2061. Создатели.

17 сентября 2061 года Россия, Санкт-Петербург Время 09:36 (время Московское) Моё имя Лис Манфред Пожарная машина медленно плыла над крышами домов. Мы двигались от Гаванской улицы вглубь острова. Сначала я приказала идти, как можно ниже. Но я быстро поняла, что зрелище, которое открывалось внизу, было настолько чудовищным, что разглядывать всё это в деталях я просто не в состоянии. Да и не нужно никому сейчас подробно знать какого цвета платье было на девочке, лежащей в луже крови с разбитой головой или каких пород собаки носятся по улицам, убивая и калеча самых слабых своих сородичей. Движения на улицах было мало. Действительно, кое-где мы видели небольшие группы собак, в растерянности бегающих между бездыханных человеческих тел, но на этом всё. Автомобили и наземный транспорт стояли неподвижно в полном беспорядке, но почти все они были целыми. Очевидно, в момент заражения, люди, бывшие за рулём, успевали затормозить и выйти из машины прежде, чем разум полностью покидал их. Успевали выйти, но больше уже не могли ничего – по расположению тел можно было понять, что люди, выйдя из машины или из парадной своего дома, тут же с остервенением набрасывались друг на друга…. Они убивали, сильные убивали более слабых, поэтому на залитых кровью тротуарах, во дворах и в скверах, лежали тела в основном женщин детей и стариков…. И смотреть на это было невыносимо. — «Лис, как обстановка? Доложи кратко», — голос Романа по внутренней связи звучал холодно и отрывисто. Я подумала, что это защитная реакция – система, пытаясь совладать со стрессом отключает эмоции. И тут же поняла, что ему от этого не легче. — «Я посылаю в штаб видео с внешних камер автомобиля…», — произнесла я. Не закончив фразу, я уже знала, что говорю не то. — «Лис…, ты полагаешь, что у меня есть время просматривать видео. Сосредоточься…. Мне нужна сводка, а не бла-бла…. Чёрт, Лис, я не вывожу это…. Понимаешь? Это не мой уровень. Пожалуйста, хоть ты не тупи…». — «Прости…, я тоже не вывожу…. Нет, нет, я не жалуюсь. Вот коротко, короче некуда – на обследованной территории, от Гавани до четырнадцатой линии при беглом визуальном осмотре живых людей нет…. Тут нет живых людей, Ромка, только трупы и по улицам бегают собаки…», — сказала я, не замечая, что по щекам у меня текут проклятые горькие слёзы…. «Жидкость, для увлажнения глаз, как сказал бы Маркус», — подумала я и зажала ладонью рот, чтобы не всхлипнуть и не выдать себя — «Ясно…, — сухо ответил Роман. — Да, Лис, ещё информация для тебя, — добавил он скороговоркой, — твои друзья, по крайней мере с их слов, настойчиво, с упорством, достойным лучшего применения, бомбардируют все доступные инстанции просьбами связать их с тобой. Я запретил Торри.... Посчитал, что информация не экстренная, так как речь не идёт о чьей-то безопасности. Но сейчас, наверное, можно.... Пока ты на острове.... Одним словом, свяжись с Торри. Я снял запрет. Сама решишь, что делать..., и нужно ли что-то делать...». — «Гениально, Рома...! Ты ограничил передачу мне информации? Серьёзно? Может я сама в состоянии решить, важная она или нет? А, Рома? Чего молчишь?», — выпалила я, мгновенно об этом пожалев. — «Я снял ограничения. Извиняться не буду. Конец связи», — жёстко отрезал Роман, действительно отключив связь. Что же, злиться на Романа, на которого сейчас свалилась ответственность, явно превосходящая его возможность, было бессмысленно. Я заставила себя погасить раздражение и вызвала Торри. Секретарь нашего офиса ответила мгновенно. — «Лис, привет, у меня для тебя информация. Прости, что сразу не передала. Райан..., то есть Роман наложил запрет..., не знаю почему. Только что снял.... Там много однотипных сообщений. Тебе все передать? Я отсортировала их, могу в хронологическом порядке, могу объединить в папки совсем одинаковые...», — Торри говорила быстро, но чётко, по-деловому. — «А можно суть? Общий смысл, так сказать.... Есть в них смысл? Да, и главный вопрос – какие такие друзья?». — «Можно, конечно, я всё подготовила. Сообщения, в том числе голосовые, отправляли двое – некий Иван и некая Маша, Мария…, я полагаю. По сути сообщений ясно, что Иван действовал от лица Маши, пытался воспользоваться более близким знакомством с тобой. Суть сообщений...». — «Постой, Торри, а связь с ними есть? Прямая связь. Они где сами находятся?». — «Да, да, связь есть с обоими. Они в разных Ульях, но мы знаем где и можем им позвонить. Без проблем...». — «Окей.... Так, говоришь Иван и Маша, но запрос изначальный исходил от Маши.... Тогда соединяй с ней. А то получится испорченный телефон». — «Не волнуйся, сейчас всё будет. У нас связь исправна», — сказала Торри, не поняв отсылку к давно устаревшей игре в испорченный телефон». В нагрудном кармане коротко крякнул фон. Я его так редко использовала, что пару секунд не могла сообразить, откуда шёл звук. Вытащив эластичную пластину, я прикосновением приняла вызов. «Почему не интегрировать устройство связи куда-то в руку, например. Было бы удобно», — мельком подумала я, поднося фон к уху. — Госпожа Манфред? — взволнованный срывающийся голос в трубке показался мне незнакомым. — Да…, — ответила я сухо. — Я…, я Маша…, Маша…, вы помните? Мы познакомились…. У меня разноцветные волосы и собаки…, и кошки…. Вы не помните, да? — девушка говорила быстро, глотая