Адами, когда основной её проблемы стал чёртов вторичный пол. Хирургия являлась традиционной сферой альф, а именно мужчин. Женщины альфы и беты обоих полов смогли добиться уважения не так давно, а омег не было вообще. Правы были преподаватели в вузе, советовавшие выбрать более традиционную для омеги сферу, хотя бы терапию. Но для Адами терапия была слишком долгой и скучной, ей хотелось творить результат своими руками. Поэтому она наплевала на это давление и теперь оказалась там, где оказалась. Абсолютно все хирурги были больными на голову. Доктор Стич изводил её постоянными придирками, а доктор Скарлетелла норовил зажать в каждом тёмном углу. Покоя не было совершенно, вот Адами и собиралась с духом, чтобы и дальше исполнять свою мечту. Она потушила бычок, выпрямила спину и направилась к своему отделению. День предстоял длинный.

***

— Адами, дорогуша, сходи за кофе. Девушка поджала губы. Когда в ординаторской сломалась машинка, доктор Стич стал отправлять её к автомату этажом ниже. Ей уже обрыдло таскаться за кофе для этого высокомерного придурка, но она не могла отказать, ведь именно ему ассистировала во время операций. Вздохнув, девушка встала с удобнейшего кресла и поплелась к автомату. Ноги гудели, опять не получится отдохнуть в и так небольшой перерыв. Этаж пустовал, все пациенты спали или проходили процедуры. Было тихо и как-то тревожно. Адами ждала, пока автомат приготовит кофе, как сзади проявилась высокая фигура с красными волосами. — Час от часу не легче… — пробормотала девушка. Мужчина стоял слишком близко, практически нависая, его рука опустилась ей на плечо. Терпкий запах феромонов альфы заставил девушку поморщиться. — Я уже говорил, что твой запах сводит меня с ума, Адами? — Да, три раза. И это только на этой неделе, — ответила Адами, скидывая руку с плеча. — Вы что-то хотели, доктор Скарлетелла? — Просто хотел увидеть тебя, — глаза мужчины потемнели от возбуждения, — почувствовать… Мужчина прижался к ней сзади, она чувствовала шеей его горячее дыхание. Мурашки побежали по спине. Альфа стоял так близко, он хотел её. «Дело плохо», — пронеслось в голове. Девушка уже раздумывала, куда бы приложить назойливого ухажёра, как её неожиданно спасла медсестра Анна: — Доктор Скарлетелла, вас спрашивал главврач. — Это не может подождать? — раздражённо ответил он. — Не может, так что поспешите. Недовольный мужчина всё же оторвался от Адами и удалился, оставляя её с бешено бьющимся сердцем. — С-спасибо, вы меня здорово выручили, — поблагодарила девушка. — Не за что, — тепло улыбнулась медсестра. — Береги себя, дорогая. Анна была бетой, она не понимала всех этих приколов с феромонами. Но зато работала тут так давно, что легко могла поставить на место любого альфу. Адами восхищалась ей, даже немного завидовала. — О, ты не могла бы зайти к доктору Сильверу в кабинет? Он хотел бы с тобой познакомиться. — Хорошо… Дрожащими руками она взяла злополучный стаканчик и поспешила в ординаторскую. Кто вообще этот мистер Сильвер?

***

— Где ты так долго возилась? — раздражённо спросил доктор Стич. — Ладно, давай сюда. Нам скоро на операцию, шевелись. Вы, омеги, всегда такие медленные? Адами не хотела отвечать, но он и не ждал ответа. Ну почему из всех наставников ей достался такой противный? Операции были тем немногим, что радовало Адами на работе. Она накладывала шов, и получилось очень красиво. Её радость не могло испортить даже то, что доктор Стич опять сбросил на неё всю грязную работу по обработке инструментов. В целом он сносно объяснял, хоть и крайне самодовольно. Особенно Адами бесило, что он держал её за идиотку. Но сегодня её размышления были заняты загадочным доктором Сильвером, поэтому она пропускала издёвки мимо ушей. — Доктор Стич, вы тут, наверное, всё знаете… — начала она. Стоило пользоваться своим положением, раз уж нет иного выхода. — Ну не прямо всё, конечно, — доктор скромничал, но внимание явно было ему приятно. — Кто такой доктор Сильвер? Я сегодня впервые о нём услышала. — А, он тот ещё фрик. Сидит у себя в морге да всё изучает что. Но умён, тут не поспоришь. Лучше не забивай свою хорошенькую голову этим, он странный. Чуть позже Адами подслушала разговор двух старушек в палате. Одна лечилась уже очень долго, ещё до прихода девушки на работу. Оказалось, доктор Сильвер был весьма талантлив и мог бы стать заведующим отделения, но предпочёл карьере эксперименты. Что это были за эксперименты, никто не знал, но, судя по всему, ничего хорошего. И он тоже был альфой, ну конечно. Адами разочарованно вздохнула и твёрдо решила не идти на встречу с непонятным маньяком.