окончания слов и, похоже, едва сдерживала слёзы. При упоминании цветных волос и собак я вспомнила эту девушку — полненькую Машу, её спутника Фила, парня с дредами и то, как они беспокоились о своих домашних питомцах. — Маша, я тебя помню. Мы познакомились на экскурсии в Улей. Что у тебя случилось? — произнесла я, как можно спокойнее. — Госпожа Манфред…. — Лис, — мягко поправила я, — называй меня Лис и на ты, пожалуйста. — Да…, хорошо… Лис. — Так что стряслось? Если можно, кратко…. — Я понимаю…, да…. Кратко…. У меня случилось…. У меня Фил на Ваське…. Фил это мой парень…. — Понятно, — прервала я, — ты не можешь связаться со своим другом. Правильно? — Нет…, то есть да…. Не в этом дело…. Я поехала рано утром на объект на север. Мы с Филом дизайнеры и работаем дома. Но пришлось ехать на привязку к местности с инженером, а он никак не мог в другое время, только в семь утра…. Да…, это не важно, я поняла, извините. Дело в том, что Фил остался с собаками. Мы ночью с ним работаем. Погуляли с четырёх до пяти утра, и он лёг спать, а я уехала. А когда всё началось…, я…, нам всем и опомниться не дали – почти силой затолкали в автобусы и вот я в этом…, как его… улье…. — То есть ты переживаешь за собак? Или за Фила? И что ты хочешь, чтобы я сделала? Ты проверила его по базе? Если он эвакуировался…. — Нет его в базе…. — Маша…, тебе нужно ждать, сейчас такая неразбериха везде…. Будет информация, я тебе сообщу, — сказала я, понимая, что Фил, скорее всего, уже мёртв, а собаки…. — Понимаете, — срывающимся голосом перебила меня Маша, — там Фенечка, старенькая, она боится всего. Дуня… метис колли, совсем безобидная. А Бой…, Бой будет их защищать, я знаю. Бой помесь кавказской и восточноевропейской овчарки, он крупный и сильный…. — Маша, что ты хочешь, чтобы я сделала? (Не говорить же ей, что старая Фенечка и безобидная Дуня уже, скорее всего мертвы, а крупный агрессивный Бой или тоже пал в бою или возглавил одну из стай, которые сейчас носятся по острову). — Пожалуйста…, я умоляю, Вы же рядом…, мне сказала Торри, ваш секретарь, что вы на Ваське…. Посмотрите…, что там…. Карташихина…, улица Карашихина дом семь…. — Хорошо…, я посмотрю, скинь мне точные данные квартиры, номер, этаж, куда выходят окна, код замка входной двери…, — сказала я, чертыхаясь про себя. — Спасибо!! Вы же позвоните мне? — шмыгая носом произнесла Маша с такой надежной в голосе, что мне стало больно. — Позвоню, жди…, — ответила я, отчаянно ругая себя за сентиментальность и с ужасом представляя себе, как я буду звонить ей и рассказывать, что там увижу. «В лучшем случае там никого нет», — с робкой надеждой подумала я. Место это я знала, как свои пять пальцев. Ещё бы – я же здесь выросла. Вон проплыл под нами мой родной двор. Ярко жёлтая осенняя листва, ещё довольно густая, скрывала то, что происходило на земле. Но мне не нужно было видеть, я и так знала…. Трупы, трупы трупы…. Мне приходилось делать над собой усилие, чтобы не свалиться в истерику и не начать завывать от увиденного непоправимого и невероятного горя. Старый кирпичный дом, обычный для этого района. Пятиэтажка…. Я сверилась с данными, которые прислала Маша и приказала пожарным опустить транспорт на землю возле третьего подъезда. Я была готова ко многому, но то, что мы увидели на лестнице, кажется, заставило содрогнуться даже видавших виды пожарных и Мирмидонцев. Пирс, вошедший первым, пустил впереди себя кибера и поднявшись на один пролёт, замер, как вкопанный. — Что там, Пирс? Чего встал? — раздражённо бросила я, протиснулась мимо своего начальника охраны и тоже встала…. Весь следующий лестничный пролёт был бурым от запёкшейся крови и буквально завален трупами детей…. Тор, который, очевидно, никаких эмоций по этому поводу не испытывал, деловито обнюхивал маленькие тела. «Откуда…», — начала было думать я, но в этот момент подняла глаза и увидела яркую вывеску на стене «Детский сад Улыбка» …. — Ничего не трогать, — приказала я и начала подниматься по окровавленной лестнице, стараясь не смотреть на искалеченные тела. Получалось плохо…. «Всё закончится и сюда придут специалисты, всякие эксперты…. Наверное, правильно будет всё тут оставить, как есть…, как на месте преступления», — думала я в тщетной попытке рациональными мыслями замаскировать окружавший меня кошмарный сон. — Эта квартира, — Пирс кивнул на открытую дверь на третьем этаже. — Останови Тора, — крикнула я, но поздно…. Из квартиры раздался истошный лай, Пирс одним прыжком заскочил в коридор. Я задержалась на долю секунды и когда я оказалась в дверях комнаты, грохнул выстрел. Крупный серый пёс прыгнул вперёд, намереваясь вцепиться в шею Тору, взвизгнул и упал замертво. В углу за кроватью сжались, скуля от страха, ещё две собаки. — Зачем?! — я с силой ударила Пирса в грудь. Монументальный Мирмидонец чуть пошатнулся и сделал шаг назад. — Животное проявило агрессию. Я действовал по инструкции…, — развёл руками Пирс. — Зачем ты убил его? Кому он угрожал? Тебе или твоему киберу? А? — Но я…, я не убил…. — Что!? Что…, — я с трудом перевела взгляд на оружие в руке Мирмидонца. Пирс на вытянутой руке показывал мне оранжевый пластиковый пистолет, вовсе не похожий на его боевое оружие. «Игольник…, это же ветеринарный пистолет», — сообразила я и тут же устыдилась тому, что только что кричала на своего начальника охраны, который просто выстрелил в собаку транквилизатором. Я мысленно поблагодарила того, кто составил такую гуманную инструкцию и снабдил андроидов игольниками, и подошла к собаке. Пёс действительно спал. Я обернулась, чтобы посмотреть, почему вдруг затихли две другие собаки и увидела картину, достойную премии за трогательность – мои грозные мордовороты Мирмидонцы, присев на край кровати, гладили испуганных маленьких дворняжек. Собачки выглядели так, как будто прощались с жизнью, но скулить перестали, возможно, от ужаса. — Пирс, нужно обследовать квартиру…. — Уже сделано, — мгновенно ответил Мирмидонец, — Тор доложил, что людей в квартире нет…, ни живых, ни мёртвых. — Тор доложил? Как это…? — Я его слышу и понимаю…, не могу словами объяснить, — смутился Пирс. — Хорошо…, потом расскажешь мне подробнее. Сейчас мне достаточно знать, что ты получаешь от него информацию напрямую. Нужно было решить, что со всем этим делать, причём быстро. Но в этот раз, как ни странно, всё решилось само. Всегда бы так…. — Андроид огнеборец 07 23 01. Я вызвал машину из ветеринарной клиники, они будут через пару минут, — заявил вошедший в квартиру старший пожарного отряда. — Но я не просила…, — слегка удивилась я. — И почему из клиники? Тут, вроде как, никто не пострадал…. — Я получил от андроида Мирмидонца Пирса сообщение о необходимости эвакуации домашних животных из этой квартиры, три собаки и две кошки. Я послал запрос и получил информацию о том, что в ветеринарной клинике на Морской набережной есть подходящее место и, кроме того, мне удалось связаться с работающим там андроидом. Андроид готов принять животных и обеспечить им должный уход прямо сейчас. — Кошки! — вспомнила я. — Где они? — На кухне, прячутся под столом. Тор их нашёл, — отозвался Пирс. — Напугал, поди…, — беззлобно проворчала я, радуясь, что тут всё так легко решается. О том, что такое везение не к добру, я тогда не думала. В этот момент в квартиру вошла миловидная женщина. Я вздрогнула – живой человек, здесь…. Но через секунду я увидела и опознавательные знаки андроида, и бейдж с именем. Просканировав вошедшую, я мгновенно узнала, что это что это MJ700, новая модифицированная версия, созданная специально для ухода за домашними животными и работы в ветеринарных клиниках. Звали андроида Люся…. — Так, Люся…. Нет, нет, не нужно официально представляться. Ты справишься с загрузкой? Три собаки, самая агрессивная спит. Два перепуганных кота. — Перечисленных животных я смогу забрать сама…, — уверенно сказала андроид, — но от вашей помощи не откажусь, — тут же добавила она, бросив взгляд на Пирса. «Она что, флиртует? — удивлённо подумала я. — Хотя…, может показалось». — Пирс, организуй погрузку, помоги Люсе. — Есть. Андроиды начали действовать. Было видно, что Пирс установил с Люсей канал связи. Я не стала влезать, решив, что они сами управятся. Проворная Люся без лишних церемоний весьма профессионально упаковала котов в приносные боксы. А Пирс…. Он каким-то невообразимым образом успокоил двух собак, надел на них ошейники, пристегнул поводки и к выходу из квартиры тронулась процессия — впереди Тор, внимательно сканирующий пространство перед собой, за ним Люся с двумя переносками, далее Пирс, ведущий на поводках притихших собак. Завершал впечатляющую группу Мирмидонец Шон со спящем Боем на руках. Я буквально на минуту задержалась, решая, нужно ли захлопнуть дверь или оставить всё, как есть, как место преступления. Но, после нашего вмешательства, тут всё равно всё нарушено, решила я, закрывая входную дверь. Мне предстоял спуск по окровавленной, заваленной мёртвыми телами лестнице. Жаль, что я не умею летать – хотелось выпрыгнуть в окно…. — «Лис, Ты нужна мне здесь! Немедленно!!», — ворвался в моё сознание голос Романа. — «Где?», — коротко спросила я, почувствовав, что сейчас иначе нельзя. — «Площадь Труда…. Твоя задача не пустить заражённых на Конногвардейский бульвар». — «Но у меня два бойца и один кибер…. Могу пожарных задействовать, но они не вооружены. Боеприпасов на пять минут серьёзного боя. А дальше что? В рукопашную»? — «Лис, ну куда ты…, впереди паровоза…. Двигайся на место, как можно быстрее. Остальное в файлах, я тебе кинул…. Всё…. Прибудешь – доложи». *** Проскочить мимо места событий оказалось абсолютно невозможно. Густая, зловещая толпа приближалась с Площади Труда, стекаясь со всех прилегающих улиц и переулков, словно мутная, ядовитая река. На площади группа Мирмидонцев держала оборону. Но даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять – оборона трещит по швам и скоро рухнет. Мирмидонцы стреляли, их штурмовые винтовки выплевывали свинцовую ярость, не умолкая ни на секунду. Массивные, чёрно-серые киберы сражались рядом со своими проводниками, уничтожая тех, кто прорвался сквозь заградительный огонь. — «Лис!» — услышала я голос по внутренней связи. — Займи оборону возле ограды Николаевского, я дам тебе пять юнитов Мирмидонцев. Пожалуйста, умоляю, не лезь вперёд. Слышишь, Лис? У тебя есть Пирс, назначь его старшим. Пирс сражался вместе с Маркусом и Первым ещё в тридцать девятом, у него есть бесценный боевой опыт. Отдай тактическое руководство своему начальнику охраны, это будет правильно. — «А что, по-твоему, буду делать я? «Вперёд не лезь». «Отдай руководство Пирсу»…. А мне чем