***

Прошло ещё несколько дней. Адами сидела в пустующей столовой за столиком и смотрела ютуб в наушниках. Она хотела побыть одна, поэтому специально не стала обедать в ординаторской. И тут кто-то подтащил второй стул и уселся напротив девушки. Девушка изумлённо подняла взгляд, чтобы рассмотреть наглеца, посмевшего прервать её уединение. Первыми бросились в глаза длинные серебристые волосы, собранные в высокий хвост. Серые глаза, очки-половинки и лёгкая улыбка. Адами догадалась, что это никто иной, как доктор Сильвер. Он был высок, красив и раздражающе спокоен. — Если гора не идёт к мудрецу… — Если вы не заметили, я немного занята, — девушка выразительно уставилась на открытое видео. — Для омеги вы довольно дерзкая, мне нравится. Я доктор Сильвер. А вы, вероятно, доктор Адашино? Адами хотела было ещё нагрубить в ответ, но осеклась. К ней впервые обратился так официально другой врач. Это было неожиданно приятно, даже волнующе. А ещё от него совсем не несло тяжёлыми феромонами альф, ощущался только лёгкий лекарственный запах. Возможно, стоило дать этому эксцентричному врачу шанс. Во всяком случае, просто поговорить. — Да, это я. Почему вы мной заинтересовались? — О, мне просто нравятся умные и целеустремлённые люди, с которыми можно вести диалог. Тот факт, что вы оказались здесь, уже говорит о многом. — Спасибо, — Адами не была уверена, комплимент это или нет, но предпочла считать, что да.