заниматься, крестиком пойти вышивать?» — в моём голосе прозвучала горькая насмешка, которую я не смогла скрыть. — «Не надо крестиком…» — голос Романа звучал глухо, как у очень усталого человека. — «Представляешь, Лис, насколько мне трудно? Мне отчаянно нужна твоя помощь, здесь и сейчас. И не детский сад с обидами на пустом месте, а настоящая помощь, по-взрослому. Неужели ты сама не в состоянии понять, что тебе делать? Наша задача – не дать им прорваться, любой ценой... Поэтому я говорю тебе – отдай тактику Мирмидонцу. На тебе стратегия. Ты должна видеть картину боя в целом, а не метаться со штурмовой винтовкой в боевом режиме, когда ты видишь только противников перед собой и не знаешь о том, что происходит на других участках». — «Поняла… Постараюсь, — выдавила я, и голос прозвучал слабо и неуверенно. — Рома… то, что я вижу сейчас, просто ужасно. Откуда столько людей? Хотя нет, не отвечай, я, кажется, знаю…» — «Да, их много, убийственно много... И становится всё больше и больше. Не уверен, что мы сможем их сдержать, но мы должны хотя бы попытаться». — «А как с эвакуацией? Далеко от нас люди, которые не заражены?» — «Общую сводку запроси у Тори. Проблема в том, что у нас за спиной Исаакиевский собор...» — «И что? — искренне не поняла я. — Заражённые, вроде как, вандализмом не занимаются, так что историческим зданиям ничего не грозит…» — «Какие здания? Причём тут здание? В соборе люди, Лис! Верующие, которые укрылись в храме. Та же история, что у тебя на Ваське…» — «Много?» — едва выдохнула я, в ужасе представив себе битком набитый людьми огромный собор. — «Не очень много, слава Богу… или кто там этим всем управляет. Почти всех удалось вывести, но там остались священники, весь клир, и около 200 прихожан. Пропустим заражённых ещё метров на 500 ближе к собору – и спасать там будет уже некого». — «Мы остановим их прямо здесь», — с внезапной, почти истеричной уверенностью произнесла я, понимая, что вру, причём вру в первую очередь самой себе... — «Не нужно ничего говорить – нужно делать, Лис. Приземляйся внутри ограды, пофиг на клумбы. Мирмидонцы уже в бою. Я отправляю Пирсу данные бойцов. Но ты должна дать ему команду, лучше если полную автономку…. Доверься ему. Пусть парень работает…» — «Я поняла, всё сделаю. Мы на месте…» — «Конец связи. И… не лезь на рожон, умоляю…» Совет «не лезть на рожон» был, конечно, хорош. Но, похоже, на грани фантастики. Мы приземлились у входа в Николаевский дворец, безвозвратно уничтожив разбитые там цветники. Пахло осенью и смертью. Тут уже стоял военный транспорт. Пирс со своими бойцами, не оглядываясь на меня, тут же выскочил за ограду, и я услышала по внутренней связи его чёткие команды. Получив полную автономность, мой начальник охраны мгновенно взял под контроль все пять юнитов Мирмидонцев и вступил в бой. Я дала системе команду проанализировать файлы, которые прислал мне Роман. Это заняло меньше секунды. Выяснилось, что моего срочного внимания требовала только одна задача – пополнение боезапаса у Мирмидонцев. Ну что же, снабженец – это очень достойная должность для боевой машины…. Я отдала распоряжение старшему отряда огнеборцев, и пожарные организованно начали сновать между военным транспортом и бойцами. Я чувствовала себя лишней. Мирмидонцы с киберами сражались под командой Пирса. И было ощущение, что ситуацию нам удалось переломить. Толпа заражённых не становилась меньше, но плотный огонь заставил их значительно замедлиться. Бой начал больше походить на безжалостное избиение беззащитных. Гора окровавленных трупов на площади становилась всё выше и выше. Но люди с пустыми мёртвыми глазами не чувствовали боли и не знали страха. Они перепрыгивали, перелезали через тела своих павших товарищей, скользили в их крови, но продолжали слепо и упорно бежать вперёд, стараясь добраться до андроидов и киберов. — «Лис, как у вас, держитесь?» — по внутренней связи голос Романа звучал ещё глуше, чем раньше. — «Ром, у нас огромное количество погибших заражённых, но нам удаётся их сдерживать». — «Сразу сообщи, если что-то изменится. У меня тревожные новости. Сведения не проверенные. Буду знать точно – скажу. Нам, возможно, придётся отступить…» — «Отступить? Отступить!? Ты сдурел!? Куда отступить!? Там же люди…» — «Не кричи…» — устало, почти шёпотом произнёс Роман. — «Мы делаем всё, что можем, и даже больше». — «Но мы держимся!» — в отчаянии крикнула я и осеклась. Сквозь непрерывный рёв плотного огня, который вели Мирмидонцы, я отчётливо услышала автоматные очереди, которые раздавались издалека, со стороны набережной. В эту же секунду возле меня оказался Пирс в сопровождении Тора. Дальше события развивались намного быстрее, чем о них можно рассказать. — Госпожа Манфред, мне нужны указания. У нас новые вводные – противник вооружён. Я приказал бойцам отойти под прикрытие зданий. Мы продолжаем удерживать позиции, но сил недостаточно. Необходимо подкрепление. Иначе мы начнём терять бойцов. Мы готовы умереть… если будет приказ. Но наша смерть не остановит противника. Пирс, внешне, как обычно, невозмутимый, смотрел прямо перед собой. Его кибер, коротко взрыкивая, неподвижно стоял у его ноги, очевидно удерживаемый жёстким приказом. А я чувствовала себя абсолютно беспомощной и совершенно бесполезной, как парадная кукла, которую выставили в витрине, которая