***

С того дня они иногда обедали вместе. Обсуждали новейшие исследования в медицине по большей части. Доктор Сильвер оказался хорошим учителем, слушать его было действительно интересно. Поэтому её не насторожило следующее его предложение: — Доктор Адашино, не хотели бы вы, чисто теоретически, поучаствовать в моих экспериментах? Повисло странное напряжение. Сегодня он выглядел на удивление усталым. Когда альфа просил о чём-то, всё существо Адами хотело согласиться. Но всё же она спросила: — Хм, а что нужно делать? — Пока ничего конкретного, просто могу ли я рассчитывать на вашу поддержку в будущем? — Да, конечно, доктор Сильвер, я с радостью. Держите в курсе. Он действительно видел в ней специалиста, а не кусок мяса, это подкупало. Адами даже начинала думать о нём, как о друге. Впрочем, отдыхать удавалось разве что на обеде, и то через раз. Операции, обходы, ночные смены — всё это выпивало силы. Пациенты тоже не давали покоя. Как только они начинали выздоравливать, тут же пытались ухватить девушку за задницу или что другое. Не все, конечно, но это всё равно портило настроение. Как-то раз в ординаторской Адами пожаловалась: — Чёрт, этот старый козёл из 301 пытался позвать меня на свидание. — А чего ты ожидала? — доктор Стич саркастично поднял бровь. — Ты, может, единственная отрада для их усталых глаз. Это определённо был не комплимент. — Не хочу, чтобы меня воспринимали как красивую куклу, — девушка нахмурилась. — Тогда нужно из себя что-то представлять, — равнодушно ответил Стич. Это было нечестно. Адами с трудом сдерживала слёзы — до такой степени это было обидно. Она столько училась ради этого. Ему, альфе, и не снилось, через что она прошла ради этой работы. Неожиданно на помощь пришёл доктор Скарлетелла: — Ну же, Стич, не обижай девушку. Адами у нас очень талантливая, — и потрепал её за щёку. — Смотри, какая милашка. От такой помощи стало только противнее. — Ладно, пойдём курить, — собрался уходить Стич и напоследок бросил девушке: — Поставишь грязные тарелки в машинку? Не дожидаясь ответа, он вышел. Доктор Скарлетелла не спешил составить ему компанию. Пока Адами растерянно стояла перед горой грязной посуды в раковине, он оказался сзади, очень близко. Адами замерла, чувствуя горячее дыхание склонившегося мужчины на своей шее. — Адами, ты действительно невероятна; понимаю, почему они не могут устоять. Его руки обнимали девушку за талию, что выходило за рамки приличий, но Адами боялась пошевелиться. Шея была слишком интимным местом. Она слышала, как до скрипа сжимаются челюсти альфы, с трудом сдерживающего себя. — Если ты только скажешь, я могу… поделиться своим запахом, чтобы они больше тебя не беспокоили. «Это он так меня трахнуть предлагает?» — кисло подумала Адами. К её невероятному облегчению, им помешали. Доктор Сильвер появился в самый подходящий момент и сухо покашлял. Доктору Скарлетелле оставалось только сделать вид, что он ничего такого не имел в виду, и пойти курить. — С-спасибо, — слабо поблагодарила Адами. Она развернулась к недельной горе посуды и уныло принялась ставить её в машинку. Хоть девушка практически и не ела в ординаторской, предполагалось, что этим должна заниматься она. И Адами очень сомневалась, что интернов-альф тоже принуждали это делать. Уж они-то не тратили свой перерыв на уборку за всем коллективом. Руки дрожали, а в глазах всё расплывалось от слёз, девушка всхлипнула. И неожиданно заметила, что доктор Сильвер подошёл ближе. Аккуратно взял трясущуюся руку девушки в свои ладони. Внимательно глядя ей в глаза, он сказал: — Доктор Адашино, вам нужно успокоиться. Руки хирурга не должны дрожать, так что присядьте пока. Этой доброты она уже не могла вынести. Адами разревелась, сама кидаясь в объятия доктора с серебристыми волосами. И хотя она понимала, что слезами испачкает его халат, не могла остановиться. Он обнял её в ответ, поглаживая по спине. — Ну-ну, не плачьте, доктор Адашино. Вы сильнее, чем думаете, вы справитесь. Они ещё признают ваш талант. Адами уткнулась в шею доктора и впервые ощутила слабый, но очень приятный аромат феромонов альфы. Запах успокаивал, дыхание стало ровнее. Наверное, именно поэтому ей не показалась странной вся эта ситуация. Позже она сидела на диване и отстранённо наблюдала, как ловкие руки хирурга расправляются с грязными тарелками. Всё было не так плохо, ведь рядом был доктор Сильвер.