ничего не знает и ничего не умеет. Нет, перейдя в боевой режим, я, конечно, могу превратиться в свирепую мясорубку… А толку? Приказать Пирсу держаться во что бы то ни стало? Это всё равно, что приказать им умереть. Приказать отступить? Тогда умрут люди в соборе. Но если мы все здесь умрём, то как это поможет людям? Да никак… Пирс молчал, я молчала. А вражеские автоматные очереди звучали всё ближе. По внутренней связи мы получили сообщение, что один Мирмидонец повреждён и не может продолжать бой. «Ну вот и всё», — промелькнула у меня в голове неконструктивная мысль. Мне показалось, что я стою неподвижно очень долго, но на самом деле прошло несколько секунд. Из ступора меня вывел яростный бросок кибера. Тор, чёрно-серой молнией весом в центнер, прыгнул и вцепился в шею крепкому парню, который перелез через ограду за нашей спиной. Одним сокрушительным ударом зубов кибер почти отделил голову от плеч и отбросил в сторону содрогающееся в судорогах тело. Но на ограду, вслед за убитым, уже лезли такие же спортивные крепкие мужчины. Человек двадцать, если не больше. Они карабкались вверх, мешая друг другу, медленно, но упорно. — «Лис, мы отходим! — голос Романа остановил мой переход в боевой режим. — Забирай Мирмидонцев и пожарных и занимай оборону в начале Конногвардейского бульвара, в районе Манежа. Я пытаюсь перекрыть прилегающие улицы и набережные. Не дадим им прорваться на площадь. По крайней мере постараемся. Выиграем время. Ты меня слышишь? Это приказ!» — «Ты не можешь мне приказывать!» — огрызнулась я, и тут же мысленно обругала себя дурой, так как получила сообщение о ранении ещё одного Мирмидонца и гибели двух киберов. — «Чёрт, Лис, ты дура?» — мгновенно подтвердил диагноз Роман. — «Да… я дура… Я отвожу бойцов к Манежу. Людей в соборе мы списали, да?» — «Лис…!» — «Всё, я поняла… отходим… Рома, у нас заражённые вооружены… Есть потери». — «У нас тоже… Конец связи». Возле меня уже шёл неистовый бой. Пирс в упор расстреливал напирающих заражённых, Тор рвал их зубами, а я продолжала стоять, как тупая корова на солнечной лужайке. Я кинула Пирсу приказ отводить бойцов и дала ему полную автономность. Мирмидонцы, как всегда, сработали быстро и чётко. Уже через пару секунд я поднималась в воздух на пожарном автомобиле и наблюдала сверху, как бойцы, прикрывая друг друга, организованно отступают. Но радости увиденное мне не принесло. Кажется, мы только оттягивали неизбежный финал. Количество заражённых людей всё увеличивалось, они заполонили уже все прилегающие улицы и неумолимо двигались вперёд. Сверху я разглядела среди них тех, кто был вооружён. Это были полицейские. Какой сюрприз… Очевидно, те, которые проигнорировали приказ об эвакуации и героически остались, чтобы защищать сограждан. Наивные идиоты…. Через минуту, когда я уже подлетала к Манежу, я увидела странное движение на площади. Больше десяти наземных автобусов, как стадо толстых буйволов, ехали к краю площади. А следом за ними в сторону набережной и Конногвардейского бульвара низко ползли по воздуху туристические транспорты, которые по привычке тоже все называли автобусами. Я не сразу поняла, что происходит – люди же должны были быть все эвакуированы. Но тут я заметила за рулём автобуса Мирмидонца, и всё встало на свои места. Точнее, автобусы встали, они встали поперёк улиц, переулков, набережной, плотно перегораживая все подходы к площади. Пирс строил баррикады, сам, без команды, без чьих-либо указаний. Его инициатива была подобна глотку свежего воздуха в этом аду. Мой автомобиль приземлился с обратной стороны собора. Пожарные, мгновенно покинув свои ниши, организованно побежали в сторону баррикад. Да, Пирс продолжал распоряжаться, и делал это профессионально. Похоже, Роман был прав, когда приказал отдать командование Мирмидонцу, дав ему полную автономность. Люди…! Мысль ударила меня тяжёлым молотком по голове. Люди в соборе. Я умудрилась начисто забыть о них. Заражённые всё ближе и ближе. А это значит, что вредоносные нано-боты могут добраться до здоровых людей в любую секунду. И что я могу сделать? Ничего? И тут я вспомнила – подвалы, однажды я была там на экскурсии. Довольно вместительные помещения с толстыми стенами и низкими сводчатыми потолками. И что важно – в подвалах нет окон. Да, есть система вентиляции, но её можно временно перекрыть. Особенно если среди людей в храме есть те, кто знает, как это сделать. — «Рома, я знаю, как спасти людей в соборе! Рома, ответь!» — почти закричала я по внутренней связи. — Не сходи с ума, мы не можем их спасти, — хриплый и уставший голос Романа прозвучал у меня за спиной. Я резко обернулась. Роман выглядел жутко. Его одежда, обувь, лицо – всё было покрыто тёмными, почти чёрными пятнами запёкшейся крови. Выражение «по локоть в крови» обрело для меня реальные черты. На левом боку куртка была разорвана, из открытой раны сочился тириум, смешиваясь с человеческой кровью и стекая на брюки. Так как тириум довольно быстро становится невидимым на воздухе, а весь бок до самых ботинок был синим, кровотечение было сильным. — Рома, ты ранен! — я бросилась было вперёд. Но Роман остановил меня коротким жестом. — Ты не о том беспокоишься. Я выживу, а человечество, возможно, нет. Ты понимаешь, насколько глобальная у нас проблема? Мы эвакуировали очень много людей. Сейчас