***

— Проклятие! — выругалась Адами, созерцая проливной дождь за окном. Проходящая мимо бета нахмурилась — видите ли, омеге не положено ругаться. Ну и пошла она в жопу! Дождь сейчас был действительно некстати. Смена выдалась тяжёлая, ещё и доктор Стич опять кинул на Адами всю обработку и стерилизацию инструментов. Девушка долго провозилась и теперь собиралась с духом перед выходом на улицу. — Адами, милая, неужели ты пойдёшь под этим ужасным ливнем? — это была медсестра Анна. — Неужто нельзя остаться на ночь? — А что поделать? Скоро последняя электричка, а мне обязательно надо быть дома. Нужно кошке дать таблетки. Адами была растрогана, что кого-то ещё волнуют её дела. Почему-то другие медсёстры относились к ней довольно холодно. — Жаль, я сама без зонта сегодня, — медсестра сочувственно вздохнула и ушла. Адами уже собиралась выходить, как столкнулась с доктором Скарлетеллой. — О, вижу, наша милая Адами сейчас промокнет под дождём, — безумно улыбнулся мужчина. — Как хорошо, что у меня есть зонт и я могу проводить тебя до электрички. — Э-э-э, нет, спасибо, — попыталась отказаться Адами, но её уже втянули под красный зонт. — Ты же не хочешь простудиться и заболеть? Или опоздать на электричку, пока мы тут спорим? В любом случае я не пущу тебя в таком виде, — пальцы мужчины крепко сжимали запястье Адами. В его словах было рациональное зерно, но девушка чувствовала слишком очевидный подвох. От феромонов мужчины кружилась голова. Отказать альфе было противоестественно, но необходимо. И в обычное время она бы нашла в себе силы отцепить от себя навязчивого поклонника, но сейчас сил критически не хватало. Она мало спала и много работала — плохой набор, чтобы оказывать сопротивление. Адами поняла, что проще будет сдаться. — Доктор Адашино поедет со мной, — голос прозвучал, как спасение. — Доктор Сильвер? — Адами воспряла духом. — Мы с Адами идём вместе под зонтом, — доктор Скарлетелла не хотел отпускать свою добычу. — Кажется, доктор Адашино не в восторге от этой идеи. Так ведь? Адами немного дёргано кивнула. Сердце сделало бешеный кувырок. Красноволосый мужчина нехотя разжал хватку. Его взгляд мог убить, но доктор Сильвер выдержал его с достоинством. Он положил руку на плечи девушки и мягко направил к своей машине, укрыв их обоих прозрачным зонтиком. — Я могу сама добраться до станции, — вяло запротестовала Адами. — Это не обсуждается, это вопрос здоровья, — альфа был непреклонен. На самом деле Адами и не хотелось, чтобы тёплая рука доктора Сильвера отпустила её. Она снова ощутила запах его феромонов. Он смешивался с запахом дождя и успокаивал. Мужчина вбил на навигаторе адрес, продиктованный девушкой. — Как ваши дела? Выглядите неважно. — Всё в порядке, просто немного устала. Это была неправда, на самом деле Адами готова была отрубиться в эту же секунду. Но всё же желание поддержать разговор пересилило сон. Она пожаловалась, что сейчас уже достигла своего предела и что объяснения доктора Стича её больше не устраивают. — Он меня за дуру держит. Сегодня спросил меня, что такое ахдез! Это даже студенты знают, а тут уже полгода работаю! — Вы, кажется, переросли своего наставника. — Ах, если бы был кто-то, кто хорошо объясняет. Кто-то вроде вас, доктор Сильвер. Я знаю, вы предпочитаете работать в одиночестве, но вдруг вам захочется меня поучить. — Я подумаю, что с этим можно сделать. Ваше упорство заслуживает награды. Адами откинулась в кресле и отстранённо смотрела на серебристые капли, бегущие по стеклу, и на красивый профиль своего коллеги. Его серебряные волосы чарующе мерцали в полумраке сумерек. Последнее, что она услышала перед сном, были слова доктора: — Не волнуйся, за помощью ты всегда можешь обратиться ко мне. Проснулась Адами уже в своей кровати. Это было странно, она не помнила, как добралась до квартиры. Наверное, она сказала доктору Сильверу номер квартиры и он проводил её. Впрочем, этого она тоже не помнила. Но рассуждать об этом не было времени. Адами резко подскочила с кровати, осознав, что так вчера и не дала кошке таблетки. Пока, чертыхаясь, девушка пыталась справиться с кошкой, доктор Сильвер совсем выпал из её головы.