нужно отступить, перегруппироваться, занять оборону. Ты в курсе, что они вооружены? Грёбаные полицейские, мать их… герои. Два отдела…, и это то, что я точно знаю. И стреляют они метко, чтоб их, заражение им никак не мешает. Я потерял трёх бойцов и одного кибера. А у меня… у нас их не так уж много. Линг сказал, что идёт подкрепление из Детройта. Но сколько там бойцов… сказал что-то невнятное… Не важно… Нам нельзя ни на кого надеяться. У нас есть только то, что мы имеем здесь и сейчас… Из воинских частей к нам двигаются русские Витязи, военные андроиды, у них есть боевые дроны. С их помощью я надеюсь блокировать центр. Но не здесь, здесь мы проигрываем, смирись. Роман говорил резко, отрывисто, почти кричал. Он морщился от боли и сам этого не замечал. Брат был на грани, и я поняла, что буду не просто дурой, а самой натуральной последней скотиной, если сейчас начну спорить с ним. Но людей в соборе нужно спасти… — У тебя есть связь с людьми в соборе? — спросила я и содрогнулась от того, каким взглядом Роман на меня посмотрел. — Лис, ты издеваешься? Или ты оглохла? — Да постой ты, ну Рома, пожалуйста… Нужно просто сказать, чтобы они спускались в подвалы, ушли в самые глубокие помещения и отключили вентиляцию, — выпалила я скороговоркой. Брат сделал шаг вперёд, и мне показалось, что он меня сейчас ударит буквально, физически – такой яростью полыхнули его глаза. Он остановился почти вплотную ко мне, и я ощутила острый запах человеческой крови и тириума, исходивший от его одежды. — Я всё сделал, — произнёс Роман, вопреки ожиданиям, спокойно. — Что ты сделал? — слегка опешив, спросила я. — То, что ты просила…. Идём, отдавай приказ бойцам, грузимся в транспорты и отходим, — бросил Роман через плечо, отвернувшись от меня. — Рома! — я резко схватила брата за рукав. — «У нас нет времени, очнись, посмотри вокруг. — Роман шёл прочь от меня, и я услышала его голос по внутренней связи. — Мы сейчас прямо здесь потеряем всех бойцов и сами ляжем. Я отправил в собор пожарного. У него есть все инструкции и план здания. Русские своим пожарным андроидам доверяют, так что, возможно, последуют его указаниям. Но если заражение проникнет в помещение, боец погибнет. Я отправил пожарного на смерть… Довольна? А теперь делай то, что я сказал». Почувствовав облегчение, я действительно огляделась и поняла, что Роман прав, а я безответственная курица. Баррикада, которую создал Пирс из автобусов, была уже до верху завалена трупами заражённых, но их количество, казалось, выросло в разы. Мирмидонцы вели бой, укрываясь за машинами и колоннами Манежа, но заражённые упорно лезли и лезли вперёд. Они брали числом и тем, что загнали Мирмидонцев в укрытия, ведя по ним плотный встречный огонь. Но через секунду оказалось, что ситуация в этой стороне площади, которая показалась мне катастрофической, была далеко не так плоха… Я вспомнила фразу «хуже быть не может». Оказалось – может…. Со стороны Синего моста и памятника Николаю быстро надвигалась не большая, а просто гигантская, пугающая в своей бесконечностью толпа заражённых. Мирмидонцы Романа отстреливались уже в сквере возле Астории. Но даже беглого взгляда хватило, чтобы понять – им не выстоять. — Лис, сюда, в боевой режим, оружие в транспорте! Не думая! Прямо сейчас! — Роман не кричал, он отдавал мне команду, коротко и чётко. — Куда? Что случилось? — автоматически ответила я, бросаясь к транспорту и выхватывая штурмовую винтовку из рук пожарного, который, очевидно, приготовил её для меня. — Манеж! Лис, скорее, твои бойцы в окружении! Я бросилась вперёд, покрывая одним прыжком десяток метров. Место, где в полном окружении сражались Пирс и его Мирмидонцы, я увидела сразу. Роман с тремя своими бойцами пытался пробиться к ним, чтобы дать им отступить, но тщетно. В последнем прыжке, прямо в воздухе переходя в боевой режим, я врубилась в толпу рядом с Романом. И всё стало очень просто… Я никогда не применяла это в реальном бою, только на тренировках с Коннором. Но оказалось, что в боевом режиме реальный мир ничем не отличается от тренировочного стенда. Хотя нет, отличается, реальный мир гораздо менее изобретательный. Противники потеряли для меня любые индивидуальные черты. Где-то в глубине сознания настоящая я ужаснулась тому, что андроид, то есть я, я, боевая машина, а значит и остальные, мы не различаем лиц. Есть оранжевые силуэты врагов и синие силуэты союзников. На этом всё. Даже в режиме экспресс-сканирования только скудная информация, в основном антропометрические данные – пол, рост, вес, приблизительный возраст. И всё это только ради того, чтобы верно рассчитать силу атаки. Жутко рационально… Силуэты противников двигались медленно, как будто плавали в густом киселе. Но нет, конечно, это не они двигались медленно. Это я, в боевом режиме, двигалась очень быстро. Самое страшное, что и союзники, Мирмидонцы и киберы, тоже двигались медленно, только чуть быстрее противников. Роман, вот кто танцевал со смертью в моём ритме. Ну что же, станцуем вдвоём. — «Рома, я уберу стрелка справа!» — крикнула я по внутренней связи, взлетая одним прыжком на заваленную трупами крышу автобуса. — «Осторожно, он там не один, — ответил Роман таким тоном, будто он сидел в уютном кафе, а не разбивал выстрелами головы напирающим врагам. — Я беру тех, которые слева», — так же буднично добавил он. Краем глаза я увидела, как Роман легко заскочил на крышу автобуса, и через секунду выстрелы слева прекратились. Лучше бы я эту секунду потратила иначе. Мгновение, на которое я позволила себе отвлечься, стоило мне дыры в плече. Система равнодушно констатировала повреждение и сообщила, что «жизненно важные компоненты не пострадали» и что «могут быть ограничены функции левой руки». Я отдала системе команду «игнорировать» и тоже прыгнула, уже в полёте шевельнув левым плечом – рука работала. Приземлилась я прямо на голову стрелку и лишила его жизни, а вместе с ней и возможности делать дырки в честных гражданах. Второй стрелок залёг на крыше соседнего автобуса. Ещё один прыжок – и с ним тоже покончено. На долю секунды мне показалось, что всё очень просто. Я играючи разделывалась с медлительными, по сравнению со мной, врагами, перебила стрелков, по крайней мере ближайших – выстрелы раздавались издалека, откуда-то со стороны Мойки. — «Отдавай приказ своим, отходим! — по внутренней связи прозвучал голос Романа. — Давай, они мне не подчиняются. Я прорубил окно для отступления, но у нас пару минут, не больше!» Отдать приказ Мирмидонцам, прыгнуть в сторону образовавшегося проёма в толпе и помочь Роману его удерживать – я сделала это очень быстро. Но внезапно возникла заминка… — «Госпожа Манфред! Там Тор…! Я не могу…» — Пирс не говорил, а кричал, и голос его срывался, что само по себе было странно. Я поискала глазами своего начальника охраны. Мирмидонцы организованно, в точном соответствии с приказом, выходили из окружения с боем. Киберы, бурые от человеческой крови, яростно рвали зубами противников, удерживая фланги. Но Пирса и Тора я не увидела. — «Где ты?» — спросила я, снова запрыгивая на крышу автобуса. — «Там Тор!» — вновь повторил Пирс каким-то сдавленным голосом. Я с трудом разглядела Мирмидонца, который отчаянно сражался врукопашную, кроша ножом яростно нападавших на него заражённых. Путь отхода, который мы открыли с таким трудом, грозил сомкнуться у него за спиной. Но Пирс, похоже, не собирался отступать. «Он дважды повторил, что там Тор», — подумала я, но собаку не увидела. Я бегло просканировала пространство, и система равнодушно выдала информацию о кибере, находящемся в нескольких шагах от Пирса в состоянии «отключён, повреждения не совместимы с дальнейшей эксплуатацией». — Он мёртв! Слышишь, Пирс, отходим! Это приказ! — крикнула я, недолго думая прыгнув в гущу боя. Огнестрельное оружие тут было бесполезно, да и патроны закончились. Я выхватила из крепления на бедре боевой нож. Впервые в бою, а не на тренировке. Широкое обоюдоострое лезвие с короткой гардой и удобно лежащей в руке сбалансированной рукояткой. Простое и страшное оружие, которое я не смогла бы применить, если бы не спасительный боевой режим. В боевом режиме меня не трогали разрубленные шеи, вываливающиеся внутренности и мои руки, уже не по локоть, а по плечи, покрытые горячей кровью. Я это видела, но воспринимала, как информацию, без эмоциональной окраски – урон нанесён, противник нейтрализован, задача выполнена. Ужас от происходящего гнездился где-то глубоко в сознании, но никак не мешал действовать телу. — «Лис, вы чего застряли? Быстро назад. Решили пасть там смертью храбрых? Или помереть, как идиоты? И нас с собой захватить? Ты же понимаешь, что мне придётся снова бросить всех в бой…?» — голос Романа по-прежнему звучал спокойно. Как ему это удаётся? Отключил передачу эмоций по внутренней связи, в этом его секрет? Невозмутимый наш…. — «У Пирса погиб кибер, и он не хочет уходить», — ответила я, понимая, как глупо это звучит. — Взяла под контроль и вывела! Не тупи, Лис, мы сейчас тут все умрём! Какой, нахрен, кибер?! — крикнул Роман прямо мне в ухо. Он оказался у меня за спиной и уже вступил в бой, прикрывая меня. Взять Пирса под полный контроль не составило труда. Мирмидонец, как подчиняющийся непосредственно мне, не мог сопротивляться, даже если бы захотел. Но когда Пирс обернулся, выполняя мой приказ, даже через непроницаемое забрало, мне померещился взгляд, полный боли. Пусть… я спасаю не только его жизнь… Мы вырвались, выскочили из толпы, не потеряв ни одного бойца. Быстро к транспортам. Роман сказал, что мы отступим на заранее подготовленные позиции. Что же, пусть так… Подойдут подкрепления, и мы остановим этот кошмар. Пронзительный, разрывающий душу сигнал, который во всём мире называют «плач русских пожарных», ворвался в наше сознание, сообщая о смерти огнеборца. Один, второй, третий… Весь расчёт пожарных пал за несколько секунд. Короткая оказалась радость. Мы с Романом одновременно посмотрели в сторону собора, за которым стояли наши транспорты. Толпы заражённых были везде, вся прилегающая площадь, сквер, улицы и переулки – люди шли, вновь словно ведомые чьей-то волей. Они легко расправились с пожарными андроидами и, отрезав нам доступ к транспортам, двигались в сторону собора. — Отходим за колоннаду, занимаем оборону, — сухо скомандовал Роман. — «Не замирай, Лис, двигаемся, попробуем выжить…» — добавил он по внутренней связи, даже не взглянув на меня. — Думаешь, у нас есть шанс? — спросила я вслух, одновременно передавая приказ Пирсу. — Шанс? Не знаю. Но я планирую делать то, что должен. А ты? — Делаем, — коротко ответила я, вновь бросая себя в боевой режим. Холодный