***

Это был переломный момент в карьере Адами. Она даже не собиралась заходить в ту палату, но интуиция подсказала, что нужно. Это был стабильный пациент, которого скоро собирались выписывать. Адами насторожил звук, с которым он дышал, — влажный и хлюпающий. Девушка бросилась к пациенту — синюшные слизистые, частое дыхание. Забыв про фонендоскоп, она приложила ухо к его груди и услышала бульканье жидкости. Несмотря на экстренность ситуации, Адами чувствовала себя на удивление спокойно. Она выскочила из палаты, чтобы сообщить о развивающемся отёке лёгких лечащему врачу, но никого не оказалось поблизости. Времени искать доктора Стича или кого бы то ни было уже не было, счёт шёл на секунды. Поэтому Адами приняла единственно верное решение — она ввела пациенту лекарство самостоятельно. И это оказалось своевременно. Когда спустя десять минут в палате собралась добрая половина врачебного состава, жизни пациента уже ничего не угрожало. Адами была вне себя от счастья. Её первый спасённый пациент, удачно принятое решение. Однако доктор Стич воспринял это не так радостно. — Адами, какого хрена?! — отчитывал он её позже в ординаторской. — Я же говорил все решения согласовывать со мной! — Вас не было на месте, а ему нужен был фуросемид. Я поступила так, как считала нужным, учитывая обстоятельства. — Это не имеет значения! Вы, омеги, никогда ничего не можете сделать нормально. «Почему это происходит со мной?» — расстроенно думала девушка. Вместо того, чтобы похвалить, её ругают. Почему всё всегда получается не так, как она хочет? Но был человек, готовый заступиться за неё: — При отёке лёгких каждая минута промедления опасна, и вы об этом прекрасно знаете, — глаза доктора Сильвера горели холодным огнём. — И это именно вас не было на рабочем месте в рабочее время. — Ладно, ладно, — доктор Стич явно был застигнут врасплох. Одно дело — срываться на интерне-омеге, и другое — спорить с более опытным сотрудником-альфой, — просто пусть больше не самовольничает. И вообще, она вчера перепутала лавсан с кетгутом. «О нет, он припомнил тот случай!» — вспыхнула Адами. — Все совершают ошибки. И мы здесь, чтобы помочь доктору Адашино во всём разобраться, это обязанность старших. С этого дня я лично возьмусь за её обучение. Доктор Сильвер похлопал девушку по плечу, выражая поддержку. Доктора Стича аж перекосило от ярости. Он с ненавистью уставился сначала на доктора Сильвера, а затем на Адами. Подошёл к ней вплотную и прошипел: — Думаешь, достаточно задницей повертеть перед нужными людьми — и всё будет как ты хочешь? — и, не дождавшись ответа, вышел из ординаторской, хлопнув дверью. Адами была слишком растеряна, чтобы что-то отвечать. Уж очень много всего произошло за сегодня.

***

Прошло четыре месяца. Работа под началом доктора Сильвера шла гораздо лучше, чем до этого. Он много рассказывал и показывал. Иногда они до ночи задерживались на работе и он на конкретных примерах объяснял тонкости лечения. Рентгеновские снимки заполнили телефон Адами, а новые статьи она читала с запойным интересом. А ещё он показывал ей свои личные исследования новых препаратов. Девушка не была уверена в легальности данной деятельности, но научный интерес перевешивал. Иногда он даже привозил её на работу и всегда отвозил домой. Он говорил, что опасно молодой девушке ездить ночью. Адами, наверное, была почти счастлива, если бы не смутное ощущение тревоги. Все удивлялись, что у нелюдимого доктора появилась своя ученица. Странные слухи поползли. К тому же отношения с другими её коллегами стали крайне напряжёнными. После случая с зонтом Адами откровенно боялась оставаться с доктором Скарлетеллой один на один, поэтому избегала его. Доктор Стич же вообще при каждой удобной возможности намекал, что она просто использует своё очарование омеги. Из-за этого она смущалась говорить с доктором Сильвером о личном, чтобы это не выглядело странно. Было сложно. Поэтому в тяжёлые моменты Адами продолжала бегать курить за угол инфекционного корпуса. Сегодня был как раз такой день. К счастью, никого не было на том пустыре и можно было поплакать в одиночестве. Тот самый пациент, которого она спасала, решил отказаться от дальнейшей помощи. Он уже написал отказ от реанимации. В этом не было ничего удивительного, ведь с тех пор ему так и не стало лучше. В шее нашли опухоль, которая передавливала спинной мозг. При попытке её удалить ему парализовало всё тело. Никто не захотел бы жить в таком состоянии. — Это из-за мистера Чоппхеда? — раздался участливый голос. Адами подняла заплаканное лицо на мужчину с серебристыми волосами. Она сидела на корточках, прислонившись к стене. — Как вы нашли меня? — По запаху, — ответил доктор немного смущённо. — Я понимаю, что иначе никак, но всё равно не могу смириться. — Понимаю, это ваш первый раз, — доктор присел рядом с Адами. — Грустить — это нормально. Я тоже к нему привязался. Адами зажгла очередную сигарету. Её уже тошнило от никотина, но хотелось ещё сильнее добить себя. Но неожиданно доктор Сильвер выхватил сигарету из рук девушки и потушил об асфальт. — Вы должны принять неизбежное, доктор Адашино. Такова наша профессия, — его голос стал непреклонным. — И перестаньте вредить себе. Когда доктор ушёл, Адами ещё некоторое время обдумывала его слова. Принять неизбежное…