и лишённый эмоций разум, чёткие, выверенные, очень быстрые движения. Каждый удар достигает цели, каждый взмах отнимает жизнь, рассекая податливую плоть. Противников много, но для меня они просто очень медленно двигающиеся объекты. Я щедро совершаю акты милосердия, даря вечный покой тем, кто перестали быть людьми. Мне никого не жаль, мне не страшно и не больно. Система фиксирует незначительные повреждения корпуса, но они не влияют на мою эффективность. А мой смертельный танец – это сейчас моя работа. Справа от меня, молча и сосредоточенно работает Роман. Фланги прикрывают Мирмидонцы и киберы. Патронов давно ни у кого нет. Весь наш боезапас остался в транспортах и потерян вместе со смертью огнеборцев. Ножи у нас и клыки у киберов – вот и весь наш арсенал. «Сейчас бы не помешала колотушка побольше, какой-то меч или топор», — подумала я в той части моего сознания, в которой я оставалась собой. Кидаю быстрое сканирование. Мирмидонцы и киберы сильно повреждены. Надолго их хватит? Роман ранен, но игнорирует это, так же как я. Заражённые давят нас числом. Нас спасает только отсутствие у них даже намёка на тактику – противники мешают друг другу и этим помогают нам. Прямо возле моей головы по стене щёлкнула пуля, ещё, ещё, ещё одна. Система в боевом режиме позволила не получить урон, но Мирмидонцы и киберы не такие быстрые…. — «Используйте укрытия, все за колонны», — голос Романа по внутренней связи звучал по-прежнему спокойно, но я знала, что он кричит. — «Лис, уходи…», — услышала я по закрытому каналу. —«Уходи, прямо сейчас. Ты сможешь прорваться. В боевом режиме, беги, прыгай по их спинам, двигай к реке. Нырнёшь в воду и плыви в сторону Васильевского острова. Вода холодная, но, если будешь двигаться на максимуме возможностей, выдержишь. На той стороне живых заражённых уже нет. По суше доберёшься до любого моста на Петроградку и свяжешься с Лингом». — «Уходить? Ты имеешь в виду трусливо сбегать, бросив брата и бойцов? Правильно я тебя поняла?», — стараясь сдерживать эмоции бросила я, делая прыжок и вскрывая горло очередному нападающему, который вцепился в шею киберу. — «Мы уже мертвы, Лис…. Но ты ещё можешь спастись, если уйдёшь одна. Прошу тебя…». Роман говорил по внутренней связи, не глядя в мою сторону. Он метался в гуще боя, стараясь использовать преимущество в скорости и помочь каждому Мирмидонцу, спасти каждого кибера. —«Нет, Рома, мы ещё живы. А значит мы должны действовать, как живые. Давай хотя бы попробуем. Вдвоём с тобой, так как ты предлагал, по их спинам и головам, в боевом режиме…, только не к реке. Рома, давай, попробуем нейтрализовать стрелков. Это даст шанс нам и бойцам.». — «Согласен. Вперёд! Работаем парой. Я чётко вижу двоих в сквере. Остальных обнаружим по траектории полёта пуль. Включи режим сканирования, не выходя из боевого режима, и ты увидишь.». Роман, не дожидаясь моего согласия, сделал чудовищный прыжок, и действительно побежал по спинам напирающих заражённых, как пастуший пёс по спинам овец. Я мгновенно последовала за ним, включая режим сканирования. И я увидела, увидела медленно летящую пулю, ещё и ещё одну. Через секунду, которая в моём восприятии длилась вечность, я засекла стрелка, засевшего за острым выступом дома на Вознесенском. И тут же я увидела второго, стоявшего не скрываясь посередине улицы рядом с Англетером. — «Один на семь часов от тебя на углу, второй на девять у Англетера, я беру их обоих», — бросила я Роману, ни на секунду не прерывая движения. — «Понял, вижу тебя. Работаю по стрелкам в сквере», — коротко ответил брат. Медленно летящие пули, которых так легко избежать. Медленно двигающиеся люди, потерявшие человеческий облик, которых так легко убить. Выверенные до миллиметра движения моего тела в боевом режиме. Всё даже легче, чем на тренировках. Бросок, удар, смерть. Прыжок, удар, смерть. Кувырок, удар…. Бой, на грани с искусством, балет неминуемой смерти. И я в главной роли этого спектакля. Я видела эту пулю. Она летела, как жирная муха в жаркий полдень, вяло и неспешно. И так же плавно она вошла в левый висок моего брата, начисто вынося ему мозг. Мастерский выстрел…. Брызги тириума, осколки компонентов и пластика тоже летели очень медленно…. Удачливый стрелок умер через долю секунды после выстрела, даже не успев оторвать взгляд от прицела…. Я замерла…. Наверное, на секунду. Но мне показалось, что я окаменела навсегда. Рывком выбросила себя из боевого режима и увидела…. Я увидела, что шансов на жизнь больше нет. Даже беглого сканирования было достаточно, чтобы понять, что мирмидонцы и киберы все настолько повреждены, что падут через несколько минут. Роман погиб. Я даже не побежала в его сторону, настолько чётко стояла у меня перед глазами картина его разлетающейся на части головы. «Андроид RK1200SA Роман Гамаюн. Повреждения, несовместимые с дальнейшей эксплуатацией», – холодно сообщила система. «Ну что же…. Несколько минут это тоже время», — решила я и перед тем, как бросить себя снова в боевой режим, кратко посмотрела на небо, возможно в последний раз. От верхней балюстрады собора отделился и взлетел в небо ангел, словно оживали древние статуи. «Нет, только не галлюцинации», — подумала я. Но рядом с первым ангелом появился ещё один, и ещё…. Высоко в небе, кипенно-белые ангелы расправляли огромные крылья….